Friends

Стив мчится вниз. Враги повержены. Директриса лежит где-то со сломанной шеей. Никого из захватчиков в живых не осталось. Из тех, кто был на втором этаже. Роджерс боится представить, что встретит внизу. Ведь Наташа была там одна, против десятка солдат! Да ещё и дети, сто процентов, под ногами мешались… он переживает даже не за них. Он переживает за свою подругу. Стив пытается уверить себя, что всё хорошо и шпионка в порядке, но сам себе не может дать гарантию этого. И если что-то случилось, виноват в этом он, Стив. Ведь он должен был быть рядом с Наташей, а не с Клинтом и Вандой. Лестничный пролёт кажется слишком длинным. А ещё длинным кажется крыло, по которому Стив летит со скоростью света, так, что ни Ванда, ни Бартон за ним не успевают. Но вот он останавливается у заветной двери и понимает, что боится увидеть, что за ней. Но если он не зайдет, он так и не узнает… собирая в кулак всю волю, которая почему-то начала улетучиваться, как только он оказался здесь, он толкает дверь… и от облегчения чуть не садится прямо в проходе. Наташа сидит на полу, прислонившись спиной к стене, а её левая нога перетянута какими-то тряпками. Вокруг неё хлопочет Джеймс, и футболка его изорвана практически до груди, Стив снова бросает взгляд на ногу Наташи и понимает, что эти самодельные бинты — и есть футболка Джеймса. Вокруг лежат тела убитых солдат, и что очень удивляет Роджерса, нет ни одного ребёнка. Но ему даже знать не хочется, куда Наташа их дела. Потому что сейчас ему интересен только один человек — Чёрная Вдова. Девушка, которая стала для него поддержкой и опорой в самые трудные моменты. Которая была рядом тогда, когда он опускал руки. И если бы что-то случилось… Стив замотал головой. — Я идиот, — произносит Стив. Наташа лениво поднимает голову, и так же лениво выбрасывает вперёд руку. Джеймс хватает её под локоть и помогает встать. — Подойди, — бросает Наташа Стиву не терпящим возражений голосом. Роджерс делает вперёд несколько неуверенных шагов. — Ближе. Ещё шаг. — Ещё ближе, не стесняйся. Стив идёт вперёд медленно, но расстояние между ними всё сокращается и сокращается. Наташа стоит на ногах нетвердо, опирается на Джеймса, а тот просто стоит и смотрит в одну точку, как солдат на службе. На службе… — Я подумала, ты хотел бы забрать свой щит, — просто произносит Романова, и Стив чувствует, как пальцы его касаются холодного металла. Одним движением он закидывает щит за спину, но отходить не спешит — знает, это ещё не всё. И он оказывается прав. Наташа подходит ближе, смотрит в его глаза сердито, а потом даёт капитану пощёчину. «Заслужил», — признаёт Стив, сжимая зубы. — Это за то, что бросил одну, — говорит шпионка бесстрастно. – И за… Стив не даёт ей договорить. Он просто заключает Наташу в объятия. Краем глаза он видит, как Клинт театрально закидывает голову вверх и протягивает вперёд руки, а Ванда звонко касается ладонью его щеки. Роджерс не может сдержать улыбки. — Джеймс — хороший мальчик, — говорит Наташа. — Я не знаю как, но он вдруг появился с твоим щитом и проломил им голову уроду, которому я обязана своей ногой… и он, кстати, сделал перевязку и позаботился о детях. Они заперты в столовой. И она с гордостью хлопает по бедру, перетянутому лентами ткани. — Это я к чему, — продолжает Наташа деловито. — Я, по идее, у него в долгу, но… — Что — но? — Выплачивать должок будешь ты. — Я?! — Если бы ты меня не бросил, этого бы не произошло. — Может, возьмёшь Джеймса себе в напарники? — задаёт вопрос Стив, но совершенно не ожидает услышать на него ответ: — Нет. Каким бы ты ни был косяком, ты — мой друг. И сжимает его только крепче. Стиву очень не хочется отходить, но он должен сказать пару слов Джеймсу. — Извини, я должен отойти. Он отпускает Романову, и та чуть не падает, но Клинт вовремя её подхватывает. Пока та клянёт капитана всеми возможными проклятиями, он подходит к мальчику. Тот стоит в стороне, не вмешиваясь никуда и смотря на капитана прямым и ясным взглядом. А Стив понимает, что начал уважать его. И, даже… восхищаться. — Спасибо, — говорит капитан с чувством. — Ты спас мою подругу. Я у тебя в долгу. — Не за что, — они обмениваются крепкими рукопожатиями. — Только она вас другом не считает… — Что ты имеешь в виду?! — Вы ей нравитесь, Стив, — просто говорит Джеймс. — Только слепой этого не видит. — Ты меня конечно извини, — Роджерс делает глубокий вдох. Только спокойно, у этого пацана просто разыгралось воображение. — Но мы… — Просто друзья? — подсказывает Джеймс насмешливо. — Бросьте, кэп. Вам ведь она тоже нравится… — Мы друзья, — с нажимом отвечает Стив и не даёт рыжему снова заговорить. — Спасибо тебе за всё, но не лезь, пожалуйста, не в своё дело. И спешит перевести тему: — В общем, я как минимум должен тебе новую футболку, а как максимум, напиши сюда. Стив протягивает ему мятую бумажку с адресом электронной почты. Джеймс смотрит на неё около минуты, а потом переводит пристальный взгляд на капитана: — Спасибо, Стив. Они ещё раз пожимают руки, и Роджерс уже уходит, как слышит вдогонку голос Джеймса: — Пригласите её на свидание, кэп!.. — Иди ты, — бормочет капитан в ответ и манит Романову к себе. — Нат? Пойдём. Думаю, Тони уже заждался нас. — Легко сказать — пойдём…

***

— Не спишь? — Как видишь. — Могу войти? — Заходи. Стив кивает, а потом осторожно проскальзывает в приоткрытую дверь. Наташа сидит на диване, поджав ноги и смотря задумчиво куда-то сквозь книгу. Вся комната мягко освещается простой настольной лампой, панорамное окно наглухо закрыто охристыми шторами. Роджерс останавливается у журнального столика. — Что встал? Садись, что ли, а то как неродной… Стив кивает и пристраивается рядом на диване. Наташа откладывает книгу и переводит на него пустой взгляд, мол, говори, зачем пришёл. Роджерс неуверенно сглатывает. Он боится признаться в том, что мальчик Джеймс до сих пор не выходит у него из головы, и всё его мысли сейчас только о нём. Впрочем, Наташа не дожидается, пока он что-нибудь скажет. Она начинает первая: — Я попросила Тони навести кое-какие справки о нашем маленьком друге, — произносит она. Стив сразу понимает, что речь сейчас пойдёт о рыжем сорванце. — Есть что-нибудь интересное? — Ничего особенного. У пацана было неутешительное детство: родился в семье Уильяма Миллера, но когда парню было тринадцать лет, отец с женой погибли в автокатастрофе, а из-за тяжёлого характера никто из родственников брать к себе его не захотел, и мальчишку отправили в приют. Там было несколько попыток пристроить его в семью, но все они заканчивались неудачей. Минутная тишина. Наташа витает в собственных мыслях, а Стив чувствует, как на душе становится ещё тяжелее. Джеймс всё не пишет и не пишет, хотя Роджерс сильно на это надеется, уж очень хочется ему снова повидаться с ним, с рыжим пареньком с голубыми глазами… — Я бы хотел сына, такого, как Джеймс, — говорит капитан внезапно. Наташа чуть поворачивает голову. — Ты стал бы отличным отцом, — говорит она без доли насмешки в голосе. А Стив чувствует, как тугой комок в груди начинает ослабевать. — Джеймс Роджерс, — улыбается он и поднимает глаза к потолку, словно что-то прикидывая. — По-моему, звучит неплохо. — Ага, как начало какого-нибудь анекдота. Приходит в магазин Джеймс Роджерс, сын капитана Америки, и говорит… — Спасибо, я понял. Можешь не продолжать. Джеймс, конечно, мальчик хороший… но я бы не выдержал рядом ещё одну Чёрную Вдову. — Что, не любишь рыжих? — Нет, просто он такой же заносчивый и беспринципный, как и ты. Наташа только усмехается. — Зато смелый и прямолинейный, в тебя. Наташа перебирается ближе и кладет голову Стиву на плечо, устремляя взгляд куда-то сквозь стол, а капитан впервые не смущается и не заливается краской. Разве не так ведут себя друзья, когда им нужна поддержка друг друга?.. — Знаешь, — после недолгого молчания начинает Стив. — Я ведь мог бы… забрать его оттуда. Из приюта, всмысле. Отцом, я конечно, ему не стал бы, да и рано мне ещё. А вот наставником – очень может быть… что скажешь? Нат? Она спит. Стив понял это по её глубокому размеренному дыханию и полному игнорированию всего, что он говорит. Он осторожно поворачивает голову и смотрит на шпионку, которая посапывает у него на плече так безмятежно, что капитан отбрасывает все мысли о том, чтобы переложить её на диван. Пускай остаётся, он всё равно пока спать не хочет… на глаза ей падает рыжая прядь, и Стив тут же заправляет непослушные волосы за ухо… и продолжает смотреть на шпионку, боясь пошевелиться. Она такая беззащитная, когда спит… чего не скажешь днём. Роджерс вдруг понимает, что Джеймс похож на Наташу даже больше, чем он заметил сначала. Помимо того, что он сказал шпионке, в нём также была наглость, необычайный сарказм… и нелюбовь к приказам. Сходство бросилось капитану в глаза ещё при их первой встрече. Он говорил с Джеймсом, но как будто с копией Наташи. И именно это и привлекало его в мальчике. Разве что… глаза голубые… Роджерс дотягивается до «Всадника без головы», оставленного Романовой на столике. «Хорошо, что мы друзья», — думает Стив, открывая книгу с начала. И эта мысль впервые не приносит ему удовлетворения.