Самый близкий

Лоуренс не мог найти себе места. Когда первая волна шока от случившегося схлынула, первым его желанием было броситься вслед за Таддеушем. Воображение в момент нарисовало вереницу жутких событий и ситуаций, в которые мог попасть сын, находясь в не слишком вменяемом состоянии. Но когда Ло уже натягивал пальто, запястье отдалось болью и жжением. Он сдвинул вниз рукав, скользнул взглядом по почти лиловому отпечатку чужих пальцев на своей коже, и это отрезвило его. Ужас и отвращение иглами впились в самую подкорку его души. Лоуренса замутило, и он бросился к ближайшему санузлу. Его долго рвало, до зелёной желчи, до чёрных пятен перед глазами и колотило так, что он несколько раз до крови прикусил себе язык. Только горячая ванна привела Ло в чувство и помогла относительно успокоиться. Почему? Почему? Почему? Почему? Что он сделал не так? Вновь эти вопросы, на которые не было ответов, и никто не смог бы их подсказать. Вся его жизнь превратилась в странную, извращённую игру без начала и конца, и теперь эта игра шла в открытую. Раньше ещё имелась возможность сделать несколько шагов назад и попытаться обойти препятствие, но теперь оно стеной встало вокруг него, и в этой стене виднелась лишь одна узкая дверь. Выхода всего два: разбиться в бесплодных попытках найти другой выход или принять тот, что предлагают, шагнуть за порог и оказаться... где? В тёплых объятиях, любви и заботе или жёстких тисках, постоянном страхе и отвращении к себе? Можно ещё ходить по кругу, касаясь пальцами шершавых стен, в надежде найти хоть какую-то спасительную зацепку, ходить так, пока пальцы не сотрутся в кровь. Тянуть время, тянуть, пока боль не станет совсем невыносимой. А потом, кто знает, быть может, откроется новая дверь, и его страдания будут вознаграждены. Но до этого мистического момента никто не придёт на помощь. Даже Рик находился за пределами этой огромной стены. Рик. Такой близкий и такой далёкий. Что бы он сделал, что бы сказал, узнай он правду? Забрал бы Лоуренса к себе и запретил Теду приближаться к нему? Но это же просто смешно! А что ещё? Отправил бы Таддеуша учиться в университет на другом конце страны? И потом бы они оба надеялись, что Тед там одумается и найдёт себе кого-нибудь. А сам-то Лоуренс может поступить так с сыном? Ведь вина не лежит на одном Теде, он и сам чувствует к сыну запретное, его самого к нему тянет... Это был замкнутый круг. Ло понял, что если не перестанет мучить себя этими вопросами, то попросту сойдёт с ума. В любом случае, что бы с ним ни происходило, а работы никто не отменял. И в понедельник он отправился в офис, попытавшись оставить все свои проблемы в пределах дома. Ричард не должен был ничего заметить. Лоуренс всё же решил, что не имеет никакого права вмешивать его в это дело, слишком личным оно являлось. Но Рик заметил. - Лори, ты в порядке? - участливо спросил мужчина за обедом, заключая руку омеги в свои тёплые, большие ладони. - Конечно. Почему ты спрашиваешь? - Лоуренс постарался улыбнуться и прямо взглянуть ему в глаза, но улыбка вышла нервной и натянутой, а прямого взгляда так и не получилось. - Я же вижу. Хороший мой, на тебе лица нет. Что-нибудь случилось? Плохо себя чувствуешь? - Нет, нет, тебе просто показалось, - и вновь неудачная попытка улыбнуться. - Ло, - Ричард чуть нахмурился, - скажи мне честно: ты жалеешь о том, что произошло между нами в эти выходные? Тебе не понравилось со мной? - Что? Нет, Рик, нет. Это было... это было чудесно. Я не жалею ни в коем разе, - омега закусил губу и поспешно добавил, стремясь успокоить мужчину: - Просто с сыном проблемы. Дома не ночевал. Я беспокоюсь. - Лори, ну когда же ты научишься делиться со мной своими проблемами? - Ричард чуть крепче сжал его руку. - Мы же не чужие друг другу. Если у тебя какие-то трудности, с чем угодно, я хотел бы знать. Ты больше не один против всего мира, Ло, у тебя есть, на кого опереться. Расскажи, что у вас произошло. - Поцапались из-за того, что меня два дня не было дома, и я даже не звонил. Кажется, он решил меня наказать, - Лоуренс истерично усмехнулся, давя в себе воспоминания о том, что произошло на самом деле. - Да, возраст у него как раз подходящий для первых побегов из дома, - задумчиво протянул Ричард, поглаживая его пальцы. - Хочешь, поищем его вместе? Можем поехать прямо сейчас. - Нет, Рик, спасибо тебе огромное, правда. Но я сам. Не хочу вешать это на тебя. Тем более вот так, посреди рабочего дня куда-то срывать. - Лори, что я тебе только что говорил, а? Ты можешь рассчитывать на меня в любой ситуации. - Я знаю, Рик, - Лоуренсу всё же удалось нормально улыбнуться. - Я всё же попробую дозвониться до него или до кого-то из его друзей. Вполне возможно, что уже к вечеру Тед остынет и вернётся домой. - Ладно, но держи меня в курсе дела, хорошо? - Конечно, - согласно кивнул Ло. Вечером, вернувшись в пустую квартиру, Лоуренс с облегчением выдохнул. Как бы противно ни было это признавать, но он понимал, что больше всего боялся, возвратившись домой, столкнуться здесь с Таддеушем. Беспокойство за сына теперь лежало где-то на самом дне, а на поверхности царили совсем иные, не самые приятные чувства. Ло обнаружил, что Тед побывал дома в его отсутствие и забрал кое-какие свои вещи. Это значило, что с ним всё в порядке, но одновременно говорило и о том, что возвращаться в ближайшее время тот не собирается. Что ж, наверное, так будет правильно. Им обоим следует всё хорошенько обдумать и решить, что они будут говорить друг другу при встрече. А Лоуренсу предстояло ещё и придумать, как защититься, если сын вновь потеряет над собой контроль.

***

Таддеуш не заметил как пришла пятница. Все дни обратились в памяти в какое-то невообразимое цветастое месиво из лиц, извивающихся в танце и лоснящихся от пота тел, фрагментов бьющей по барабанным перепонкам музыки, обрывков фраз. Вкус дешёвого пива, дрянных коктейлей и сигаретного дыма намертво впитался в язык. Головная боль и мыльная муть перед глазами тоже стали постоянными спутниками. Распинывая пустые алюминиевые банки, стеклянные и пластиковые бутылки, обрывки неизвестно кем притащенных конфетти и прочий мусор, Тед выбрался на балкон, но тот оказался немногим чище остальной квартиры, к тому же перила были залиты чем-то подозрительно напоминавшим блевотину. Парня самого чуть не стошнило, в очередной раз за это позднее утро, и он поспешил убраться оттуда. Перешагивая через беспорядочно-хаотичное нагромождение сонных тел, он смог достичь входной двери, которая оказалась незапертой, и буквально вывалился в коридор. Беззвучный и медленный, как разжиревший слизняк, лифт сначала бесконечно долго достигал его этажа, потом так же неспешно скользил вниз. От свежего воздуха, в мгновение заполнившего лёгкие до отказа, закружилась голова и заслезились глаза. Отовсюду веяло весной, небо стало высоким и прозрачным, а солнце несмело, но ободряюще пригревало. Теду казалось, что он медведь, выбравшийся из берлоги после долгой зимней спячки, повинуясь зову весны. Какого дьявола он вообще делал в этом месте? Среди всех этих не слишком приятных и не особо интересных ему людей? Прятаться вечно всё равно не выйдет. Да и большого смысла в этом нет. Он просто оттягивает неизбежное, а это могло обернуться ещё большими проблемами в дальнейшем. Папа звонил и в среду, и прошлым вечером, и уже успел отправить несколько сообщений с утра. Таддеуш проглядывал их и удалял. Он по-прежнему не представлял себе, как сможет вернуться домой после случившегося и просто спокойно поговорить с родителем за чашкой чая, как тот того желает. Задавленная алкоголем и психотропными веществами боль угольками тлела где-то в подреберье. Свежий весенний ветер будто норовил пробраться под скорлупу-броню и вытянуть все болезненные мысли наружу. Разум прояснялся, воспоминаниям возвращалась яркость и чёткость. Тед поморщился. Он не хотел этого. Понимал, что надо, надо себя преодолеть и двигаться дальше, хоть как-нибудь, ползти, быть может, но всё же вперёд. Ведь совсем страшного не случилось, что-то ещё можно подшкурить и склеить, покрыть сверху лаком и притвориться, что так и было. Папа ясно давал понять, что готов переступить через себя, готов простить. Но Таддеуш понимал, что ему не нужно одно лишь прощение и возможность пребывать рядом. При таком раскладе, они бы отдалились настолько, что любой прохожий был для них ближе, чем они сами друг для друга. Тед уже не мучил себя вопросами «почему». Это случилось, это есть, это живёт внутри него, не задавить, не выкинуть, не уничтожить. С этим придётся существовать. Таддеуш хотел большего. Альфа в нём требовал взять своё и отказывался идти на компромиссы. Поэтому и стоило держать себя подальше от папы. Рядом с ним Тед превращался в ненасытного зверя, не принимающего отказов. От этого становилось страшно. Он ведь больше всего на свете желал оградить папу от слёз и страданий, и в то же время являлся теперь их главнейшей причиной. Осознание этого было совершенно невыносимым. Входная дверь распахнулась, и на улицу выкатился сонный и помятый Дилан с двумя здоровенными мусорными пакетами. - Эй, чувак, помогай давай. Надо успеть до вечера прибрать всю эту хламину. Мы ж почти дожили до официальной части. - До какой ещё официальной части? - хмуро поинтересовался Тед. - Днюха Райли же, братан! Сегодня начнётся настоящее веселье! - А до этого?.. - А до этого была разминка, - весело, несмотря на общую зеленушность своего облика, ответствовал Дилан. - Он сегодня всю свою универскую братву зазовёт, а те притащат с собой табун взрослых омег. Это тебе не наши школьные обсоски, сразу поймёшь разницу. - У них что, дырки какие-то другие? - хмыкнул Таддеуш. - Дурак ты, Тед, и нихренашеньки в этом не смыслишь, - с видом матёрого и всезнающего самца заявил Дил. - Ща пойдём ещё за жрачкой сходим. Давай, шевелись, айда народ будить. «Взрослые» омеги или нет – особой принципиальной разницы Таддеуш не видел. Он сидел в углу гостиной, посасывал пиво из горла узкой бутылки и без энтузиазма рассматривал собравшуюся разношёрстную толпу. Омеги в большинстве своём были пошло размалёваны, одеты в узкие, блестючие шмотки, от них разило синтетическими феромонами вперемешку с ещё какими-то духами. Они охотно давали себя лапать и так же охотно угощались неиссякающими здесь «конфетками» и тонкими индиго-сигаретами. Тед чувствовал себя до отвращения трезвым, но в то же время, нажираться, как все предыдущие дни, ему не хотелось. Разнообразия ради он подрочил на брудершафт с довольно симпатичным бетой в относительно тёмном уголке и вернулся к компании пива. Райли трахался где-то аж с двумя или тремя омегами, поздравить его толком не удалось, но, похоже, старшему альфе это было и не нужно, он сам окружил себя подарками и тысячей удовольствий. Теду стало скучно. Ужасно быть трезвым на чужом празднике жизни. И хоть он уже и знал об утренних последствиях чрезмерных возлияний, но всё же потянулся за сорокоградусной синеватой сциллой, так удачно оказавшейся под рукой. Но он не успел хлебнуть терпкого сладковато-горького напитка, когда вдруг заметил в толпе танцующих знакомое лицо. Это был Тайлер. Тай тоже нашёл его взглядом, приветственно махнул рукой и стал прокладывать себе дорогу среди разгорячённых музыкой и алкоголем тел. Только когда друг оказался поблизости, Тед заметил, что тот не один. Чуть позади Тайлера стоял его младший брат – Флоренс, который старательно и, надо признать, небезуспешно изображал торшер, занавесившись от мира спадающими до плеч, матово блестящими чёрными волосами. - Здорово, Тед! Чёрт, я поверить не могу, что ты проторчал здесь всё это время! - А я поверить не могу, что ты всё это променял на учебники и вместо веселья дышал книжной пылью, корпея над очередным докладом, - Таддеуш старательно скалился, изображая бурную радость. На самом деле, нельзя сказать, что он был так рад видеть Тая. От него не ожидалось ничего, кроме очередных нравоучений и попыток наставить на путь истинный. - Да, да, я как воспитанный и послушный мальчик выполнил все уроки и задания и только после этого отправился развлекаться, - ворчливо отозвался Тайлер. - С прицепом-то? - усмехнулся Тед, кивая на Флоренса. - Когда это ты нянькой заделаться успел? - Да он сам напросился, а предки неожиданно одобрили. Сказали, он для меня сдерживающим фактором будет, типа, чтобы я тут не пускался во все тяжкие, - Тайлер чуть ущипнул брата за костлявый бок, тот ойкнул, покраснел и отвернулся. - Фло, побудь тут, я на минуту, мне кое-что перетереть с Тедом надо, - бросил он брату и утащил Таддеуша с собой за угол. - Ну чего такое-то? - недоуменно спросил Тед. - Брааат, выручи, а? - заныл Тай. - Ну правда, навязался этот мелкий на мою голову, а я ж тоже оторваться хочу. Ты-то тут уже все попробовать успел и тебе, как я вижу, всё равно скучно... - Хочешь, чтобы братик твой скрасил мне вечерок? - Да ну тебя, я ж серьёзно, Тед! Ну присмотри за ним часок-другой. Кому я ещё его доверить-то могу? А здесь толпа альф, которые оприходуют любого без разбору. - Тайлер, нянька на сегодня ты, а не я. - Тед, ну пожалуйста. Он тихий, сильно мешаться не будет. Ты только смотри, чтобы он тяжелее пива ничего не пил, и уж точно к наркоте его не пускай, ну и парней отваживай... - Ну, с этим и ты справишься, - Таддеуш похлопал его по плечу. - Здесь Донни, - выдохнул Тайлер так, словно это был последний и самый весомый аргумент. - Когда я ещё смогу оприходовать эту сладкую задницу? Надо брать, пока он тёпленький и пока кто-то другой не перехватил. Ну будь другом, чувак! - Ладно, хрен с тобой, вали уже к своему Донни. Только чур, сам своего брательника домой повезёшь, я не собираюсь с ним так возиться. Просто буду присматривать краем глаза. Он не маленький уже, своя башка на плечах должна иметься. - Спасибо, друг! - Тай радостно встряхнул его за плечи и уже развернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился и взглянул на Таддеуша очень серьёзно и даже обеспокоено. - Слушай, Тед, я не хотел говорить, но... - Ну чего ещё? - недовольно и резко отозвался Тед, потирая виски. Он-то уже понадеялся, что обошлось без порции «отеческих» наставлений. - Ты паршиво выглядишь, брат, - с лёгкой усмешкой произнёс Тайлер. - Правда. Я беспокоюсь за тебя. Не знаю, что там произошло между тобой и твоим папкой, но так разрушать себя не дело, в любом случае. Не хочешь с ним жить, так не живи. Но не убивай себя всей этой дрянью. - Прекрати, Тай... - Нет, послушай меня. Остановись на этом, хватит. Давай сегодня уйдём отсюда вместе. Сейчас выпьем, развлечёмся, а потом вызовем такси и уедем. Переночуешь у меня, отоспишься, и там видно будет, что дальше. Таддеуш хотел наорать на него и особо жёсткой форме напомнить, что это не его дело, но друг искренне волновался за него, а потому Тед просто выдохнул, похлопал Тая по плечу и пожелав хорошего вечера, вернулся в общий зал. Флоренс сидел на широком подлокотнике кресла и нервно теребил длинные, гладкие пряди своих волос. Когда Таддеуш подошёл к нему, омега вскинул голову, посмотрел почти испуганно, но тут же заметно расслабился. А Теда в очередной раз передёрнуло: эти невозможные большие, чуть раскосые, желтовато-зелёные глаза каждый раз прошивали его насквозь, под их взглядом становилось неуютно, казалось, они пробираются до самого нутра и с любопытством рассматривают душу. Тед утянул с ближайшего столика пару банок пива и плюхнулся в кресло. - Ну, и какого ты припёрся сюда, ребёнок? - спросил альфа и ткнул ему в руки холодную банку. - А ты, значит, всем детям вот так пиво раздаёшь? - в свою очередь ехидно осведомился Флоренс, щёлкнул колечком клапана и с удовольствием присосался к банке. - Мелкий алкоголик, - фыркнул Тед. - Ой, да кто бы говорил-то! Не я тут бухал без просыху почти неделю, - язвительно отозвался Фло. Так в вялых переругиваниях и взаимных подколках и проходил их дальнейший вечер. Судя по тому, что ни Дональда, ни Тайлера, покушавшегося на его задницу, в поле зрения не наблюдалось, Таю удалось охмурить симпатичного омегу и где-то уединиться с ним. Таддеуш пару раз потанцевал и пообжимался с приглянувшимися омегами; не сказать, что они ему сильно понравились, но находиться всё время в обществе Флоренса было почти невыносимо. Теду всегда казалось, что брат лучшего друга мягко говоря странный, хоть он никогда близко и не общался с ним. Но достаточно было и этих долгих пронзительных взглядов или словно случайно брошенных фраз. Теперь Тед видел всё воочию: маска нормальности, которую старался держать Флоренс, стремительно трескалась и крошилась, стоило ему только задуматься и перестать контролировать свои слова и действия. - Этот омега ищет здесь отца своего ребёнка, - лениво протянул Фло, кивая куда-то в сторону танцующих. - Но у него не хватит мозгов остановиться, оглядеться и подумать. Сегодня его попользуют и выкинут в очередной раз. - Что? - Таддеуш окинул его раздражённым взглядом. - Хватит уже строить из себя чёртова предсказателя! Ты и без этого похож на чудика. - Пф, какие ещё предсказания, идиот, - фыркнул Флоренс. - Посмотри, какой он худой, а теперь посмотри на живот: четвёртый месяц, не меньше. А когда он только пришёл, расспрашивал всех, выглядывал кого-то. Поговорил с Диланом, а тот ему «конфетку» сунул, чтобы успокоился. - Это не означает, что он искал здесь именно «отца своего ребёнка». - Ага, если бы один дредастый наркоша при виде этого омеги не втянул голову в плечи и не сбежал отсюда, петляя на полусогнутых, - хмыкнул Фло. - И я не чудик, - он больно ткнул тонким пальцем Теда под рёбра. - Просто умею смотреть и видеть. Тоже развлечение, знаешь ли. - Если тебе так скучно, какого хрена ты припёрся? Флоренс не ответил, хлебнул ещё пива и отвернулся. Его молчание устраивало Теда гораздо больше, он даже немного расслабился и откинулся в кресле. Фло не смотрел на него, и Таддеуш позволил себе окинуть его оценивающим взглядом. Флоренс был... красивым. И за одну только эту мысль Тед отвесил себе ментальный подзатыльник. Раньше он не думал об этом и воспринимал Фло лишь как мелкого, назойливого братишку лучшего друга. - У меня голова болит от всего этого шума, - вдруг тихо произнёс Флоренс и внимательно посмотрел на альфу. - И что ты предлагаешь мне сделать? Попытаться их всех заткнуть и выключить музыку? - усмехнулся Тед, ещё не чуя беды. - Квартира выглядит большой, может, есть комнаты, где потише?.. - Ты издеваешься, да? Нах приходить на вечеринку, если у тебя от громкой музыки голова болит! Устроил и брату, и мне весёлую жизнь своим присутствием, блин. Что за дети нынче пошли! - Пойду прогуляюсь, - заявил Флоренс и резко поднялся. - Аха, так я тебя и пустил одного. Тай мне потом башку открутит, если тебя по пути невзначай затащат в какую-нибудь комнату и оприходуют. Флоренс окинул его странным долгим взглядом и пожал плечами. Квартира Дилана и Райли и правда была большой. То ли их родителям некуда девать деньги, то ли они просто дураки, что доверили двум оболтусам такое место. Когда Тед, сопровождая Фло, шёл по длинному коридору, решил заглянуть в комнату, в которой ночевал несколько дней, но она оказалась занята какой-то активно сношающейся парочкой. А жаль, ему хотелось забрать свою куртку, которая валялась там, и позвать Флоренса на небольшую прогулку. Вряд ли им сейчас удастся найти незанятое помещение. Народу на эту вечеринку пришло очень много, и немало пришедших трахались по всем укромным углам, не говоря уже о хозяйских спальнях и двух гостевых. Флоренс как раз с интересом пялился на парочку, запрятавшуюся за ветвистым фикусом. - Придурок, пошли отсюда! - Тед утянул его за руку дальше по коридору. - Надо найти твоего брата да вызвать уже такси, - пробурчал он. - Не стоит, если мы ему помешаем, он будет дуться на меня всю неделю, - с лунатичной улыбкой отозвался Фло. Он дёрнул за ручку какую-то неприметную дверь, и та оказалась не заперта. За ней пряталась небольшая комната, каморка, скорее. Вероятно, предполагалось, что здесь будет гардеробная, и одна стена уже даже была увешана полками, но большую часть пола занимал надувной матрас с россыпью разномастных подушек. Видимо, на данный момент это являлось чем-то вроде запасного траходрома. Таддеуш почувствовал себя неуютно, находясь здесь наедине с совсем ещё юным омегой, и развернулся, чтобы уйти. - А здесь почти тихо, - подал голос Фло и придержал его за руку. - Нам нечего здесь делать. Пойдём. - Есть. Нам есть, чем здесь заняться, - прошептал Флоренс, неожиданно прильнув к Теду всем телом. - Ты что творишь, мелкий?! - Таддеуш отстранил его от себя, держа за плечи. Огромные глаза омеги впились в него, намертво притягивая к себе. - Я тебе совсем не нравлюсь? - всё так же завораживающе тихо проговорил Флоренс. - Нравишься, не нравишься – какая к чёрту разница?! Ты мелкий брательник моего лучшего друга, который попросил меня присмотреть за тобой! - Я – омега, ты – альфа. Я хочу тебя и не вижу никакой проблемы. Или ты боишься моего брата? - Фло говорил прямо и твёрдо, с настойчивыми интонациями в голосе. - Он не видит проблемы, хах, просто замечательно!.. - Тед осёкся, когда Флоренс потянулся за поцелуем. И отчего-то позволил этому произойти. Поцелуй, конечно же, был неумелым и неловким. Таддеуш вновь отстранил юношу от себя, окинул его взглядом. Невысокий и тоненький, как тростиночка, но не тощий, а скорее изящный, гибкий. Щёки Фло раскраснелись, а магические, словно магнитом притягивающие к себе, глаза влажно поблескивали. Он чудесно пах: чистотой и своим собственным нежным запахом невинного омеги. Флоренс потянулся к верхней пуговице своей наглухо застёгнутой, чёрной, с вышитыми узорами, рубашке, и стал расстёгивать одну за другой, неотрывно глядя на альфу перед собой. Тед схватил его за запястья, заставляя прекратить. - Остановись. Нам не следует этого делать. Тебе всего четырнадцать, - привёл Таддеуш, пожалуй, свой последний аргумент. - Мне шестнадцать, - соблазнительные полные губы изогнулись в ехидной усмешке. - Ну же, Тед, будь альфой, возьми то, что тебе предлагают. Скольких ты здесь уже перетрахал? Одним больше, одним меньше, какая разница. - Зачем это тебе? - Ты со всеми перед сексом ведёшь такие долгие разговоры и расспросы? - Они шлюхи, знают это и за этим сюда приходят. Ты – нет. Так зачем это тебе, и почему я? Флоренс высвободил запястья из некрепкого захвата и всё же стянул с плеч рубашку. Он явно знал, какой эффект может произвести его нежная, тонкая, почти сливочного оттенка кожа, и рассчитывал на него. - Давай будем считать, что мне надоело ждать альфу на белом коне, какого-то абстрактного единственного. И захотелось попробовать прелести секса с тем, кому я доверяю, - Фло сделал небольшой шаг навстречу, чтобы вновь оказаться вплотную к Теду. Запах омеги усилился под действием возбуждения, и Таддеуш перестал противиться, решив просто плыть по течению. В конце концов, Флоренс прав, незачем отказывать себе в обоюдном удовольствии. Фло опустился на матрас и утянул альфу за собой. Тед не спеша пробовал его гладкую кожу на вкус, стараясь ни о чём не думать и просто погрузиться в удовольствие. Омега оказался непривычно узким, но, благодаря его податливой расслабленности, с этим удалось быстро справиться. Он охотно раскрылся навстречу Теду, сам подался вперёд, почувствовав член альфы в себе. Через несколько минут, когда неспешные, глубокие толчки перестали приносить дискомфорт, Флоренс упёрся ладонями в грудь Теда и, заставив того перевернуться, оседлал его бёдра. - Не больно? - осторожно спросил Таддеуш, глядя в его отрешённое лицо. Фло на это лишь отрицательно мотнул головой. Он отчуждённо смотрел куда-то в стену, взгляд его больших, странных глаз был задумчив и туманен. Флоренс тяжело дышал, даже не пытаясь издавать лживых и пошлых стонов. Когда Тед излился внутри его тела, омега перевёл взгляд на него, но смотрел будто сквозь, пребывая сознанием где-то далеко. - Это ведь не плохо, быть не с тем, кого ты любишь, а с тем, с кем можешь, правда? - вдруг тихо и отстраненно произнёс Флоренс. - Что? - недоуменно переспросил Таддеуш, внутренне содрогаясь; это был именно тот голос, каким Фло выдавал свои «предсказания»: холодный, равнодушный, почти жуткий. Из-за этого он пропустил момент и не вышел из тела омеги вовремя, до того, как их свяжет узел. - Вот чёрт! - раздосадованно бросил Тед. Вязка ему казалась чем-то слишком интимным, тем, что можно делать только с любимым и не в такой обстановке. - Можно вытащить, - уже вполне осмысленно проговорил Флоренс, - только будет больно. Правда, больше мне, чем тебе, так что можешь попробовать, если так хочешь поскорее удрать. - Ой, заткнись, а! Разве так должен вести себя омега после своего первого раза? - М-м, нет, ты прав. Пожалуй, он должен томно закатывать глазки и с придыханием говорить, как ему было хорошо и как он жаждет следующего раза. - Поверить не могу, ты язва даже в такой момент, - фыркнул Тед. - И я связан с тобой как минимум на полчаса. Просто красота! - Что поделаешь, сам виноват, - хмыкнул Фло, устраиваясь на нём. Таддеуш провёл ладонями по его гладким, прохладным плечам, чувствуя удивительную лёгкость в голове и попутно понимая, что это был первый раз, когда он не представлял на месте своего случайного партнёра папу. - Ты знаешь, что ты дико странный? - со смешком спросил альфа. - Знаю. Ты постоянно это повторяешь. И давай ты всё-таки помолчишь и позволишь мне полчасика вздремнуть. Внутри всё болит, - пробухтел Флоренс. Тед хотел сказать ещё какую-то колкость, но не стал. Он лежал и прислушивался к приглушённым звукам вечеринки, которая была в самом разгаре. Кажется, Райли презентовали торт и нестройно пели традиционную поздравительную песню. И Тед подумал, что рад, что сейчас не с ними. Он вдруг со всей остротой осознал, как его всё это достало и как прав был Тайлер с самого начала. Это не лучшее место и не лучшее окружение, не то, с чего стоит начинать вносить в свою жизнь какие-то изменения. Они точно не будут положительными. Тед задумался над словами Флоренса: «...ведь не плохо, быть не с тем, кого ты любишь, а с тем, с кем можешь...». К чему он это сказал? И почему они так созвучны с тем, что чувствует сам Тед? Нет, это плохо - вот так вот просто трахаться с теми, к кому ничего не испытываешь. С каждым разом дыра в душе всё растёт, чувствуешь лишь краткое физическое удовлетворение, а внутри паршиво и пусто. Но что делать, если и правда не можешь быть с любимым? Стоит ли пытаться, если всё против тебя, включая и того, о ком ты грезишь? Но кого же всё-таки имел в виду Флоренс? Вряд ли он ответит, если спросить у него прямо. За дверью послышались шаги, кто-то и раньше проходил в непосредственной близости, но сейчас шаги стремительно приближались, человек явно не собирался никуда сворачивать. Таддеуш приподнялся на локтях, глянул на дверной замок: тот был открыт. Пожалуй, их ждала неловкая сцена, если кто-то из гостей решил воспользоваться этой комнатой. Но Тед даже подумать не мог, насколько неловкой она может быть. Он только успел разбудить задремавшего Фло, как послышался короткий стук, а затем и голос: - Тед, ты там? - это был Тайлер. Флоренс вздрогнул и метнулся к своей одежде, наплевав на то, что узел ещё не успел опасть полностью; омега лишь коротко болезненно поморщился вставая. Сам Тед только прикрылся валявшейся рядом футболкой. Он понадеялся, что не услышав ответа, Тайлер уйдёт, но тот дёрнул ручку и распахнул дверь.