Шансы равны ста процентам

История известного миллиардера Энтони Старка началась с тех времен, когда он был разгульным подростком — вечеринки, выпивка и девочки, много девочек — в то время, как дома его ждала любящая мать, которая всегда была добра к нему, и отец, уставший, только что вернувшийся с работы, еще и очень строгий. И как бы он не пытался воспитать сына подобного себе, тот всегда уклонялся. Тогда молодому Тони Старку казалось, что посвящение всего свободного времени своему детищу — тогда еще небольшой компании с «кричащим» названием Старк Индастрис — самое ужасное, что может быть. Но молодость прошла, и образ жизни уже окрепшего мужчины изменился, в его расписание прибавились посиделки в мастерской за новыми и новыми проектами летательных аппаратов, которые постепенно вытесняли из его жизни другие забавы. Именно таким образом, впервые за всю тридцатилетнюю жизнь, Старк-младший начал находить общий язык со Старком-старшим. Тогда Тони понял, почему практически все его детство прошло без отца, который был занят своими делами, и почти что простил его, хотя тот порой продолжал отчитывать его, как маленького ребенка. Компания росла, и теперь уже благодаря двум Старкам она стала более многогранной и разветвленной, охватывающей много сфер производства. Сейчас они работали вместе и все творили ради одного общего дела. У них бывали недопонимания, однако всегда «по делу» и никогда не шли в сравнение, с тем, что было во время бурной молодости младшего. Они захватывали кофе, что готовила по утрам любящая мать и жена, и направлялись в офис, активно обсуждая планы на сегодня. Тогда он и догадываться не мог, что семейная и рабочая идиллия продлится недолго и прервется так резко. *** Почти вся следующая неделя была насыщенной для обоих. Питер весь день проводил в своем небольшом магазинчике, наслаждаясь ароматами излюбленных цветов и со всем своим творческим усердием упаковывая различные букетики своим посетителям. Ему нравилось видеть людей счастливыми, и именно поэтому работа в месте, которое ему по сути перепало и вовсе не по его желанию тогда, приносила ему огромное удовольствие сейчас. Курьерских доставок особо не было, так что можно было расслабленно проводить день в прохладном помещении в то время, как на улице температура стремительно повышалась, пока Тони Старк стал чаще заходить к Паркеру, так же спасаясь от жаркого и слишком уж людного офиса. Не просто чаще, а бывал у него каждый день в течение прошедшей недели, хотя бы несколько часов после работы, а бывало и проводил чуть ли не полдня, то разговаривая с юношей обо всем, то посвящая все же несколько минут работе в такой приятной атмосфере и… кхм, компании. Питеру и неважно было, когда закрыться: в положенные семь часов вечера или провести там еще некоторое время, закрывшись в девять-десять. Темы разговоров колебались от самых банальных предпочтений в еде или в музыке до обсуждения философских и политических тем. В эти моменты стирались все границы: не чувствовалось ни разное положение в обществе, ни разница в возрасте под двадцать с чем-то лет, ни единичные факты друг о друге, чье количество увеличивалось прямо пропорционально количеству дней их совместного времяпровождения. Паркера не смущало и не раздражало присутствие Тони. Наоборот даже, он был рад, что тот откликнулся на глупое предложение, которое Питер на самом деле вкинул не совсем осознанно, однако оно прижилось, что, с одной стороны, не давало Питеру повода думать, что он успел оплошать. А с другой стороны, он прекрасно знал биографию Старка, сам успел прочувствовать всю ту бурю эмоций и ощущений, когда твой близкий умирает. Он однозначно не мог забыть человека, с которым практически уже пошел под венец. А еще многие знали ветреность миллиардера Тони Старка, и тот факт, что после стабильных отношений с Пеппер Поттс, он захочет снова ввязываться в такие же, не был однозначным. Поэтому где-то глубоко в душе юноша понимал, что все это временно, пока мужчина снова не обретет себя, вернув свой прежний образ жизни, снова не найдет человека, который будет ему так же близок, как Поттс, снова не очнется, в конце концов, и не посмотрит, что он делает со своей жизнью. Однако Питер усердно старался не думать об этом и о том, что будет дальше, а просто жить тем, что ему сейчас давал Тони: отлично проведенное время, множество интересных историй и знаний и… что-то, что заставляло его покрытое трещинами сердце стучать быстрее. *** На следующий день после посиделок допоздна у Питера Тони разбудил сейчас казавшийся до сути противный звук звонка смартфона, от чего ему пришлось не только проснуться, но и дотянуться рукой до телефона. Перед тем, как принять вызов, он сонным взглядом глянул в самый верх дисплея, заметив на часах девять утра. Рановато, учитывая, что мужчина вернулся домой ближе к полуночи. Затем он медленно, как в прострации, опустил взор на имя звонившего — мистер Поттс — это заставило его пробудиться быстрее. Отец Пеппер звонил нечасто, а если и звонил, то только по важному случаю и, видимо, это был один из них. — Да, я Вас слушаю, — как можно более уверенно сказал Старк, стараясь не проявлять истинную причину, почему принял вызов только по прошествии шести-семи гудков. Сначала он не получил в ответ ни единого слова, слыша лишь какой-то шорох в трубке. — Кэрол нездоровится… — еле слышно сказал мистер Поттс. — Тони, ты не мог бы приехать помочь? — его голос все еще звучал приглушенно, а Старк, услышав это, понял, что дело, возможно, совсем плохо. Меньше всего он хотел, чтобы что-то случилось с миссис Поттс, которая всегда была рядом с Пеппер и была для нее лучшей подругой. Тони действительно ценил то, что давали ей ее родители. Наверно, потому что сам он такого уже никогда не смог бы получить. Старшие в семье Вирджинии всегда были добры к нему, возможно, даже принимали его как собственного сына, ведь в такой уютной семейной обстановке он тоже становился другим. Пусть уязвимым, но счастливым. — Конечно. Я постараюсь приехать, как можно скорее, — говорил мужчина на ходу, срывая с себя мятое одеяло. Судя по его все еще немного спутанным движениям, он был немного сонным, но пара хлопков по щекам должны были привести его в чувства. Как бы он не пытался притупить его, но накатывающее чувство волнения росло по мере приближения к родительскому дому. Благодаря хорошим умениям водителя, им удалось миновать огромную утреннюю пробку, проехав дворами и таким образом быстро добравшись к пункту назначения. Родители Пеппер жили в обычном многоквартирном доме с добродушными бабульками, выглядывающими из окон, и молодыми семьями, которым предки разорились на хорошую квартиру в новостройке. Быстро минуя этажи один за другим, он оказался возле нужной ему квартиры и без нужды быть приглашенным открыл дверь свои ключом, который Пеппс дала когда-то Тони, чтобы тот мог быстро до них добраться, если вдруг что-то, не дай Бог, случится. — Мистер Поттс? — почти что шепотом позвал Старк, пробираясь из коридора в первую попавшуюся комнату. Женщина могла сейчас спать, поэтому он дышал и передвигался как можно тише. Наконец обнаружив нужное помещение, Тони с относительным спокойствием выдохнул, но последующий вдох сделать ему не удалось, потому что он никак не ожидал увидеть здесь Джеймса Роудса. Он стоял рядом с мистером Поттс над кроватью женщины, находясь спиной к вошедшему. Тони направился к нему и слегка толкнул в бок, заставив обратить на себя внимание. Тот сразу же обернулся к нему, в то время как мужчина, стоявший рядом с Роудсом, лишь слабо кивнул Старку, не спеша отходить от своей жены. Тони был уверен, что они поговорят позже. Двое быстренько добрались в другую комнату, все также соблюдая тишину, и оказались на кухне. — И что ТЫ здесь делаешь? — Старку было интересно, что уж Роуди здесь забыл, поэтому он сразу же начал их диалог, облокотившись на столешницу, что была сзади него, руками. Его собеседник присел на выдвинутый ранее стул, не прерывая зрительный контакт. — То же, что и ты, Тони. Пеппер просила меня присмотреть за ними… — как-то даже слишком равнодушно по отношению к Старку, сказал Джеймс, однако на лице его было видно явное волнение за людей, что находились в соседней комнате. Тони отвел взгляд, зациклив его на каком-то на самом деле неинтересном предмете, — и за тобой тоже. — И вот как закончился твой присмотр, — ностальгически ответил Тони, припоминая их последний разговор, закончившийся повышенными тонами и присутствием нецензурной лексики, хоть и ни для одного, ни для другого это не было свойственно. Кто бы не занимал сейчас мысли Тони — Питер или родители Вирджинии, — однако в его памяти всегда был его верный друг и помощник на работе, с которым они прошли через множество обстоятельств, что уже всех и не вспомнить. И смерть близкого для них обоих человека они тоже должны были пройти вместе. — Слушай, Тони, — это заставило Старка поднять глаза и смотреть отныне на собеседника. — Думаю, я погорячился тогда. За эти дни я многое успел обдумать и понял, что тогда это уже вышло за рамки моей «опеки», — в воздухе Джеймсом были показаны кавычки. — Но как друг… Я хочу для тебя только лучшего, и если тот паренёк… тебе с ним сейчас комфортно, то это абсолютно твое дело, — минутная пауза, во время которой Тони убрал руки со столешницы, но никак не мог придумать им новое удобное место. — Просто не забывай, что Пеппер важна и для меня тоже. И да, уверен, она желала бы для тебя только лучшего, — когда Роудс закончил, можно было сказать, что он выдохся, ведь выглядел именно так. А ещё было видно, что это очень беспокоит его и, вероятно, беспокоило все эти дни. Сначала Тони молча переваривал все только что сказанное, а затем, заметив на себе взгляд собеседника, кивнул ему. — Так что, мир? — единственное, что смог выдать Старк в этой ситуации, по-дурацки улыбаясь, и, к счастью, Роуди подхватил, встал со стула, чтобы заключить его в крепкие дружеские объятия. Тони ни чуточки не сопротивлялся, в глубине души радуясь, что друг смог понять его. — Мир, — ответил Роуди уже тогда, когда они отстранились друг от друга. Внутри бушевала радость, искренняя радость, однако в соседней комнате лежала заболевшая миссис Поттс, и Старку на секунду стало даже стыдно, что находясь в квартире уже около десяти минут, он так и не разузнал, что же с ней произошло. — А Кэрол?.. — Все это время она много нервничала, принимала много лекарств, которые ей выписывал врач, — негромко начал Роуди, уставив взгляд куда-то в пол. И вот снова это ощущение — Тони не по себе из-за того, что он так много пропустил в жизни близких ему людей. — А сейчас она совсем сдала… Обессилена действием сильных препаратов, — мужчина замолчал, потому что больше говорить было нечего, да и не особо хотелось, только добавил: — Это все, что мне рассказал мистер Поттс, когда я пришел. Еле вытряс из него хоть это, если хочешь, поговори с ним, он еще что-то тебе скажет. С каждым словом Роудса мужчину все сильнее и сильнее накрывало волнение вперемешку с грустью и ощущением того, что он скучает по прежним временам, когда все было хорошо, все были здоровы и визит Старком родительского дома всегда заканчивался хорошим настроением и отличными воспоминаниями. А сейчас… В определенный момент все пошло по наклонной, и этим самым моментом была авария, после которой вся идиллия просто-напросто развалилась. Мысли обо всем этом невероятно вгоняли их владельца в опять какое-то такое меланхоличное состояние, от которого было трудно избавиться. Это, конечно же, было заметно для окружающих и не ушло от внимания Роуди, который подошел к нему и похлопал по плечу, выражая всю свою поддержку. — Все наладится, Тони. Прошу тебя только не падать духом, — он смотрел в глаза Старка, пытаясь своим взглядом вселить в него свою выдержку. Хотя всем было понятно, что пока мужчина сам не возьмет себя в руки, легче ему не станет, и приступы нескончаемой грусти так и будут навещать его. Или же в руки его должен взять кто-то другой. *** Утро Питера началось намного позже, ему было позволительно остаться в кровати подольше после возвращения домой в такое позднее время. Из планов на сегодня было только зайти к тете и занести ей кое-что. Это занимало немного времени и могло быть выполнено и попозже, так что Паркер еще с удовольствием нежился в кровати, запутав ноги в тонком летнем одеяле. Спустя некоторое время ему все же пришлось вылезти из излюбленного логова, направляясь в душ и подготавливая все то, что возьмет с собой. Когда юноша уже ехал в автобусе к нужному месту назначения, он облокотил голову на стекло, которое передавало приятную вибрацию. Его мысли блуждали из одного закутка сознания в другой, смешиваясь и образуя новые идеи. Он и сам не заметил, как задумался еще сильнее, и на этот раз объектом его размышлений стал теперь его уже хороший приятель Тони Старк. Проведенное с ним время несомненно вызывало улыбку и лишь тепло в душе, однако будто какая-то заноза всплывала мысль о том, что мужчина навряд ли останется с ним надолго. Вероятнее всего, он просто нашел себе отличную замену, которая в любой момент его развлечет, с ним поговорит и проведет все свободное время… пока в голове все равно будет оставаться Пеппер и его лучшие годы жизни, проведенные с ней. Питер рано или поздно станет… лишним? Именно это прилагательное подходило сюда лучше всего. Об этом совсем не хотелось думать, но каждое хорошее воспоминание со Старком заставляло что-то внутри Питера сильно сжиматься, скручивая его внутренности и не давая дышать. К счастью, Питер вовремя услышал название своей остановки и резво выскочил из автобуса. Плечи его провисали под грузом тяжелого рюкзака, лямки которого он поправлял время от времени, направляясь ко входу такого знакомого заведения. Также быстро добравшись до нужной палаты, Паркер вошел туда, встречая все ту же знакомую картину — сидящую понурую Мэй, только на этот раз она что-то внимательно изучала. «Этим» оказалась инструкция к чему-то, что Питер купил для нее недавно. Он одним быстрым движением снял рюкзак и поставил его на стул, что стоял у входа. Она все еще не обращала на него внимания и даже глазом не моргнула с того момента, как Паркер оказался с ней в одном помещении. — Я тоже рад тебя видеть, Мэй, — негромко, но с явным замечанием начал юноша, выкладывая из рюкзака на стол все то, что принес. Он опустил взгляд к нему, а на нее лишь пару раз глянул, и то боковым зрением. Она все так же сидела, сильно нагнувшись вперед и вчитываясь в слова на клочке бумаги. — Тебя уж не ожидала, — со злостью откинув бумажку на подоконник рядом с собой, ответила женщина спустя несколько минут. Ухватившись за большие колеса кресла, она подъехала к племяннику, рассматривая, что он принес ей без особого энтузиазма. — Есть еще кто-то, кто мог бы прийти? — с таким же спокойствием произнес Паркер и теперь уже перевел взгляд на ее лицо, внимательно разглядывая. Ничего не изменилось — все такая же сварливая и нездоровая женщина, что питала неприязнь к тому, кто находился сейчас в ее палате. Питер взял несколько судочков с едой в руки и подошел к холодильнику, расставляя их по полкам, где каждая приравнивалась к одному дню. — Тони Старк, например, — буквально выплюнула эти слова ему в спину Мэй, вкладывая в них всю свою желчь — юноша это спиной чувствовал, но по привычке старался не подавать виду. Однако услышанное заставило его застопориться и обернуться. — Тони Старк? Тот самый? Ты серьезно, что ли? — по его лицу блуждало чистой воды удивление и непонимание, и это именно то, чего добивалась его тетя. — С чего ты это взяла вообще? — в лицо Мэй, которое выражало только враждебность и издевку, так и хотелось запустить один из судочков. — Ну, если один раз пришел, то почему бы ему ещё раз не прийти? — наигранно задумчиво ответила Мэй, ожидая, что ее племянник сейчас и вовсе взорвется. Когда-то давно маленький мальчик и подумать не мог, что однажды его любимая тетушка превратится в… такого человека. — Не говори ерунды, Мэй, — со всей своей неприязнью в данный момент сказал Питер, возвращаясь к делам с холодильником. Как бы ему не хотелось что-то в кого-то запустить, судки все же были все на своих местах. Женщина не нашлась, что ответить в ту же секунду, поэтому промолчала, что не могло не радовать ее племянника. — Бедная сиротка, — опять-таки наигранным тоном начала она, — наверно, дядя Старк уже завалил тебя подарками, окружил своей заботой и вообще стал самым лучшим папочкой, да, Питер? — спустя минуту Мэй снова принялась за своё, пока юноша прикрыл глаза и старался сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, лишь бы его дыхание не сбилось и его не понесло куда-то. — Ты рассказала ему про родителей? Зачем? — сгружая несколько вещей, которые он собирался забрать домой по ненадобности, недовольно произнес Паркер. Его настроение, кажется, было окончательно испорчено, и все, что он сейчас хотел сделать, это побыстрее уйти отсюда и скрыться где-нибудь, где его бы никто не потревожил. Магазин был ближайшим местом, но вовсе не надежным, поэтому юноша уже мысленно пытался просчитать, сколько ему придется ждать автобус домой. — В смысле «зачем»? Сам попросил рассказать, что с ними, — с нарастающей удовлетворенностью всем происходящим продолжала говорить Мэй, глядя прямо в глаза племяннику и видя в них появившуюся грусть. Неужели она теперь всегда такой будет? Хотя пора было давно к этому привыкнуть. — Ой, а что, ты сам не успел рассказать ему об этом? — Хорошего вечера, тетя, — без всяких эмоций на сей раз бросил Пит, закинув рюкзак на плечо и быстрым шагом удаляясь из палаты. Ощущения были такими, будто она очередной раз наговорила ему гадостей (к чему парень уже привык и не обращал практически никакого внимания), однако только что она приплела еще и мистера Старка. Вот это уже чувствовалось обидно, и… Паркер не удивлялся. Абсолютно. Ведь он не глупый наивный мальчик, он понимал, почему это его так сильно задевает. Только вот жаль, что, будь на его месте Тони, ему бы, вероятно, было плевать. А ведь был ещё один вопрос: зачем вообще мистер Старк пошел к ней? Неужели из высшей степени любопытства он решил поговорить с Мэй о нем? Однако какой бы разумный довод не пытался привести Паркер, его мысли все равно возвращались к их разговору с тетей и к конкретным ее брошенным фразам. *** Весь следующий день Тони Старка тянулся как-то долго и однообразно. Вчера, побывав у Поттсов дома, он вместе с Роуди решили, что будет нужным позвать на дом доктора, который на этот раз будет действительно лечить, а не калечить. Однако мистер Поттс долго отказывался и лишь попросил просто побыть с ним, потому что он так же само не отошел от смерти любимейшей дочери, как и его жена. Ему было тяжело переносить это, а ещё и параллельно болезни дорогой Кэрол. Пробыв с ним где-то до полудня, Старк и Роуди ушли и, сославшись на какую-то занятость, разошлись по домам. Тони провел весь день дома, занимаясь делами, которыми занимался и до этого, пока не решил вернуться на работу в офис на постоянной основе. Да, он сделал много полезного, однако все эти вещи были прямыми проводниками в те недавние времена, когда Старк практически не выходил из дому в попытках пересилить себя и начать жить заново. И, к сожалению, в памяти сохранилась лишь худшая сторона проведенного таким образом времени, а не хороший результат, к которому он пришел в итоге. Откинувшись на спинку дорогого удобного кресла, что находилось в гостиной его дома, Тони пытался думать о том, что его гнетет меньше всего. Ах, но если бы еще ситуация с мамой Пеппс не подливала масла в огонь… В один момент Старк был вынужден признать, что после недели, проведенной только с тем парнем, он скучает по нему. Потому что за последнее время это действительно стало некой разрядкой, которая помогала ему лучше даже, чем любимая работа. Сейчас мужчина вообще не мог понять самого себя: неужели он так смог к нему привязаться? И всего-то потому, что искал себе занятие получше, чем страдание из-за любимой девушки? Хотелось бы ему, чтобы это было не так. — Мистер Старк, к Вам пришел Питер Паркер, — прервав тишину, сказала Пятница, пока Тони сидел за своим рабочим столом в небольшой, но вместительной мастерской. Время близилось к вечеру, а он все так же увлеченно, исписывая уже пятый лист, пересчитывал данные для какого-то чертежа. И, вероятнее всего, он бы за него уже не взялся, оставив его в дальнем ящике, где валялись и остальные «неудачные», но кое-кто битый час доказывал ему, что он может оказаться вполне удачным и правильным, так что Тони снова взялся за него, чтобы доказать обратное. Кажется, мужчина был всё-таки прав, что непременно сейчас собирался обсудить с Паркером. — Проведи его ко мне, — бросил Старк, не отводя взгляда от своей работенки и покусывая кончик карандаша, от которого осталось уже меньше половины из-за постоянной заточки. Получив положительный ответ от искина, Тони снова начал что-то высчитывать и быстро неразборчиво записывать, пока через несколько минут в дверь его мастерской не постучались. — Ооу, Питер, проходи, — одарив его улыбкой, начал мужчина, пока тот подходил ближе и садился на место, оставленное Старком для него. После нескольких стандартных фразочек приветствия, загоревшийся идеей Тони сразу же начал показывать и рассказывать Паркеру свои расчеты и догадки, которые парень с интересом слушал, принимая участие в обсуждении. Эти все вещи действительно были интересны Питеру, поэтому он не упускал возможности подискутировать на этот счет ни в университете, ни с Недом, ни с мистером Старком. Юноша же, в свою очередь, порой очень сильно поражал Тони своим умом, своими идеями и своим отношением к людям. Конечно же, Старк не знал всю его историю от и до, однако то, что он не закрылся в себе, не принялся за плохие привычки действительно вызывало восхищение. Он держался и проходил через все то дерьмо, что ему подкидывала жизнь, и при этом оставался человеком. Это то, чему, наверное, и сам Тони был бы не прочь поучиться. Неожиданно их дискуссия перешла из одной темы, ранее запланированной, в совсем другую, и именно так, сами не заметив, они убили часа полтора времени за разговорами, которые буквально специально были отложены именно на сегодня. — Сказал бы ты так моему отцу, уже бы получил от него по первое число, — с небольшой усмешкой ответил Тони на предыдущие возражения Питера. Машинально в голове мужчины всплыли те моменты, когда он ещё не ладил со своим отцом так хорошо. А следом вспомнилось, как они уже взрослые вспоминали по вечерам свои тогда казавшиеся «огромными» ссоры и искренне смеялись с этого, пока его мама не могла нарадоваться тому, что эти двое наконец-то не устраивают скандалов по любому поводу. — А как Ваши родители поживают? — все с тем же энтузиазмом в голосе продолжал говорить Паркер, опустив голову на руки, что лежали на столе. Тони резко замолчал, а на его лице мысль о родителях отразилась лишь одной морщинкой, которую успел уловить парень и, кажется, уже начал жалеть о заданном вопросе. Старк это, конечно же, заметил, поэтому поспешил успокоить собеседника. — Не волнуйся так, Питер. Они… их нет, в общем. То есть они были, но погибли, — спокойно, хоть и с небольшим скрытым волнением говорил мужчина, постукивая кончиками пальцев по твердой поверхности стола. Его эта тема перестала так сильно задевать уже давненько, но все равно внутри что-то екало, когда он слышал о смерти своих близких людей. В эту секунду он понял, что сколько бы твоих родных и любимых людей не умерло, ты никогда не будешь воспринимать это нормально. Это выше сил каждого из нас. — К-как?.. — на лице Питера были видны боль и сочувствие, и Тони знал, почему. Да потому что в этом плане юноша мог понять его лучше, чем все его окружение вместе взятое, ведь… смерть родителей — это та рана, которая всегда будет саднить, как бы ты ее не пытался залечить. И в этом случае эту рану они делили на двоих. — Если вкратце, — глубоко вздохнув, начал Старк, — то однажды утром, когда мы с отцом пришли в офис, на его столе лежал конверт. Там была повестка в суд. Некоторые люди подали в суд на Старк Индастрис за то, что мы якобы «сплавляли» бытовые отходы своих фабрик незаконным путем, из-за чего страдали люди, которые жили в небольшом городке недалеко от одной из фабрик, — Тони вертел в руках карандаш, который пару раз раздражающе стукнулся об стол, в это время Питер вернул голову в исходное положение. — Но суть в том, что никакого городка не было и страдающих людей тоже. Все было подстроено, но тогда было трудно это доказать, ведь вся эта выдумка происходила не в Америке даже, а в Индии. Мой отец сразу решил туда полететь и во всем разобраться. Мама, будто чувствовала что-то, умоляла его решать все здесь у нас. Он не слушался, поэтому она полетела с ним. Не знаю, если честно, зачем она вообще это сделала, но для меня нашла кучу разных отговорок. Итог таков, что их самолет разбился, — мужчина поджал губы и подытожил все только что сказанное. — Следствие до сих пор идёт. Питеру явно было грустно из-за этого — это далеко не тот рассказ, от которого настроение должно повышаться. К тому же он не мог не заметить изменения в лице Тони, вспомнившего происшествия пятнадцатилетней давности. Да, было больно, но все же об этом он вспоминал, как о пройденном этапе. Наверное, так же, как и Питер обо всем, что произошло с его родителями. — Мне очень жаль, мистер Старк, — все, что смог из себя выдавить младший, искренне сочувствуя. Он знал, каково это ощущение, и никогда бы не хотел, чтобы кто-то также его прочувствовал. — Я же говорю, не беспокойся об этом. Я прошел через это, — Тони выдавил из себя подобие улыбки, которое хоть немного да успокоило парня и заставило его поверить словам Старка. Юноша кивнул и ловко словил катившийся в его сторону по столу карандаш, отдав его следом владельцу. — А что с твоими? Если не секрет, конечно… — именно тогда Тони решил, что ему стоит узнать все от самого Питера, хотя и так было понятно, что этот вариант был лучшим с самого начала, и думал, что у него ещё есть время исправить то, что он успел натворить, проводя поиски по базам или разговаривая с его опьяненной местью тетушкой. — Вы же уже сами знаете… — все так же понуро сказал парень, опустив лицо вниз, будто его пальцы сейчас — самый интересный предмет во всем мире. Его снова накрыло то неприятное ощущение, что было тогда, когда Мэй рассказывала о разговоре с Тони. В ответ Питер ничего так не услышал, кроме сбившегося дыхания Старка, поэтому поднял голову и посмотрел на этот раз ему прямо в лицо. — Я все понимаю, мистер Старк. Я знаю, что произошло с Вами некоторое время назад и прекрасно понимаю, что нужно, чтобы оправиться от этого. Я не хочу ни на что претендовать, просто мне нравится общение и проведенное время с Вами. И если я буду лишь временной заменой Вашего близкого человека, то я также все пойму, — на лице Паркера было одно спокойствие, что ужасно выбивало Тони из колеи. Хотя на самом деле внутри у парня все переворачивалось и ему хотелось знать точно наперед, что будет с ними, однако ясное дело, что это могут знать только высшие силы. Мужчина был действительно обескуражен и вообще не мог подобрать ни единого слова для вразумительного ответа. — Черт, Питер… — Не нужно, мистер Старк.