Понедельник начинается в четверг

***       Беллами останавливает рабочее авто на пешеходной дороге, максимально близко к ангару. Из передвижной телестанции вылетает Октавия и Лекса, не дожидаясь Беллами, который должен взять оборудование идут за ограждение, в поисках агента Вилсона, который по телефону выдал только адрес и что им потребуется съёмочное оборудование.       — Октавия Блейк, — девушка протягивает руку крупному мужчине, который застегивает бронежилет, попутно отдавая приказы. — Это Александрия Вудс вы сказали, у вас есть информация по Гриффин?         — Уильям Вилсон, — он осматривает девушек и мужчину, который подходит с оборудованием к ним. Вилсон подзывает кого то, чтобы принесли бронежилеты, — мы с Гриффин договорились, у вас будет эксклюзив, захват и все дело «Браун» за все сорок лет. Захват начнётся через сорок минут, одновременно с остальными еще в девятнадцати городах. Готовьтесь, выезжаем через десять минут. — Мужчина отворачивается и продолжает отдавать приказы.         — Гриффин? — Лекса резко разворачивает мужчину к себе лицом. — Где она?         — На пути домой, наверно, — мужчина явно не доволен таким нахальством.         — Она жива? Все это время была с вами? — К девушке медленно приходит осознание происходящего.         — Жива и невредима, — рычит мужчина, уже удаляясь от репортеров, — все потом.       Лекса чувствует облегчение, будто упал груз с души, но оно настолько мимолетное, что его не получается уловить. На смену ему приходит обида и злость и досада.         «Жива и невредима, все это время, жива…» — воздух пропадает из легких, сердце перестаёт биться, пока мозг не перезапускает все процессы в голове и сердце с бешенной силой начинает ломать ребра, вызывая ощутимую боль.        — Вы идете? — агент протягивает бронежилет Лексе.         — Нет, нет, я поеду домой. — Шатенка смотрит на Октавию и Беллами, которые уже одели жилеты и настраивают оборудование для съемок…       ***       Кларк вышла из здания, одета в джинсы и черную футболку, неприятно поёжившись от холодного ветра и дождя посмотрела на серое небо, сплошь затянутое тучами, направилась к остановке общественного транспорта, чтобы добраться до офиса, где ее ждут. Сорок три дня она ждала этого, мечтала вернуться домой, последние двадцать ей дались особенно тяжело, только надежда удерживала ее от срыва, от очередной глупости, последствия которой могли убить последнюю возможность на возращение домой навсегда.       Пропуска в здание у нее нет, но это не проблема, через подземный гараж проникаем к лифтам, и вот она уже на 79 этаже.         — Мисс Гриффин? — секретарь Лексы удивлена, — Мисс Вудс уехала с Блейк на выезд еще с утра, но вроде, они уже вернулись.         — Спасибо. — Блондинка резко разворачивается, практически врезаясь в Октавию и Анью.         — Кларк? — Октавия бросается на шею блондинки, которая вздрагивает от неожиданного контакта.       — Привет, — Кларк выпутывается из крепких объятий, явно испытывая неприязнь и брезгливость. — Где Лекса?         — Дома. — Октавия смотрит на девушку изучающе — Я не…         — Я возьму твою машину — блондинка уже идет к лифту, под удивлённые взгляды девушек.       — Стой, подожди меня. — Октавия забегает за Кларк в лифт. — Ты как?         — Нормально, хочу домой. — Кларк смотрит на экран, отсчитывающий этажи.         — Ничего не хочешь рассказать? — Октавия все еще изучает осунувшееся лицо девушки, с посеревшим цветом лица и синяками под глазами.         — Сегодня хочу домой, поговорим завтра. — Кларк выбегает из лифта, не желая разговаривать.       Тридцатиминутная дорога до пожарной части, показалась Кларк слишком долгой, возбуждение и тревога не покидают ее ни на минуту, она скучала, она мечтала об этом слишком долго. Просто бросив авто перед открытым боксом, блондинка быстрым шагом идет в гараж, под удивленный взгляд Нико, курящего на входе.         — Поздороваться не хочешь, сестренка? — Он уже затушил сигарету и раскрыл объятья.         — Привет, Лекса дома? — Блондинка плавно обходит его, не задевая, и идет дальше.         — Она живет в твоей старой квартире в Гетто — парень с непониманием смотрит в спину сестры, которая резко развернувшись, идет к авто.         — Где ты была так долго? — Нико догоняет ее уже возле машины, пытаясь приобнять.         — Потом расскажу — Кларк уворачивается от объятий. — Увидимся позднее, — бросает блондинка, уже заводя автомобиль.       Погода, как издевается резкие порывы ветра и дождь окутали Сиэтл. И снова дорога, целый час, плюс пробки, сегодня дорога ее не радует и дело не в транспорте, не в отсутствии чувства свободы, блондинка устала. Все, что ее держало в этом мире, это мысли о возвращении домой, возвращении к девушке, которую она любит. Она паркует авто возле красной импалы и бежит в свою квартиру, практически снося решётку на входе в подъезд.         — Привет. — Кларк набрасывается на Лексу, обвивая свои руки вокруг ее шеи и вдыхая запах волос девушки — я соскучилась.       «Жива, она жива, она здесь», — шатенка прижимает девушку к себе сильней, теряя счет времени и стараясь абстрагироваться от своих страхов и боли, но она слишком долго боялась, слишком долго напрасно переживала за чужую жизнь, жизнь, которую блондинка сама не готова беречь.       — Привет, — голосом с нотками стали отвечает Лекса, убирая руки со своей шеи и делая несколько шагов назад. — Я рада, что ты жива, думала поговорить с тобой позднее, но раз ты здесь… — Лекса делает долгую паузу, стараясь не смотреть на осунувшуюся, усталую девушку — … Нам надо расстаться, я больше не хочу быть вместе с тобой.         — Детка, что происходит? — где-то глубоко внутри девушки начинает назревать неприятное чувство. Она пытается поймать взгляд поблекших зеленых глаз, которые старательно избегают ее взгляда. Тревога обволакивает, появляться легкий шум в ушах.         — Моя любовь к тебе это слабость, я больше не хочу быть слабой, между нами все кончено, Кларк. — Шатенка берет собранную сумку и идет к выходу, обходя девушку, не глядя на нее, стараясь освободиться от всего что с ней произошло в последние полтора месяца.       Кларк было больно, она задыхалась от этого чувства, будто ее выбросили в воду и она не может вдохнуть, чувствуя воду в легких, слезы душат, но никак не могут вырваться наружу.         — Лекса. — Шатенка едва разбирает шепот девушки, уже стоя в дверях. — Лекса. — Зовет ее Кларк уже громче.       Лекса не оборачивается, ей проще сбежать, чем еще раз взглянуть на блондинку, потому что, взглянув на нее, заглянув в голубые глаза, она не сможет уйти. Она не видит, но знает, что глаза блондинки медленно расширяются, выпуская первые слезы, которые бегут у обеих, блондинка начинает глотать ртом воздух, она хочет что-то сказать, но не находит слов. Шатенка слышит глухой стук, и обернувшись обнаруживает Кларк сидящей на полу, ее голова опущена, плечи дрожат. Сердце шатенки сжимается, она чувствует как вновь умирает, но это в последний раз.         — Я умру без тебя, — хрипит Кларк сквозь слезы.         — Ты уже умерла, — шатенка отворачивается вновь, — каждую ночь, ты умирала.       — Умоляю, не оставляй меня, — шепчет блондинка, задыхаясь.       — Я научилась жить без тебя, и ты научишься. Отпусти меня, прошу — с мольбой в голосе сказала Лекса, ее голос сломленный, будто совсем не ее — Я не могу больше так, я не хочу, ты снова уйдешь, сбежишь в ночь, появиться новое дело, новая гонка, а я больше так не смогу, я устала бояться.       Надрыв с которым Лекса говорила оставляет незримые шрамы на душе Кларк, внутри нее натягивается струна, готовая лопнуть в любой момент, сломив ее окончательно.       — Я устала по ночам просыпаться с мыслями о твоей смерти, я устала умирать каждую ночь с тобой, просто отпусти меня. — Лекса выходит из квартиры, оставляя дверь открытой…       ***       Рейвен стоит за баром и подготавливает стопки, натирая их пока Нико, что-то разогревает. По лестнице поднимается Анья с несколькими сумками и переноской с ребенком и направляется в комнату сестры.       — Там занято, — Рейс поднимает взгляд на подругу, — Лекса вернулась домой.       — Ладно, — Анья бросает сумки на диван и бережно укладывает переноску на кресло. — Бурю обещают сильную, а у вас есть генератор, я не хочу оставить сына без еды, поживу в зале.       — Хорошо, Гриффин вернулась, — Рейвен бросает взгляд на Нико, который уже идет к бару.       — Я ее видела, она мне показалась странной. — Анья садиться за бар, отодвигая банку с Бобом в дальний конец.       — Ни одной тебе. — Нико садиться рядом, указывая на идущую из спальни Лексу, — мы это не обсуждаем, сегодня просто пьем…       ***       Найла устало направляется на кухню в уже обновленном центре. Сегодня ее ночь дежурства, гроза за окном не дает покоя, вызывая смятение и испуг у детей, которые долго не хотели сегодня засыпать. Стены давно выкрашены в однотонные светлые тона, сделан ремонт и заменены окна, превратив старую церковь в здание в готическом стиле. Внутри все изменилось, стало чище и светлее, обновленная мебель и кухня во многом упростили жизнь.         — Привет, — Найла целует в щеку Мерфи, который сидит за кухонным столом и ужинает. — Объявили штормовое предупреждение, гроза будет сильной. Как твой день?         — Привет, Линк звонил, блонди вернулась, — он внимательно смотрит за реакцией жены.         — Я видела Вудс несколько часов назад, она ехала в город одна. — Найла смотрит на мужа, — побудешь с детьми?         — Хорошо. — Найла уже выходит из центра, накинув на плечи плащ.       Четыре квартала до квартиры Кларк, показались Найле адом, разверзшимся на земле. Темные тучи заволокли ночное небо. Темнота, внезапно разрываемая ярким светом молний, гром, оглушающий в темноте улиц. Порывы ветра сбивают с ног, разнося по улице когда-то собранный в кучи мусор. Стремительный напористый дождь бьет в лицо порывами, вызывая покалывания на нежной коже лица.       Блондинка сидит на полу в том же положении, она уже не всхлипывает и не плачет, в квартире так же темно, как и на улице, только свет молний иногда освещает комнату, сквозь давно немытое окно.         — Привет, — Найла практически на ощупь подходит к Кларк и усаживается рядом, — ты как?         — Она меня бросила, — блондинка смотрит в лицо Найлы пытаясь разглядеть хоть что-то в темноте. Её голос спокоен, с долей непонимания. — Почему она меня бросила?       — Блонди, ей было плохо и больно и…       — Мне тоже было плохо и больно, — блондинка оказывается на ногах. — Что, по-вашему, произошло?         — Ты хотела ей помочь, я понимаю, — Найла встает на ноги, — ты просто хотела помочь.         — Я хотела помочь? — голос выдает истинное удивление — по-твоему я причина всего этого… этого дерьма?       — Ты не можешь ее за это винить, — Найла говорит с сочувствием — ты не видела, через что она проходила все это время.       — Она проходила? — Кларк уже идет к выходу. — А через что проходила я, никому не интересно?         — Кларк, что произошло? — Найла пытается в темноте подъезда догнать быстро удаляющуюся девушку.         — Да пошли вы, все вы … — и только надвигающаяся буря сносит слова девушки, пропадающей в темноте улиц…       ***         — Окти, нет связи, я не могу до них дозвониться, — Линкольн идет за Октавией по подземному гаражу.         — Скорее, едем в центр. — Октавия садиться на соседнее сиденье от водительского, — нам надо найти Лексу, пока она не сделала глупость.       Ветер порывами бьет по машине, дворники не справляются с потоками воды, ничего не видно дальше метра. Но машин на дороге нет, только отдаленные звуки сирен слышны между раскатами грома. Линкольн ведет машину на минимальной скорости, боясь встретить препятствие на дороге.         — Линк, мы пешком быстрее дойдем, — Октавия закуривает новую сигарету, выкидывая пустую пачку.         — Поедем к Рейвен в гараж, мы не доедем до центра, — Линкольн сворачивает на перекрестке, и еще сорок минут всматривается в дорогу.         — Лекса, ты здесь? — Октавия и Линкольн поднимаются из гаража — где Кларк?         — Не знаю. — Шатенка уже явно подвыпивши сидит и буравит взглядом Боба. — Может, расследует новое дело или лезет обниматься ко льву, меня это больше не касается.         — Черт, Линк, поехали, — Октавия идет в гараж.         — Окти, мы не доедем в такую погоду, — Линкольн идет за девушкой, — это самоубийство.         — Вот именно, — шипит Октавия уже на лестнице, — оставить Кларк одну сейчас это будет самоубийство.         — Стой. — Нико оказывается рядом с Блейк, — объяснись, что происходит?       — Она моя сестра — с мольбой добавляет он.       — Пайка сегодня опустили, он подал рапорт. — Октавия подходит к стойке и отбирает бокал из рук Рейвен, выпивая залпом содержимое. — Он следил за ней, поймал в доме Аньи, она отказалась помочь ему. Тогда он силой привез ее к Кейну, чтобы он убедил ее передать информацию в центральное отделение ФБР в Нью-Йорке. Они подтерли камеры, зная, что мы будем ее искать. Но в Кейна стреляли, она вынуждена была бежать, а Пайк убил стрелка и подстроил улики, чтобы ее не искали. Она передала сообщение и хотела вернуться, отказавшись от программы защиты свидетелей, но ее не пустили. Поместили под арест, но она сбежала, они поймали ее уже в Сиэтле в квартале от офиса.       — Мне тогда не показалось? — Лекса поднимает взгляд от рыбки на Октавию       — Я не знаю, — девушки смотрят друг на друга — Они ее отправили в изолятор временного содержания, но она опять сбежала. — Октавия наливает себе новый стакан, выпивая залпом. — Тогда они поместили ее под псевдонимом в женскую колонию…       — Она сидела в тюрьме? — Нико смотрит не отрываясь на Октавию. — Это для нее кошмар наяву.       — Это еще не все — Октавия выпивает еще один бокал залпом и закуривает сигарету — она сидела с Эванс и они обе были в медблоке в одно время, — Лекса роняет бокал на пол, который со звоном разбивается.       — Она не дала мне обнять себя, — Нико смотрит на Октавию, — она же не не… ее не … — Рейвен обнимает Нико, перехватывая его дрожащие руки.       — Я не знаю, в базе тюрьмы нет документов, никто не подавал жалобу, что бы не произошло там, дело замяли, нам надо ее найти срочно.       — Я за рулем — Нико уже идет в гараж…       ***       Солнце ярко освещает крышу Лекса сидит в пластиковом стуле и смотрит на блондинку, которая наносит слои краски на растяжку. Счастливые голубые глаза периодически поглядывают на шатенку, которая разбирает очередную кипу документов, взятых из офиса.       — Детка, на сегодня всё, — Кларк бросает баллончик в сумку, — пошли в центр, сегодня наша очередь дежурить.       — Пойдем, — Лекса оказывается на ногах рядом с девушкой, обнимая ее за талию.       — Умоляю, не оставляй меня. — Шепчет блондинка и небо за ней затягивают темные тучи, превращая солнечный день в кромешную тьму. Глаза девушки блекнут, затягиваясь бледной пленкой.       — Я умру без тебя, — шепчут уже посиневшие губы, по руке Лексы стекает что- то теплое и вязкое, она переводит взгляд. Её рука вонзает нож в сердце Кларк…       — Это сон, Лекса, это просто сон… — Анья пытается привести в чувства сестру.