sign of heaven

Вот и наступил понедельник – а значит, пора на учебу. К счастью, мне надо было ехать не к первой, а ко второй паре, а значит, я могла встать немного позже. Конечно, услышав звук будильника, ко мне все равно пришло осознание, что я не выспалась. Настроения не было, после бурных выходных мне совсем не хотелось погружаться в скучную реальность. Я пошла в ванную, где умылась, приняла душ и вымыла волосы. Стоя практически голой перед зеркалом, я увидела то же, что и вчера: красные следы на шее. Некоторые были с пятницы, некоторые с субботы. Они образовывали собой причудливый узор: ведь пятничные уже слегка побледнели, а субботние ещё были яркими. Я провела пальцем по ним, задавая себе ряд вопросов: Почему все это случилось со мной? Зачем? Почему это все так быстро кончилось? Почему он не нашёл ни одного способа связаться со мной? Неужели ему действительно...все равно? Я не знала ответа ни на один из этих вопросов. На улице все ещё стояла жуткая жара, и мне пришлось долго маскировать засосы тональником, ведь надеть тёплую кофту значило добровольно обречь себя на смерть от перегрева. Вместо этого я надела лёгкое платье, собрала волосы в небрежный пучок и вышла из дома. Мы с Полей решили никому не говорить о том, что происходило в субботу ночью, даже Кате. Если честно, то мы все ещё побаивались последствий, поэтому абсолютное молчание было для нас единственным выходом. Однако я все же рассказала Кате о Егоре, на что она ответила, что давно все поняла, так как узнала меня на тех фотографиях в пабликах о реперах, где мы с Егором сидим в машине. Когда она это сказала, Поля устремила на неё непонимающий взгляд: – Ты знала, но даже не спросила ее об этом? – Лезть в чужую личную жизнь - некрасиво, когда ты это уже поймёшь? – парировала Катя. – Ну да, а не интересоваться ей совсем, когда это, напомню, жизнь твоей подруги - вообще тотальный похуизм. Они ещё немного поругались на эту тему, пока я не додумалась как их успокоить. Я открыла рюкзак, и кое-что нащупала там. – Девчонки... а у меня с собой есть кое-что. Показать? Они заинтересованно устремили на меня свои взгляды. Я аккуратно достала из самой глубины рюкзака мягкий мешочек на завязочках. Медленно развязав их, я достала оттуда небольшой черный предмет и перед тем как отдать его на растерзание подругам, любовно погладила пальцами гладкий пластик. Конечно, это были очки. – Это его? ... – с придыханием спросила как ни странно ни Поля, а Катя. – Да, – коротко и тихо ответила я, протягивая их девочкам, – хотите посмотреть? Те самые очки Биг Бейби Тейпа, – я смогла выдавить из себя глупую улыбку, хотя внутри все ещё что-то скреблось и болело. Поля и Катя стали рассматривать очки, потом каждая примерила их, а Поля вообще сфоткалась и выложила в Инстаграм. Мне было уже все равно - пусть делает что хочет. – Если хотите, забирайте их себе, мне на них уже смотреть тошно, – грустно сказала я, но Поля покачала головой. – Нет, Лиз, они твои. Не надо их выкидывать, ломать, отдавать кому-то. Пусть они останутся у тебя, как напоминание о том, что между вами было, – подруга вложила очки мне в руку. Я нахмурилась, но убрала их обратно в мешочек, а потом в рюкзак. Перемена кончилась, и мы побрели в сторону кабинета. Когда мы почти вошли, Катя прошептала мне на ухо: – Если ты думаешь, что Артём действительно виноват в том, что случилось, только скажи, я разнесу его твиттер, – она засмеялась, а я вместе с ней. – Думаю, это того не стоит, – я приобняла Катю за плечи, – но все равно спасибо. ... Дни тянулись один за другим, овсянка на завтрак, учеба на обед, слезы и сигареты на ужин. Если утром казалось, что я уже справилась с этим, то вечером все во мне просыпалось вновь. Я неосознанно надевала его кофту, уходила на балкон, курила и думала. Очень много думала. Я не успела узнать его до конца, заглянуть в каждый уголок его души, но, когда он целовал меня, или держал за руку, я чувствовала, что мы сейчас настолько близки, что возможно, уже и не разные люди, а одно целое. Такого никогда и ни с кем не было: даже когда мы с Ричем только начинали, он был мне скорее, как старший брат или лучший друг. Он никогда не вызывал во мне таких эмоций. Я вообще не думала, что способна на это. Периодически у меня безумно горели руки достать его из чёрного списка, написать или позвонить самой, накричать на него, объяснить как мне больно... но гордость пересиливала каждый раз. Не знаю, сколько дней это бы ещё продлилось, но в среду утром мне снова позвонили с незнакомого номера. Я подорвалась к телефону как бешеная (я теперь всегда так делаю, когда слышу звук входящего звонка), резко взяла трубку и услышала женский голос, показавшийся мне знакомым. – Лиза? – Даша? – Да! Ты узнала? Какая прелесть, – нет сомнения, это была Мама. – Тебя трудно не узнать... – Ха, возможно ты и права, – ее голос был слишком весёлым, – ты не забыла, что Буда сегодня дропает альбом? Ты с нами? Я замялась. Не то, чтобы я забыла, я прекрасно это помнила, просто не знала, куда и как мне ехать. И стоит ли вообще это делать. – Не знаю. А где вы будете? – Уже сняли квартиру, начиная где-то с восьми вечера там будет дикий пиздец. Егор же за тобой заедет? А, стоп... – она осеклась, а значит, была в курсе. Я тяжело вздохнула. – Не заедет. Мы о таком не договаривались, точнее... сначала вроде так и должно было быть, а потом... – Стой! Не говори ничего! Давай так - я за тобой заеду в пять, и мы поедем ко мне собираться на тусу, а уж там ты все мне расскажешь. Потому что по состоянию Егора я могу сделать только один вывод - между вами явно происходит что-то нездоровое. КОРОЧЕ, ты за? Даша говорила так быстро, что я не очень хорошо уловила суть ее слов, но все равно согласилась. Итак, сегодня я все-таки попаду на их тусовку. Соответственно - увижу Егора. А это значит, что я должна выглядеть максимально пиздато. Я ещё около получаса полежала в кровати, а потом встала и пошла в душ. Сейчас всего лишь май, а жара стоит такая, что страшно подумать о том, что же будет дальше, поэтому в душе сейчас я провожу времени больше чем когда-либо. Весь день я слонялась по квартире, не зная, чем себя занять, но, зато, когда до приезда Даши остался час, я стала лихорадочно соображать, что же мне надеть. Я перерыла весь свой гардероб, перемеряла кучу тряпок, но так и не поняла на чем же мне остановиться. С одной стороны - я хотела, чтобы мой наряд был простым, никто не должен догадаться, что я продумывала его несколько часов. С другой - сегодняшний день точно не про мятую футболку и джинсы! Егор отшил меня, я срочно должна была достать козырь из рукава. Короче, когда Даша уже была около моего дома, я тупо покидала в огромный пакет несколько вариантов одежды, решив, что она поможет мне разобраться на месте. Девушка была за рулём той самой машины, на которой мы катались в пятницу, так что, когда я села в неё, воспоминания нахлынули сами собой. К счастью, Даша прервала мои тяжёлые мысли: – Привет, малышка, – она потянулась ко мне, чтобы поцеловать в щеку, – выглядишь недостаточно потрясно, но мы сейчас решим эту проблему, окей? – Это твоя машина? – я резко сменила тему. – Не-а, Тёмыча. Моя ласточка в ремонте, вот, пока езжу на его. К тому же, у него есть ещё одна. Опять этот Артём. Честно, одно только его имя приводило меня в бешенство, так что я, ни капли не стесняясь, задала девушке вопрос в лоб: – Что между вами? Она замялась на секунду, но потом все-таки решилась сказать правду: – Кое-что есть. Заметно, да? – она слегка покраснела и смущенно улыбнулась. – Ну... если честно, да, заметно. Только слепой или глухой проведя с вами день все ещё будет думать, что вы просто друзья. – Не в этом дело, Лиз, – она все ещё продолжала улыбаться, – мы с Тёмой стоим как бы у основания нашей компании. И не важно, что я сама в ней не так давно, как он, меня же не спроста зовут Мама. Это мы с Тёмой разруливаем всю хуйню, которая происходит у мальчишек. Это мы организовываем даже самую мелкое мероприятие. И в конце концов - именно мы, наверное, в силу возраста и характера, подсказываем им как правильно поступить. Мы заменяем им наставников, или, если хочешь, родителей. И если впервые пришедшему человеку заметны наши...эмм... чувства, то людям, которые с нами каждый день — это увидеть очень сложно. Просто потому, что они к этому не готовы. Они думают, что право на личную жизнь есть только у них, а мы...мы так и будем вытирать им задницы, – она засмеялась, а я смотрела на неё с нескрываемым удивлением. – Даш, ну вы же в обнимку сидите, ты на его машине ездишь..., по-моему, даже при всём том, что ты мне рассказала, люди должны видеть, как вы близки. – Да, но так было всегда. Мы же знакомы ещё с момента янг раши, правда я тогда только начинала крутиться во всем этом, а Тёма уже был профессионалом, – она мечтательно посмотрела куда-то вдаль, – а что-то... такое у нас стало зарождаться, ну... может, полгода назад. И только тогда я поняла, какой же он все-таки замечательный человек. Раньше то я думала, что он торч зашуганный, но нет... – По мне, так он ни капли не замечательный, – я отвернулась к окну. Даша устремила на меня свой взгляд. Ладно, она со мной так откровенна, что я могу ей доверять. – Он сказал Егору, чтобы тот мной не увлекался, ведь в его случае нужно сохранять «статус холостяка». Извини, Даша, а о моих чувствах подумал кто-то? О том, что я, может быть, не простая прошмандовка, как видимо думает его величество Артём, а девушка, которой тоже может быть больно и обидно от того, что ее сначала приласкали, а потом пнули от себя подальше? Что ты думаешь на этот счёт? Даша нахмурилась. Наверное, я преподнесла все это через чур резко, но что поделать, эта ситуация не давала мне покоя. – Все было немного не так. В субботу, он, вероятно, был с тобой, но я ему позвонила и вызвала к нам. Я просто хотела прикольнуться, да я и не думала даже, что он с тобой или ещё с кем-то - это ж Егор, когда все гуляют - он виснет дома и сводит треки или ещё какой херней мается, играет в Нинтендо свитч или типа того... в такие моменты его нереально вытащить на улицу, к нам. И я просто использовала один запрещённый метод - слегка напиздела ему. Он прилетел к нам на панике, а когда я сказала ему, что ничего не случилось, он психанул как телка и стал на меня орать. Артём просек хуйню, что он был с тел.. ну, с девушкой, типа, и начал читать ему мораль. Егор ещё очень мелкий, Тёма любит ему что-то позалечивать... – Вот только вышло так, что он меня бросил, – перебила ее я. – Блять, Лиза, а как ты хотела? Долго и счастливо? Смотрите, подписчики, это моя новая девушка - она полный ноунейм, появилась из ниоткуда, но вы, пожалуйста, любите и жалуйте ее. Так не бывает. Тебе надо было бы поступить похитрей и сказать Егору, раз он так тебе понравился, что ты готова скрываться, готова разделить с ним этот образ жизни. Прости, но по-другому просто не получится, если ты что-то выставляешь на показ, будь готов к тому - что это разнесут в пух и прах, а останутся только клочья. Даша договорила, и мы вышли из машины. За время нашего непростого разговора мы успели приехать к ее дому и припарковаться. Мы молчали, когда шли до квартиры, молчали, когда вошли в неё. Но когда мы оказались непосредственно в ее комнате, я не смогла сдержаться. – Вау! ... Ее комната была такой интересной, что я не могла отвести взгляд. Тут и там висели всяческие постеры, наклейки и гирлянды. У окна расположился огромный белоснежный письменный стол, который был завален рисунками, бумажками и странными распечатками, и как бы неаккуратно они не были разбросаны по столу, все это выглядело так органично, что ни у кого бы не поднялся язык назвать это барахлом. А в центре комнаты была большая кровать, аккуратно застеленная розовым пледом. На ней расположилось несколько мягких игрушек: герои мультфильмов и книг, минималистичные животные из икеи и пару милых плюшевых медведей. Да уж, комната у лавсаммамы была просто отпад! – Нравится? – как бы читая мои мысли спросила Даша. – Очень! ... – выдохнула я. – Честно, мне тоже. Эта комната - как путь моего самовыражения. Тут все по-моему, все как я люблю. Это мой маленький островок безопасности в нашем уродливом мире. – И этот островок несказанно прекрасен, – тихо прошептала я, расхаживая по комнате и прикасаясь то к одному, то к другому предмету. – Кстати, ты взяла с собой одежду на выход? А то если что могу дать что-то из своего, – Даша показала мне содержимое своего гардероба. Там было очень много красивых и дорогих вещей, но я стеснительно замотала головой. – Мм, а давай сначала попробуем подобрать что-то из того, что я взяла с собой? – я вывалила на ее роскошную кровать содержимое своего пакета. Даша скептически осмотрела мои вещи, и остановилась на платье, которое я, кажется, вообще взяла по ошибке. – Ну-ка, надень это. Я послушалась и надела чёрное, достаточно короткое платье. Оно красиво переплеталось сверху, подчёркивая все изгибы моей небольшой, но аккуратной груди. А к низу расходилось легкой струящейся юбкой, которая заканчивалась чуть выше колен. Девушка оценивающе осмотрела меня: – Секси... вот только, не хватает деталей. Ты позволишь? Я кивнула, и она ринулась к своему шкафу. Выудив оттуда несколько больших коробок, она стала подбирать мне обувь. Выяснилось, что у нас с ней один размер ноги, и это придало ей уверенности. В итоге она нашла для меня чёрные босоножки на платформе. Когда я их померяла, то поняла, что это именно то, чего не хватало моему платью. Теперь мои ноги казались гораздо длиннее и стройнее, а фигура тоньше. Затем Даша нашла для меня несколько колец, подвесок и браслетов и чуть ли не насильно заставила надеть их. Я никогда не носила столько украшений, но результат мне понравился. В общем, спустя где-то час мы с ней наконец-то выехали в сторону парней. Во время поездки мы непринуждённо болтали, и я подумала, что мы окончательно закрыли неудобную тему, но не тут-то было. Уже будучи на подъезде к съёмной хате, она сказала мне: – Ты это, поговори сегодня с ним. Объясни, что к чему. Что ты готова пойти на уступки, все дела... и знай, я за тебя. Честно, не буду нести хуйни типа «ты особенная» и так далее, просто до тебя он вообще никого к себе не подпускал. И если ты стала исключением, то, наверное, в тебе что-то есть. Ну, то есть, я тоже считаю, что ты крутая и все такое, но обычно мы вот так с улицы не берём к себе девчонок, особенно если они типичные групи. И хотя ты вроде не такая, но так думают, к сожалению, не все. Так вот: мелкая, докажи им! Докажи, что ты ярче, чем они думают. Окей? Я кивнула, но Даша опять говорила в своей бессвязной манере, где смысл повествования слегка размыт. Проще согласиться, чем вступать с ней в полемику. Итак, мы на месте. Я очень нервничала, когда мы зашли в лифт, а когда мы стояли прямо перед самой дверью и Даша позвонила в звонок, мне казалось, что мое сердце совсем скоро выпрыгнет из груди. Нам открыла какая-то девушка. У неё были длинные светлые волосы, очень короткий топик, натянутый на сиськи и живот так, что казалось, будто соверши она одно неловкое движение и топик лопнет под напрягом ее тела. Девушка была явно не худенькой, однако ее это совсем не смущало. А ещё, она была изрядно выпившей. – Мамуля! Наконец-то ты тут, – она потянулась обнять Дашу, но выглядело это так, как будто она просто упала ей на руки. Моя спутница неловко обняла ее и отстранились. – Все на месте? – Ну, да. Темыч, Федя, Серега, Аня, Роб со своей новой телкой и Егорка, – на последнем имени она глупо захихикала, – все в сборе, только тебя не хватало. Эта леди кажется упорно игнорировала мое присутствие. Егорка. Егорка, блять. Я начинала жалеть, что пришла. Даша кивнула и показала жестом девушке, чтобы она не стояла в проходе. Когда блондинка упорхнула обратно в квартиру, Даша безмолвно сжала мою руку. Мне стало немного спокойнее, но раздражение все равно закипало в моей груди. Когда я увидела квартиру, то даже немного удивилась. Она была поистине роскошной. Это был хай-тек в его самом лучшем виде: много стекла, дорогой техники и четкое разграничение по цветам, а точнее, их было всего три: чёрный, белый и серебристый. Однако, находясь в этой квартире явно не больше суток, ребята уже успели ее захламить. Кругом снова стояли пустые и полные бутылки с алкоголем, пачки беквудса, коробки из-под пиццы, валяющаяся одежда, бычки и стики для айкоса. Мы прошли в зал, где уже играла музыка. Я поразилась. Происходящее было до жути похожим на клип Carousel. Да что там, у меня было полное ощущение что я сама сейчас нахожусь в этом клипе. Я снова начала искать знакомые лица, и мне это удалось. Да, тут действительно были все те же, что и в прошлый раз, только сейчас добавилось несколько новых и очень интересных лиц, например, здесь был Федук. Он максимально непринуждённо пил пиво, сидя на диване и общаясь с Темой, будто эти парни и не были известными музыкантами, а были самыми простыми ребятами. Кто-то уже успел нажраться – в основном это был герой сегодняшнего вечера, Буда. Было странно видеть его в таком состоянии, ведь во время нашей последней встречи он был таким серьёзным. Но не мне его судить - у него ведь сегодня праздник. Кстати, стоил ли говорить, что его треки крутились здесь на повторе весь вечер? Я увидела всех. Всех, кроме Егора. Я попробовала не зацикливаться на этом и села на диван прямо к Феде, несмотря на то, что рядом с ним был человек, видеть которого мне совсем не хотелось. Просто я так уважала творчество Федука, что не хотела терять возможность сказать ему об этом лично. Знаете, когда ты проводишь в компании известных реперов хотя бы несколько часов, ты перестаёшь их стесняться и даже перестаёшь думать о них как о чем-то сверхъестественном. Ну и как на зло, первым отреагировал на мой приход именно Артём. – Вау, киска, не думал, что ты тут ещё появишься, – он криво усмехнулся. Мне было уже плевать, этим меня не задеть. – Да, а что, уже успел пожалеть о том, что в прошлый раз упустил шанс со мной пообщаться? – парировала я и увидела, как оба парня смотрят на меня с удивлением и улыбкой, Тема даже оторвался от своей приставки. – Это что за девочка с острым язычком? – спросил Федя у Артёма, но тут лишь махнул рукой и снова залип в плойку. Я ответила за него: – А, да так, просто очередная групи. Да, Тём? – я обратилась к Шатохину, мило улыбнувшись. Он нахмурился. – Э-э, да кажется у вас тут свои старые счёты, – Федя недоуменно смотрел на нас. – Забей, брат. Это Лиза, подруга Дашки и Егорыча, – я обомлела. Впервые он заговорил обо мне как о человеке, которого хоть чуть-чуть уважает. Я решила все-таки обратиться к Федуку, как и хотела: – Федь, кстати, у тебя крутая музыка. Возможно, тебе говорят это часто, но от этого же не становится меньше приятно, правда? – когда я произнесла эти слова, то почувствовала себя как-то глупо, но он так тепло мне улыбнулся, что я вроде успокоилась. – Конечно, не становится. Тем более, когда эти слова говорит красивая и остроумная девушка. Я ещё немного посидела с ними, а потом все-таки решилась найти Егора. Даша права, мы должны были поговорить. Его не было ни в гостиной, ни на кухне, ни в двух спальнях. Не было в ванной и в туалете. Я уже успела подумать, что его совсем нет на этой тусовке, как вдруг мне в голову пришла мысль. Балкон. Я проверила балкон в квартире, но там было пусто, и я пошла на общий. Я услышала его смех, ещё когда была на лестничной клетке. Тогда я ещё не знала, один он или с кем-то, ноги тупо несли меня к нему. Я пробежала два этажа и наконец увидев его, застыла на месте. И.... он был не один. Егор стоял, прислонившись к перегородке, прижимая к себе эту блондинистую сучку, внаглую лапая ее толстую задницу. Они целовались, делая это так жадно, будто им не хватает воздуха. Я стояла, не в силах пошевелиться. Боль и обида разрывали меня, свежий воздух улицы вдруг показался мне огненным, и я не сдержала гневный возглас: – Я ненавижу тебя, продажный ублюдок! –срываясь на хрип, крикнула я. Они устремились на меня: телка нагло ухмылялась, а Егор смотрел пустым взглядом. Я развернулась и быстрым шагом ушла оттуда. Я больше никогда не хотела видеть и слышать его: сейчас он стал мне максимально противен. Его фирменный стиль - он снова не ответил мне. Господи, да ему просто похуй на меня, зачем Даша наплела мне эту хуйню про то, что я исключение, если сейчас он зажимал второсортную шлюху? Я ворвалась в квартиру с одним желанием: нажраться, и сделать это в кратчайшие сроки. Я прошла на кухню и увидев бутылку водки, налила себе полный стакан. Руки тряслись, я подняла стакан и постаралась выпить его залпом. Мне удалось осилить только половину, потом я сильно закашлялась и ощутила у себя на плече чью-то руку. – Ну и че это щас было? – несмотря на мой уже замыленный от водки взгляд, я смогла узнать Криса. – Отмечаю альбом Будапештова, а что, не похоже? Крис мягко взял из моей руки стакан и поставил его на стол. – Хочешь словить приход, сделай это правильно и доверься мне, – он убрал прядь волос с моего лица. Это было очень нежно, и видимо именно этого мне сейчас не хватало. Я кивнула, и мы пошли в зал. Он подошёл к какому-то неизвестному мне парню и начал что-то быстро шептать ему на ухо. Чувак закивал головой и ушёл на кухню, а вернулся уже с двумя пластиковыми стаканами. Серёжа взял их, потом дал мне один. – Приятного аппетита, – он подмигнул и сел на диван, похлопав рукой по месту рядом с собой. Я села рядом. Коктейль оказался очень странным на вкус, чем-то напоминающим лекарство, но в целом было приятно. Я сделала большой глоток, и облизнув губы, сказала Крису: – Вкусно. – Ты первый раз пьёшь перпл? – удивлённо спросил парень. Я почувствовала, как его рука плавно обнимает меня сзади. У меня не было и мысли, чтобы убрать ее. Приятно, что хоть кто-то здесь рад мне. – Да. А что это? – Сироп с конфетками, – Улан засмеялся, – сейчас будет ещё вкуснее. Он достал что-то из кармана и положил себе в рот, раскусил напополам и потянулся ко мне, не вынимая изо рта половинку таблетки. Его мягкие губы нежно, но уверенно накрыли мои, и во время поцелуя он передал мне половинку. Я попробовала раскусить ее, и почувствовав ужасную кислоту, поморщилась. Парень протянул мне мой стаканчик. – На, запей, станет лучше, – я тут же последовала его примеру. Только сейчас я поняла, что заюзала экстази. Я почувствовала приход почти сразу: стены стали плыть, а музыка играла гораздо громче и чувственней. Я не поняла, как мои ноги уже оказались на коленях у Кристалла. Мы целовались, целовались долго, совершенно не обращая внимания на других. Я чувствовала все и сразу: возбуждение, лёгкость, свободу и тепло. Не знаю, сколько это длилось, но через какое-то время, он стал шептать мне на ухо: – Мне кажется, нам пора уединиться, зайка. Ты ужасно сладкая, а какая ты там? – его рука проскользнула мне в трусики. Тогда мне не казалось это унизительным, малли нещадно размазали меня. Я кивнула, и мы встали с дивана. Я не понимала, куда иду, комната ужасно кружилась в моих глазах, все двоилось и троилось: но что удивительно, это было совсем не похоже на алкогольное опьянение, ведь мне не было плохо, мне было охуенно хорошо. Выходя из комнаты, последнее, что я увидела это усмешку Артёма и презрительный взгляд Даши. Хотя, может мне это и показалось, я уже не отличала реальность от галлюцинаций. Выйдя в коридор, я потеряла Криса. Там было темно, и я боялась запнуться обо что-то и упасть, поэтому спокойно встала и негромко позвала: – Криси? ... А потом кто-то грубо толкнул меня в одну из спален. Там было ещё темнее, так что я не смогла понять, кто это был. Я подумала, что это Крис, хотя это было на него не похоже. Однако, я все равно предприняла попытку опознать толкнувшего меня человека: – Познерс, это ты? Меня снова грубо толкнули, на этот раз на кровать. Я не удержала равновесия и ударившись о массивный каркас кровати, упала на неё. – Ты совсем охуела называть меня его именем? – какой бы обдолбанной я не была, этот голос не узнать было тяжело. – Отьебись от меня, Егор, что ты забыл здесь? Иди, трахни свою жирную шлюху, – я попыталась подняться с кровати, но он одним прыжком оказался около меня и, схватив за шею, вжал в матрас. – Ты назвала меня продажным, но это слово больше подходит тебе. И «шлюха» — это тоже про тебя, – тут он размахнулся и со всей силы отвесил мне пощёчину. Я ахнула от боли, а он схватил мои руки, и, одной рукой соединив их у меня над головой, другой буквально за пару секунд пристегнул меня неизвестно откуда взявшимися наручниками к кровати. Я заорала, но он зажал мне рот рукой. – Почему ты кричишь? Тебе не нравится? Прости, думал ты любишь нежно, но видимо, ты хочешь погорячее, – он запихнул мне в рот какую-то вонючую тряпку так, что выплюнуть ее я никак не могла. Мне стало очень страшно, я не узнавала Егора. А что, если он хочет меня убить? – Какой же я мудак, хотел с тобой как лучше... что ж ты сразу не сказала, что просто хочешь трахаться? Мы бы не оттягивали этот процесс так долго, – он сильно дёрнул за мое платье, и оно порвалось. Черт, он снова испортил мою одежду. Почему сейчас меня заботит только это? И почему страх постепенно уступает место странному возбуждению? Егор сорвал мое платье, затем сорвал лифчик и трусики. Я лежала перед ним полностью голая. – Кто ещё кроме этого ублюдка успел тебя трахнуть? Перед кем ты раздвинула свои тощие ноги, а? – я смогла лишь помотать головой. Он с силой потянул меня за волосы, это было очень больно, и я застонала. По моим щекам заструились слезы. Где-то, прорываясь через тупой эффект экстази, показались стыд, боль и страх, но может это и к лучшему, что в ту ночь мои чувства были сильно притуплены... – Тебе больно, да? Странно, а я думал, ты любишь такое, мелкая шлюшка, – он отпустил мои волосы, и не успела я расслабиться, как он снова ударил меня по лицу. Через несколько секунд я услышала звук расстегивающегося ремня, а ещё через минуту почувствовала, как он грубо вошёл в меня. – Дождалась, да, сучка? Ах, ты думала, это будет приятнее? Ну, прости, что не оправдал твои ожидания. Он входил в меня толчками, сжимая рукой шею. Как только я начинала терять сознание, он ослаблял хватку, но через несколько мгновений это повторялось снова. Мое лицо горело, а снизу, казалось, сейчас все разорвётся от боли. Ему было плевать. Я никогда не сталкивалась с такой жестокостью, и никогда не думала, что буду испытывать столько эмоций сразу, хоть и размытых. Это была адская смесь боли, страха и наслаждения. Егор стал ускоряться и, спустя еще пару резких движений, вытащил свой член и не переставая держать меня за шею, с каким-то животным рычанием кончил мне на живот. Это было последним, что я помнила перед тем как потеряла сознание и отключилась. В тот момент мне казалось, что я умерла.