«Эти чувства Fashion Искусство»

Одинокая слеза скатилась с её бледной щеки, покинув лицо, и остановилась капелькой-кристалликом в ямочке на шее, так и оставшейся лежать там до полного испарения… Тина, дрожащим неуверенным голосом, пересказала ему телефонный разговор, и уткнулась в грудь, тем самым спасаясь от страха, атаковавшего её с самого основания ног, и распространившегося повсеместно. Дан тоже был в легком шоке, поэтому молчал, принимая на себя весь её холод и дрожь. Он укутал девушку в свой пиджак, уводя в гримерку, так и оставив на полу нетронутый кофе. — Садись, мой маленький. Вот так, — он усадил её на диван, дав в руки стакан с водой. — Дан, я в порядке… не переживай, — просто мне очень страшно… Где мой Веник? — Ты можешь найти его, я не знаю почему, но мне хочется его обнять… сейчас. — Он с Пашей в кафе, уплетал чизкейк, когда я брал нам кофе на баре, — но думаю лучше ему не видеть сейчас тебя такой потерянной, — брюнет поставил нетронутый стакан с водой на стол, и присел рядом. Через мгновение. — Ты прав, обними меня покрепче… — Дан, мне что-то плохо… всё плывет, — Тина резко поехала по спинке дивана, обмякнув в его руках. Дан быстро среагировал: он аккуратно уложил её, и начал приводить в чувства, роясь в аптечке, в поисках нашатырного. Он аккуратно смочил ватный диск, который нашёл на столе возле средств для снятия макияжа, и поднес к носу. Тина пришла в себя, потирая виски руками. — Ты зачем так пугаешь? — Давай вот так, ляг повыше, — брюнет поцеловал её холодный лоб, сжимая мокрые ладони. — Прости, любимый… — голова закружилась, — увези меня отсюда домой… Дан закрыл гримерку, помогая ей переодеться. Он заметил, что Тину до сих пор качает из стороны в строну. Его пугала такая реакция на смерть человека, который был по её словам безразличен, и исходя из последних событий, противен и ненавистен. Балан конечно сам был в легком шоке от новостей, но грусти и печали не испытывал… даже в глубине души появилось облегчение, потому что дико переживал за Тину и последствия намечавшейся встречи. Инстинкт самосохранения, после того как он встретил Кароль, как-будто переместился полностью в неё. О себе брюнет уже не думал вообще. — Тин, давай бери себя в руки, — чтобы Веня не испугался, — он накинул поверх пальто шарф, выводя её из гримерки. — Я в порядке, — это была паническая атака, — после смерти Жени я уже ни раз сталкивалась с этим, — прости, что не предупредила. Коридор показался ужасно длинным и мрачным… — Я понимаю, что вы были когда-то вместе, и ты хорошо его знала, но не стоит так убиваться, — он не заслужил твоих переживаний. Резкая остановка. — Дан, ты что несёшь?! — Человека больше нет… каким бы он не был, — не отворачивай меня от себя такими репликами… Она вырвалась из рук, продолжая идти рядом, обняв себя руками, как-будто прячась в невидимую скорлупу. Балан ничего не ответил, лишь выдохнул, наблюдая её затылок, потому что та ускорила шаг. Когда они подходи к кафе, в дверях нарисовались Паша с Веней. Мальчик подбежал к маме, увлекая её в объятия. Орлов сразу заметил, что с Тиной что-то неладное, но решил оставить все вопросы на потом. — Поехали домой… — Кароль взяла руку сына, и направилась к выходу. — До скорого мальчики. Хорошего вечера. Дан вообще ничего не понял, но уже хорошо изучив Тину, он попрощался с Пашей и побежал их догонять. Поравнявшись, брюнет обхватил её за талию и сказал: «Мне всё равно, что ты опять себе надумала, я еду с вами! — Тина не успела открыть рта, он продолжил, обращаясь уже к мальчику. — Веник, ты не против, если я напрошусь к вам на ужин?». Веня просиял и согласился, но поставил одно условие, что тот не сбежит ночью, а разделит с ними завтрак. Просто Веня вспомнил грустную маму с утра, из-за ухода Дана, и решил сразу предупредить его. Мужчина не раздумывая согласился, пожав мальчику руку: « договорились». Момент не упускай. Очередной вечер. Опять повторяющаяся ситуация: они на заднем в её машине, сын и водитель на переднем; направление то же, как и в прошлый раз, только одно расхождение: холодная и какая-то безжизненная Тина… Мальчики снова создали для них уединение, опустив шторку и включив музыку. — Ты так и будешь молчать? — он не трогал её, решив просто начать говорить. — Ты меня слышишь, Тань…? — Слышу… — давай лучше помолчим, голова раскалывается. — Знаешь Кароль, ты похожа на действующий вулкан, который в любую минуту может выкинуть сюрпризы, только он (вулкан) в виде лавы, а ты… — Я же просила помолчать… — она жёстче ответила, хотя не хотела этого делать. Опять внутренние женщины, как всегда с флажком на подходе, как только хозяйка даёт слабину. — Да молчу я… — можно хоть обниму, а то замёрз уже от твоего холода, —хоть в печку прыгай… Она помешкалась, потом сдалась. — Прости, конечно можно…обними… — спасибо, что не ведёшься на мои «извержения»… Он быстро подсел, пока та опять не передумала, и притянул к себе, зарываясь лицом в волосы: «Поспи немного». Тина, пригревшись к такому родному телу и немного оттаяв, провалилась в сон, переодически посапывая. Дан рисовал на её плече узоры, прибывая в своих мыслях. «Прекрасное утро. Чудесный день. Мрачный полдень. Сумбурный вечер… После знакомства с ней, каждый день похож на поход в новый парк аттракционов, и я всегда надеюсь, что везде крепкая страховка, и что я не упаду в пропасть… Слишком сильно люблю, чтобы вот так сорваться…», — подумал брюнет, непроизвольно касаясь губами её шелковых волос. Штора медленно поехала вверх, открывая вид на задние места. Опять та же самая картина. — Вадим, ты посмотри на них, — опять уснули. Тина вздрогнула, от громкого голоса Вени, и испугавшись вцепилась в руку Дана, отчего тот тоже подхватил волну резкого пробуждения. — Ой, постите что напугал, — мы приехали. Пошлите в дом. Очередной ужин втроём, только у всех потухшие лица: Веня завтра рано утром уезжает и расставание с мамой всегда тяжело даётся; Тина всё ещё не отошла от новостей, плюс отъезд сына; Дан просто переживает за состояние Тины. Телефон Кароль завибрировал на столе. Она испуганно посмотрела на экран: незнакомый номер. Подняла. трубку. — Алло?! — Аааа… Это ты… сука! — Из-за тебя я потеряла сына!!! Это ты его довела, мерзавка! Ты-ты-ты! (Мама Егора. Она узнала её голос…) — Юлия Игоревна… Зачем вы так?! — Тина удалилась в зал, чтобы Веня не слышал, и не видел всего этого. — Аааа, ты даже помнишь как меня зовут, — через слезы рычала женщина. — Успокойтесь… я не виновата в его смерти… Мы давно не вместе с Егором. Не гневите Бога, пожалуйста… — Тина пыталась говорить спокойно, но плач вырвался из её уст. — Я видела его чат. Хотела посмотреть, чем жил мой мальчик, его последние действия… (истерический крик). — Он любил тебя бесстыжая ты стерва… Тина сглотнула, выдержав новый удар. — Если вы сказали всё, что хотели, то я отключаюсь. — Ещё раз повторяю, мне очень жаль… я тоже прибываю в шоке.— Примите мои соболезнования. Держитесь. Тина положила трубку, услышав напоследок ещё пару оскорблений. Он стоял там же где и Тина, когда та подглядывала и подслушивала их беседу с Веней, разговаривая с фотографией Жени. Дан посмотрел на её силуэт, на её разбросанные по спине и опущенным плечам волосы… Он посмотрел на фото покойного мужа, опустив и подняв тяжелые веки. В сознании всё перевернулось. Он снял с шеи бесценный амулет, подаренный бабушкой на восемнадцатилетние, и подошёл к ней сзади, обнимая за плечи, медленно разворачивая к себе. — Как ты? — Дан одной рукой убрал слезы с её лица. — Бывало и лучше… — Тина криво улыбнулась. — Малышка, можешь поднять волосы и повернуться ко мне спиной? Тина вопросительно на него посмотрела, но выполнила его просьбу. Мужчина разжал ладонь, достав из неё старинную, дорогую его сердцу вещь, и аккуратно поместил её на шею Тины, легко защёлкнув замочек на цепочке. — Это подарок моей бабушки на совершеннолетие. Я сейчас почувствовал, что он должен быть у тебя. Ни минуты раньше, ни минуты позже. — Внутренний голос… Тина дотронулась до шеи, нащупав небольшой, но увесистый кулон, и стала его разглядывать, прибывая в легком потрясении. — Дан, но это же твоя вещь… и она слишком дорога тебе, — я знаю как ты относишься к таким подаркам. Дан продолжал говорить. — Бабушка еще тогда, когда вручала мне его, рассказала, что этот амулет приносит удачу и гармонию. Так оно и есть. Он обладает удивительной магической силой, и кстати, в племени Торро, такие амулеты служили, как у нас кольца, признанием в любви и предложением руки и сердца… — Дан…?! Глаза Тины округлились, а челюсть медленно поползла вниз… — Я знаю, что совсем не подходящий момент, но я хочу это сделать сейчас, потому что так чувствую… Его голос, даже неожиданно для него самого, приобрёл странный окрас, с нотками дрожи и волнения. — Я волк-одиночка и пилигрим со стажем, но когда ты рядом я забываю даже значения этих слов… Когда ты рядом, я готов сломить горы и сдвинуть вагоны… — Первый раз в жизни, и я уверен что в последний это делаю: «Выходи за меня, Таня». (Пауза…)