«Эти чувства Fashion Искусство»

Контрастный душ, который так любила певица, пробуждал испытанное любовью тело ото сна. Стоя под струями воды, Кароль переодически закусывала и без того истерзанные губы, вспоминая счастливые моменты прошедших дней. Так много страсти, так много его в ней. Так много их за такой короткий отрезок времени. Мышцы живота скручивало при каждой мысли о недавней близости. Руки хаотично перемещались по телу, постоянно меняя направление. Когда Тина не могла унять пронизывающую дрожь, которая появлялась не из-за смены температуры воды, она останавливала поток на горячем режиме, дабы заглушить её окончательно. Пленка перемотала на первый день их встречи и дальше стоп-кадрами шлепала по памяти, показывая то, как начиналась их история любви. Да, иначе не назовёшь, потому что это была любвь, которую певица ощущала и принимала. Он вывел её из литургического сна, спас от медикаментозного; он подарил надежду на счастливое будущее и новую жизнь, о которой она так мечтала. Уверенность в нем и его чувствах уже достигла отметки по шкале девяносто из ста. Те оставшиеся десять процентов неуверенности, занимали её страх и личные предрассудки. Утром Тина получила от Дана сообщение, с предложением встретиться на часик пораньше в центе города, в кафе, чтобы выпить по чашечке кофе. Она не думая согласилась, просеяв. Собрав волосы в высокий хвост, натянув обтягивающие джинсы под длинный шерстяной свитер цвета грязного асфальта, и сделав нюдовый мейк, Кароль давала указания Тусе, касаемо Вени: не будить и дать выспаться, собрать заранее его вещи к завтрашнему раннему отъезду, накормить, дать выпить витамины, и отправить с Вадимом в павильон. Тина заказала такси, и поцеловав хозяюшку, выбежала на улицу, накинув пальто и завернувшись в его тёплый кашемировый шарф, который она так и не вернула после той примирительной встречи. Температура воздуха немного поднялась за последние сутки, солнышко добавляло ноток игривого настроения. Взглянув на чистое небо, блондинка глубоко вздохнула и выдохнула: «Пусть сегодня всё получится. Помоги мне, Господи». Дан получив от неё «да, я с удовольствием выпью с тобой чашечку кофе», начал быстро приводить себя в порядок. Он оделся, как потом окажется, в такую же цветовую гамму, что и Тина, сделав на голове небрежную укладку, проработав волосы лёгким гелем. Дан был свеж и полон энергии. «Любовь окрыляет», — подумал тот, захлопывая дверь такси: « До центра, пожалуйста». Певец попросил водителя остановиться у цветочного магазина. Ему хотелось сделать приятное Тине, тем более цветы он ей ещё не успел подарить. Его взгляд остановился на кенийских розах нежно персикового цвета, с чайными бутонами, запах которых отбрасывал его в лето: в загородный дом, где он любил проводить свободное время, то место где царит умиротворение. Через десять минут, машина уже тормозила у кафе, где была назначена встреча. Хостес провела Дана наверх, в vip-зал, который он выбрал, чтобы не привлекать внимания. Брюнет не успел присесть, потому что пока снимал пальто, в дверях появилась она, наградив его ослепительной улыбкой и искрящимися глазами. «Что может быть прекраснее», — подумал певец. — Доброе утро, дорогой, — Тина не раздеваясь заключила его в объятия, — мммм, как ты вкусно пахнешь… и ты такой мииииилый, — она лёгким движением убрала выбившуюся прядь со лба, потом медленно прогулялась по скуле. — Доброе, малышка. Ты тоже прекрасно выглядишь, — он приподнял её, задержав на мгновение в воздухе, — давай помогу раздеться. — А поцеловать? — Тина надула губы, скрестив руки на себе. Дан отошёл к окну, взял букет с подоконника. — Это тебе, — я не знаю какие ты любишь, но они мне напоминают тебя, — иди ко мне, принцесса. — Ммм, да вы романтик, Балан. —Спасибо, очень приятно. Обожаю розы. Любые. И тебя. Поцелуй был нежным, мягким, трепетным, с частыми остановками, как на рейсовом автобусе. — Нам сейчас кофе принесут, давай присядем, чтобы не привлекать внимания, — они заняли диванчик с видом на проспект заснеженного центра города, прилипшие друг другу, как сиамские близнецы. — Как ты? Волнуешься? Егор больше не писал?! — он запустил свои пальцы в её ладонь. — Нет, слава Богу не объявлялся. — Есть немного, но не даю волнению выйти в свет. До вечера ещё долго, зачем с самого утра расстраиваться… тем более такое утро. — Спасибо, за хорошее настроение и поддержку. — И мне хорошо… вообще когда ты рядом, хорошо всегда, — и ты молодец! Официант принёс пару чашек кофе и два тирамису, красиво расположив на столике, пожелав приятного аппетита и времяпрепровождения. — Малыш, я тут подумал, — у меня скоро юбилей намечается, — Дан закатил глаза и скривил улыбку, подумав про дату, — хочу провести этот день вдвоём. Обычно я не праздную, точнее праздную, но один. Знаешь как? — Он посмотрел на её округлившие глаза и продолжил. — Я закрываю глаза, и тычу три раза пальцем в карту мира, потом выбираю одно место из этих трёх, и лечу туда. Иногда все три места бывают сомнительными, но я всё же делаю выбор. Традиции этой уже лет пять-шесть, но с тобой мне хочется её нарушить, потому что есть идея. Глаза Кароль всё больше округлялись с каждым его словом: и от информации, и от самого факта. — Подожди, когда у тебя день рождения? — У нас так всё стремительно случилось, мы даже толком не знаем друг о друге, в смысле о таких важных деталях. — Шестого февраля. — Ничего, у нас много времени наверстать, — ну, так ты разделишь со мной этот день? — Да, любимый, только надо проверить календарь, концертов вроде их нет после третьего числа… — Но…! Сначала придется и тебе разделить со мной мой день,— она улыбнулась. — В смысле? Твой ещё раньше моего? — Угу, через неделю, — двадцать пятого января. Глаза Дана тоже округлились. — Оу, это даже двойной праздник,— моя Танюша. Тина смущаясь, опустила глаза вниз.  — Блин, хорошо что я поднял этот вопрос, — отлично. Значит сначала будем праздновать твой. — Нет, я не люблю шумные тусовки и не делаю сильного акцента на этот день. — А можно я всё организую? Ну, пожалуйста. Обещаю, тебе понравится. — Дан, не стоит. Ну, мне неловко как-то. Давай просто будем вместе, этого достаточно. — Значит я организую, — он чмокнул её в нос, — Пей кофе, а то остынет. — Вообще я уже имею право сделать приятное любимой, не спрашивая разрешения. — Ну всё-всё. Имеешь. — С тобой то спорить,— лучше сразу проиграть, — Тина, убрала с его губ, своими, остатки крема, «случайно» прикусив нижнюю: «мой поросёнок» (смеётся). Час пролетел незаметно. Кароль ещё раз попыталась отговорить его ото всех идей и сюрпризов, но тот отмёл протесты. Певец расплатился и они вышли на улицу, где их ждала машина до павильона. В салоне царила тишина. Кароль начала перебирать в голове идеи подарков для Дана. Тот, как ни странно, занимался тем же самым. Съёмки начались чуть с опозданием. И после того, как прошёл час после них, опять остановились. В здании вырубили свет, из-за какой-то аварии неподалёку. Уточнив каковы масштабы проблемы, продюсеру ответили, что не больше тридцати-сорока минут. Кураторы и модераторы шоу развлекали собравшуюся публику как могли, всех угостили чаем и печеньками. Атмосфера была прекрасная. Было шумно и весело. Потап, после того как пропало электричество громко намекнул Тине и Дану, стоявшим рядом, уединиться. — Нуу, ребятки, я прикрою, идите попритерайтесь плавничками немного. — Я уже не могу смотреть на облизывающегося тебя, — он посмотрел на Балана, и воздыхающую тебя, — взгляд метнулся на Кароль. — Вы такие тю-тю-тю прям. Оба причём. — Потап, иди ты, — мы уже притерлись как надо, если тебя интересуют такие детали, — Тина ущипнула его за мягкое место, потом начала щекотать. Монатик с Баланом стояли и ржали как ненормальные. Тина оставила его в покое, и подошла к Дану, заключая в объятия. — Малышка, ты ледяная. Давай пиджак одевай скорей, замёрзла? — он снял и накинул на плечи. — Ой, не могу, — мои ж вы голуби, — Балан, на свадьбу чтоб пригласил, — выпалил Потап. — Обязательно, медведь, — этим своим ответом брюнет заставил пульс Тины участиться. Кровь прилила к щекам. Хорошо что из-за темноты было не видно. Великолепная четвёрка продолжала весело беседовать, собравшись в небольшой круг у входа в зал. Собственно разговор все это время касался сладкой парочки. — Дан, друг, а эта тема с кенгуруш, — я чуть не описался, — у вас там что за игрища такие, хоть предупреждайте! — Потап все не отставал. — Хахаха, а вот додумывайте сами, — да малышка, — он невесомо коснулся ее шеи. — Святой Монатик, ну ты посмотри на них, — Леша в воздухе нарисовал сердечно руками, по-доброму стебясь,— love is in the air. Дима, как ребёнок, радовался издавая смешки. Ему определённо нравился этот тандем. Он с интересом наблюдал за развитием их отношений, и совершенно не узнавал Тину, в хорошем смысле слова. Через пол часа все вокруг зашумело, затрещало: электричество вернулось в режим. Дан успел пару раз пройтись по губам Тины, также поразмять руки на её бёдрах и талии, пока друзья-товарищи отлучались в туалет/кафе. До конца съёмочного дня больше не произошло никаких аварий. Продюсер сиял и радовался, предвкушая рейтинги. Ему нравилось всё то, что происходило на площадке. Не зря он пошёл ва-банк. Стоп. Снято. Всем спасибо. По дороге в гримерку, Дан спросил у Тины, хочет ли она что-то выпить, и получив положительный ответ, хотел оставить свою ненаглядную одну. Она сказала, что подождёт его у входа в кафе, чтобы тоже немного пройтись размяться. Они шли вместе по коридору, иногда касаясь друг друга. Когда спина Балана скрылась за дверью, в руках у Тины завибрировал телефон. Входящий: Егор. Кароль не хотела брать трубку, но через два часа у них была назначена встреча. Она, поколебавшись, ответила на звонок, немного удаляясь назад в глубь коридора. — Алло. — Hello… Sorry, are you Lubimaya Tina? Do you speak English? (пауза). — What? Who are you? Разговор был на английском языке (продолжу на русском). — Простите, а вас как зовут? — Тина. А кто вы? Откуда у вас телефон Егора?! — Меня зовут Джеймс, я стюард частного самолёта. Дело в том, что пассажир Егор Самойлов умер. (долгая пауза). — Алло, Тина? — Что-что, простите? Вы наверное ошиблись… — Не думаю. Я нашёл ваш контакт адресной книге. Я знаю русский алфавит... — Егор Самойлов мертв… Простите, и примите соболезнования… — Я… я… я не знаю что делать, вы звонили его родным: мама, папа, брат?! — Только маме, но у неё не отвечает телефон. После шёл контакт «Любимая Тина». Я набрал вам… — Мы только приземлись. Мы не знали, думали просто спит, но не смогли его разбудить… Врачи сейчас здесь. Они говорят остановка сердца… два часа как он уже на небесах… мне очень жаль… Sorry… sorry… sorry… эхом отдавалось в трубке телефона… Рука обмякла и опустилась вниз… Кароль ошеломлённая, стояла с опущенным телефоном… Дан, огляделся не найдя Тину у входа, потом увидев в коридора шёл ей навстречу с двумя стаканами кофе. Разглядев бледное лицо, он ускорил шаг… — Малышка, что с тобой?  — Так, подожди. — Он поставил горячие стаканы на пол, и приобнял её за плечи. — Дан, никакой встречи не будет, — Егор мертв… Одинокая слеза скатилась по её щеке...