Кайне, Тогарини, Священная империя Абеля.
Конец рабочего дня. За столом шикарного кабинета сидит директор второго потока военной академии Кайне Эвербах Гроцлинг. Шикарный стол, выполненный из тёмной древесины и оббитый изысканно выделанной кожей, полки стеллажей, выполненные в одном тоне с ним и заполненные древними фолиантами, каждый из которых должен стоить целого состояния, и идеально ровный паркетный пол, выполненный из ценных сортов древесины, наполняли помещение роскошью и изысканностью. Убранству данного кабинета мог позавидовать не только директор первого потока, но и сам наместник императора, правящий данными землями. И кабинет мог сравниться по убранству, пожалуй, только с местной резиденцией Лорда войны Юга, Мэтью Гаула.
Раздаётся звонок телефона, стоящего на столе, Эвербах поднимает трубку.
— Извините, что беспокою вас уже после окончания рабочего дня, — прозвучал женский голос из трубки, — Пришли люди, представившиеся представителями организации «Рука Императора», говорят, что у них к вам срочное дело.
— Пожалуйста, приведите их ко мне, а после приготовьте нам чая, — ответил Эвербах секретарю.
— Да, слушаюсь.
После чего из трубки донеслись короткие гудки. Директор положил трубку и выпил вино из бокала, стоящего на столе.
— Вы в очередной раз оказались правы, мой старый друг Вильгельм.
Раздался еле заметный стук в дверь.
— Да, входите, — ответил директор Эвербах.
Первой в кабинет зашла молодая девушка-секретарь, а за ней ещё двое: красноволосая особа, одетая в чёрный плащ с характерными львами (символами Священной империи Абеля) на плечах, с шакрамом за спиной и парень с растрёпанной причёской, который, вопреки довольно прохладной погоде, был с голым торсом, усеянным многочисленными шрамами, в штанах с латными накладками и висящим на поясе мечом.
— Извините, я пыталась их убедить, что оружие следует оставить за кабинетом, но они настояли на своём, — опустив голову, извинился секретарь.
— Ничего страшного, можете быть свободны.
Когда секретарь скрылся за дверью Эвербах, Гроцлинг заговорил:
— Приветствую вас, госпожа Май, господин Сентябрь, чем обязан вниманием Кровавых палачей Руки Императора? Не стоит стоять на ногах, пожалуйста, присаживайтесь, — сказал Эвербах, указывая на стулья, стоящие в углу кабинета.
— Благодарю, — ответила девушка и, взяв один из стульев, уселась на него, парень же остался стоять возле входной двери.
— Похоже, наша слава летит впереди нас, — пожав плечами, произнесла Май, — Однако если вы уже вы курсе, кто мы, то так будет даже проще. Дело в том, что в данный момент нам поручено расследование одного инцидента – нападение на конвой, в котором среди прочих участвовали и выпускники вашего второго потока. Нас интересуют любые сведения об этих персонах, — сказала Май и положила лист бумаги на стол директора.
— Видимо, было похищено что-то очень ценное, раз к расследованию привлекли именно вас?
— Это секретная информация, — недовольным голосом ответил Сентябрь.
Он быстро пробежался взглядом по списку имён.
— Прошу прощения, но все личные дела выпускников мы сдаём в архив в Архангел. Боюсь, что я ничем вам не могу помочь, мне очень жаль.
— Проблема в том, что там не так давно произошёл пожар, и очень многие данные были утеряны. Может, у вас сохранилась хоть какая-то информация о них?
— Сожалею, но ничем не могу помочь.
— Можем ли мы хотя бы переговорить с вашими учителями, может, хоть они смогут вспомнить что-нибудь, что даст нам хоть какие-то подсказки? — спросила Май.
— Да. Это можно организовать. Мой секретарь Лилиан завтра поможет вам с этим, ибо сейчас уже довольно поздно. Кстати, если вам негде остановиться, то мы можем вам предложить гостевую комнату в общежитии для учителей.
— Нет, мы вернёмся в город, — ответил Сентябрь.
Вечер того же дня.
Анна.
После занятий мы решили всей нашей небольшой компанией собраться в местном буфете, чтобы отпраздновать нашу успешную сдачу экзаменов. Заказали чай и кучу вкусняшек и уселись за одним столиком. Стоит отметить, что далеко не нам единственным пришла эта идея – всё помещение было битком забито посетителями.
— Кстати, Кай, говорят, к твоей сестрёнке пытались грязно приставать, но ты дал отпор обидчикам, — произнесла как бы между делом Элиза.
Кай после её слов чуть не подавился чаем. Чёрт, это плохо, она не из тех людей, которые так просто отстанут от подобной темы. Держись, братик. Я верю, что ты сможешь выкрутиться из неудобного положения.
— Ну не то чтобы я дал отпор... к счастью, учитель Хашим вмешался.
— Вот именно, что к счастью, — ответила Элиза, указав пальцем на Кая, — Надеюсь, ты понимаешь, что если бы всё зашло дальше, то исключение – это лучшее, что могло произойти с тобой.
— Но я не собирался заходить так далеко... — хотел было ответить Кай, но Элиза перебила его.
— А вот исходившая от тебя жажда убийства, как сообщает мой источник, говорила об обратном.
— И вообще, странно это всё слушать от той, кто затеял магическую дуэль. Что это такое было, разве подобное в принципе разрешено?
— Я ведь использовала магию, чтобы выиграть его, да и судья подтвердил мою победу.
— Она права, — вмешиваюсь в разговор я, — Это всего лишь слова, я понимаю, что ты винишь себя за тот случай, когда... — я тут же закрываю себе рот руками, понимая, что сказала то, что не должна была говорить.
— Я не понимаю, за что вы так взъелись на Кая. Если бы мою младшую сестрёнку кто-то обидел, я непременно разобрался бы с этим гадом, — сказал Аббиб.
Надо постараться увести разговор от данной темы.
— А ты никогда не говорил, что у тебя есть сестра, — обращаюсь к Аббибу.
— Ну да, у меня есть старший брат, который служит в одном наёмном отряде с отцом, и младшая сестрёнка, которой сейчас пять лет, — с гордостью заявляет он.
— Аня, я слышала, что профессор Хашим проводит с тобой индивидуальные занятия? — спрашивает на этот раз меня Элиза.
Чёрт, ты специально подбираешь слова с ТАКИМ двойным подтекстом? При этом брат со смеху начинает сползать под стол, а Аббиб демонстративно отвернулся. Предатели.
— Ну да, есть такое, — отвечаю я и достаю из сумки клубок довольно толстой металлической нити, — Он сказал, что у меня хорошо поддаётся контролю внешняя Ки и мне идеально подойдут монофиламентные нити. А эти он дал для тренировок, так как с настоящими неопытный новичок может просто остаться без пальцев.
— О, круто, — ответила Элиза, — Значит, в будущем будешь разрезать врагов на куски?
— Наверное, если освою, ведь я только начала свои тренировки.
— А у тебя как дела? — спросил Аббиб, обращаясь к Каю.
— По совету профессора Хашима я перестал учиться пользоваться Ки, вместо этого сосредоточился на изучении боевых искусств.
— А ещё скрытных техник, — с ехидной улыбкой добавляю я.
— Ага, скрытных техник, ловушек и ядов.
— Планируешь в будущем быть крутым ассасином? — спросила Элиза.
— Ну это как дела пойдут.
— Кстати, о великих ассасинах, вы слышали когда-нибудь о Призраке Кушистана?
— Нет.
— Не-а.
— Какая-то сказка, чтоб пугать детей?
— Это совсем не сказка, он живёт уже не одно столетие, и мой отец лично сталкивался с ним во время одной из своих миссий. То было задание, размещенное одной крупной торговой фирмой: выследить и убить ассасина, который убил одного из их наследников, и за его голову было назначено просто огромное вознаграждение. И вот после долгих поисков они напали на его след, по крайней мере, они так тогда думали. Однако правда состояла в том, что это он позволил им выследить себя. Оказалось, что это он был охотником, а они жертвами. Ассасин выслеживал их по одному, убивал их группами, ставил ловушки, травил ядом. Например, ты видишь, как что-то мелькнуло впереди тебя, отряд идёт проверить, и вдруг замыкающий перестаёт говорить. Все оглядываются, а он лежит лицом вниз, часть отряда отделяется, чтобы проверить состояние, но погибает в страшных мучениях от установленной на теле ядовитой ловушки. Моему отцу чудом удалось спастись тогда.
— А у этого страшного ассасина есть имя? — ехидно поинтересовалась Элиза.
— Есть, но мы, таяхеры, не произносим его вслух, веря, что оно приносит только беды и несчастья.
***
Кайне, Тогарини, Священная империя Абеля.
Следующий день.
Май и Сентябрь в присутствии Лилиан, секретаря директора второго потока, проводят беседы с преподавателями военной академии. Сейчас в кабинете с ними Эбрахам Дорей – преподаватель введения в боевые искусства и истории.
— Да я помню этих двоих из списка, а что они натворили?
— Это секретная информация, от вас мы бы хотели услышать всё то, что вы можете о них вспомнить: характер, интересы, с кем общались и прочие факты, — попросила Май, Сентябрь в это время смотрел в окно, наблюдая за тренировками учеников.
— Первый был довольно способным учеником, неплохо освоил владение Ки, мечтал служить в армии Священной империи Абеля. Второй поступил двумя годами позже, был изгоем в классе, способности были ниже среднего. Оба по окончанию, вроде, поступили в армию. Больше, к сожалению, ничего про них вспомнить не могу.
— Если это всё, то можете быть свободными.
— Спасибо, — Эбрахам Дорэй поклонился и вышел из кабинета.
— Остался последний из учителей: Хашим Аль Аддин. Он преподаёт владение парными клинками, а также боевые искусства, поступил на работу два с половиной года назад, — произносит Лилиан, не заглядывая в досье, которое держит в руках, и передаёт его Маю.
— Да, спасибо, пригласи его, пожалуйста, — отвечает Май.
— Сейчас приглашу.
***
— Извините, а когда выпустились эти ученики? — задаёт вопрос Хашим.
— От трёх до семи лет назад, — отвечает Май.
— Ну тогда я ничем не смогу вам помочь, ибо я тут работаю чуть более двух лет.
— Скажите, учитель, откуда вы и кто вы, как кто-то вроде вас сюда попал? — повернувшись вполоборота, задаёт ему вопрос Сентябрь.
— Я, как видите, таяхер, родом из небольшой деревушки, что расположена в пустыне Кушестана, а позвал меня сюда поработать один очень хороший друг, — ответил Хашим.
— А сколько человек вы убили?
— Хм, можно подумать, что вы помните всех тех, кто был убит или казнён вами, господин Сентябрь, или мне следует называть вас Мукуи?
От произнесённых слов лицо Сентября скривилось в гримасе отвращения.
— Хорошо, можете быть свободны, а ещё, госпожа Лилиан, не могли бы вы оставить нас ненадолго наедине? Нам надо обсудить полученные данные.
— Да, конечно, как пожелаете.
И она удалилась из кабинета вслед за Хашимом.
— Ну и что ты думаешь по поводу этого всего? — спросила Май, усевшись на стол.
— Ты по поводу сбора информации или вообще?
— Вообще.
— Этот директор, он не может ничего не знать. Однако протекция Мэтью Гаула на даёт нам надавить на него сильнее. В показаниях преподавателей тоже, вроде, нет несоответствий. Также меня беспокоит эта академия, сама посмотри, они обучают далеко не солдат, тут готовят будущих убийц и диверсантов. Но больше всего меня обеспокоил этот последний учитель, ты ведь тоже это почувствовала?
— Да, — кивнула Май, — Он такой же, как и мы: от него тоже разит кровью и смертью.
Вдруг Май резко рванула к двери и, распахнув её настежь, стала оглядываться то влево, то вправо.
— Чёрт, смылись, — разочаровано произнесла Май, — Ну что, возвращаемся с отчётом в Архангел?
Кабинет директора.
Раздаётся еле заметный стук в дверь.
— Входите.
В кабинет заходит Лилиан.
— Я прибыла с отчётом по вашему распоряжению. Наши гости в городе встретились со своим третьим участником и вместе сели на поезд до Архангела. От преподавателей им не удалось узнать никаких важных сведений, которые могли бы нас как-то скомпрометировать. Однако их внимание привлёк господин Хашим Аль Аддин, а также учебная программа нашей академии, а это значит, что об этом станет известно в столице.
— Всё прошло не сказать чтобы хорошо, но и не слишком плохо, это в пределах ожидаемого, однако в будущем нам следует более тщательно заметать следы, иначе и у вас, и у меня могут возникнуть проблемы. По поводу Хашима и них наверняка пока нет догадок о том, откуда он, но за ситуацией следует внимательно следить, и, если что, придётся его временно отстранить от обучения новых кадров.
— Я передам ваше послание, что-нибудь ещё?
— Нет, пока всё.