Спящий ветер 2

Зима в Саевхене в этом году началась рано. Деревья не успели сбросить листву, как их уже занесло крупными хлопьями снега. Сад на территории резиденции Ледяного Легиона казался застывшим. С большим правом, пожалуй, сад можно было назвать лесополосой, с такой густотой и без упорядоченности здесь соседствовали голубые ели, вишни и кедры. Густые ветви, теперь еще и заснеженные, скрывали силуэт особняка, и, если бы не огороженная территория и тяжелые ворота с гербом Легиона, случайный прохожий мог легко впасть в заблуждение относительно совершенной неосвоенности этих мест и запросто заблудиться. Даже тропинки здесь не расчищались, а скорее протаптывались. Но даже Легионеры появлялись здесь нечасто. Первый Рыцарь, единственный постоянный обитатель резиденции, славился своим обаянием и, одновременно, своей нелюдимостью. Харан рит Ороста-Сунрайя припарковался у высоких ступеней, легко взбежал по ним, оставляя на нетронутом полотне снега следы, и зашел внутрь. На проходной обленившийся адъютант читал книгу, закинув ноги на стол, и едва поднял на Харана глаза. Без интереса поприветствовав гостя коротким кивком, он перелистнул страницу и потерял к нему всякий интерес. Харан с интересом покосился на обложку, на которой глянцевой белизной мелькнуло полуобнаженное женское тело, и направился в сторону кабинета Первого Рыцаря. Помощь в его поиске не требовалась. Вышагивая по пустым, безмолвным коридорам, Харан отрешенно, и в который раз, удивился их безликости. Он, как и остальные Легионеры, появлялся в резиденции достаточно редко, чтобы впечатления каждый раз казались новыми. Бледно-серые стены. Словно в бункере. Массивные каменные скамейки каждые десять метров. Почему именно каменные - тоже загадка. Не то, чтобы эллар Океан презирал комфорт, даже напротив, но эти скамейки, казалось, поселились здесь по чистой случайности еще со времен начала строительства, да так и остались, пользуясь тем, что на них никто не обращает внимание, и постепенно обрастали пылью и паутиной. Хотя насчет паутины – это преувеличение. Дроны-уборщики как могли справлялись со своими обязанностями. В резиденции было чистенько, опрятно, разве что здоровый полутораметровый кактус возле дверей кабинета Океана, портил картину своим давно иссохшим трупом. Несчастный кактус даже в своем посмертии оставался представителем флоры внутри здания. Его на какой-то государственный праздник подарила начальнику женская половина Легиона, чтобы, по их словам, он очищал ауру и радовал взгляд Первого Рыцаря своим цветением. Кактус торжественно нарекли Адельбертом, в честь адмирала, и водрузили за дверью кабинета, дабы он радовал взгляды еще и посетителей, но, то ли имя подобрали несчастливое, то ли аура эллара оказалась окончательно испорченна, но кактус засох уже через месяц. Убрать его так никто и не потрудился, и теперь его мертвый остов, вместо того чтобы радовать редких посетителей, внушал им трепет и размышления о тщетности бытия. Харан не без труда отвел взгляд от останков и деликатно постучался в дверь костяшками пальцев, ответа не дождался, но, спустя несколько секунд она распахнулась. Кабинет Океана всегда представлял собой совершенный бедлам. Нагромождение папок, книг, оружия, оборудования, бутылок и грязных чашек. Одно время в углу даже стоял полуметровый ящик, в котором периодически кто-то скребся и трагично похрюкивал. Неизвестно, постигла ли его обитателя судьба Адельберта, или он вырвался на свободу, причинив кабинету еще больший беспорядок, но в какой-то момент ящик перестал подавать признаки жизни, а затем и вовсе исчез. Освободившееся место мгновенно заняла связка замотанных в грязную тряпку сабель и парадный китель Первого Рыцаря. Харану Океан кивнул в знак приветствия, наклонился под стол, достал из-под него толстую папку, припрятал в нее изучаемый им документ, и спрятал папку обратно. - Присаживайся, - он указал на кресло, мягкое, удобное, но, на взгляд Харана, чересчур уж вычурное. Сам Океан поднялся со своего места, невозмутимо переступил через стопку книг, и вынул из шкафа бутыль с яркой янтарной жидкостью и два бокала. – Как семья? – поинтересовался он. Харан улыбнулся его риторической вежливости. Оба они понимали - ситуация Харана такова, что о положении дел в как его семье Океан осведомлен куда лучше его самого. - Благодарю, все здоровы, - тем не менее отозвался Харан и принял из рук Океана бокал, на два пальца наполненный янтарем. - Еще не подобрал себе команду? – тема семьи оказалась быстро исчерпанной. Океан бросил в оба бокала по дольке лимона, тут же с шипением разложившегося на атомы, и вернулся в свое кресло. Харан пригубил и качнул головой. - У меня уже есть команда. - Как Легионер ты имеешь право летать хоть в одиночку, - не стал спорить Океан. – И, если ты справляешься, я не буду тебя принуждать. Но я бы все-таки советовал найти нормального техника. Лейтенант-коммандер Карлайл хорош, не отрицаю, но, по-моему, порой ты требуешь от него слишком много. - Я подумаю об этом, - неубедительно пообещал Харан. Океан сделал несколько щедрых, никак не сказавшихся на нем, глотков, и на некоторое время замолк. - Мне нужно, что бы ты вытащил моего агента из неприятной заварушки, - наконец, без всякого перехода и дипломатического вступления, произнес он. – Ты один из немногих Легионеров, у которых есть свой корабль, и единственный, чей корабль способен настолько быстро… производить стратегическое отступление. Харан хмыкнул. - Именно для этого мне нужен «нормальный» техник? - Мне все равно, будет у тебя техник или нет, главное, что бы ты ее вытащил. - Это Легионер? – полюбопытствовал Харан, хотя практической надобности в этом было мало. – Я ее знаю? Океан не торопился с ответом, очень внимательно подбирая слова. - Да, она Легионер. Но вы с ней не встречались, - он привстал, долил себе в бокал и немного плеснул Харану. – Я отправил ее разыскать одну вещь, но, к сожалению, все пошло не по плану. Мы связывались с ней утром. Сейчас она пытается оторваться от преследования, но ситуация становиться все более напряженной. - Кто ее преследует? - В частности - ренмеи, - коротко отозвался Океан и Харан заметно скривился. - Куда же без них, - проворчал он и сразу же уточнил. - То есть мне нужно найти ее, помочь отбиться и привезти сюда? - Почти. Куда направиться, она потом решит сама. Если будет нужно – помоги ей в ее поиске. - Я понял. Где мне ее искать? - Последний раз она вышла на связь из системы Кармин, астероид Эзра. Я передам тебе координаты, а на месте ты уже разберешься. - Как мне ее узнать? – Харан залпом допил содержимое бокала и отставил его на край стола, подальше от Первого Рыцаря. Однако Океана бокал не заинтересовал. - Она очень заметная девушка. Не ошибешься, - он проделал короткие манипуляции со своим браслетом, и над столом всплыло изображение. Харан, уже собравшись вставать, опустился обратно в кресло. - Она… Легионер? – переспросил он, несколько ошеломленный. С голограммы на него из-под белоснежных прядей челки смотрели алые с горизонтальным зрачком глаза. Океан кивнул. - Да. И очень ценный агент. Расскажешь своему пилоту? – с неожиданным праздным любопытством поинтересовался он. - Расскажу, - ни на секунду не засомневался Харан, все еще не отрывая взгляда от лица девушки. – Они итак до сих пор припоминают мне Кайнена. Но она… будет лучше, если Рин узнает раньше, чем они встретятся. - Как считаешь нужным, - не стал спорить Океан. – Когда сможешь вылететь? - Через час, думаю. Океан приподнял брови, приятно удивленный такой оперативности, и Харан разъяснил. - Команда уже собралась недалеко от порта, ждут только моего приказа. Когда меня вызвали сюда, я очень сомневался, что только для того, что бы выпить и поболтать. *** Национальный Соль-Эротельский Музей Истории и Социологии находился недалеко от порта, на котором швартовалась Nemuru Kaze, имел на своей территории кафе с до крайности вкусными пирожками, а потому был признан наиболее удобным местом встречи. Изначально выдвигалось предложение встретиться сразу непосредственно на корабле, но в закрытом порту Саевхена, к сожалению, не было кафе, а кроме того профессор Раненкампф заявил, что им всем требуется немного культурного просвещения. Бескультурная команда Nemuru Kaze куда больше, чем просвещения, жаждала пирожков, но с профессором не спорила из деликатности и почтения. Кроме того, в музее и в самом деле оказалось немало интересного. В верхние залы их не пустили, там проходила студенческая конференция, но нижние три этажа, отведенные под экспозицию времен прибытия человечества в туманность Носта-Маре, были доступны. Лиам, вооружившись сразу двумя пирожками, присоседился к школьной экскурсии, с неослабевающим интересом внимая молоденькой и симпатичной экскурсоводу. Дети реагировали на него по разному: кто-то косился на незнакомого дядьку с подозрением, кто-то – с алчностью на его пирожки. И только экскурсовод улыбалась Лиаму томно и ласково. Хитклифа потеряли возле стойки с оружием первых поселенцев Соль-Эртели, Рин же прошел дальше. Его мало интересовали орудия труда, камни, обломки, но у большого полотна, метра два в высоту и три в ширину, он остановился. Полотно делилось на три условные части, разграниченных рамками, сюжетом и хронологией. Первый рисунок изображал рыжеватый продолговатый короб, зависший на орбите планеты, в которой Рин смутно узнавал Соль-Эртель. На втором фрагменте разворачивалась батальная сцена, в которой люди в древних, кажущихся донельзя нелепыми, скафандрах, плечом к плечу с гипертрофированно изящными существами, исключительно бело, черно и красноволосыми, сражались с невнятной массой темных силуэтов. На третьем фрагменте на фоне больших двустворчатых ворот изящное беловолосое существо передавало примитивного вида ключ высокой темной фигуре. - Заинтересовался? – со спины к нему подкрался Раненкамф и Рин, засмотревшись и задумавшись, вздрогнул от неожиданности. - Вроде того, - не стал он отнекиваться. – Интересная работа. Профессор пожевал губами и потер подбородок. - Честно говоря – весьма посредственная. Это полотно нашли относительно недавно в одном из последних Форпостов. Исследователь, который его нашел, утверждал, что оно принадлежит кисти чуть ли не самого Кьелла Сладкоголосого. Но его почти сразу заклеймили позором, нарекли дилетантом, фальсификатором, и исключили из Коллегии Наук. Скандал тогда случился страшный. Не слышал об этом? - Нет. Я, наверное, тогда еще учился, - Рин перевел взгляд обратно с Раненкампфа на полотно. Что бы ни говорил профессор, оно ему чем-то необъяснимо нравилось. Возможно яркостью красок. Рин не так давно где-то слышал, что все Ки в той или иной степени этим грешны. Профессор Раненкампф встал рядом с ним и скрестил руки на груди. - Нарисовано грубовато и немного утрированно. Наш общий друг, лейтенант-командер Карлайл мог бы изобразить и получше. Но хотя бы с исторической последовательностью не поспоришь. Хотя в работах такого рода обычно после предательства Эйлерта, - он ладонью указал на последний фрагмент, - изображают еще как минимум сам Исход. И, как правило, довольно однообразно: Врата в озере крови и отпечатки ладоней на створках. Довольно мрачная экспозиция, поэтому, поэтому, что бы так сказать закончить на оптимистичной ноте, как правило добавляют еще и фрагмент триумфальной победы Императора над темными силами Ренмеев. Хотя, сказать по правде, победа та выглядела сомнительно. Не знаю, что там до появления людей ренмеи не поделили с эррде, но к концу войны ренмеи и сами уже устали, и после Исхода Империя их интересовала постольку-поскольку. Если хочешь, можем пройти дальше, - предложил профессор. Там есть работы поинтереснее. А еще лучше – в зал живописи. Рин отрицательно качнул головой. Он все еще разглядывал последний фрагмент, тот, где беловолосый эррде преклонял колено перед ренмеем. - Да нет, я так, просто, - что именно «просто» Рин даже себе объяснить не мог. – А какими они были? - Эррде? – уточнил профессор, польщенный интересом к предмету. - Да. Я слышал в нас, в Ки, есть немного от них. - Вполне вероятно, - согласился профессор Раненкампф. – Хотя утверждать что-либо сложно. Более-менее достоверная информация известна разве что о тех пяти Древних, в честь которых мы до сих пор возводим храмы. О шести, если учитывать Эйлерта. Их Форпост находился ближе всего к Соль-Эртели, а потому и данных осталось больше. Говорят они были высоки, прекрасны и мудры. Что почти не отличались от людей внешне. Помимо непревзойденного великолепия, конечно. А еще я читал, что у них красные, без белков, светящиеся глаза, двойной ряд зубов и ногти, длиной с мою ладонь. Что у них была кланово-племенная система, жесткая иерархия и что людей они приютили только потому, что проигрывали ренмеям и им нужны были союзники. - Может тогда Эйлерт сделал человечеству большое одолжение, заперев сородичей за Вратами? – Рин хмыкнул и развернулся к полотну спиной, облокотившись на защищающее его ограждение. Профессор Раненкамф беспечно улыбнулся в ответ. - Все может быть. Однако с официальной точки зрения – это ересь. Их разговор прервал внезапный девичий вопль, звоном разнесшийся по всему залу. Рин рефлекторно потянулся за пистолетом, но тревога оказалась ложной. Чуть поодаль, у стенда с оружием первых переселенцев, на шее Хитклифа висела девушка и радостно дрыгала ножками. К обнимающейся парочке подоспел Лиам, и девушка сразу же бросилась к нему, хотя для того, что бы заключить его в объятия, ей пришлось немного наклониться. Лиам смеялся и широко расставлял руки, что бы ненароком не запачкать зажатыми в ладонях пирожками. Убеждая себя, что он страхует друзей на случай непредвиденной опасности, Рин подобрался ближе. Но девушка обернулась ему на встречу и оказалась Анной. Рин замер, испытав несколько секунд замешательства от ряда несоответствий воспоминаниям. Коротко остриженные волосы теперь казались светлее, кожа - загорелей, а в томных оленьих глазах появилась незнакомая ранее уверенность. - Рин! - радостно возопила Анна и одарила его положенной порцией объятий. Рин неловко похлопывал ее по спине и смущенно поглядывал ей через плечо, за которым улыбался Хитклиф и Лиам демонстративно утирал слезу умиления. - Кира Хеллег, рад вас видеть! - приветствовал Анну профессор Раненкампф. Тискать профессора она не решилась, и, почтительно пожав протянутую ей ладонь сразу двумя руками, тут же приосанилась. - С сегодняшнего дня - энсин Хеллег, - гордо уведомила она и Лиам уважительно присвистнул. - Ого! Это серьезно. Поздравляю! - он презентовал ей наименее надкушенный пирожок. Анна, хотя и едва взглянула на щедрый дар, но приняла его с положенной благодарностью. - Я должна была проходить подготовку еще некоторое время. Мне осталось от двух месяцев до полугода. Но сегодня пришел запрос от Харана, меня задним числом произвели в унтер-офицеры и приписали к кораблю, - возбужденно зачастила она. - Кто-нибудь знает, почему он так заторопился? - Нет, он только собраться попросил, вот и все. Как обьявится, так объяснит, - беспечно заверил ее Хитклиф и ободряюще приобнял за плечи. - А пока ждем, думается мне не грех чутка обмыть твое звание, а? - он обернулся к остальным в ожидании поддержки, хотя требовалось оно разве что от одного только профессора. Рин с Лиамом без того всем своим видом демонстрировали горячий энтузиазм. Раненкампф выдержал драматическую паузу, сдерживая притаившуюся в уголках губ улыбку, и важно кивнул. - Да, я тоже думаю, что отметить не помешает. Кроме того, мне было бы интересно услышать подробности программы ваших тренировок, энсин. - А мне - как там поживает муж, - бестактно встрял Лиам и Рин присоединился к его вопросу заинтересованным молчанием. - О, Уилл замечательно, - на ходу заверила Анна, не заподозрив в их любопытстве ничего крамольного. - А программа... в нее меня рекомендовал лично эллар Океан, а это, знаете ли, не шутки. Временами это было ужасно, - посетовала она, Хитклиф сочувственно вздохнул и покивал. - Я уже начинала думать, не в Легион ли меня готовят, но ни о каких модификациях никто никогда не упоминал. - В Легион это вряд ли, - подтвердил ее сомнения профессор и всеобщее внимание, к тайному разочарованию Анны, переключилось на него. - Вступление в легион предусматривает прием ряда препаратов задолго до начала каких либо тренировок. В Легион не готовят, в него отбирают уже готовый материал, - беззаботно сообщил он заинтересованным слушателям в лицах Рина, Хитклифа и Лиама. Анна казалась чуточку уязвленной. - Я надеюсь, что в этом музее есть что-нибудь покрепче чая, - досадливо пробурчала она. "Покрепче" в местном кафе не оказалось, но все остались вполне удовлетворены молочным коктейлем. Они расположились за столиком на веранде и, быстро позабыв о промелькнувшем было недопонимании, совсем скоро делились новостями и сплетнями, мало чем друг от друга отличающимся. Там их и застал Харан. Он появился как раз в тот момент, когда Лиам повествовал о том, как пару дней назад их с Хитклифом едва не вышвырнули из бара в пригороде Саевхена, приняв за наркоторговцев и сутенеров. Анна звонко, в голос хохотала, чем пугала школьников за соседним столиком, и все еще сдавленно хихикала, когда подошел Харан. - Капитан, - дружелюбно поприветствовал его Раненкампф. - Присядешь? - Хитклиф отодвинул рядом стоящее кресло, приглашая Харана присоединится. Тот вежливо улыбнулся, и качнул головой. - Нет, нам пора. Выдвигаемся на корабль и вылетаем. Диспетчеров я уже уведомил. Поздравляю с получением звания, - без всякого перехода, все тем же ровным, будничным тоном обратился он к уже начавшей подниматься из-за стола Анне. - Не уверен, что ты уже осознаешь случившееся, но в любом случае с этим принято поздравлять. И, кстати, прекрасно выглядишь. - Спасибо... - не слишком уверено поблагодарила Анна, изрядно стушевавшись. Лиам даже не попытался сдержать насмешливое пофыркивание. - Да вы, капитан, нынче само обаяние, - ехидно прокомментировал он, подхватил Анну под локоток и решительно повел к выходу. Следом потянулись и остальные. Пошел за ними и Рин, но не успел он сделать и шагу, как Харан остановил его, удержав за плечо. Харан проводил взглядом остальную команду, позволил им удалиться достаточно далеко, и только тогда обернулся к несколько растерявшемуся, но, тем не менее, послушно замершему Рину. - Есть разговор, - коротко уведомил капитан. - Тебе стоит кое-что знать.