Moron mei tantum

—Шото,– парень обернулся и, естественно, увидел там Изуку.– Чего не спишь? —Кости ростут. Я заснуть не смогу,– Тодороки снова отвернулся к окну и принялся тупо втыкать. Мидория не отошёл, а встал рядом. —Может в карты сыграем или в плюй-камни? —Смысл?– казалось, что выдавить лишний звук из Шото нереально. —Нуу,– протянул Деку.– Почему ты во всём ищешь смысл?– Тодороки промолчал,а потом произнёс: —Давай в карты. Мидория достал из, стоящей рядом, тумбочки колоду, перетасовал и раздал по шесть карт каждому. Они решили играть в обычного „дурака”. Изуку часто играл в него с Каччаном, почти всегда проигрывая. Однажды зелёноволосый заметил, что Кацуки схитрил и то доставал из „отбоя” тузы или козыри, то прятал карту в рукаве или ещё где-либо. После этого Мидория тщательно наблюдал за действиями Бакуго, ибо доказать виновность – себе дороже. Как минимум, обложит трёхэтажный матом, как максимум – убьёт. И найдёт его Дамблдор под деревом, в Запретном Лесу. Юноши сыграли пару партий, в которых Изуку проиграл, и продолжили болтать до рассвета.                 *** Изуку выписали ближе к вечеру, перед ужином, а Шото ещё утром. Кацуки решил встретить друга и поэтому пришёл за ним в Больничное крыло. Целый день без этого придурка повлиял на Бакуго. Оказалось, что без него невероятно тоскливо. Тяжело было в этом признаться, но он скучал. Да-да, всего один день без Изуку! Парни шли по коридору из Большого зала, сразу после ужина. Ученики из разных факультетов медленно шли в свои гостиные. Кто-то откровенно клевал носом, некоторые наоборот – слишком активные. —Изуку, привет!– раздался голос за спиной гриффиндорцев. Мидория развернулся и, увидев там этого парня, удивился. —Привет, Томура,– всё же поприветствовал слизеринца Деку. —Можно тебя на пару минут?– произнёс Шигараки и мило улыбнулся. —А с какого хера тебе вдруг понадобился мой Изуку?– резко вклинился в разговор Каччан. —Что, прости? —Успокойся, Кацуки,– пробормотал смущённо Мидория и направился за слизеринцем. У Бакуго явно бомбит. Парень забрёл в пустой кабинет, забитый какими-то шарами, чашками и т.п., наверное, кабинет прорицания. Стало тяжело дышать, ибо пыли просто невероятно много. Либо домовики даром получают свою зарплату, либо...обленились мелкие, короче. Если бы Гермиона это услышала... Изуку мысленно усмехнулся, представляя реакцию девушки, которая яростно отстаивает права домовых эльфов и даже создала свою организацию ГАВНЭ. —Что ты хотел?– Деку убрал заклинанием пыль с учительского стола и запрыгнул своей пятой точкой на поверхность. —Ох, Мерлин...– пробормотал Томура и почесал шею, нервничает.– Тебе не говорили, что ты нереально сексуальный? —Эмм, спасибо, – растерянно произнёс Деку и покраснел. Непривычно было слышать от парня, который тебе нравится, комплименты(?).– Так что ты хотел? —Не хочешь прогуляться со мной в Хогсмид?– протянул Шигараки и едва заметно улыбнулся. —Серьёзно?– опешил Изуку.– Ты не шутишь? —Это похоже на шутку? —Нуу, я не против. —Тогда, спокойной ночи!– произнёс юноша и, послав воздушный поцелуй, удалился. Про себя обругав эту ситуацию матом, Деку пошёл в гостиную. Какого чёрта этот шестикурсник пригласил Изуку, на свиданку? О, Мерлин! Мидория вспомнил, что следующая вылазка в Хогсмид на день Святого Валентина. —О чём болтали?– Изуку на автопилоте дошёл до гостиной, назвав пароль Полной Даме. Кацуки сидел рядом со входом в гостиную, дожидаясь Деку. Честно говоря, у него чуть сердце не остановилось от неожиданного вопроса. —Он пригласил меня на свидание,– честно ответил Мидория. —Этот придурок посмел пригласить тебя,– Каччан на секунду запнулся,– на свидание. А ты? —Согласился. —Что?!– вот на этом моменте внешне спокойный Бакуго бомбанул. Скажем так, он возненавидел слизеринцев и, в особенности, Томуру Шигараки почти сразу после поступления в Гриффиндор. Возненавидел – это мягко сказано.– С какого, блять, ты согласился? —Ну, а почему нет?– Изуку попытался остановить лагающего, как Internet Explorer, Кацуки.– Он симпатичный, умный... —Заткнись, придурок!– перебил его Бакуго.– Он еблан,– эта фраза стала приговором, но Изуку твёрдо решил пойти на это свидание и никакой Каччан его не остановит!                 *** Мдаа, день Святого Валентина просто отвратительный праздник! Кацуки выводили из себя все эти сопливые парочки, купидоны, почтальоны с говорящими валентинками и подобная, никому не нужная чушь. В это трудно поверить, но и Каччану досталось пару десятков валентинок, которые он сразу же поджёг заклинанием. Даже Изуку проникся отвратной атмосферой и, оставляя Бакуго в одиночестве, собирался на свиданку к ублюдку-Шигараки. Вот это и пугало, и настораживало, и хотелось разнести весь Хогвартс к чёртовой матери, и прочее–прочее. Фантазия у Кацуки просто превосходная(может, поэтому у него нет девушки?) и он живенько представил себя, подрывающего древний замок, улепётывающего Шигараки и прочих слизней. Взрывы преследуют Томуру по пятам и, в конце концов, поглащают полностью. До ушей Кацуки доносятся воображаемые крики голубоволосого психа и он, счастливо улыбаясь, открывает красные глазки. Изуку достаёт из тумбочки рубашки и, не одевая, примеривает их к себе. За что Кацуки его любит это то, что он не заёбывает его с извечными вопросами:„Вот эту рубашку с кактусами или вот эту с сердечками?”. Спустя минут тридцать молчаливых страданий, Изуку надел светло-зелёную рубашку с высоким горлом, обычные чёрные джинсы и кроссовки. —Вообще-то, сейчас зима, придурок,– бормочет Каччан и опять утыкается в словарь. Юноша решил выучить новый язык, чтобы оскорблять людей не только на японском, английском и русском, а ещё и на испанском. —Puto, perra, larva de Satanás*,– как молитву скандирует Кацуки.– Puto, perra, larva de Satanás. —Бакуго, перестань! У меня уже голова кругом идёт от матов. —Zorra, mamón, buta boca*,–читает фразы из словаря блондин,– zorra, mamón, buta boca. —Я пошёл,– парень накинул на плечи куртку и вышел из комнаты. —Entonces, ¿a dónde VA's, cachorro?*– Кацуки вздохнул.– Oh, ¿por qué los pollitos vuelan tan lejos del nido?*                 *** —Шигараки,– тихо окликнул голубоволосого юношу Изуку,– зачем тебе всё это?– Мидория показал рукой на себя, на праздничную обстановку кафе мадам Паддифут. Здесь, в честь праздника, всё украшено в лучшем стиле романтики: сердечки, конфети, купидончики над потолком летают и в прочей милой ерунде, которую на дух не переносит Каччан. Юноши заказали кофе минут пять назад, но из-за обилия влюблённых парочек капучино Деку и американо без молока Томуры только-только дошло. —Что именно?– губы парня искривляются в непонятной, но нереально милой, ухмылке. Да-да, Изуку пытается и находит что-то милое в суровом шестикурснике. Первые признаки влюблённости? Возможно, что симпатия является далеко не симпатией. —Зачем ты позвал меня на свидание?– спрашивает напрямую Изуку. —Ммм, а почему люди ходят на свидания?– опять Шигараки увиливает от ответа.– Наверное, я захотел поделиться теорией всемирного заговора. Или...о, нет!– парень наклонился над ухом Изуку и прошептал: – Я влюбился в тебя. —Стоп! Надеюсь, что ты не шутишь. —Не шучу,– Томура придвигается ещё ближе к зелёноволосому.– Теория всемирного заговора состоит в...–дальше Шигараки не смог ничего сказать. Изуку, неожиданно для всех, сам впивается неуклюжим поцелуем в губы шестикурсника и скрещивает руки на его шее. Это его первый поцелуй, если не считать лобызания с тётями-бабушками, которые старательно выцеловывали пухлые щёчки племянника–внучка. Томура ненадолго отстраняется и, посмотрев на раскрасневшееся лицо Изуку, притянул снова к себе. Этот поцелуй не такой рандомный, как первый. Он не девственный, а действительно страстный. Парень оглаживает талию младшего, спускаюсь ниже, останавливается на бёдрах. Мидория приоткрывает рот, впуская в него язык Шигараки. Поцелуй смог вместить то, что они не смогли описать словами. И чувства Изуку, и чувства Томуры, и страсть обоих друг к другу. Так странно.. Всего лишь обмен ДНК, а столько эмоций. Если бы Каччан увидел счастливую мордашку друга... В памяти Деку всплыла фраза, сказанная Бакуго: „Я – асексуал. Мне не интересны чувства и отношения, мне похуй на всех и вся, запомни это. Единственная поблажка это отцовская любовь к тебе, олух”. Шигараки медленно отстранился, не убирая от юноши своих рук, только переместил одну на плечо Изуку, а потом, подхватив, пересадил к себе на колени. Прозвенел колокольчик, оповещающий о прибытии посетителей в кафе, хотя в этот праздничный день он звучит почти без остановки. —Чёрт,– пробормотал слизеринец, уставившись тяжёлым взглядом на вошедших. Это были однокурсники Шигараки. Маркус Флинт – кривозубый, подстриженный почти под „нолик”, парень. Грэхэм Монтегю – парень с вечно непомытой головой. Он думал, что берёт пример у Северуса Снейпа, который, по слухам, вообще её не моет, но каково же было бы его разочарование если бы он узнал, что Снейп мажет волосы специальными аромомаслами, которые укрепляют и содействуют улучшению объёма волос. Да-да, профессор тщательно заботиться о себе и, в особенности, своей шевелюре. Но Грэхэм не заботился о своих патлах, как всем вам стало понятно. Слизеринцы осмотрели помещение и, увидев вполне не привычную их взору картину, направились к ним. Ах, да. Раньше именно они и Томура издевались над гриффиндорцем. Шигараки быстро покинул компанию, проще говоря, слился, а Монтегю и Флинт продолжали своё грязное дело до того момента, как, на постоянной основе, стал вмешиваться Кацуки Бакуго. Его боялись все, даже „грозные” слизеринцы. —Ух ты! Изуку нашёл себе нового бойфренда?– протянул Маркус, пародируя нотки Драко Малфоя. —Что ты, приятель? Скорее, Шигараки отыскал себе новую подстилку!– парни весело засмеялись, а  Томура, тем временем, пересадил Изуку на сидение к окну со своих колен и медленно встал. Про волшебные палочки все как-то забыли. Томура закатил рукава своей любимой красной толстовки с принтом какого-то чудовища и надписью „Аll for one”. Встал в свою боевую стойку, то есть, просто встал, засунув в карманы руки. Флинт и Монтегю усмехаются. Два на одного – это слишком легко для крепких слизеринцев. —Решил защищать свою сучку, Томура?– Флинт замахивается для удара, но Шигараки ставит блок на полпути к его лицу, делает захват и опрокидывает Маркуса на пол. Он бьётся лицом об твёрдую поверхность и из носа начинает сбегать тонкая струйка крови. У Флинта начинает неметь кровоточающая часть лица, помутнели глаза. Монтегю разбегается и пытается протаранить голубоволосого, но тот просто немного отходит в сторону в последний момент до столкновения, и тупенький Грэхэм со всей скоростью влетает в стену. Неожиданно, но сзади его хватает за шею восставший Флинт(звучит прикольно, не так ли?) и пытается задушить. Томура вырывается, наносит пару ударов, но Монтегю успешно их блокирует и наносит свои, которые, так же успешно, достигают цели. Шигараки падает от удара в челюсть, прикрывает на секунду глаза и открывает от звука удара, но уже не в него. Если быть честным, голубоволосый был в шоке. С виду, слабенький подросток с такой силой долбанул стулом по голове Монтегю, что тот грохнулся рядом с Томурой, бормоча что-то про мамочку и горячий шоколад. Шигараки встал, схватил юношу за руку, расплатился за нанесённый ущерб и за, так и не выпитый, кофе и вышел из помещения. Холодный воздух обдал кожу возбуждённых, разгарячённых после потасовки подростков. Изуку застегнул молнию курточки, ибо на улице невыносимо холодно. Зима, всё таки. Шигараки достал из потайного кармана уменьшенный слизеринский шарф, дотронулся к нему волшебной палочкой и обмотал его вокруг шеи Деку.