Квартирный вопрос.

— Ты помыл машину, — умилилась я, замерев перед его джипом. Хэддок обжёг меня взглядом, но дверь мне открыл. Пришлось принять его помощь, чтобы сесть в машину. Узкое платье, высокие каблуки… Артём поддержал меня под локоток, а я, вместо того, чтобы поблагодарить, пожаловалась: — Зачем ты заставил меня так вырядиться? — Мы едем в ресторан. Что здесь удивительного? — Мы едем добывать сведения, это совсем другое дело. — Как ты сказала? Сведения добывать? — Он рассмеялся. — Тоже мне, Мата Хари. Мы едем в ресторан, ужинать. Что может быть лучше, чем провести вечер в обществе красивой девушки? Я не позволила ему захлопнуть дверь. — То есть, ты меня в ресторан пригласил? А как же Наташка Дроздова? — Астрид, ну почему ты всегда всё усложняешь? Приедем туда и посмотрим. Пока Хэддок обходил машину, я одёрнула платье, а колени прикрыла сумкой. — Мне всё это не нравится, — проворчала я, когда Артём уселся рядом. Он скрипнул зубами и посмотрел на меня так, как муж смотрит на опостылевшую за двадцать лет брака сварливую жену. Этот взгляд на меня подействовал, и я послушно замолчала. Гостиничный комплекс «Райский сад» встретил нас оживлением и мерцающими огнями. Артём оставил машину на стоянке, а когда мы оказались перед крыльцом, остановился и закинул голову, чтобы посмотреть на внушительное здание. — Давно я тут не был. — Да? Большие перемены? — Есть некоторые. Ну что? Пойдём? — А если столиков нет свободных? Хэддок вдруг обнял меня за талию и притянул к себе. — Расслабься, наконец. Хватит думать о неприятностях. Ты когда-нибудь отдыхаешь? — Я не могу отдыхать, находясь под угрозой выселения. — Очень даже можешь, я тебе докажу. Сыграть хочешь? — В смысле? — В смысле, в рулетку. Пойдём. И плечи расправь, — сказал он, когда мы вошли в просторный холл. Я удивлённо посмотрела и тут же почувствовала его ладонь между своих лопаток. Рука надавила, я невольно выгнулась, а Хэддок довольно ухмыльнулся, хотя даже взглядом меня в этот момент не удостоил. — Вот так. Я, признаться, занервничала. Вдруг осознала, что делать мне здесь, по сути, нечего. А уж тем более под руку с человеком, которого я не знаю практически, и который ведёт себя достаточно подозрительно. Я на Артёма покосилась, оценила его сосредоточенное лицо, взгляд с прищуром, и откровенно затосковала. Какого чёрта я здесь делаю, да ещё вырядившись, как на самый важный праздник в жизни? В казино Артём меня всё-таки затянул. Мы совсем недолго посидели за столом, выпили вина, а потом он потащил меня «играть». По пути Хэддок постоянно оглядывался, словно выискивая кого-то глазами, я решила, что высматривает он ту самую Наташку Дроздову и очень надеялась, что он её вот тут же увидит, мы с ней поговорим и спокойно поедем домой, потому что ужинать здесь мне совершенно не хотелось. — Сыграешь? — поинтересовался Артём, протягивая мне фишки. — Я не играю в азартные игры, — нравоучительно проговорила я. Хэддок ко мне наклонился и шепнул, обдавая мою щёку горячим дыханием. — И чем же ты занимаешься в свободное время? По коже побежали волнующие мурашки, и я поспешила от него отодвинуться. — У меня не бывает свободного времени, я художник. — Как всё запущено, — тихо рассмеялся он, и его ладонь снова оказалась на моей спине. — Пойдём. Я попыталась незаметно толкнуть его локтем. — Прекрати меня лапать. Он обиженно на меня посмотрел. — Да я даже не начинал. — Вот и не начинай. — А ты не сутулься. Что ты зажалась? Я гордо отвернулась, но плечи расправила. Первые минут пятнадцать я ещё с интересом наблюдала за игрой, за горкой фишек, которая то росла перед Хэддоком, то убывала. Артём же выглядел ко всему безразличным, даже когда перед ним осталась сиротливо лежать всего пара фишек, он и бровью не повёл, а я мысленно прикидывала, сколько же он за этот вечер спустил. Выходило не мало. И это заставило меня взглянуть на своего неожиданного соседа по-иному. Опять появилось чувство, что меня за нос водят. Мужчина за столом, сидящий рядом с Хэддоком, вдруг громко вскрикнул, хлопнул в ладоши и жадно огляделся, не зная, с кем разделить свою радость. Увидел меня, скромно стоявшую за спиной Артёма, схватил за руку и поцеловал в раскрытую ладонь. — Удача сегодня на моей стороне! Я руку свою отняла и незаметно вытерла её о платье. — Поздравляю, — промямлила я. Артём на меня обернулся, оценил комичность ситуации и засмеялся, за что и получил кулаком в бок. — Что, продул? — немного злорадно поинтересовалась я, когда он, наконец, поднялся из-за стола. — Конечно, продул, — спокойно отозвался Артём. — А всё ты виновата. — Я?! — Упёрлась взглядом в мой затылок… Я так думать не могу. — Да что тут думать? — пренебрежительно фыркнула я. — Заноза, — шепнул он и положил мою руку на свой локоть. Мы отошли в сторону и остановились, неторопливо оглядывая зал. Со стороны, наверняка, казались респектабельной семейной парой, пришедшей развеяться сегодняшним вечером, отвлечься от семейных дел. Артём для полноты картины прикрыл мои пальцы своими, и вот так мы и замерли, с фальшивыми улыбками на губах. — Как она выглядит? — Её здесь нет. — Ты всех успел разглядеть? — Конечно. — Так это ты у нас Джеймс Бонд. — А ты сомневалась? Я даже похож на него. Красивый, решительный и под руку с красоткой. Чем не шпион? Я прыснула от смеха и отвернулась. — Между прочим, я тебе комплимент сделал. — Когда это? — Я назвал тебя красоткой. — Артём, прекрати болтать глупости и смотри по сторонам. Если мы здесь не найдём эту Дроздову, где мы её искать будем? Как она хоть выглядит? — Ну, она такая… видная. — В каком смысле? — В смысле, роковая женщина. Высокая брюнетка с четвёртым размером. — Последние слова он проговорил с особым благоговением, а я насмешливо на него уставилась. — Вот это ты забыть не мог точно, да? — Да ладно. Не комплексуй. — Ах ты гад. И всё-таки он меня веселил. Злил, конечно, тоже, из себя своим самодовольством порой выводил, насмешничал, но кровь у меня рядом с этим человеком бурлила, в этом сомневаться не приходилось. Мы вернулись в ресторан, сели за стол и Хэддок снова принялся оглядываться. А когда подошёл официант, спросил: — Вы не подскажите, мы можем увидеть Наталью Дроздову? — Наталью Викторовну? Артём довольно громко засмеялся и кивнул. — Ну да… Викторовну. — Натальи Викторовны сегодня не будет, к сожалению. Я смотрела на Артёма и замечала, что он всё больше мрачнеет. — А как мы можем её увидеть? — настаивал он. Официант призадумался. — Вы можете поговорить с управляющим, возможно он… — Позовите управляющего, — важно потребовал Артём. — Позовите управляющего, — передразнила я его, когда официант отошёл от нашего стола. Но Артём на мой сарказм внимания не обратил и задумчиво хмыкнул. — Видно, птичка наша на самом деле неплохо устроилась. Викторовна, надо же. — Может, её повысили? — Ну, конечно. Интересно, что за должность у неё была? — Тебе лучше знать. Артём, что нам теперь делать? Мы же не можем каждый день сюда ходить, в самом деле! — Придумаем что-нибудь. Не переживай. Я презрительно фыркнула. — Я не за себя переживаю, а за тебя. Если мы будем ходить сюда каждый день, ты спустишь в казино все деньги. — Так ты всерьёз за меня волнуешься? — Вот ещё… Он покачал головой. — Почему ты всегда всем недовольна? Мы с тобой сидим в ресторане, музыка играет, рядом с тобой мужчина, можно сказать, что неотразимый, а ты всё равно возмущаешься. Я улыбнулась. — Неотразимый мужчина — это ты погорячился, конечно. — Ладно, — усмехнулся он, — ты у нас сегодня более неотразима, я сдаю позиции. — У меня такое чувство, что эта погоня за неизвестностью никогда не кончится. И как я могла вляпаться во всё это? Ведь в моей жизни никогда ничего не происходит. — Совсем ничего? — поразился Артём. — Тогда тебе повезло, что я тебе встретился. — Очень в этом сомневаюсь. — Вина тебе ещё налить? — Немного. — Ты боишься опьянеть? — Я боюсь, что ты этим воспользуешься. — Это в каком же смысле? — Хэддок уставился на меня настолько поражённо, моргнул и замер с бутылкой в руке. Я, конечно же, покраснела, а этот гад расхохотался, нисколько не заботясь о том, что привлекает к нам внимание. — Ты невыносим, — пожаловалась я и уткнулась взглядом в свою тарелку. Когда появился управляющий, Артём поднялся из-за стола, и они вместе отошли и заговорили о чём-то. Я украдкой за ними наблюдала, но понять, о чём они говорят, было невозможно. Управляющий, пухлый нервный коротышка, к Хэддоку приглядывался с подозрением, постоянно кивал, видимо, в такт истории Артёма, а после руками развёл и что-то затараторил. Я взяла бокал, отпила вина и окинула взглядом зал ресторана. Заметила парочку знакомых и с тоской подумала о том, что моё появление здесь в обществе незнакомого парня, незамеченным, конечно, не останется. Потом объясняться придётся — кто это и что ему надо от меня. Эта мысль развеселила. А что Хэддоку от меня надо? Денег за квартиру? Так ведь не поверит никто. — Ну что? — спросила я, когда Артём вернулся. Он выглядел надутым и недовольным немного. Пожал плечами. — Мне выдали номер телефона, по которому можно связаться с Натальей Викторовной. — И что же тебя так злит? — поинтересовалась я, поднося к губам бокал с вином. — Я не злюсь. Просто удивляюсь, как можно было за год подняться от певчей птички до Натальи Викторовны. — Подмигнул мне. — Ты видишь, как люди карьеру делают? — Такой карьеры я не хочу. Я уж как-нибудь… поскромнее. Артём улыбнулся. — И это правильно. — И что мы делать будем? — Завтра позвоню, может нам назначат аудиенцию. — Весело хохотнул. — Нет, мне даже любопытно!.. — Завтра своё любопытство удовлетворишь. Пойдём домой? — Зачем? — А что здесь делать? Мы узнали, что хотели. — А отдохнуть? Хорошо сидим, Астрид. — Что за дурацкая присказка? — Надо же, всё оказалось намного запущеннее, чем я думал. — Вот почему мне совсем не хочется знать, что ты сейчас имеешь в виду? Хэддок широко улыбнулся. — А я всё равно скажу. — Не сомневаюсь. — Почему ты постоянно выпускаешь колючки? На любое моё слово? — Я молчала и тогда Артём с улыбкой добавил. — Мне очень приятно провести этот вечер с такой красивой девушкой. Он старался говорить проникновенно, а глаза смеялись. Наверное, поэтому я не вспыхнула от смущения, как обычно, когда услышала комплимент, и не разозлилась, потому что его взгляд, несмотря на насмешку, был вполне добродушным. — Ты болтун, — пожаловалась я. — Да почему болтун-то? Сказать девушке приятное, без всяких намёков на что-то большее… Почему нет? — Артём, что тебе от меня нужно? Он вздохнул. — Чтобы ты расслабилась, наконец. Сидишь здесь с таким видом, словно я тебя к стулу привязал. А я просто хочу провести вечер в приятной атмосфере. У меня слишком давно этого не было. — Не пугай меня. А может, сделаем проще? Я поеду домой, а ты продолжишь развлекаться. И найдёшь себе другую… ту, что с удовольствием выслушает твои комплименты. — А почему они тебе удовольствия не доставляют? Ты не воспринимаешь меня всерьёз? Или себя? — А ты, оказывается, не только неотразимый мужчина, но ещё и психолог хороший? — - Джеймсов Бондов этому учат, — с таинственным видом сообщил он. Я легко отмахнулась от него. — Ладно, Артём, давай оставим эту тему. Вообще не понимаю, почему тебя так заботит моя персона. Дай бог, уже завтра всё выяснится и мы… — Расстанемся раз и навсегда. Я помню. — Я хотела сказать, что мы снова сможем жить спокойно. — А, ты в этом смысле? — Именно. И прекрати придираться к тому, что я говорю. — Может, ты мне просто улыбнёшься? — Обойдёшься. — Чёрт, всё-таки испортила аппетит. Но учти, дома тебе придётся меня кормить. Я спорить не стала и с радостью встала из-за стола. Проходя по холлу, Артём меня остановил и развернул к огромному зеркалу на стене. — А мы неплохо смотримся. Как тебе кажется? Он запросто обнял меня за талию и прижал к своему боку. А я, вместо того, чтобы его оттолкнуть, рассмеялась. — Да, цвет моего платья удачно гармонирует с твоей рубашкой. — Ты заметила, да? Я упёрлась ладошкой в его бок, пытаясь отодвинуться, но со стороны это, наверное, казалось некоторым кокетством. Рука Артёма сжалась сильнее, ухмыльнулся, готовый продолжить словесную битву, причём с удовольствием, а прямо за моей спиной раздалось язвительное восклицание: — Надо же, какая встреча! Я обернулась, позабыв оттолкнуть руку Хэддока, и застыла, с приклеенной улыбкой на губах. Передо мной стояла Димкина жена, и взгляд её не предвещал ничего хорошего. Наши предыдущие встречи тоже приятных воспоминаний не вызывали. Для меня самым ужасным во всей этой ситуации было то, что эта девушка прекрасно знала, что я любовница её мужа. Их отношения с Йоргенсоном мне понятны до конца никогда не были, она знала о его изменах, о его увлечениях, и, видимо, терпела или смирилась. Димка оправдывал это не столько их личными взаимоотношениями, как ребёнком и финансовыми интересами. Но это он так говорил, а жена его ревновала. Ревновала сильно, страстно и весь её гнев выливался на меня, что, по моему мнению, было справедливо. А уж теперь, когда Йоргенсен решил развестись, виноватой, естественно, осталась я. Меня смерили многозначительным взглядом, обратили внимание на Хэддока и чрезвычайно удивились. — Правильно говорят, в тихом омуте черти водятся. Или ты, наконец, успокоилась? Получила, что хотела и вся любовь прошла? — Здравствуй, Рая, — проговорила я притворно-равнодушным тоном и руку Хэддока со своей талии, наконец, скинула. — Здравствуй, — сладко улыбнулась моя соперница. Она, не стесняясь, разглядывала меня и Артёма, который выглядел несколько обескураженным, а вот я на её спутника только один взгляд кинула и тут же отвернулась, но и это без внимания не осталось. Рая развела руками. — Да, вот такой у нас Димочка несчастный. Уехать, бедняжка, не успел, а жена с любовницей, уже замену ему подобрали. Ты как, довольна? Стало нестерпимо стыдно. Не из-за того, что она говорила, гадостей от Раи я наслушалась в избытке, но сейчас, было особенно стыдно. За спиной стоял Артём и с некоторым удивлением наблюдал этот спектакль. А ещё я взгляд его чувствовала и… — Пойдём, — попросила я и, не дожидаясь его ответа, направилась к выходу. Бегом спустилась по широким ступеням и остановилась, глупо озираясь, и не зная, в какую сторону дальше бежать. Артём догнал меня и схватил за плечи. — Эй, эй, ты куда собралась? — Отстань, — всхлипнула я. — Ты плачешь, что ли? Астрид. Из-за этой крашенной стервы? — Отстань, сказала. — Ладонью вытерла слёзы и попыталась выскользнуть из-под его руки. — Ты ничего не понимаешь… — Может, и не понимаю, — не стал спорить он, — но стоять посреди улицы и реветь — глупо. Тебе так не кажется? Пойдём. Ты же домой хотела. Я хотела домой, действительно, хотела. И была очень Артёму благодарна за то, что с вопросами не полез. Даже не смотрел на меня, видимо, чтобы не смущать. Я глядела за окно, на знакомые улицы, на огни, которых теперь в нашем городе ночью было в избытке, и думала, почему же я такая дура? Почему снова промолчала, почему ни слова в свою защиту не сказала, почему к чёрту её не послала, в конце концов? Сколько можно чувствовать себя виноватой? Почему Димка своей вины перед женой не ощущает, а я за нас обоих переживаю и терплю. Почему Рая его давно не выгнала, раз ей так надоели его измены… и я.