Она и её тьма

Нэнси пошла в башню Рейвенкло, когда было около четырёх часов утра. Её вполне устроила бы ночь, проведённая в плюшевом кресле в выручай-комнате, но если её соседки по комнате обнаружат, что её не было всю ночь, то непременно начнут спрашивать, где она была. А сейчас, в четыре утра, они все точно спят, и никто не заметит, когда она тихо войдёт в спальню, осторожно снимет бальное платье и скользнёт под одеяло. Может быть, хотя бы на пару часов удастся заснуть. В спальне девушек было слышно только тихое сопение. Чемодан с вещами уже был собран, поэтому завтра можно будет не тратить на это время. Нэнси провела рукой по воздуху, обводя ладонью комнату, чтобы загустить ночную тишину и замаскировать возможные звуки от её действий, пока она переодевается и забирается в постель. На всякий случай, чтобы точно никого случайно не разбудить. Сменив бальное платье на ночную сорочку, она медленно легла в постель и закрыла глаза. Профессор Снейп рекомендовал ей поменьше думать о вспышке и о том, что она о нём знает, и она постаралась последовать этому совету. Кроме этого, подумать ей было о чём, и это были более насущные вещи. В прошлом году, когда ей исполнилось семнадцать, государство предоставило ей, как ребёнку без попечения родителей, захудалую квартирку, по договорённости с министерством магии находящуюся в той части Лондона, где было сконцентрировано магическое сообщество. С этой квартирой было много сложностей, поскольку её предоставили ей только потому, что в своё время ей не выплачивали пособие по беспризорности. Эспен Альм, который был её опекуном в Норвегии, взял содержание Нэнси на себя, отказавшись от помощи британского государства. В её случае государство всё равно должно было что-то сделать: или выплачивать пособие, или предоставить жильё, когда она станет совершеннолетней. И теперь, когда это жильё предоставлено, ей предстояло помотаться по инстанциям, принять право собственности, разобраться с коммунальными службами, подписать кучу бумаг и в целом понять, можно ли в этой квартире жить. Письмо от социального жилищного фонда Лондона говорило, что там всего двадцать пять квадратных ярдов, включая кухню и санузел. По поводу мебели и ремонта было неизвестно, но хотя бы сам дом был не аварийным, и в нём вполне себе жили другие люди. Каменный переулок, дом 16, квартира 3, второй этаж, дверь справа. Ей удалось визуализировать в голове местоположение своего нового жилища, приложив немало усилий. Визуализировать локацию, которой человек никогда видел, было жутко трудной задачей, но Нэнси разбирало любопытство. Видимо, дом был старый и каменный, а переулок – вымощен булыжником и со старыми коваными фонарями вдоль него. Её это порадовало. В планах у Нэнси было оставаться в Лондоне, пока она нужна Ордену, и постараться наладить самостоятельную жизнь, без опекунов, государства и Хогвартса. Эспена, своего опекуна, северного шамана, она очень любила, и именно от него научилась многим ментальным практикам, от которых бывало не по себе даже профессору Снейпу. Конечно, надо будет съездить в Норвегию, как только все бытовые вопросы будут улажены. Денег из тех, что Эспен ей присылал, оставалось совсем немного, и Нэнси не хотела, чтобы он присылал их дальше. Для этого нужно как минимум попросить Кингсли, чтобы он занёс её в штат аврората, тогда у неё хотя бы будет какая-то зарплата. Обычно сразу после Хогвартса аврорами не становятся, а сначала проходят курс повышения квалификации в министерстве, но здесь была проблема – министерство поглощено анархией, и скорее всего, если авроров и продолжат обучать, то только для галочки. Если война и правда неизбежна, то следует готовиться к тому, что власть в министерстве захватят пожиратели смерти, а им авроры ни к чему. Нэнси отвезла чемодан вниз, откуда весь багаж будет отправлен в багажный вагон Хогвартс-экспресса. Ворон Кай, которого она привезла из норвежского леса, покорно сидел в небольшой клетке и смиренно готовился к долгому пути. - Надеюсь, в нашем новом доме для тебя будет чердак, - сказала она птице. – Это, конечно, не лес, но хотя бы не клетка. Обещаю отпускать тебя летать настолько долго, насколько захочешь. Но мне нужно быть в Лондоне, и не хотелось бы сейчас расставаться с тобой. Кай слегка дёрнул крыльями, дав своей хозяйке понять, что услышал её. Кай появился у неё, когда ей было восемь, спустя год после того, как она попала к Эспену. Он говорил, что ворон редко прибивается к человеку, и что если он её выбрал, то это навсегда. Каю было уже много лет, по словам Эспена, они живут намного дольше людей. Нэнси в детстве предпочитала думать, что в прошлой жизни тоже была вороном и была знакома с Каем, поэтому он её и выбрал. Эспен, сам уже немолодой вдовец, не разубеждал её в этом. До поезда оставалось ещё много времени. День был неучебный, и все студенты были заняты сборами в дорогу по домам. Преподаватели, должно быть, погрузились в бумажную работу, отчёты, табели, ведомости. Некоторые из них уезжали в этот же день, а кто-то оставался закончить дела. Нэнси было стыдно за свои мысли, ведь она думала, чем сейчас занят Снейп, и не зайти ли к нему попрощаться. Её накрыла волна ненависти к себе, она не понимала, какого чёрта она такое думает после того, что произошло. Однако, ей казалось, будто осталась некая недосказанность между ними. Наверняка он обдумывает, как защититься от неё, что в его положении вполне логично. Он посоветовал ей меньше думать о вспышке, однако, сейчас она думала не о вспышке, а о нём самом. - Нэнси Харрисон, скрытная коза! Почему я вижу тебя впервые со вчерашнего вечера? Где ты была всю ночь и когда пришла? – это была Розетта Карви, её подруга и соседка по спальне. Звонкий голос Розетты Нэнси была рада слышать, хотя предпочитала больше тишину. - Я вчера немного засмотрелась на звёзды с террасы и поздно вернулась, - ответила ей Нэнси. – Не думала, что ты скучаешь по мне, Рози, я видела тебя с Томом Паркером на балу. - Конечно, видела, всевидящее ты наше око, - Розетта с лукавой улыбкой взяла её за руку и увела на винтовую лестницу, ведущую в кабинет прорицаний. – Я предложила ему вместе поехать в Италию летом, отпраздновать окончание школы. - Ты чокнулась! – Нэнси была рада отвлечь свои мысли о Снейпе на зарождающийся роман её подруги. – Разве не ты говорила, что леди так не поступают? - Конечно, не поступают, и ждут годами. Я не знаю, Нэнси, меня переклинило, слова как-то сами вырвались, а он взял и согласился. - Знаешь что, Рози? Я тобой восхищаюсь. Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть. Мне бы хоть немного твоей решительности. - Хм, а зачем это она тебе? Тоже хочешь кого-то куда-то пригласить? Ну, вообще-то да. Она хотела пригласить профессора Снейпа в какое-нибудь максимально безлюдное место и продолжить выяснение того, как им обоим теперь жить после вспышки, но это желание Нэнси сочла деструктивным и глупым. - Не в том смысле, что ты подумала. Но ты не пропадёшь, Рози, это точно. Пусть Паркер это ценит. Нэнси хотелось полностью погрузиться в болтовню с Рози, в этот жизнерадостный девичий щебет, которому она так и не научилась за все семь лет, которые они с ней жили в одной спальне башни Рейвенкло. Розетта была одной из тех, кто получил свиток об окончании Хогвартса с красной печатью, и ещё она неплохо овладела искусством заклинаний, и первые годы завидовала тому, что у неё всё так легко получается. Когда Нэнси в начале шестого курса начала ходить на факультативный курс по ментальной магии, Розетта каждый раз после этого урока встречала её в гостиной Рейвенкло с озабоченным лицом и вопросом, в порядке ли она. Розетта очень боялась профессора Снейпа, как и многие в Хогвартсе, и у неё не укладывалось в голове, как можно было добровольно пойти на то, чтобы вписаться в факультативный курс, будто мало этого ужаса на зельеварении. - Я пришлю тебе открытку из Тосканы, - сказала Розетта. – Знаю, тебе будет не до того, Орден Феникса и всё такое… - Тсссс, - шикнула Нэнси. – Потише об этом, умоляю. Мы ещё в Хогвартсе, всё же, эта организация незаконна, вокруг уши. Розетта, я сказала тебе по большому секрету. - Извини, - Розетта тоже перешла на шёпот. – Волнуюсь за тебя. Прости. - Поклянись, что не будешь болтать, - тон Нэнси не терпел возражений, а глаза сверкали холодным огнём. - Клянусь. Клянусь чем хочешь. - Надеюсь. Нэнси стало жаль её. Она подумала, что зря рассказала ей в своё время об Ордене, но Розетта не из глупых, ей так просто не запудрить мозги. Она единственная со всего Рейвенкло знала об Ордене, не считая самой Нэнси. В последнее время ей хотелось как можно меньше высовываться, но она то и дело вляпывалась в ситуации, где невольно подвергала риску и себя, и других. - Рози, я буду ждать твою открытку. Вот мой адрес в Лондоне, - Нэнси сунула ей специально приготовленную для этого бумажку с адресом в Каменном переулке, где она сама впервые окажется только этим вечером. - Ты как будто сегодня с луны свалилась. Вроде такая же Нэнси, как обычно, но какая-то притихшая. Не хочу напрягать тебя вопросами, но, может, что-то случилось? - Нет, просто не выспалась. Из-за экзаменов перенервничала, и теперь бессонница, - Нэнси понимала, как убого звучит это враньё, но ничего лучше придумать не смогла. Розетта не такая глупая, чтобы поверить в эту басню про экзамены и бессонницу, но расспрашивать не стала. Нэнси знала: Розетта поняла, что она не хочет говорить чего-то важного, и в своё время обязательно добьётся от неё правды, но не сейчас. - Да уж, понимаю. У тебя их было на один больше, чем у меня. Тебе же дали диплом с отличием за этот курс? Не представляю, как тебе это удалось, - Розетта поёжилась, видимо, намекая на Снейпа. Нэнси вяло усмехнулась в ответ. - Слушай, Рози. Я не знаю, когда мы увидимся ещё раз, но я правда, честно, надеюсь, что это произойдёт, и хочу сказать, что ты была одним из самых приятных моментов за все годы в Хогвартсе, - Нэнси положила ладонь на плечо Рози и легонько погладила, будто стараясь уберечь от чего-то, утешить. - Эй. Я тоже рада, что дружу с тобой, но мне не нравится твой мрачный тон. Ты уверена, что ты в порядке? - Я в порядке, просто я в Ордене, и грядёт война, - то, что она сказала Рози, было правдой, но не всей. – И я не знаю, доживём ли мы до следующего Рождества, поэтому пожалуйста, поезжай в свою Италию. Там ты хотя бы будешь в безопасности. Розетта обняла её. - На открытке будет адрес, напиши мне хотя бы одно ответное письмо, ладно? Я хочу знать, что ты жива. Нэнси кивнула. - Мы ещё увидимся в поезде, не забудь, - она заставила себя улыбнуться Розетте и сделать это максимально искренне, как ей хотелось. Рози широко и лучисто улыбнулась ей в ответ. Так могла улыбаться только Розетта Карви. Ради улыбки близкого друга стоило рисковать, определённо стоило. Розетта пошла прощаться с профессором Сибиллой Трелони, кабинет которой был как раз наверху той лестницы, на которой они с Нэнси разговаривали. Постояв ещё немного на лестнице и посмотрев вслед Рози, а потом – в витражное окно, она медленно спустилась вниз и направилась к лестнице, ведущей в подземелье. Спускаясь, она задела плечом каменный свод и разозлилась на себя за неуклюжесть. Слёзы подступили, ей захотелось выплеснуть всё, что она чувствовала, но делать этого было нельзя: в Хогвартсе в дневное время она никогда не будет в уединении. Нэнси просунула ладони в рукава блузки и впилась ногтями в предплечья со всей силы. Она не знала, как это работает, но физическая боль иногда способствовала уменьшению боли душевной. Длинные рукава скрывали старые зажившие и недавние царапины от ногтей или чего-то другого. На выпускном ей пришлось щедро припудрить руки, чтобы никто ничего не заметил. Она посмотрела на лестницу, ведущую в подземелье, и почувствовала гулкий стук своего сердца. Как бы ей хотелось, чтобы всё это было страшным сном, и царапая себя, она рассчитывала наконец проснуться, хотя и знала, что не выйдет. Профессор Снейп наверняка был у себя в кабинете. Это был отчаянный шаг, который не хватило сил сдержать. Чем ближе она подходила к кабинету Снейпа, тем громче стучало сердце, и ей казалось, что этот стук эхом отдаётся от стен. То, что она собиралась ему сказать, было самонадеянно, смешно и возмутительно, по крайней мере она так думала. Дойдя до двери в класс зельеварения, она не топталась перед дверью в замешательстве и не заламывала пальцы в волнении. Рука, которой она постучала в дверь, немного дрожала, но всё же дверь приоткрылась в ответ на стук. Снейп так делал дистанционно, когда был занят чем-то, чтобы лично открыть дверь, но был готов кого-то выслушать. - Здравствуйте, сэр, это снова я, - сообщила Нэнси, переступив порог. Снейп расставлял длинные тонкие пробирки с жидкими ингредиентами в ячейки держателя. - Рад, что вы зашли, - ответил он, не поднимая головы. – Я хотел бы убедиться, что вы в порядке после нашего вчерашнего разговора, и что ваше сознание не сгорело от перегрузки. «Это он так уточнил, не сошла ли я с ума? Что ж, мило. Видимо, у меня на лице было написано, что я не могу уследить за своей крышей, которая, очевидно, уже поехала» - подумала Нэнси про себя, но ответила: - Я в порядке, если не считать, что я почти не спала всю ночь. Зачем она это сказала? Знает одно мироздание. Она что, хочет, чтобы он её пожалел? Вряд ли. Вряд ли она заслуживает жалости после того, какие проблемы она ему создала. Он поднял на неё строгий взгляд. - Но это ничего. Я зашла сказать кое-что другое. После того, что случилось, вам нужны гарантии, что я не причиню вам вреда своими знаниями о вас. У вас есть все причины уничтожить меня, но если вы решили этого не делать, я предлагаю вам непреложный обет. Он смотрел на неё не отрываясь и не мог поверить, что она сама это предлагает. Он почувствовал неприятный укол совести за то, что защищается от него, но он должен, и этого не изменить. Но всё же, непреложный обет – это чересчур. - Мисс Харрисон, сядьте, - Снейп кивнул ей на скамью за первым рядом парт. Она послушалась. Он поставил в держатель последнюю пробирку, закрыл его в стеклянном шкафу и расположился на скамье рядом с Нэнси. - То, что вы предлагаете, справедливо. Но мне всё же не хотелось бы подвергать вас такому риску. - Вы думаете, что мой риск умереть, нарушив обет, больше, чем ваш риск того, что из-за меня вы в опасности? - Нет, не больше, но я бы вообще не хотел, чтобы вы добровольно заложили свою жизнь. В том, что случилось, нет вашей вины, и пока вы не давали повода вам не доверять. - Я… мне лестно это слышать, профессор. Но я всё же больше обеспокоена не своей жизнью, потому что знаю точно, что из-за нарушения этого обета мне умереть не придётся. Почему вы говорите о доверии? - Потому что канал. Если вы причините мне какой-то вред намеренно или случайно с помощью той информации, которую вы видели, это скажется и на вас, и скажется серьёзно. Каналы работают как защита и как ресурс, вы это знаете. Функция ресурса предполагает, что сознания связаны и зависят друг от друга. Если с одним из них что-то случится, то с другим тоже всё будет крайне печально. Нэнси оперлась лбом на ладонь. Как же многого она ещё не знает. Ситуация сложилась сложнее, чем казалось на первый взгляд, и видимых решений просто не было. Она наивно полагала, что хоть как-то облегчит случившееся, если предложит гарантии со своей стороны, но её предложения Снейп отвергал. Стоит ли настаивать на обете, она не знала. Об этом нужно будет поговорить с Аластором. - Понятно. Я очень ценю то, что вы хотите сохранить мне жизнь, профессор, но я так просто не могу. Согласитесь, если я дам вам этот обет, вам будет спокойнее. - На данный момент, может быть, и будет. Он замолчал, так и не согласившись толком на предложение Нэнси. Она рассчитывала вернуться к этому разговору позже, но она не знала, когда им доведётся. Бессонная ночь, нервы на пределе, и если она не даст ему гарантий, что не испортит ему и без того паршивую жизнь своими знаниями, то такими бессонными будут теперь все оставшиеся на её долю ночи. - Дайте мне время подумать об этом. Посоветуйтесь с вашим наставником Аластором Грюмом, я полагаю, у него будет своё мнение на этот счёт, и захочет вас защитить. Подумайте об этом сами ещё раз. И постарайтесь хотя бы немного спать по ночам. Если сознанию не давать отдыха, оно выгорает.