Шрамы.

— Пустите! Нет! Спасите, прошу! Да пустите, блять! Наблюдать за такой картиной очень страшно. Как в замедленной съемке фильма, Тэхен в истерике пытается попасть в палату. Его слезы льются ручьями, а сердце разнесено в пух и прах, ведь он потерял самое важное в своей жизни — лучшего друга. Когда он терял свою мать, медленно умирающую на больничной койке, он так не плакал — он давно был готов, ведь диагноз рака поставили еще года три тому назад, как она в последний раз провела нежной рукой по лицу сына. Когда он терял своего отца, выпившего слишком много алкоголя, он так не плакал — он давно был готов, ведь после смерти своей жены, мужчина ушел в запой, и оба они знали, чем закончится его увлечение "забыться". А вот так, когда внезапно и быстро — совсем другое. Он толкает всех подряд, но пройти ему никто не дает, и лишь сквозь пелену слез и стекла дверей он видит уставших врачей, уже ничего не пытавшихся сделать, и бледные лица парней, с которых снимают кислородные маски, уже бесполезные в эти минуты. В ушах оглушающий звук, будто отсутствие сигнала, отсутствие связи с миром, и сказать или сделать что-либо он никогда уже не может и навсегда останется глухонемым. Как будто получив серьезный удар поддых, Тэхен резко падает на пол и начинает кричать, рвать на себе волосы и резать глотку, неистова крича. Кажется, вот-вот и он сам покинет этот мир. Все равно ему делать здесь больше нечего. Смотря на эти страдания, все вокруг сами начинают плакать: мы все когда-то теряем близких нам людей, но этот парень действительно мучается, такого горя утраты еще никто не видел. И лишь неожиданный "пик" вновь возвращает его к жизни, и Ким делает живительный глоток воздуха, хлопая глазами и ртом, как рыба. Врачи засуетились, и что-то опять началось — один из аппаратов парней вновь запищал, а потом случилось чудо, и второй тоже подал сигнал. Парни живы. Такое горькое и быстрое испытание Тэхен ощутил впервые и вновь залился слезами, вскакивая. Но подойти ближе ему все равно никто не позволил. Пребывая в шоке, Тэхен чувствовал чьи-то руки и слышал голоса, но совсем ничего не понимал и лишь рыдал, зарываясь руками в голову, медленно теряя сознание.

***

— Как они? Живы? — Первое, что сказал он, вскакивая с койки и схватившись за больную голову. — Срочно отведите меня к ним. — Тише.. — К нему подбежала испуганная медсестра и поднесла стакан воды, который Тэ вмиг опустошил. — Вам надо успокоиться, а парням нужно время, и сейчас вас не пустят. Ее голос нежно обволакивал уши, и Тэ осунулся. — Меня зовут Джиен, и я буду в соседней палате. Если что-то понадобится, зови. Девушка тихонько кивнула и аккуратно вышла, закрыв за собой белоснежную дверь без шума.  Похлопав глазами, чтобы смахнуть слезы, Тэ потер лицо руками, будто умываясь, и судорожно выдохнул, тихо матерясь. Он быстро вскочил, о чем, конечно, пожалел, чуть не упав от звездочек перед глазами, но не дав себе ни секунды опомниться, выбежал в коридор, не смотря на запрет. Тишина. Сколько сейчас время? Ступая маленькими шагами по коридору, парень думал, что потерялся: по обоим сторонам были одни и те же двери, а за какими именно лежат его друзья — неизвестно. Тэхен прошел еще немного, попутно заглядывая в некоторые палаты, и очутился в фойе. — Извините, кхм, — он приблизился к регистратуре и прочистил горло, — в какой палате находится Пак Чимин? И Мин Юнги, пожалуйста. Он снизил голос и натянул рукава рубашки ниже, чтобы скрыть дрожь. — Они поступили сегодня ночью, примерно в одно и то же время. — Добавил он и прижал губы. Девушка, сидевшая за столом, приподняла одну бровь и косо взглянула на собеседника, отчего ему стало не по себе. — Это которые воскресли? Афигенный случай, — она продолжила заполнять бумажки, лопнув пузырь жевачки, из-за чего парень дернулся, — а поступили они трое суток назад, не сегодня. — Как трое? Я так долго спал? Где они? — Триста первая палата, там нале.. — Не успела она договорить, как Тэхена было уже не видно. Девушка пожала плечами и продолжила заниматься своим делом. Тапочки, которые оказались на Тэхене, когда он проснулся, совсем неудобные, поэтому он скинул их быстро и побежал босиком, звонко стуча пятками по холодному кафелю. Сорок вторая, сто семьдесят третья, двести девяностая, трехсотая. Триста первая палата.. Проскользнув чуть дальше, чем надо, и упав, Тэ ползком добрался обратно и со свистом открыл дверь. Аппарат тихонечко пищал, все белоснежно, что аж слепит глаза, и ужасно душно. Парни лежали, не двигаясь, и, видимо, еще не просыпались. Отдышавшись, Тэхен зачесал назад свои мокрые красные волосы, облизал губы и аккуратно подошел к Чимину, присев на край кровати. Его бледные волосы обрамляли такое же бледное лицо, в мимике которого уже нет той жгучей боли, что Тэ видел в ту ночь — это хорошо. Значит, уже не больно. Парень аккуратно поднял одеяло, открывая вид на руки в надежде, что шрамов нет, но раны все те же, лишь немного затявнушиеся от времени. Ужасный вид. Проглотив ком в горле, Тэхен накрыл своей рукой чужую. — Чимин.. Он прикрыл глаза и стал поглаживать запястье Чимина, пока не почувствовал, что оно дернулось. Тэ мгновенно распахнул глаза и стал ждать, может, это ему показалось? Но Чимин вновь дернулся, и послышался тихий стон. Парень медленно и аккуратно открыл глаза, и пару минут просто лежал, глядя в потолок, а Тэхен не смел его потревожить. — Что, блять, случилось. Слова явно не Чимина, тон тоже, а в голосе никогда не замечалась та хрипота, с которой сейчас он проговорил. Отпустив его руку, Ким встал и надвис над лицом друга, подозрительно смотря в него и с каждой секундой округляя глаза все больше. — Чимин? Пак тряхнул розовыми волосами и зачесал их назад, после чего уставился на свою руку, а потом на Тэхена. — Какой нахер Чимин, это раз, почему ты тут вылупил на меня глаза, два, и.. Почему у меня такая маленькая рука? — Твою мать, Юнги! — В ужасе крикнул Ким и спрыгнул с койки, подскочив к рядом лежащему телу Юна и начав его будить. — Чимин, просыпайся, ну же.. — Здесь Чимин? Что с ним? Ему плохо? Неожиданно для всех, Мин всполошился и чуть ли не подполз к парням — тело пока что не пришло в себя. — Ахуеть.. Почему я вижу здесь себя? Я сплю, да? Оглядывая свое же лицо, лежащее перед ним, парень не по-детски пугался. — Твою мать.. Он внезапно упал без сил на пол и начал стонать и корчиться от боли, с ужасом глядя на руки, где были шрамы и прорезались новые, истекая кровью. И в эту секунду распахивает глаза тело Юнги. — Ты в порядке, Чимин? — Тэхен мечется между парнями, не зная кому помочь, и вообще не понимая, кто есть кто. — Что здесь происходит? — Чимин приподнимается на локтях и видит себя, что лежит на полу в крови и трясется. Ахнув и закрыв рукой рот, Пак попытался посмотреть в глаза себе, как бы странно это не звучало. Он заметил слезы, чужие слезы, и взгляд, полный боли. Глаза у парня защипало, и он разрыдался тоже, внезапно вскакивая и оказываясь на полу рядом, измазываясь в крови и вытирая чужое лицо. — Прости, прости, пожалуйста, — тихо и судорожно шепча, Чимин извинялся: никто не должен был испытывать ЭТО за него. — Прошу, прости. Испуганный Тэхен тихо приблизился к уху Чимина, приобнимая друга. — Это Юнги, друг.. Прошептал он, а плохо стало Чимину, и парень, не имея сил на все это, упал в обморок. — И ты меня прости, Чимин... — Хватаясь за чужую руку, словно за спасательный круг, Юнги изнывал от дикой боли и молебно смотрел на бледного парня, лежащего в руках Тэхена. — Пожалуйста, — еще раз прошептал он и закрыл глаза, теряя сознание.