Она и её тьма

Нэнси Харрисон в длинном синем платье осторожно взяла с подноса бокал с пуншем и попыталась слиться со стеной, чтобы никто её не задел и, что ещё хуже, не начал с ней говорить. Положительная сторона ситуации заключалась в том, что на выпускном были только выпускники и учителя, без студентов остальных курсов. Также плюсом было то, что здесь был Снейп, который тоже подпирал стену с противоположной стороны зала, где кучковались учителя. Правда, учитывая то, зачем ей был нужен профессор зельеварения, этот факт было сложно назвать плюсом, но Грозный Глаз был прав, объясниться стоит. Какое-то время Снейп поучаствовал в беседе с МакГонагалл, Флитвиком и Дамблдором, но это не могло длиться вечно. Нэнси смотрела в «учительский» угол, ожидая, когда же Снейп наконец освободится от собеседников, чтобы незаметно подойти. Но от одной мысли, что придётся подойти и начать этот жуткий разговор, у неё заболела голова. По всей видимости, Дамблдор оставил глав четырёх факультетов присутствовать на балу до конца и присматривать за выпускниками, а сам ушёл почивать и отпустил остальных преподавателей. Нэнси переполняло отвратительное чувство вины за эту телепатическую вспышку и за то, что она знает о Снейпе то, чего он ей сообщать решения не принимал. Если молчать об этом, будет ещё хуже, она как менталист отлично это знала. Но чтобы не довести себя до панической атаки, она всё же вышла в коридор, а затем – на огромную террасу, над которой открылся огромный небосвод, тёмно-синий, как её платье, которое она больше не наденет, и усыпанный пылью звёзд. Если бы в Хогвартсе было разрешено курить, то она бы так и сделала. Тянуть время – не лучшая стратегия, но лучше уж тянуть его на террасе, чем в зале, набитом однокурсниками. Снейп, Флитвик, МакГонагалл и Спраут всё равно не уйдут до конца бала, а определить конец можно по стихшей музыке. Как люди могут отдыхать в таком шуме, непонятно. Там же даже разговаривать друг с другом сложно, не то что соображать. Нэнси попыталась немного изменить направление мысли, чтобы не думать о предстоящем неизбежном. Она подняла глаза на ночное небо и почувствовала лёгкое головокружение, но взгляд не отвела. Если долго смотреть на такое огромное небо, в какой-то момент приходит понимание, насколько ничтожен человек. - Интересный способ провести выпускной вечер, - услышала Нэнси справа от себя. - Добрый вечер, профессор Снейп, - ответила она ему, моля мироздание о том, что она не вздрогнула в этот момент, и попутно прикидывая, как может выглядеть смерть от тахикардии. - Добрый, мисс Харрисон. И на вашем месте я был бы осторожнее, облокачиваясь на перила над обрывом и смотря при этом на небо. - Не думаю, что мне грозит такая смерть, - ответила она. Ведь надо же было что-то ответить. На этот раз она молила мироздание о том, чтобы голос не дрожал. - Вряд ли кто-то знает наверняка, какая смерть кому достанется. - Разве что профессор Дамблдор. Он молча направил на неё тяжёлый взгляд своих чёрных глаз. Она не в силах была поднять на него глаза, но он явно ждал от неё объяснений, что она, чёрт возьми, имела в виду. - Простите, сэр. Это была неосторожная фраза. Я должна была не с неё начать. Хвала мирозданию, он отвёл взгляд, и Нэнси вспомнила, как дышать. - Видимо, сертификат с отличием о прохождении курса ментальной магии – это меньшее, что я мог для вас сделать, мисс Харрисон, - кажется, он догадался, о чём пойдёт речь. Конечно же, он заметил. Что именно он заметил и в какой момент, он, скорее всего, не скажет. Она и так слишком много узнала, хоть и бессвязного. Он говорил тихо, непривычно тихо: – Вы поймали телепатическую вспышку, так? Она еле заметно кивнула, глядя уже не на небо, а вниз, в бездну. Металл в его голосе наводил на мысли, что если Снейп сейчас сбросит её туда, как человека, знающего непозволенное, то это будет лучшая из всех смертей, которые она только могла для себя представить. - Прощения просить бесполезно, за такое не прощают, это не пробирку с зельем уронить. Сэр, я не жду снисхождения, я только надеюсь, что вы сохраните мне жизнь. И я должна уточнить: вы знаете, что именно я видела? Он ответил не сразу: - Нет. И снова тишина. - Вы отнюдь не глупое создание, мисс Харрисон. Скорее всего, вы понимаете, насколько это опасно для нас обоих. И всё же я предпочту услышать от вас, что вы видели. - Обрывки разговоров, обрывки состояний… я была не в праве. Дамблдор, его обещания, ваш с ним договор. Знаю, что он хочет, чтобы вы его убили, когда придут пожиратели. Чтобы Тёмный Лорд поверил… О Гарри Поттере как-то невнятно, слышала слова «у него её глаза», «когда придёт время», «…который Волан-де-Морт не собирался создавать». Ещё видела ваше с ним последнее занятие по окклюменции и… Ещё видела рыжую девочку с зелёными глазами. Она мелькала, мелькала в этих обрывках информации… сначала маленькая, потом школьница, потом взрослая… и мёртвая. Такая красивая и…мёртвая. И лань рядом с ней, как дымка, как патронус. Снейп слушал этот невнятный рассказ и прикладывал немало усилий, чтобы не остановить его. Пусть говорит. Он молчал и смотрел туда же, куда и она – вниз через каменные перила, в тёмную воду. Её тихий голос звучал ненавязчиво, но произносил смертельные вещи. Нэнси поймала себя на том, что сердце перестало стучать как бешеное. И тем не менее она чувствовала пульс, но, видимо, не свой. - Сэр, если вы ничего не ответите, я… - Всё в порядке. Нэнси сама не заметила, как подняла на него глаза. Она впервые смотрела на него так близко. Строгий профиль был будто выточен из мрамора, брови сведены, пряди волос нависали на лицо. От его чёрной мантии слегка пахло жжёными травами и раскалённым котловым металлом. О чём он вообще, какой здесь может быть порядок? - Я не буду вас убивать, если вас это утешит. Такое утешение – всё же лучше, чем никакого. И всё же он продолжал стоять статуей и никак не демонстрировать своего отношения к сказанному ей. Вместо этого он продолжил: - Телепатическая вспышка – крайне редкое явление, которое даже не изучалось подробно на нашем курсе. Она случается от переизбытка ментальной информации у одной стороны и повышенной приёмной чувствительности у другой. И если хотите знать, это нельзя контролировать. - Вряд ли вам от этого легче, - ответила Нэнси, проведя ладонью по уставшим глазам. - Вряд ли вы хотели сделать мне тяжелее, - ответил Снейп. Нэнси отошла от перил террасы и сделала несколько шагов по мраморному полу. Стакан с пуншем продолжал стоять на перилах, забытый ею там. - Тогда зачем это случилось? Если это неконтролируемая случайность, то такое происходило бы чаще. - Это канал, Нэнси. Канал связи между вами и мной, очевидно. Если одно сознание никак не связано с другим, подобная вспышка без каких-либо ритуалов и действий невозможна. Нэнси выдохнула и вернулась к перилам. Ей хотелось плакать. - Это какая-то ошибка. Этого не должно было произойти, я не должна была знать. Почему, профессор? Почему? Слёзы всё же выкатились из-под век и устремились вниз по щекам тяжёлыми каплями. Как она ни старалась их сдержать, ничего не вышло. - Я не знаю. У него вдруг появилось странное и чуждое желание вытереть ей слёзы, но он довольно легко его отринул. Она была не виновата, она не заслужила этой ноши. И она задала правильный вопрос: почему? Какого чёрта то, что было заблокировано и заперто в его сознании под семью замками, попало в состав вспышки, пойманной ею? Эта мысль выводила его из себя: где он так просчитался? Это просто невозможно, это непостижимо уму. Она была права: этого не должно было произойти. - Эта область ментальной магии не вполне изучена. Если вы помните, на одном из уроков я говорил о том, что информационное поле имеет свойство стихийности. Оно только кажется подконтрольным, и в основном ментальным магам удаётся не сходить с рельсов. Но у вас не вышло, Нэнси, как и у меня. Он снова посмотрел на неё, и на этот раз их взгляды пересеклись. - Я рад, что вы знаете, - добавил он ещё тише. В голове Нэнси Харрисон не укладывались в голове три мысли: он не проклял и не убил её, он не против того, что она знает, и он только что назвал её по имени, а не мисс Харрисон. Пытаясь эти мысли усвоить, она продолжала смотреть ему в глаза. Страха уже не было. Его и раньше не было, до той злополучной вспышки. Северус Снейп был самым строгим и суровым учителем в Хогвартсе, не считая досрочно свернувшую деятельность Долорес Амбридж. Когда Нэнси была на его уроках все годы обучения, ей удавалось концентрироваться на предмете, а не на учителе, так как предмет был ей интересен. Курс ментальной магии ей предложил Флитвик, сообщив, что ведёт его Снейп, и это прозвучало как предостережение. Иногда этот ужасный изверг и мучитель Снейп давал ей свои книги для углубленного изучения предмета, иногда у них случались дискуссии и беседы. В то же время Аластор Грюм по полной программе внедрил её в Орден Феникса. Нэнси не успела уловить переломный момент, если он вообще был. И всё же они оба стояли на террасе под огромным ночным небом, оба ошарашенные случившимся и не знающие, что им теперь с этим делать. - Я могу всё это уничтожить, если вы хотите. Могу вытащить воспоминания об этом из сознания и уничтожить. - Вы будто не понимаете, о чём говорите. Когда мы изучали омуты памяти, вы должны были запомнить, что они – хранилище, подобное разуму, которое притягивает то, что им принадлежит. Природа знания такова, что бесследно оно никогда не исчезнет, оно найдёт своё место. Если вы вынете эти воспоминания из сознания и не сбросите их в омут памяти, они вернутся назад. Это бессмертная материя. Конечно, она это помнила. Помнила и ненавидела эту бессмертную материю, так надеясь найти в ней смертное. - Полагаю, кроме Аластора Грюма, об этом больше никто не знает? - Никто. - Мисс Харрисон, я больше не ваш учитель, но всё же примите последнее наставление. Постарайтесь не зацикливаться на этом. Чем меньше вы думаете о вспышке, тем меньше вреда она приносит. Вам следует быть осмотрительнее. Она слегка кивнула, продолжая вглядываться в тёмную воду. - Вы думаете, что будет война? - Неизбежно. Музыка, доносившаяся из главного зала, стихла. Вместо неё стали доноситься голоса расходившихся в последний раз по своим спальням выпускников. Завтра Нэнси Харрисон вместе с ними покинет этот замок, и не сказать, чтобы её это печалило. Однако когда Снейп упомянул неизбежность войны, она почувствовала неприятный укол в сердце. Он-то останется здесь. Останется и будет следовать их с Дамблдором и Волан-де-Мортом плану. - Наверное, вам пора проследить за слизеринцами, чтобы они не разбежались. - Бежать некуда, ворота замка уже закрыты. Лучше будет пропустить толпу вперёд. Какое-то время, пока «толпа» постепенно утекала по своим башням, они стояли на террасе молча. Когда последние голоса из замка смолкли, Нэнси отняла руки от мраморных перил и сделала нетвёрдый шаг в сторону входа в замок. Потом ещё один. После следующих нескольких шагов она обернулась: Снейп стоял всё там же, не шевелясь, и смотрел вниз. Она могла проникнуть в его мысли, но не стала. Секунда, в течение которой она на него смотрела, казалась вечностью. Он наконец обернулся в ответ. Его фигура была привычно холодной, статной и напоминающей изваяние, но теперь что-то было в чёрных глазах, нечто живое и не вполне счастливое.