А счастье оказалось так близко... / Сожжён твоей (не) любовью.

Вы выбрали четвёртый вариант.

***

Тихонько шикнув в сторону удаляющийся к дому немцев компании, США всё же уже более осознанным взглядом посмотрел на брата, мол, не ори, в порядке всё, и быстрым шагом пошёл дальше, решив как-нибудь встретиться с Россией и поговорить с ним наедине. Он не знал, почему он так ревнует Россию к его же сестре, но постепенно проявляющаяся метка отражает физически всю ревность, то есть помимо того, что она и так жжёт, то при проявлении ревности она будто устраивает пожар по всей шее, что приносит немалый дискомфорт и боль. Да, Америка конечно же уже догадывался, кто может быть его соулмейтом, но он всё ещё сомневался в этом. <…> Добравшись до дома, Америка сразу же пошёл к себе в комнату, ну, а Канада же, будучи очень заботливым — пошёл за своим братом, ибо нужно было выяснить причину такой реакции на проходившую мимо них компанию стран, ну и поддержать, если поддержка, как таковая, нужна, причём в огромных количествах. Зайдя в комнату вслед за своим братом, Канада тихонько прикрыл дверь, наблюдая, как его брат падает на кровать, лицом в подушку, всем своим видом говоря «отстаньте, мне плохо, я не хочу ни о чём говорить, кыш отсюда». Тихо вздохнув, канадец всё же приблизился к кровати, осторожно присев на край. Хоккеист нежно, с каким-то трепетом, положил руку на плечо американца, чувствуя, как тот вздрогнул от прикосновения. — Братиш, ты как, в порядке? — Задал неподходящий к ситуации вопрос канадец. — А по мне разве видно, что всё окей? — Послышался приглушённый подушкой голос американца. На это Канада лишь вздохнул и осторожно потянул плечи американца на себя. Уже в следующий миг Америка был в объятиях своего брата. — Ладно, я понял, что неподходящий вопрос задал, прости, братец. Так вот… Сегодня, когда мы шли домой, мимо нас проходила группа стран в лицах Германии, Швейцарии, России и его сестры, Беларуси. Почему ты так отреагировал? — Начал разговор Канада, крепче обняв Америку, тем самым давая ему понять, что всё нормально, он может спокойно сказать. — Well… Понимаешь, тут всё не так сложно, как казалось бы, но я запутался окончательно: видно, что я ревную Россию к Беларуси, хоть она его сестра, я уже точно догадываюсь, что Россия — мой соулмейт, но я всё ещё сомневаюсь в этом! Знаешь, Канада, если бы не твоё вечное присутствие, то я бы уже давно был в могиле от этой жизни, — На этой фразе американец получил лёгкий подзатыльник от своего брата за такие депрессивные мысли, но больше эту тему решили не затрагивать. — Так значит ревнуешь Россию к Беларуси, знаешь, догадываешься, чувствуешь, в конце-то концов, что Россия — твой соулмейт, но всё ещё сомневаешься в этом? — Задумчиво переспросил Канада, на что получил положительный ответ. — Что ж… Сложная дилемма… Стой, погоди, метка… Позволишь снова посмотреть, что там вообще вырисовывается? — Спросил Канада, включая фонарик на телефоне, ибо в комнате царил полумрак. Получив в ответ положительный кивок, Канада слегка наклонился голову брата в сторону, открывая тот самый участок шеи. Посветив на покрасневшую кожу, Канада осмотрел очертания, что приобретали более чёткий вид: уже был виден двуглавый орёл. — Брат, очертания-то уже напоминают орла-мутанта. Я про двуглавого орла, если что. Думай сам: либо Россия, либо Сербия, либо Черногория, ну или ещё кто. Хотя давай рассмотрим эту ситуацию со стороны: у Сербии и Черногории там свои отношения, сам знаешь, ну, а ещё кто вряд ли, выходит, остаётся только Россия. — Вынес вердикт Канада и выключил фонарик. — Fuuuuuu… Ла-а-адно, я всё равно хотел как-нибудь встретиться с ним и спокойно поговорить об этом, — Протянул Америка. — Отлично, может быть вам помочь как-то встретиться? Ты, конечно, извини, что вмешиваюсь, но мы с Россией крепко дружили и дружим до сих пор, уж не буду рассказывать историю о том, как мы сдружились, сам знаешь, ну и он в принципе может доверять мне… — Ну........ Так… Что отвечаем? 1) Согласие. 2) Отказ. 3) Выйти в окно.

***