Святой Один.

Арне осмотрелся в своих комнатах. От блеска золота в глазах рябило. В комнате витал какой-то слащавый запах, от которого хотелось чихать. Огромные окна были увенчаны длинными алыми шторами, которые можно было раздвинуть лишь вдвоем из-за огромного веса. Через них даже луч солнца не пробьется, зачем они вообще нужны? Разве не лучше, если отдыхая на своем ложе ты будешь наслаждаться красотой ночного неба? Или наблюдать долгие, но прекрасные рассветы? Арне никогда не поймет этих диких обычаев. Он снова покосился на огромную кровать с балдахином и недовольно сморщился. Ну зачем навешивать на кровати тряпки? Он же просто задохнется в них ночью. И зачем такое огромное ложе, если он спит в нем один? Около двери стояли две девушки низенького роста в свободных, мешковатых платьях. Волосы их были туго затянуты в пучки, а глаза устремлены в пол. Как понял Арне это рабы, которых к нему приставили. Но неужто он похож на ребенка, который не сможет справиться с повседневными делами? Или они должны будут за ним следить? Тогда охрана из них слабая. Если Арне пожелает, то они не выйдут отсюда живыми. Даже глазом не моргнут и не пискнут, как уже с перерезанным горлом окажутся. Будто проверяя свои догадки, викинг резко дернулся в сторону одной из девушек и грубо приподнял за подбородок. -Ben je bang?(Боишься?)-в темных глазах девушки сначала проскользнуло непонимание, а потом дикий страх, когда она полностью увидела, кто именно с ней разговаривает. Когда окончательно почувствовала на себе этот кровавый взгляд и холод бледных рук. Что с ней сделает этот варвар, если она так ничего и не ответит? Что он от нее хочет? Что ей сделать? Видя как трясется перед ним эта юная дева, Арне искренне засмеялся. Чудны эти саксы. Девушка снова покосилась в пол и казалось поклонилась еще ниже, лишь бы ее не трогали. Арне почувствовал, как по спине его скатилась капля пота и тяжело вздохнул. Одним движением расстегнул меховой плащ, и он бесформенной кучей упал к его ногам. Потом аккуратно снял первую рубаху и кинул на стул. Окна здесь были закрыты и духота стояла несусветная. Неужели ему придется терпеть это? Когда же он сможет теперь вернуться домой? В свой холодный прекрасный край? Видя, что молодому войну явно жарко, молодая служанка, которая стояла поодаль от Господина, и которую он пока не трогал, решила попробовать услужить ему -М-может Ваша Милость хочет освежиться в купальнях?-на ее дрожащий голос Арне заинтересованно обернулся и уставился своими кровавыми глазами на согнувшуюся в очередном поклоне служанку. Девушка была не до конца уверена, что ее поняли, но ей стоило что-то попробовать. На ее удивление, молодой воин согласно кивнул и продолжил расшнуровывать ботинки. Молодые служанки быстро переглянулись и приступили к делу. Одна та, которую он запугал, скрылась за поворотом и чем-то зашумела, а вторая, посмелее, помогла молодому господину избавиться от грубой ткани на теле. -М-меня зовут Элизабет, девушку, что наполняет сейчас вашу купальню-Анна. Мы посланы прислуживать Вам, Ваша Милость.-щебетала девушка, помогая Арне снять кожаный пояс, на котором висел увесистый меч и топор, подаренный ему еще мальчиком. Отец всегда дарил что-то полезное, зная, что его второй сын омега. Омега не значит больной. Он сможет постоять за себя, сможет дать отпор и сможет победить. Следом за кожаными штанами, пошла более легкая рубашка, более приятная для тела, сшитая заботливыми руками матери. Когда Арне уже стоял ногой, из соседней комнаты появилась вторая, Анна и поклонилась новому хозяину. Элизабет краем глаза скользнула по обнаженному телу юноши и залилась краской. Без тонны одежд и мехов он был куда худее и меньше, но все еще вселял страх и уважение. Могучие плечи и крепкие руки бугрились мышцами, а бледный живот был подтянут благодаря всем тем сражениям, на которых успел побывать молодой воин. Глаза медленно скользнули ниже и окончательно заливаясь краской, девушка, которая совсем недавно лишь стала служанкой, с удивлением оценила, что волосы там тоже белые. Арне быстро спустился в прохладную воду и блаженно закрыл глаза. Пожалуй здесь все не так уж и плохо. В прохладной воде плавали алые лепестки. Арне повел ладонью пытаясь поймать один и приложил у губам. Прекрасный аромат. Но запах волн и снега все равно прекрасней. Викинг опустился ниже и откинул голову назад, давая возможность девушкам помыть его гордость. Своими волосами он гордился, как ничем. Они были благородного цвета и такие густые, что казалось сама вьюга может в них запутаться. Поистине благословение Богов. -Ваши волосы так прекрасны. Такие мягкие, шелковистые. Многие бы дамы позавидовали Вашей красоте.-речи служанки льстили, но Арне слышал в них лишь желание понравиться ему, а не искренность и восхищение. Ну ему и этого достаточно. Ловкие умелые пальцы нежно массировали кожу и это было так приятно, что Арне понял, что быстро привыкнет к этому. Где же они были раньше, когда он падал после жестоких боев даже не в силах смыть с себя кровь? -В-Ваша Милость, позвольте?-вторая, более скромная намазала руки чем-то сладко пахнущим и потянулась к руке Арне. Тот поморщился от резкого запаха, но руку протянул, заодно поправляя девушку -Arne.-голос его уже не казался таким хриплым и пугающим. В нем было что-то манящее. Что-то загадочное . Девушка не сразу поняла, что именно имеет в виду молодой господин и сначала отпрыгнула от него, боясь, что сделала что-то не то. За ней последовала и вторая, до этого намылившая шелковистые прядки. Не понимая, что происходит, Арне заинтересованно обернулся и со смехом снова увидел непонимание и страх в темных глазах. -Не Ваша Милость, Arne.-девушки будто отмерли и с еще большим удивлением уставились на этого викинга. -Так вы знаете наш язык?-ответом им было молчание и тяжелый вздох. Арне полностью ушел с головой под воду, смывая мыльную воду. Мокрые волосы теперь доставали ему до талии и снежной лавиной облепляли плечи и часть груди. Более короткие пряди на лбу прилипли к щекам, делая его лицо более утонченным, а кровавые глаза еще больше. На бледной груди, где кожа была гладкой и без единственного волоска, на прочном кожаном шнурке висел молот Тора из темного, почти черного камня. На краях были начертаны руны, которые должны были защитить викинга даже в самых суровых боях. Когда Арне легким движением руки смахнул волосы на бок и нежно отжал их, девушка с удивлением увидела на его спине, ближе к шее рисунок змея, кусающего себя за хвост. Рисунок был черным с тонкими линиями, сделанный умело и аккуратно. Элизабет не раз слышала от молодых солдат, которые любили рассказывать истории о бойнях с этими варварами о их изрисованных телах. У некоторых не было даже видно лицо-все оно было исчерчено демоническими рунами и рисунками. У других все руки до локтя были синими от огромных рисунков и надписей. Генералы говорили, что северяне верят в силу таких рисунков всей душой и сердцем. Что дозорные не раз видели, как перед трудным боем они проводили дикие ритуалы и кровью животных чертили на себе эти проклятые знаки. Девушка часто слышала, но увидела впервые. И эти рисунки казались черной краской на белом холсте. От рисунка змея она разглядела несколько непонятных символов, спускающихся вниз по выпирающим позвонкам. Девушка еще бы долго рассматривала замысловатые узоры и рисунки, если бы шум из соседней комнаты не отвлек ее. Она дернулась от громкого стука дверей о стены и едва завидев молодого Господина пала на колени, не смея поднимать глаз на принца. За юным наследником стоял воин с блестящих доспехах, но более легких и удобных, нежели у обычных солдат. В руке сакса был меч, пока убранный в ножны, но готовый в любой момент покинуть их. Людвиг прошелся оценивающим взглядом по фигуре своего будущего супруга. Тот даже не шелохнулся и все так же продолжал усердно отживать свои белоснежные волосы, от чего те становились легче. Когда последние капли упали с белоснежных прядей, молодой викинг выпрямился в полный рост и сурово посмотрел на незваных гостей. Взгляд его был холоден и остр, что казалось разъедал плоть. Руки его спокойно и непринужденно перебирали пряди. Стоя в воде по пояс, Арне не давал возможность увидеть наглеца его достоинство, от чего чувствовал себя хозяином положения. Наглая усмешка замерла на губах принца и тот сделал несколько шагов вперед, останавливаясь там, где начинается кромка воды. Но сказать его уста так ничего и не успели. В купель ворвался молодой викинг, тот самый, который недавно переводил чужеземную речь на переговорах. Он был ровесником самого Людвига, но холод глаз и строгий взор был тем же, что и у бывалых командиров. Викинг молний метнулся к стражу и топор тут же оказался в опасной близости от горла солдата. Но вопреки угрозам, тот даже не шелохнулся, продолжая стоять тенью за спиной хозяина. -Я бы попросил Вас выйти. В наших краях за то, что Вы узрели сына Конунга обнаженным, Вы как минимум лишитесь глаз, а может и отправитесь к своим Богам.- голос юноши был спокоен и холоден, но в правде сказанных слов Людвиг не сомневался. Викинги не из тех людей, которые говорят по ветру. Им легче сделать сказанное, нежели говорить в пустую. Принц поправил черную копну волос и уставился на обнаженное тело горящими азартом глазами, в то время, как сам сын Конунга оставался спокоен. -Ну что ж, в твоих словах есть доля правды. Утред, выйди. Тебе и вправду не стоит видеть моего будущего мужа обнаженным. - солдат за спиной господина поклонился и бесшумно вышел из комнаты. Арне такое поведение начало надоедать. Он медленно двинулся в сторону ступеней, чтобы выйти из уже совсем холодной воды. Как только вода начала отпускать его из своих объятий, Инги тут же развернулся, желая иметь два глаза и свою жизнь при себе. Хоть молодое тело омеги и было прекрасно, но цена за него была все еще велика.Как только уровень воды стал еле-еле прикрывать достоинство викинга, девушка бросилась к нему с белыми простынями, накрывая обнаженное тело. -Bedankt, Inga, maar misschien is de dood van een van hen een les voor hen. Dat Sachs je zijn leven schuldig is, want als het niet voor de vader was, dan zou ik zelf hem naar hun God hebben gestuurd.(Спасибо, Инга, но, возможно, смерть одного из них была бы уроком для остальных. Этот Сакс обязан тебе жизнью, потому что бы я отправил его к их Богу раньше отца.)- Инги кивнул головой и так же скрылся за дверью, оставляя будущих супругов наедине. Людвиг подошел к Арне и пропустил через пальцы несколько мокрых прядей, задумчиво вглядываясь в алые глаза. -Ты прекрасен, но в то же время будто проклят дьяволом. - услышав подобное молодой викинг зашелся смехом. Звонкий смех долго сотрясал стены купели, возвращаясь к хозяину гулким эхом. Людвиг сначала не понял над чем именно рассмеялся этот дикаря и , оглядевшись, не нашел вокруг себя ничего смешного. Стало быть он находит смешным его? -Если я проклят, то ты стало быть благословлен?-неожиданная англосакская речь из уст этого дикаря повергла его в шок. Он говорил хорошо, практически чисто, значит и язык знает давно. Но почему тогда переговоры вел не он? Да и где все эти варвары научились их языку? -Да ты не так прост как кажешься.-принц пропустил мимо ушей даже явное оскорбление -так был потрясен неожиданным открытием. Но викинг уже развернулся к нему спиной и гордой походкой направился в комнаты, где он оставил свои одежды. Две служанки юркнули вперед него и преподнесли местные, более легкие одежды, но Арне лишь презрительно зыркнул на них и поднял свою расшитую рунами рубаху. Если он здесь останется в качестве мужа и гаранта мира то, это не значит, что он собирается становиться одним из них. Он слишком горд, так же как и его народ. Он слишком предан своей вере, и в его сердце нет места другому Богу. Пока молодой викинг зашнуровывал легкую шнуровку на рубахе, Людвиг венценосно сел на мягкое кресло и внимательно следил за мужем. Движения того были быстры и точны, ни одного лишнего или долгим. -Нам нужно обговорить свадьбу. Мой король хочет, чтобы все прошло по христианским обычаям.- Арне завязал кожаный ремень и поправил еще влажные волосы, краям губ усмехаясь подобным речам. Он медленно подошел к наследнику престола Уэссекса и так же опустился на мягкое кресло, закидывая ногу на ногу и скрещивая руки. В глазах его горели недобрые огоньки -Вот только Твой король забыл, что я-не христианин.- уголки губ принца дрогнули в ухмылке. Он так же медленно наклонился и невесомо провел пальцами по холодной щеке, чувствуя, как испепеляют его алые глаза полные гнева. Но этот викинг был просто омегой. Такой же, как и все омеги в этих коридорах. Падким на ласки и нежность. Ему лишь стоит проявить учтивость и любовь, а потом сломать его и опозорить. Тогда что этот дикарь поймет, что он далеко не властелин мира, и его Боги ничто по сравнению с ним. -Если северяне хотят мира, то следует чтить наши традиции и веру. Тебя покрестят, дадут новое имя и нового Бога. И ты станешь моим мужем перед моим Богом.-с каждым словом кровь все сильнее вскипала в венах юного викинга. Что себе позволяет этот сакс? Кто он такой, чтобы с ним разговаривать? С тем, кто своими руками убивал и будет убивать саксов! Да сам Один проклянет этот народ и эту страну! Руки зло сжались в кулаки и так же быстро разжались. Этот принц просто пытается вывести его из себя. Просто злит, чтобы унизить. Просто насмехается над ним. Нужно быть спокойным. Алые глаза вмиг превратились в льдины северных морей, а кровь в жилах остыла. Сын Конунга отпрянул от будущего супруга и встал, надменно смотря на того сверху вниз. -Твоего Бога нет и никогда не будет для меня. Я верю лишь в тех Богов, до которых доносятся мои молитвы. Если ты хочешь свадьбы, а твое королевство мира, то следует так же чтить наших Богов, потому что Один бывает злопамятен.-сказав это, Арне больше не хотел слышать рассуждение о Богах. Эта не та тема, которая обсуждается с ненавистью и гневом. Людвиг прекрасно понял настрой своего будущего мужа. Строптив и непокорен. Ну что ж прекрасно, это его выбор. Медленно поднявшись с мягкого кресла, он кинул еще один мимолетный взгляд на раздраженного викинга и скрылся за дверьми. Все равно все будет так, как хочет он.

***

-Hou niet van het is alles voor mij, Ingi. Deze hele bruiloft en stilte op het slagveld, die iedereen een wapenstilstand noemt. Deze prins is niet zo eenvoudig. Hij is sluw ... Loki beweegt zijn handen en stapt op zijn voeten.(Не нравиться это все мне, Инги. Эта свадьба и тишь на поле боя, которую все громко называют миром. Этот принц не так прост. Он хитер... Сам Локи говорит его устами и ступает его ногами.)- черноволосый викинг внимательно слушал своего господина, медленно расчесывая старым гребнем белые волосы. Они сидели на склоне, около реки по которой уже несколько дней назад уплыли их братья и сестры. Они стали приходить сюда совсем недавно, когда тяжесть и блеск королевских покоев стали слишком сильно давить на их плечи. Они не искали вдали кораблей и не искали взором знакомых фигур. Они просто наслаждались этим прекрасным видом, как водная гладь пожирает солнце, давая начало ночи, когда Фригг зажигает на небесах огни для потерявших надежду путников. -Onze konung is wijs. Zijn ogen kijken ver in de verte en zijn hart houdt van ons allemaal. Hij zou zijn bewonderde kind nooit hebben verlaten waar zijn zekere dood op hem wacht.(Наш Конунг мудр. Его глаза видят далеко вдаль, а сердце любит за всех нас. Он бы никогда не оставил свое любимое дитя там, где его ждет верная гибель.)- ловкие пальцы, которые были исчерчены рунами, оберегавшими и от злых духов, и от хвори , и от гнусной славы, ловко переплетали пряди, венчая голову беловолосого викинга замысловатыми косами. Инги был предан Рагнару всем сердцем и душой и был готов выполнить любой его приказ, не задавая лишних вопросов. Пусть даже прикажет броситься во владения самой Хель, он беспрекословно пойдет туда, обрекая на вечные страдания. Просто потому, что Рагнар был тем, кто когда-то сам вытащил его из темных царств Богини смерти. Когда его мать, прославленная северная воительница, честь и слава которой была несомненны и велики, умерла, едва породив на свет дитя,он рос один нелюбимый и ненавистный всеми. Ребенок, который убил свою родную мать, самую сильную из женщин. Женщину, пережившую сотни боев и повидавшую самые кровавые поля брани убил собственный ребенок. Эти обвинения навсегда останутся вырезаны на истекающем кровью сердце. И он решил бежать. Бежать во что бы то ни стало. Из рассказов, переходивших из уст в уста он понял, как примерно выглядел его отец и уплыл на первом Драккаре, покидающем северные земли. Долго, мучительно он скитался по землям, не зная языка. Пока однажды, утомленный жарким днем не упал под копыта лошади, на котором ехал генерал, приближенный к самому королю. И они сразу узнали друг друга. Инги никогда не забудет, как этот могучий воин бросил на него презрительный взгляд, узнавая сына,в чертах которого явно прослеживались его собственные-черные, как воронье крыло, волосы, правильные черты лица, больше напоминающие королевские, нежели обычного вояки, острые скулы и большие, испуганные глаза, цвет которых бесспорно принадлежал его тогда горячо любимой женщине- льдинисто голубые. Той, которая потом оказалась воительницей северного народа и безжалостно направила целую сотню своих северных демонов на его маленький отряд, высланный для патруля земель. И сразу пропали его черты, остались лишь голубые глаза, неестественная белизна кожи и на удивление прямые волосы, которые никогда не водились в английских землях. Инги никогда не забудет, как меч отца рассек его грудь, оставляя после себя лишь боль очередного предательства. Он уже был готов умереть прямо там, посреди дороги, брошенный и отцом и Богами. И тогда появился кто-то выше и значимей Богов. Появился Рагнар. Он поднял слабое тело ребенка, истекающее кровью и прижал к мощной груди, обдавая холодом севера. Так он стал нареченным сыном Рагнара, имя которого никогда не выйдет за стены их дома, но которое всегда было на устах всех. Рагнар сам дал ему имя, выходил, полюбил и воспитал. Дал все, в чем он нуждался. А когда Фригг благословила их дом омегой, то научил этой любви и Инги. Теперь сердце молодого воина билось только для Арне и Рагнара. -Ik ben blij dat vader je bij me heeft achtergelaten.(Я рад, что отец оставил тебя со мной.)- гребень застыл в руках викинга, после неожиданных теплых слов. Арне никогда не проявлял свою любовь. Он был слишком холоден и всегда предпочитал тренировки большим компаниям молодых викингов. Вместо громких праздников-одинокая поездка на коне вдоль ледяных берегов и холодных пустынь. Инги всегда ловил на себе следящие взгляды алых глаз, но еще никогда не слышал ни слова благодарности, ни ругательств в его сторону. Долго не думая, он прижался к белоснежному лбу викинга, голова которого покоилась на его коленях. -En ik ben blij dat de goden je naar mij hebben gestuurd(А я рад, что Боги послали мне Вас.)- крепкая рука прижала его за шею ближе, не давая отодвинуться. Этот жест значил слишком много для Инги, и губы его тронула легкая улыбка. Рядом послышался топот копыт и Арне лениво отпустил руку, давая отстраниться своему брату. Но надменные зеленые глаза уже увидели то, ради чего их обладатель скакал этот долгий путь.