Сердце Зверя

      Эмиль проснулся с первыми лучами солнца. Сладко потянувшись, он открыл глаза и обомлел. Пред ним в кресле сидел получеловек – полуволк! Вервольф, одним словом. Сон у омежки как рукой сняло, и он подскочил. — Ой, ты кто? – спросил Эмиль, намереваясь улизнуть от чудовища. — Это же самое я хотел спросить у тебя! – ответил вервольф, сузив глаза. — Я вчера вечером забрёл случайно… — промямлил Эмиль. – Никого не было, и я остался. Устал очень. Надеюсь, не побеспокоил? — виновато спросил парень. — И откуда ты свалился на мою голову? – тихо прорычал вервольф. — Я из деревни Ливенхем. Там опять Зимний Хоровод устроили, вот я и сбежал. — Так это тебя я видел в лесу? – задал вервольф риторический, а потом перешёл на прямой вопрос. — А куда ты направлялся? — Так это ваше присутствие я почувствовал? – также риторически ответил Эмиль и продолжил. — Ясное дело куда, — омега помедлил немного и сказал: — Куда глаза глядят, лишь бы подальше от деревни. Лучше скитаться, чем нелюбимому альфе достаться. — А если я предложу тебе остаться у меня и спокойно жить? — Нет уж, спасибо, я лучше дальше пойду. Извините, что побеспокоил! – Эмиль, было, соскочил с дивана, и бросился наутёк, но зверь был быстрее и преградил ему выход из гостиной, показывая нехилые такие зубки. Парень испугался и снова бросился на диван. – Что вам от меня надо?! Я прошу прощения, что вторгся в ваше жилище, но я ничего не трогал и ничего не украл! – заверещал перепуганный омежка. – Отпустите меня! — Нет уж, дорогой! Если сама судьба привела тебя в мой дом, то ты здесь задержишься ненадолго. Может, с тебя толк и получится. А то, как я понял идти тебе некуда, кроме своей деревни! – прорычал гулко вервольф. — Не могу я здесь остаться, — заныл омежка. – Мне идти дальше надо! — Уйти всегда успеется, — возразил вервольф. – Я же тебе предлагаю крышу над головой, сытый желудок и работу. — А если я откажусь? Что тогда? Съедите? — С чего ты это взял, что я тебя съем? Я трусливыми омегами не питаюсь! — Да, а чем вы тогда питаетесь? Мой дедушка – альфа рассказывал, что кто – бы не приходил сюда, пропадал! — Верно, твой дедушка рассказывал. Только я их не ел, а убивал. Точнее, это они меня приходили убивать, а мне ничего не оставалось, как взамен своей, забрать их жизнь. Скажешь, несправедливо? — по голосу зверя можно было сказать, что он устал от всего. — А справедливо, удерживать омежку, если он этого не хочет? — Ничего, поживёшь, привыкнешь, может, и захочешь остаться. — А с чего вы взяли, что я останусь? – омежка осмелился посмотреть вервольфу в глаза и его передёрнуло. — Я настаиваю, — тихо прорычал вервольф. – Иначе, я буду вынужден сделать с тобой то, что делал со всеми, кто без разрешения вторгался в мой дом! — А гостеприимные хозяева, не настаивают… — не сдавался Эмиль и сглотнул ком в горле, который образовался при виде приближающегося вервольфа. — А я настаиваю. Спорить будешь или мне сейчас тебе шею перегрызть? — Не надо шею! – Эмиль схватился обеими руками за шею и испуганно посмотрел на вервольфа. — Тогда идём со мной, омежка. Покажу тебе твою комнату. И давай, без глупостей. Попробуешь сбежать, догоню и точно перегрызу глотку. Понял меня? – спокойно сказал вервольф, показывая направление к выходу. — Да понял, я понял, — простонал Эмиль. Он медленно прошёл до стола, указывая, что хочет забрать туесок. Вервольф благосклонно разрешил и проводил незваного гостя на второй этаж, где были жилые комнаты. По пути он спросил омегу: — Тебя зовут – то как? — Эмиль Бурэ. — Понятно. А я – Хантер. — Без фамилии? – уточнил Эмиль, прижимая туесок к груди. — Без фамилии. Просто Хантер. Обращайся ко мне по имени и на «ты». Терпеть не могу официоз и всю эту лабуду вежливого общения. Как кость в горле стоит, надоело в своё время. — Хорошо, как пожелаете…ешь, — исправился Эмиль, не глядя на хозяина дома. — Желаю быть сверху! – прогудел Хантер. — Что? – не понял Эмиль сарказма вервольфа. — Ничего! – вервольф словно и не заметил растерянности омеги и продолжил, переведя тему разговора в другое русло. — Вот твоя комната, заходи! — Хантер толкнул первую попавшуюся дверь и пригласил гостя зайти. — А, спасибо, — тихо промямлил омежка и нехотя вошел в комнату. — Пока посидишь здесь. Завтрак я тебе сейчас принесу. А пока обустраивайся, это твоя комната. Не успел Эмиль опомниться, как вервольф закрыл за собой дверь и запер снаружи. Кидаться, выть и проситься выпустить Эмиль не стал. Было видно, что делать это не только бесполезно, но и опасно. Он осмотрел комнату. Довольно приятное убранство, ничего лишнего, не считая многовековой пыли. Кровать с балдахином между двух окон, прикроватные тумбы, туалетный столик, шкафы для книг и одежды, камин, коврики у кровати с обеих сторон и у камина, рядом с двумя креслами. В углу комнаты дверь, уборная, по всей видимости. Присев на кровать, Эмиль горько заплакал, запричитал о судьбе своей тяжкой, да на кого его дедушка покинул, да за что ему, сироте при живых родителях, такая кара небес выпала?       Ревел он недолго, пока не пришел хозяин дома. В руках чудище это волкоподобное держало поднос с едой. И где он столько всего раздобыл? — подумал омега. Сыр, хлеб, масло, чай, яблоки даже. Расположившись на кровати с подносом, оба приступили к молчаливому завтраку. Как бы омежка не храбрился, а есть уж очень хотелось. После смерти деда, Эмиль жил впроголодь, ограничиваясь постными похлебками из овощей. Хлеба он, кстати сказать, давно не ел. А тут целая краюха хлеба, да ещё и с маслом. Про чай и сыр, говорить нечего. Он при дедушке сыр ел, только когда родители вместе были. А как расстались, так дед редко баловал внука сыром. Дороговато, знаете ли. Эмиль осторожно взял хлеб и начал есть, не торопясь, откусывая по маленькому кусочку.       Вервольф усмехнулся и показал, как надо на хлеб масло намазывать и сыр сверху класть. Эмиль, проглотил первый ломоть хлеба просто так, без всего. Но затем последовал примеру Хантера. Парень удивлялся, что так вкуснее. Вервольф благосклонно смотрел на гостя, тихо посмеиваясь про себя.       За то время пока омега спал, зверь его достаточно рассмотрел. Довольно симпатичный омежка. Светлые длинные волосы, заплетенные в косу. Белая без изъянов кожа, вздернутый носик, пухлые губки. А вот цвет глаз, вервольф увидел только тогда, когда парень проснулся. Голубые, как само небо! Не омега, а загляденье!       Сам же Эмиль наблюдал, как ест Хантер. А ел он как обычный человек. Просто клал в рот бутерброд и прожёвывал в пасти, а потом чаем запивал. Его волосатые руки, покрытые тёмно-серой, почти чёрной шерстью, больше напоминали лапы волка и ловко орудовали ножом и чашками с чаем. От чего- то было заметно, что Хантер не простой вервольф. Наконец, вдоволь насытившись, хозяин дома предложил омеге экскурсию по дому. Мол, тебе тут жить, вот и привыкай, должен знать, что где находится. Что оставалось бедному Эмилю? Согласиться, конечно!       Дом представлял сбой довольно большой особняк в три этажа. Однако, даже при дневном свете, всё убранство, бывшее, когда-то богатым, смотрелось уныло и серо. Везде была пыль, зеркала были занавешены, а картины на стенах коридоров порваны. Эмилю не понравилось здесь. Жутковато. Его маленький и уютный домик всегда был светлым и чистым. А тут пыли и грязи столько, что дышать трудно. «Наверно, в этом доме и не проветривают даже», — подумал омега про себя. Пахло зверем, но не так чтобы неприятно. Запах просто ощущался, хоть и не бил в нос сильно. Показал вервольф и кухню, подсобные помещения и постройки во дворе.