Бездомный Юнги

- Твоя душа отделяется от тела по неизвестным мне причинам, - говорит Юнги, когда они возвращаются в больницу. - Ты находишься одновременно в двух мирах, и там и там ты уязвим. Этот хвост на самом деле нить жизни, - после слов Юнги, Чимин прикасается к нему пальцем, - и если она оборвется, ты умрешь. В нашем мире много опасностей. Призраки, сущности с того мира. Они везде, принимают любую форму и вредят людям. Не прикасайся к ним, иначе заразишься скверной. Чимин, слышишь меня? - спрашивает Юнги, когда не видит признаков увлеченности Чимина в разговор. Тот тычет пальцем в свой золотистый хвост, проводит по нему ладонью и машет им из стороны в сторону. - Такой мягкий... - Чимин! Это важно! - Я тебя услышал. К призракам не лезть.

🏯🏯🏯

Чимин возвращается в школу через неделю после проишествия. Одноклассники встречают его объятиями и школьными новостями. Пак чувствует себя намного лучше, только у его новой сущности есть однин большой ОГРОМНЫЙ минус. - Не-ет! - Чимин смотрит на свое спящее тело, что валяется посреди коридора, и вскидывает руками. После того, как он стал призраком, его физическое тело часто стало проваливаться в глубокий сон, тогда как душа остается в сознании. Проблем было несколько. Во-первых, Чимин это не контролирует. Он может уснуть везде и в любое время и чаще всего, он этого даже не замечает. Во-вторых, его тело. Часто он падает просто на улице и приходится звонить в скорую, чтобы его отвезли в больницу. Врачи сказали родителям, что такое возможно в силу недавно полученной травмы и это скоро пройдет. Но мама все равно беспокоится. Сначала Чимину нравилось это. Если он засыпал, то просто отправлялся к Юнги и Чонгуку, перед этим позаботившись о сохранности своего физического тела. Но со временем это стало приносить неудобства. Да и состояние после такого пробуждения было не лучшим. - Блин, я же собирался в туалет, - хнычет Пак, пока тянет свое тело в подсобку, недалеко от туалета. Когда он проснется, то лучше быть поближе к уборной, чтобы избежать конфуза. Преимущество его душевной формы - отсутствие физиологических потребностей, которые, впрочем, после пробуждения удваиваются с новой силой. Закинув свое тело в темную каморку, Чимин тихо закрывает дверь и вылетает в окно. В таком состоянии он чувствует где находится Юнги и Чонгук (а они почти всегда вместе, ведь священное оружие неотделимо от хозяина) и с легкостью может их найти. - Только не говори, что опять, - восклицает Юнги, когда видит сначала лицо Чимина, а потом и хвост. Они как раз с Чонгуком зашли перекусить в недорогой ресторанчик. - Как видишь, - пожимает плечами Пак и садится напротив. - Если бы ты нашел способ вернуть меня к обычной жизни, я был бы только рад. В ответ Юнги откусывает половину бургера и кривится. - Я ищу способ, но это не так уж и легко. - Если бы ты поменьше спал, а побольше занимался делом, все пошло бы куда быстрее, - говорит Чонгук с полным ртом еды. - Заткнись. Чимин, ты платишь. - Почему? - возмущается Пак. - Я ведь не ел! И у меня нет денег! - Тогда вернись в свое тело и заплати. Чимин краснеет и дует щеки. Это худший бог с которым он мог связаться.

🏯🏯🏯

- Ко мне, Чонгук! Чимин впервые наблюдает за Юнги и его божескими делами. Большая зеленая ящерица, что парит в воздухе, пытается откусить руку Юнги, приговаривая "какой запах, вкусно, вкусно". Это жутко. От этого бросает в дрожь. Чимину было сказано, что призраки опасны, но ведь Юнги их не боится. Тогда почему Чимину запрещено ходить с Чонгуком и Юнги, когда у них появляется важное задание? У него ведь есть способности, в этом состоянии все его физические данные усиленные, его ловкости позавидуют многие, а сила удара почти разрушительна (это было проверено, когда Чимин случайно разбил стол). Чонгук светится ослепительным сиянием, раскручивается вокруг своей оси и растворяется в воздухе, одновременно с этим появляясь в руках Юнги. Чонгук - длинный меч, серебристого цвета, которым Юнги не медля замахивается на призрака. Пак никогда не видел ничего более прекрасного. Чимин прячется за стеной здания, внимательно рассматривая, как бог борется с нечистым. Юнги ловко упрявляет Чонгуком, запрыгивает чудищу на голову и вонзает в него меч. Призрак бьет хвостом в воздухе в попытках достать до бога, пока Юнги отсекает лапы, уворачиваясь от пасти ящерицы. - Нечистый, что смеет осквернять эту благословенную землю, мой сэкки* уничтожит тебя и изгонит нечистый дух! Бог в последний раз втыкает острый меч в брюхо призраку, пока тот не сгорает ярким светом, оставляя после себя серую пыльцу. У Чимина подрагивают пальцы. Он видит как Юнги падает на колени, а Чонгук выпадает из его рук. Бог тяжело дышит, его белый костюм снова испачкался и пора бы ему подарить уже новый. Чимин видит призраков каждый раз, когда его душа покидает тело. Некоторые из них уродливы, похожи на чудовищ из страшных сказок или потусторонних миров. У них острые когти и зубы в два ряда, несколько пар глаз, светящихся в темноте и голоса, что навевают ужас. Парализуют. Но больше всего страшны не эти призраки, а те, что принимают облик милых, но неземных, существ. Их можно определить по непосредственно цвету, который чаще всего яркий и кислотный, лишней паре глаз, хвосту, нехарактерному для земных животных. Призраки - сгустки негативных эмоций, которые питаются страхами, грехами людей и толкают их на свершения новых. Чимин рад, что видит их только его душа, ведь вечное наблюдение за ними было бы невыносимым. Юнги вытирает пот со лба банданой и смотрит в небо. Уже смеркается, поэтому призраки активируются и выходят на охоту. Чонгук кладет руку ему на плечо и кивком указывает на Чимина, который ныкается от них в надежде, что его не заметят. - Я видел. И рад, что ему хватило ума не лезть. - Как думаешь, можно его вернуть в обычные состояние? - Я не знаю. Но сделаю все возможное. В какой-то мере это на моей совести, - на что Чонгук фыркает - Юнги и совесть, вот это умора. - Если бы я тогда не влез, его бы убила машина и он стал обычным призраком, - Чонгук убирает ладонь с плеча бога и его руки повисают нитями вдоль тела. - Ты о чем? - Божественное влияние, он должен был умереть. Возможно, стал бы еще одним моим священным оружием, - Юнги встает и смотрит на серьезное лицо Чонгука. - А так он застрял, ни тут ни там. Бедный ребенок. - Хочешь сказать, что лучше бы он умер? - Возможно. - Не говори ему об этом.

🏯🏯🏯

- Не могу поверить в это! Тебе тысячи лет, а ума как у пятилетки! Чонгук не может найти себе места, наяривая круги во дворе их излюбенного храма. Юнги держит в руках новенький спортивный костюм, белоснежного цвета с характерными черными полосками. Вода в фонтанчике журчит без перерыва, и это нагоняет мысли, что нужно сходить в туалет. Желательно под стены храма. Чонгук слишком вспыльчивый, думает Юнги. Он нашел его несколько лет назад, когда тот был потерянным призраком, маленьким и брошенным. Как раз незадолго до этого от Мина ушла его священное оружие, сетовав на то, что у нее бока болят спать на каменных ступенях и ей надоело кушать объедки. Юнги отпустил ее, смысла держать не было. Юнги скитался несколько месяцев без священного оружия, пока не увидел небольшой шар света в темноте. Чонгук оказался молодым парнем, очень умелым и способным, он быстро учился и привыкал к новой жизни. Бороться с призраками и служить своему хозяину научить Чонгука у Юнги получилось, но вот характер молодого парня изменить не выйдет. Хотя, они друг друга стоят, Юнги тоже не душка. - Мне нужен новый костюм! Ты видел, что случалось с предыдущим? - А ничего, что я в этой куртке хожу уже год? Ты костюмы меняешь почти каждый месяц! - возмущается Чонгук, прокручивая в голове кадры сколько же курочки можно было бы купить на все деньги, что потратил Юнги. - Я бог, Чонгук! - Ты идиот, хен! Не могу поверить, не могу... - А вот поверь. Мой старый костюм не соответствовал моему статусу, так что я подумал, что самое время прикупить обновки, - бог бережно поглаживает светлую ткань и прижимает к себе. - Он пахнет чистото-ой. - Какой статус, ты бездомный бог! Хен, очнись! Нам нужно есть, а ты... - Чимин купит поесть, я ему уже написал. Чонгук хватается за волосы. Иногда ему кажется, что Юнги специально не спасает Чимина, чтобы подольше пожить за его счет. Больше похоже на бога хитрости, а не войны. Так дальше продолжаться не может, это выходит за все мыслимые рамки. - Я тебе своих денег больше не дам. - Ась? - Юнги округляет глаза и выпускает из рук драгоценный спортивный костюм. - Хватит. Теперь то, что я заработаю, я буду тратить на себя. - А как же храм, Чонгук?! Я же бог, мне нужен храм! Куда будут приходить люди, чтобы мне поклоняться? Чонгук! Юнги встает и ахает. Он хватается за сердце и прикрывает глаза. Чонгук не может так с ним поступить, ни в коем случае. Он его священное оружие, он должен прислуживать только ему, а не своим желаниям. - Ты меня убиваешь, Чонгук. Мое же священное оружие меня убивает! - Ты бессмертный, хен! Перестань ломать комедию! И хватить доить Чимина, он и так уже потратил на твои прихоти достаточно. - Чонгук берет в руки пустую банку из-под колы, что еще совсем недавно была полная, и трясет ее в воздухе. - Чтобы к вечеру она была полная! - У меня нет столько заказов! - Не мои проблемы!

🏯🏯🏯

- Юнге-е-еша!!! - розоволосый парень бросается на шею Мину, цепляется за него как коала и улыбается квадратной улыбкой. Все это выглядит странно, ведь этот ненормальный в два раза выше Юнги и явно крепче него. Чонгук стоит в стороне, кидая взгляды на еще одного незнакомца в доме. Тот молчаливый и спокойный, он лишь кивает Чонгуку в знак привествия и возвращается к заточению ножа. - Тэхен, я тоже рад тебя видеть, а теперь слезь с меня! - кряхтит Юнги, впрочем, не убирая рук с талии парня. - Убери руки от моего боженьки, паршивец! - кричит тихоня, надавливая наждаком на лезвие ножа сильнее. - Он сам на мне повис, Хосок, - отвечает Юнги, когда Тэхен прыгает на землю. - Ты сейчас у меня повиснешь, - бурчит Хосок. Чонгук неловко улыбается в ответ на счасливую улыбку розоволосого и понятия не имеет где они. Утром Юнги разбудил его и сказал, что знает как найти деньги и Чонгук ему в этом деле необходим. - Это - Тэхен, бог азартных игр, а тот угрюмыш за столом - его священное оружие, Хосок, - поясняет ситуацию Юнги и уворачивается от сюрикена, заброшенного Хосоком. - Эй, ты так и остался самым невоспитанным священным оружием! - А ты так и остался самым безполезным божком. - Хватит ругаться, Хосок-и. Мы давно не видели Юнги, и я вижу, у него много что изменилось, м? - Тэхен явно намекает на Чонгука, который продолжает стоять в стороне. Ему этот розовый не нравится, а его бешеный священный тем более. - Чонгук, священное оружие Юнги-хена, - Чонгук понимает, что перед ним бог, и падает на колени. - Не стоит, Чонгук-и, преклоняться перед другим богом в присутствии своего хозяина, встань, - говорит Тэхен и младший повинуется, встает, мельком наблюдая за Юнги. Тот кажется довольный всем, даже морщины между бровей нет. - Хосок, накрой стол для гостей, а я пойду переоденусь, - мурлычет Тэхен и убегает в другую комнату. Их остается трое. Чонгук смотрит на кислое лицо Хосока, Хосок смотрит на довольное лицо Юнги, Юнги смотрит на пончик, что лежит на краю стола. - А можно? - наконец бог подает голос и тычет пальцем в угощение. - Ой да бери, - басит Хосок и тоже уходит. Когда Юнги и Чонгук остаются наедине, младший медленно подходит к богу, все еще опасаясь этого места и этих людей. - Кто такой Тэхен? - Тэ? Мой старый друг. Он мне раньше помогал, - Юнги вытирает сахарную пудру с лица и садится на пол, кивком указывая Чонгуку сделать то же. - Чем может помочь бог азартных игр? - не унымается Чонгук. Юнги никогда не говорил, что у него есть друзья, тем более друзья-боги. Так почему сейчас они наведались к ним в гости? - У Тэхена всегда водятся деньги, это его бремя, как бога азартных игр. С ним опасно иметь дело, но друзей он любит. - А Юнгешу обожаю сильнее всех! - в комнату влетает Тэхен уже в новой одежде, и снова прыгает на Юнги. - Ты так давно не заходил, я успел соскучиться, - Тэ кладет голову на плечо Юнги и дует губки. Его руки сцеплены вокруг талии Мина, тогда как сам Юнги сидит неподвижно со сложенными на коленях руками. - Было много дел, Тэхен-и, но сейчас я нашел для тебя время и пришел проведать, - сладко напевает Юнги, явно пытаясь задобрить недалекого бога. - Ты же знаешь, что я тебя люблю, - после этих слов на столе стучит посуда и злой голос Хосока зовет их потрапезничать. - На твоем месте, я бы не ел, Юнги, - усаживаясь возле своего хозяина, напротив Мина, говорит Хосок. - Почему? - Я плюнул в твою еду. Приятного аппетита.