Красная спираль

Учиха внимательно прислушивался к динамику телефона своего господина – к счастью, Спайдер привык говорить не только грубо, но и громко, и если девушки сидели на достаточном расстоянии, чтобы слышать только ответы Наруто, отставнику же был доступен приглушённый голос альбиноса. Говорил он много – но только по делу. Ему удалось выяснить, что интересующий наследника клан сравнительно недавно – около года назад – обрёл нового главу, которым стал амбициозный племянник предыдущего главы. Естественно, как молодой человек с горячей кровью и властолюбием, Генгецу захотел укрепить свою власть исторически проверенным действием – захватом новых территорий! Вместе с ними придут новые рынки сбыта, обновятся клиенты и будут копы, не знакомые с «повадками» другой банды. Ах, про наркотики и другие препараты Наруто уже знает? Тогда так: Генкецу хитёр, но тороплив, потому закономерно выбрал территорию, на взгляд теневого мира наиболее сиротливую – чей хозяин прослыл инфантильным, ни на что, кроме развлечений в клубах, не способным, а значит, является лёгкой целью для манипулирования. – Кем бы могло быть это несчастное дитя? – картинно удивился Узумаки, работавший над этим бесславным образом едва ли не с тех пор, как… осиротел. На несколько секунд полукровка помрачнел, припомнив эпизод своего кровавого «крещения» и скрежет ножа по кости, однако мягкое прикосновение к ладони вернуло к реальности. – «Что ж, ебучий умник, есть у меня для твоей великой задницы дохуя ценная инфа – намёк понимаешь? Думается мне, всё, что я тебе тут напиздел, ты услышать и так ожидал! Однако эта новость даже меня охуеть заставила, ржал как приёбнутый полчаса к ряду!» – После такой рекламы это должно быть что-то воистину убойное… Что же ты хочешь, Спайди? – в хрипловатом голосе появились заискивающие нотки, даже какая-то мягкость от предвкушения. Вот пусть только лажей окажется – несдобровать альбиносу! – «Хочу свидание!» – мужчина шёл ва-банк, ставя сразу максимум наглости, и пусть Узумаки знал про его увлечение, не мог не пошутить, озорно разглядывая Саске: – Прости, Паучок, ты не в моём вкусе. – «Долбоёб, – почти ласково отозвалась трубка, – с Ананасом-чан хочу, а не с тобой-придурком!» – Тут от меня ничего не зависит, ты ж его знаешь. Как мне его уговорить, по-твоему? Что я родного бро как вещь продам?! Давай я вам лучше партию в го устрою – а ты сам его на свиданку разводи, романтик хренов, – фыркнул напоследок блондин, а на том конце неожиданно раздалось воодушевлённое матерное восклицание: видимо, устройство личной встречи тот и подразумевал под «свиданием» от Наруто. – «Я нарушаю наши же грёбанные правила, но Камелиен дал добро. Короче, обратились тут ко мне вчера с обычной просьбой найти человека в городе. Гайдзинка-подросток, белобрысая, зеленоглазая, побитая. Знакомо? Я тоже удивился, когда отследил её с копами до твоего домины, Наруто-сама!» – Что ещё тебе известно? – по спине поползли мурашки от предчувствия: неужели похитители семьи Бетт – те же самые? Парень боялся спугнуть удачу. – «Наняли меня не местные утырки, так что перетерев с боссом, решили, что проверенный «старик» вроде тебя – клиент понадёжнее и ценнее, гордись нахуй! А «туристы» забивали мне стрелку на своей же хате, так что запоминай адресок…» Перекинувшись ещё парой фраз, зашифровав безумную благодарность в насмешливом тоне и обещании устроить-таки свидание, переговорщики распрощались, довольные друг другом. Хмыкнув, юный босс сбросил звонок, отложил трубку в сторону и обрадовал бледную тень ещё несколько дней назад озорной девчушки: – Завтра утром ты увидишь своих родных. *** Светловолосая макушка склонилась над картой, испещрённой тонкими линиями, разделяющими и пересекающими цветовые пятна, а так же множеством порой непонятных значков и цифр; в руке парень держал карандаш, чей кончик был изгрызен острыми зубами юного хищника, выслеживавшего добычу по следам. Как ни раздражало это признавать, но частично Хозуки были правы насчёт наследника Узумаки: боевые будни якудза миновали парнишку, как и его родителей, стараниями деда. Пусть Наруто в совершенстве владел как профессионально-спортивными навыками, так и методами уличной драки, однако что касается подобных действий… Здесь даже такой стратег, как Шикамару, был не слишком полезен, ведь теория и опыт прошлых поколений, почерпнутые им из рассказов и литературы, – это одно, а применение их на практике с учётом множества независящих от них и неизвестных факторов – совсем другое, и здесь играет роль личный опыт, который у юного гения также отсутствовал. Только что подошедший Саске цепким взглядом осмотрел карту и свежие пометки: жирную обводку неровным овалом одного из домов – выданной Спайдером временной базы противника, на тетрадном листе, лежавшем тут же, числились прикидки по количеству человек с обеих сторон… Не густо, вздохнул украдкой Учиха, вовремя же его отвлекли. Десять минут он не мог отвязаться от звонка присевшей ему на уши Сакуры. Бывшая невеста просила совета в самой неожиданной для отставника с подозрением на ПТСР области – личные отношения! Обманный манёвр с «чем я помогу тебе с парнем?», мол, он-то не по ним, не прокатил, когда девушка, набравшись смелости, заявила: – «Кажется… я встречаюсь с девушкой!» Что ж, судя по всему, Хината всё-таки кадрила тогда в баре именно Сакуру, мужчине это не показалось. В разговоре – довольно одностороннем, надо сказать – журналистку швыряло от нежности к ужасу, от влюблённости к панике. Она совершенно не представляла, как вести себя в таких отношениях, что делать для свидания с девушкой, а не парнем, да и как не спалиться, удержать на публике видимость дружбы, но и показать партнёру, что он важен как пара… Некоторые вопросы больше бы подошли не парню в отношениях с девушкой, а скорее наоборот, со своим же полом, но нервную Сакуру несколько занесло из-за полярных эмоций. Да и не со всем этим мог помочь Саске, даже с учётом его нынешнего опыта однополых отношений: «на публике» Учиха мог опираться на модель поведения «начальник–подчинённый», что помогало соблюдать дистанцию, хотя Наруто великолепный провокатор, не раз пытавшийся вывести телохранителя из профессиональных рамок… Однако Сакуре бы это не подошло, а мужчине сейчас не до её личных проблем. Кое-как успокоив бывшую невесту, отставник пообещал связаться с ней позже и смог наконец-то присоединиться к «мозговому штурму» в малой приёмной в общей части особняка. Видимо, не судьба Саске сбежать от войны – придётся биться со своим кошмаром, обратив его против врага. – Мы с отрядом десятки раз проходили подобную местность, – негромко заговорил мужчина, не отрывая взгляда от карты брошенного посёлка сразу за городом, – правда, с заложниками дело имели реже. Это усложняет задачу, естественно. Подняв взгляд, отставник убедился, что его словам внимают, забрал протянутый Наруто карандаш и, благодарно кивнув ему за доверие, продолжил излагать. Основная задача была в том, чтобы подобраться к нужному дому незаметно и так же попасть внутрь. Ибо вероятнее всего, что как только их атаку заметят – заложников убьют. Впрочем, если ставить главной задачей не спасение миссис Хартвелл с сыном, а ликвидацию противника, посягнувшего на территорию Узумаки, этот факт малозначителен. Наруто нахмурился, тихо рыкнув, и Учиха вновь понятливо кивнул. – Нужна бы подходящая техника, но времени добыть её нам не хватит да и … – Я знаю, кто может достать что угодно очень быстро, были бы «зелёные»! – Это слишком дорого даже для Вас, Наруто-сама. – Ты что же хочешь танк?! – изумился тот радикальности намерений телохранителя. Саске замолчал на долгие восемь секунд, будто всерьёз обдумывал вариант, блуждая взглядом по карте района, и так же хмуро покачал головой: – Нет, он нам не подойдёт в такой местности, – если бы не микро-улыбка, Узумаки бы даже поверил, как это случилось с нервно выдохнувшим Нара, а так он и сам коротко хохотнул этому словесному выпаду. – Я думал о тепловизоре. Это действительно дорогая военная техника, нам ни к чему такие затраты, Наруто-сама. Значит, им нужен наблюдатель – а лучше двое или трое – на соседних домах, которые смогут заглянуть в окна и обнаружить заложников, не обнаружив при этом себя. Они же снайперы, само собой, и при удачном раскладе смогли бы «снять» главу их группировки или, по крайней мере, охранников. Но тут тоже была проблема ресурсов – теперь человеческих, а не материальных: – Правда, я не знаю у нас людей с таким талантом. Наруто кивнул, про себя отметив, как потеплело в душе от этого мимолётного «у нас», но не дал себе отвлечься от дела: – Не проблема! Есть у меня человек на примете. – Вы собираетесь нанять… Кроу? – вопрос был задан спокойно, но короткая пауза перед псевдонимом не укрылась ни от Наруто, ни от Шикамару. Полукровка отмахнулся: – Нет, обойдётся. Он спец что надо – сам помнишь «цветение», попал, куда я и велел – но что-то в последнее время зачастил я к ним, «Акацуки» меня уже обожают, что неплохо, но увлекаться не стоит. Так, подумаем, – он постучал себя пальцем по подбородку, подняв взгляд к потолку, будто там была подсказка, и через несколько секунд радостно воскликнул «Да!»: – Есть у меня на «том свете» один человек, – довольно оскалился блондин, – он не откажет! – Один лучше, чем ноль, – проворчал Шикамару, почёсывая затылок под хвостом, – но ты уверен в нём? Специалист со стороны… – Да. Он слишком мне обязан, чтобы так опрометчиво подводить. – О-оке-ей, тогда что дальше, Саске-сан? Как твой отряд справлялся с подобной задачей? Полагаю, нельзя выдавать своё присутствие. – Верно. Для такой операции подойдёт именно небольшой отряд человек в десять-двенадцать. Проникнуть в здание и рассредоточиться, один за другим сокращая число противников. Тихо и эффективно, чтобы никто не успел поднять шум и предупредить союзников. Взяв тетрадный лист, Учиха быстро прикинул список людей, которые могли бы быть полезны в такой ситуации. Конечно, там были наследник клана и он сам, Генма, Тен-Тен, Ирука как самый опытный после погибшего наставника боец, припомнив тренировки, за которыми иногда удавалось наблюдать, добавил Котецу со шрамом на носу и вечным бардаком на голове, Изумо – его бессменного напарника и партнёра по спарригнам, Хаяте с женой Югао – ещё одна боевая пара, которые отлично работают в тандеме, всегда друг друга прикроют. Наруто одобрительно покивал и неожиданно предложил взять Кибу с самыми натасканными собаками, а Гаару вписывать передумал – обидится, конечно, но Узумаки хотел завершить всё своими силами; единственное, позволил Шикамару вписать своего приятеля Чоуджи, которого подумывал рекомендовать в клан своего белобрысого друга, поскольку… ну что молодому подвижному парню делать в закрытом клане Сарутоби?.. От услуг «Акацуки» единогласно отказались. Решая детали плана с учётом сильных и слабых сторон своей команды и известных качеств противника, Саске краем уха услышал какой-то шорох за стеной. Показав жестами не подавать вида и продолжать разговор, сам подкрался к боковой двери и, резко распахнув её, схватил металлической рукой притаившегося там человека. Суйгетсу взвыл не своим голосом, пытаясь ухватиться за чешуйчатую поверхность, но неизменно скользя по ней пальцами: – Ай-ай-ай, Саске-сан! Извините-извините! Я не подслушивал, я… возьмите меня с собой, пожалуйста! Отставник удивлённо изогнул бровь, но пока молчал, а вот его работодатель обрадовано заулюлюкал, строя обманчиво-радостное лицо. Он подошёл пружинистой походкой, но взгляд якудза выражал сталь, когда он внимательно оглядел чуть испуганного, но решительного парня. – Почему ты хочешь идти туда? Это опасно, мальчик. Не боишься погибнуть от рук своей же семьи? Или может, собираешься присоединиться к ним? Парень внимательно отслеживал сменяющиеся эмоции на лице седого подростка – как ответ на каждый его вопрос. Первый испуг от «атаки» Саске снял бы с него любую задуманную маску, если бы она была, так что читать его можно было, как открытую книгу: он боялся погибнуть – но «бывшую» родню ненавидел сильнее. И рвался в бой. – Остуди голову, – наследник растрепал тонкие пряди, Учиха же отпустил «ученика». – Сможешь пойти с нами, если твои эмоции не станут обузой. Усёк? Теперь иди, – когда Хозуки серьёзно кивнул и ушёл, в воздухе повис вопрос «Ты уверен?», который Наруто не проигнорировал, хотя и хотел: – В чём-то я даже понимаю его рвение. Но если я ошибся в нём, то просто убью его первым, – беззаботно пожал плечами, будто не о смерти говорит. Неожиданно возразил Саске: – Я ответственен за него и Джуго. – А справишься? – строго посмотрел на избранника Наруто: тот глядел в проём, будто вслед ушедшему подростку. Полукровка в один шаг оказался рядом и, положив ладонь на плечо, скользнув ею к шее, заставил перевести внимание на себя: – Справишься? – Да. Шикамару чувствовал себя лишним в этой сцене, но старался не отсвечивать лишний раз, спокойно ожидая возвращение парней к составлению подробного плана действий. Они же не надеялись скрыть то, что происходит между ними, да? Не от него уж точно! Коротко улыбнувшись, парень вернул внимание разложенным на столе бумагам: его роль здесь не менее сложна – координировать всю эту операцию, не допустив хаоса, раз уж таланта бойца ему не досталось. Впрочем, не сказать, что Нара был сильно расстроен этим фактом. Они закончили часам к семи вечера, обзвонив всех нужных людей и изложив детали плана для каждого, после чего Шикамару погнал эту парочку отоспаться несколько часов перед выходом, те без возражений отправляются в хозяйскую часть особняка. Пока Саске принимает душ, Наруто держит у уха телефон с набранным номером, заговорив после всего пары гудков: – Хай-хай! Не хочешь вернуть должок? В трубке раздался хриплый смех: – «Я уж думал, не дождусь». К моменту возвращения отставника парень уже заканчивает оговаривать детали «дела» и прощается с собеседником, затем оглядывается на Учиху с довольным оскалом на загорелом лице. Когда Саске подходит ближе, Наруто тянет его на себя, заваливаясь вместе на футон, вжимается лицом в испещрённую шрамами обнажённую грудь, сжимает в объятиях крепкий торс, ощущает зарывшиеся в солнечные пряди пальцы правой – живой – руки, ласково массирующие затылок. Тихий шёпот шевелит волосы на макушке: – Волнуешься? – Как выпускник на первом собеседовании, – таким же шёпотом хмыкнул Узумаки в ответ. Аналогия была выбрана как нельзя точно: этой ночью он не просто выручит из беды дальнюю родню и преподаст чужакам урок – он так же заявит о себе как глава клана якудза, с которым не стоит задирать нос и уж тем более претендовать на территорию. Это было бы сделано в любом случае в ближайший месяц (вряд ли бы Хозуки сидели, сложа руки, все оставшиеся до совершеннолетия два месяца), просто благодаря их опрометчивому поступку с Люси это случится раньше и в некоторой спешке… Но ведь это так свойственно молодым людям, верно? Такой расклад неплохо пустит пыль в глаза его менее дерзким – зато более старым и опытным – соседям по криминальному миру. Старики с соседних территорий будут считать его юнцом с горячей кровью – но не наивным дурачком, каким сейчас видит его этот новый босс Хозуки. А значит, будут осторожней в своих амбициях, если таковые не высохли в их душах вместе с пергаментом кожи. – Всё получится, Наруто. Тебя услышат, поверь, – на губах мужчины играла тонкая, но не менее жуткая улыбка. Испортил я тебя, весело думается Наруто, как в той пословице про «…одна сатана». Никогда не думал о браке, а тут вот она как мысль-то подкралась. От этого неожиданно становится легко и уверенно, словно твёрдая земля под ногами стала ощущаться отчётливее, и захотелось нежности подарить – полукровка усыпал поцелуями шрамы от плеча до груди и затих, убаюканный надёжными объятиями и размеренным дыханием телохранителя. *** Трястись в машине пришлось почти два часа – чтобы убедиться в отсутствии слежки, пришлось поюлить, а потом ещё поплутать по ночным дорогам, чтобы найти проезд за город, к брошенному, недостроенному посёлку. Тут должен был быть то ли студгородок, то ли квартиры работников завода, но так или иначе застройщик разорился, а продолжать длительный проект, когда всем нужны были быстрые деньги, никто не взялся. Времена такой нужды прошли – а посёлок уже оказался забыт городским правлением, зато у жителей обрёл мистическую славу, как любое запущенное место. Некоторым зданиям повезло сохраниться почти полностью, другие раскрошились из-за некачественных стройматериалов, и всё без исключения поросло бурьяном. Было принято решение не въезжать на территорию на машинах, чтобы не привлекать внимания и не оставлять столь заметных следов. Навигатор подсказывал верный путь через высокую траву, и их небольшой отряд вышколенных и гордых бойцов крался по дикому городку в ночи, словно тени. Снайпер «со стороны» уже был на месте, доложился Наруто по гарнитуре, и сейчас изучал интересующее группировку здание – то, что оно и есть база Хозуки, подтвердилось практически сразу по прибытии зубастого стрелка. Сквозь прицел винтовки «воскресший» Забуза осматривал окна хорошо сохранившейся постройки с высоты третьего этажа здания, чьи уровни выше давно обвалились. Он не сказал своему благодетелю, но Хаку убедил взять его с собой и точно так следил за домом с противоположного угла. Впереди всех шли «нюхачи» – три собаки, воспитанные Какаши-саном, натренированные на поиск людей и взрывчатки, лучшим из которых был крохотный сопящий мопс Паккун в компании долговязой гончей и небольшой дворняги, похожей на лису. Следом за ними, словно координатор отряда, крадётся Киба, изредка глухо посвистывая в висящий на шее манок, чтобы отдать бессловесную команду псам. Эти трое четвероногих члена их мафиозной семьи прокладывали путь остальной команде. Так они прошли к самому дому, не встретив проблем. Впрочем, одна «команда», шедшая за Паккуном, наткнулась на однокого бандита поближе к зданию – но без лишних проблем обезвредила противника, обнаруженного сообразительным мопсом. Слившись на две минуты в одну массу людей, якудза вновь разошлись в двух направлениях: согласно планам здания, у него было два входа из-за встроенного гаража. Никого нельзя было упустить ни к боссу, скрывавшемуся где-то в здании, ни наружу – вернуться на свою территорию за подкреплением. Приказ о полной зачистке всех чужаков в здании никого не покоробил, даже юного Кибу – он лишь хмыкнул, поудобнее перехватывая кастеты. Цестусы ощетинились шипами, как скалящаяся пасть его пса Акамару, чей заметный белый окрас вынудил парня отказаться взять с собой своего огромного приятеля. Инузука же остался с теми, кто проберётся внутрь от гаража, как и Тен-Тен, Ирука, Чоуджи и закадычные напарники; Наруто со своими приближёнными направился в обход – к главному входу: – Босс всегда входит с парадного, чтобы челядь видела, кому нужно молиться! – И всё же позвольте мне войти первым, – коротко улыбнулся Саске. – Нужно ведь объявить о появлении столь высокой персоны. Узумаки с трудом сдержал смех, задушено булькнув в кулак, и согласно кивнул на такое изысканное предложение. Его телохранитель прикрыл на пару секунд веки, настраиваясь, пробежал пальцами по чешуйкам механической руки в нужных, только ему и создателю известных местах, беспристрастно осмотрел вылезшие когти, другой рукой привычно вытащил из кобуры пистолет, увенчанный глушителем. Ещё через секунду он уже скользнул внутрь – ветеран секретного подразделения имперской армии вернулся в бой, свою стихию. Четвёрка бойцов во главе с Наруто вошли следом, через метров пять наткнувшись на два трупа охранников: один скрючился в странной позе, на груди другого – чуть дальше по коридору – расплывалось багровое пятно от выстрела, рядом ожидал Учиха. Лицо его не выражало ничего, кроме сосредоточенности. – У них была одна рация, – вытянув вперёд руку с зажатым в пальцах аппаратом, произнёс он. – Стоит забрать её на случай их проверки связи. – Или если они будут менять планы и свяжутся с людьми по передатчику, – согласно кивнул Генма, он же забрал рацию себе на пояс. Постепенно обе группы разделялись всё больше, поднимаясь по разным лестницам, и теперь их было четыре. Вместе с Наруто и Саске в очередную дверь входил Суйгетсу – чтобы был рядом с семпаем и под его присмотром – и в хорошем, и в плохом смыслах, даже если не подозревал об этой проверке. На этот раз им не повезло наткнуться на почти десяток бандитов, игравших здесь, по-видимому, в карты, что сейчас валялись на полу вместе с деньгами и хлипким столиком. Секундная заминка – они бросаются друг на друга, но зоркий глаз Учихи отдельно замечает движение мужика слева к маленькой рации на ящике. Выстрел – и аппарат с хрустом падает на пол, разлетаясь на пластиковые кусочки, оставшиеся вокруг пулевого отверстия. Мужик раздосадовано рычит и присоединяется к драке, стараясь пробиться к единственному выходу, ближе к которому остался подросток как раз на такой случай. Учитывая некоторые подозрения к парню, такое расположение сил кажется неразумным – ведь предатель может просто выбежать наружу, воспользовавшись суматохой, и найти главаря, сообщив тому о вторжении. Однако на момент атаки думать об этом было некогда, а Саске и Наруто единым организмом двинулись на противника, будто всю жизнь сражались бок о бок. Соотношение было далеко от равенства – два к восьми – однако лишь по количеству. Опытный вояка и натренированный якудза бились, прикрывая друг друга, менялись местами, делились оружием по ходу смертельной пляски. Их мастерство едва не отвлекло седого подростка, и всё же он успел засечь движение сбоку и взмахнуть охотничьим ножом, разрывая печень противника зубцами. Кровь залила перчатку, рука тряслась, но Суйгетсу смог удержать своё оружие, когда бандит, плюясь кровью и ругательствами, оседал на пол; к горлу подкатил ком – парень лишился съеденного незадолго до отъезда сандвича, выблевав его рядом с дёргающимся телом. Этого ли он ожидал, напрашиваясь сюда? Возможно, он не в полной мере отдавал себе отчёт о том, что будет происходить здесь, ведь он никого не убил за свою жизнь… Во всяком случае, в трезвом состоянии, однако из тёмного цикла «кайф-ломка-кайф» он не помнит практически ничего, кроме боли в теле и слабости. И Орочимару всячески поддерживал его желание замуровать это время навсегда, даже не пытаясь что-либо вспомнить. Потому убийство человека, тем более таким образом, ощущая вхождение в его плоть лезвия так, будто это его собственная рука является ножом, стало настоящим шоком. Рассудок лишь где-то на периферии анализировал ситуацию с ним и вокруг – и понимал, что Суйгетсу сможет справиться с этим, хотя, конечно, не сразу. Однако сейчас он не бьётся в подворотне за дозу с таким же ничтожеством, как он сам, напротив, сейчас он борется за своё будущее и клан, который может стать ему той семьёй, которой в своё время не смогла стать родная. Звон пощёчины он слышит раньше, чем осознаёт боль горящей щеки: – Суйгетсу-кун! Живой? – тормошит его будущий босс. Пока он тут рефлексировал, эти двое расправились с остальными? Или он пропустил кого-то?! – Кто-ниб.. Кха! Кх-х-х.. Кто-нибудь выб.. выбрался? – покашливая, хрипло и обеспокоенно задаёт волнующий его вопрос и видит торжествующие улыбки на лицах мужчин, говорящие лучше любых слов. Эти двое – настоящие монстры! – Что-то ты бледный, Суйгетсу-кун, даже бледней обычного, – кажется, полукровка и правда беспокоится, его интонация совсем не насмешливая; он не собирается унижать подростка за «слабость», его эмоциональный откат от пережитого… Хозуки – надо бы сменить эту дрянную фамилию – отбрасывает не вовремя всплывшие воспоминания о бывшем клане и бесконечных порицаниях и острых подколках со стороны окружавших его, хоть в чём-то превосходящих начинающего бандита родственников. – Наруто-сама прав, Суйгетсу. Тебе будет лучше вернуться вниз, ко входу и подождать нас там. Ты можешь заблудиться по пути к автомобилям, – Учиха был как всегда прямолинеен и неосознанно резал без ножа, что неожиданно подстегнуло сильнее брезгливых нравоучений дяди, и парень утирает губы другой рукой, не заляпанной чужой кровью, поднимается, чуть покачнувшись от резкой смены положения, решительно качает головой: – Я иду дальше. Наруто чувствовал какое-то безумное возбуждение от происходящего, в крови бурлил адреналин, обоняние дразнил запах крови, а ещё – рядом всегда, постоянно, беспрерывно был Саске. В бою парень чувствовал то касание его плеча, то дыхание за спиной, или же мужчина молнией пробегал по его мыслям. Все эти впечатления скопом вели к возбуждению иного рода, потому что – ёб твою мать, чёрт побери! – если бы кто-то ещё увидел этого мужчину во время сражения – это зрелище нельзя назвать просто «дракой» – у него бы тоже непременно встал. Настолько это было умопомрачительно красиво! Или Наруто просто больной на всю голову, раз его до одури заводит вонзающий в какого-то урода когти протеза мужик: – Хочу, чтобы ты поцеловал меня прямо здесь! – Наруто-сама, мы на поле битвы. – Поэтому я сказал «поцеловал», а не «трахнул»! Скучавший без стрельбы Забуза предупредил их о комнате – просторном зале скорее – где находился молодой босс Хозуки и пленники под охраной всего-то четвёрки бандитов. Это помещение находилось на последнем этаже трёхэтажки и, возможно, планировалось под какой-нибудь общий спортзал, но сейчас по словам снайпера оно было частично завалено ящиками и коробками, без следов долгого пребывания в заброшенном месте. Иными словами, внутри находилось что-то, принесённое непосредственно нынешними «квартирантами». Наруто уже собирался ворваться внутрь – вся их небольшая группа как раз достигла этажа, народ отделался парой царапин и простреленным предплечьем, сейчас хорошенько стянутым бинтом – как вдруг зажужжал его мобильный. Слишком сильно удивлённый таким событием – взял его машинально, не ожидая ни от кого звонка – Узумаки достал его, несколько секунд всматривался в анонимные цифры «одноразового» телефона и решил рискнуть. Показав жестом команде молчать и приказав сосредоточиться на двери, если кто решит покинуть помещение, он ответил за звонок недовольным глухим голосом разбуженного в два ночи человека, с «так себе» прошедшими последними днями: – Ттебайо… Алло, блять. – «Наруто-сан? – в елейном голосе незнакомца слышалась улыбка. – Прошу прощения за столь поздний звонок, мне не хотелось беспокоить вас в такое позднее время, но у меня есть важные сведения для вас!» – Я не понимаю тебя, ты кто вообще? Чего тебе надо? – чуть нервно, вспоминая свою роль избалованного дурачка. – «Ох, прошу меня простить повторно: я Генкецу Хозуки, – полукровка замер, стараясь контролировать дыхание, чтобы никак не выдать себя. Что побудило его сделать этот звонок? Это часть его плана; случайный порыв подразнить противника; или их вторжение раскрыто? – Мы не знакомы лично, но я рассудил, что нам – молодым якудза – лучше держаться вместе!» – Что ты имеешь ввиду? – более наивно, всё ещё фамильярно, не отрывая горящего взгляда от последней преграды на своём пути – двери. – «Я не так давно стал главой своего клана, Наруто-кун, и узнал, что скоро и у моих соседей официально появится глава немногим младше меня. Я решил, что стоит подсуетиться, пока такую известную семью никто не подмял под себя – и оказать будущему главе поддержку!» Точнее: не дать другим, а подмять самому, конечно, но кто же так прямо заявит? – Ох, это было бы замечательно! – «обрадовался» Наруто, в предвкушении облизывая зубы и нетерпеливо переступая с ноги на ногу. – Не так давно я потерял своего наставника, и мне пригодится помощь, Генкецу-семпай. – «Конечно! Ты ещё молод, Наруто-кун, тебе будет полезно узнать чужой опыт. Я слышал, у тебя кое-какие семейные проблемы? В качестве дружеской услуги и чтобы закрепить нашу дружбу я хочу помочь тебе с этой проблемкой. И завтра же твои родные вернутся к тебе!» – О, неужели тебе известно, где моя тётя с детьми? – Спайдер точно не выдал Хозуки, что девчонка уже вернулась к Узумаки, так что блефовать можно на все сто. – Скажи мне – я сам организую этим ублюдкам и суд присяжных, и палача! – и хихикнул, будто ребёнок своей удачной шутке. Говорил Хозуки довольно складно, будь блондин именно таким, каким притворяется, наверняка купился бы – и попал в пожизненную кабалу к этому «наркобарону». Предвосхищая скорый конец разговора, босс показал команде жестами скорый «штурм». – «Ну что ты! Зачем тебе так напрягаться сейчас? У меня уже готов план, доверься мне. Я помогу тебе – ты потом мне. Так ведь работает дружба!» – Конечно! – передразнил собеседника Наруто, пинком открывая дверь, куда ворвались его люди, быстро занимая дракой немногочисленную охрану Хозуки. И закончил фразу, уже глядя в глаза наглецу, посягнувшему на его людей: – С удовольствием приму твою помощь, семпай. Главный из соседнего города оказался высоким мужчиной лет двадцати трёх–двадцати пяти с начёсом, как у киношных якудза прошлого века, одетый в пиджак неброского, серо-фиолетового цвета, но зато какого щегольского покроя! В раздвинутых полах на фоне чёрной водолазки блестел крупный кулон с каким-то символом. «Друг» попытался выкрутиться, возмутившись убийством своих подчинённых и стараясь ещё разыграть карту со спасением родни мальчишки, мол, вот как раз всё разрешилось, клан Хозуки уже помогает несчастным похищенным, а тут Наруто-кун так неожиданно появился.. Однако вскоре понял, что игра раскрыта, вытряхнуты из рукава тузы. И поступил предсказуемо: оказавшись под прицелом нескольких пушек и защитой лишь одного, стоявшего ближе всех, бугая, направил свой пистолет на жавшуюся к ящикам у стены женщину. Люси прикрыла собой сына так, что его едва было видно за ней, и тихо плакала, неслышно шепча успокаивающую бессмыслицу – она почти смирилась с собственной безрадостной судьбой, но никак не могла попрощаться с ребёнком. – Я убью их! Только сделай шаг, чёртов гайдзин! Наруто, ухмыляясь, поднял руки в известном жесте «сдаюсь», в то же время, командуя шепотком Забузе: – Обезоружь. Тот отреагировал не сразу, чертыхнулся, что Генкецу оказался за ящиками с его стороны, а затем Наруто услышал звонкое «а я смогу!», и раньше, чем сообразил, чей голос это был, разбилось стекло, отскочил ствол от окровавленной ладони и раздался короткий вскрик. Хаку оказался действительно талантливым учеником. Босс Хозуки схватился за руку и попятился, когда Наруто и Саске, обменявшись кивками, рванули вперёд, приказав никому не мешаться. Взмах чёрной рукой – амбал замер на секунду, затем мешком рухнул на пол, скручиваясь и выгибаясь от предсмертных судорог – отличный яд изготовил Бунраку для дротиков. Учиха рванул влево, к Люси и Робби, прикрывая их плащом, в то время как его босс с маниакальной улыбкой ловко извлёк из ножен в сапоге острый стилет и, подбежав к спешащему за пистолетом Генкецу, быстрым движением резанул поперёк длинной шеи. С мерзким чавкающим звуком из артерии брызнула кровь, вскрик потонул в ней же, не успев вылететь из горла, кто-то позади гулко охнул, а Наруто почти весь оказался заляпан алым, даром, что одежда вся чёрная. Пока жизнь покидала Хозуки вместе с кровью, возвышавшийся над ним блондин вытер о вычурный пиджак лезвие, взглядом зацепился за медальон с символом клана, оказавшийся слишком знакомым. Похожий на физалис с внутренним плодом – такой же был на футболке того мальца у озера! Ублюдок! Узумаки ткнул пальцами в густую жидкость и нарисовал на холодеющей щеке символ своего клана – спираль. – Ты хотел подчинить меня? Я сожгу твой клан вместе с костями, если вы ещё раз сюда сунетесь. Так «своим» и передай… Если сможешь! Ха-ха-ха! – от его смеха вздрогнули несколько своих бойцов, немногие оценили остроумие своего юного босса. Косая улыбка коснулась и лица Учихи. Он помог Хартвеллам подняться, чтобы не увидеть мёртвого преступника, поручил их Тен-Тен и Югао, посчитав, что знакомое лицо и женское общество будут лучше для матери с ребёнком, чем кто-то ещё из их группы. Шикамару в коммуникаторе раздавал указания по зачистке территории: планировалось убрать трупы в подвал и устроить контролируемый обвал, чтобы не осталось ни одного тела или улики, что привела бы когда-нибудь к их порогу. Пусть и маловероятно, что кто-то проберётся сюда, однако и любителей острых ощущений хватало всегда. Учиха же возвращался к боссу, сфотографировавшему ужаснувшееся мёртвое лицо Генцецу, когда с ним заговорил Нара: – «Наруто-сама убил босса Хозуки сам?» – Да. Ножом. – «Плохо. То есть, отлично, но пойми меня правильно, Саске-сан, думаю, ты и сам заметишь, что Наруто-сама сейчас несколько «поехавший». Ему всегда сносит башню, когда он оказывается по локоть в крови – буквально. И вернуть его в спокойное расположение можно только выбросом лишней энергии. Короче, обычно я запирал его в тренировочном зале, где он буянил несколько часов, разнося всё и вся, смеялся, как дитя, потом затихал – и можно выпускать. Потом он нажрётся калорийной хрени и снова будет тем забавным придурком, каким мы его знаем». Шикамару был прав, поскольку Саске и сам заметил сумасшедший блеск в глазах босса, который раньше он видел после той аварии недалеко от клана Хьюга, когда от Забузы могло остаться нечто, непригодное для опознания – при том, что ему уже сильно досталось. Но теперь простого окрика будет явно недостаточно. Везти его домой – со всеми остальными в одной машине – не кажется Учихе отличной идеей, тем более, среди них «гражданские»… – Мы задержимся, Шикамару-сан. Пришлите машину через два часа. До свидания, – отключив гарнитуру, не слушая опасения стратега, отставник приблизился к возлюбленному: – Наруто, не желаешь устроить спарринг? Если кто и мог бы справиться с безудержной энергией Наруто-сама – это Саске-сан, решил для себя Шикамару. Впрочем, даже его высокий интеллект не смог бы предположить исхода задумки молодого Учихи. Внутри Узумаки всё ещё билась та гремучая смесь после боя, только теперь они остались с Саске один на один – и тот предложил хорошенько подраться. Кто бы знал, как давно Наруто хотел попробовать свои силы против этого солдата! Они вышли обратно в просторный коридор, полукровка хрустнул шеей, отставник сделал короткую растяжку правой руки, прежде чем приступить, не проронив ни слова. Мужчины «танцевали» с полчаса, атакуя, уворачиваясь, принимая удары или используя их против оппонента, переводили дыхание минуты две, не сводя глаз друг с друга, затем продолжали поединок. Однако Наруто чувствовал, что энергия в нём не столько уменьшается, сколько изменяется. Гибкий и ловкий Учиха, измазанный чужой кровью, с блестящей в свете звёзд и серпа луны чешуёй протеза вызывал совсем не желание хорошенько врезать… И как только представился момент, Узумаки не ударил противника – а схватил возлюбленного. С силой вжав мужчину в стену – возможно, появится синяк – он глубоко поцеловал его, сжимая горячими ладонями то бока, то бёдра, то руки – до чего мог добраться. Не менее голодно отвечал и Учиха, голова была звонко пуста после победы над врагом клана и последующей драки с избранником, так что его возбуждение без труда передалось и отставнику. Сжав ногами чужую талию, он прижал блондина ближе, рыча в поцелуй от ощущения его напряжённого паха. Хотелось всего и сразу, и как можно скорее; уравнение «раздеваться=долго» решилось быстро в головах обоих, и Учиха нехотя опустил ноги, разворачиваясь лицом к стене и приспуская штаны с бельём. Так же минимально обнажившийся наследник сначала потёрся о промежность, увлажняя её густой естественной смазкой, а затем плавным, тягуче-медленным движением вошёл – полностью, сливаясь стонами в унисон со своим мужчиной. Вжимая его грудью в стену, он коротко и часто толкался, продолжая мять-гладить-кусать крепкое тело перед собой сквозь водолазку, такое желанное, но которого всегда мало. Перемежаясь общими стонами и хрипами, накатило откровение: – Я хочу, чтобы ты так же трахнул меня… или нет, наоборот, нежнее? Не знаю, чёрт… Я же никогда не был.. А-а-агрх-х! Знаю! Я хочу, чтобы ты взял меня так, как сам посчитаешь нужным и приятным. Чтобы мы стали абсолютным единством, с обеих сторон. Ох, даттебайо! Может… может, так я почувствую, что ты полностью мой! А я – твой… Учиха котом выгнулся в его руках, закинул руки через голову назад, притягивая парня ближе, и прежде чем поцеловать через плечо, жарко шепнул, прорываясь на эмоции: – Великолепный план, Наруто-сама… Они кончили, целуясь в невероятно неудобной позе, едва двигаясь по членам, зато беспрерывно лаская губы друг друга, посасывая или даже кусая, истекая слюной и желанием обладать – и отдавать, быть равными друг другу. К рассвету здание окончательно погребло под собой лучших людей клана Хозуки, став им вечным пристанищем, тогда как успешно пережившая эту лихую ночь пара вступала во двор особняка древнего клана якудза – теневого властелина города, отстоявшего своё право на власть.