Oxygen

Чимин с трудом поднимает залитые тяжёлым свинцом веки, а только спустя несколько секунд, когда глаза наполняются красным цветом, приходит в сознание. Он должен был чувствовать боль, но лишь некая незнакомая ему энергия тонкими струйками протекает по всему телу. На губах ощущается вязкая жидкость, похожая на лекарство. Парень медленно водит взглядом, рассматривая место, в котором очнулся. Что-то вроде небольшой лачуги, но с необычайными цветами, растущими прямо из стен, на потолке переплетающиеся нити звёздного неба. Чимин сбит с толку. Он явно помнит, как его крейсер подбили, однако он не может понять: как не заметил врага на мощном радаре? А ещё помнит фигуру в плаще, вытаскивающую его из-под обломков. Тогда промелькнула мысль, что очнётся он скованный в цепи, однако лежит сейчас на удобной кровати, сразу подстроившейся под форму парня, а на нем будто бы согревающий плед. Жидкость на губах, стоящие рядом на тумбе ещё какие-то травы говорили о том, что ему, видимо, оказали лечение — это всё ещё больше сбивало с толку и напрягало. Если же он в «логове» лекта, то, неужели, его спасли для того, чтобы после убить или съесть? Чимин чуть повернул голову, разглядывая комнату с другой стороны, как заметил свою руку. Она парила над столом в какой-то сфере. Парень чуть присел, игнорируя боль, и было уже свесил ноги, чтобы выбраться наконец отсюда. Как вдруг Чимин услышал звук открывающейся двери с той стороны. Он быстро вернулся в прежнее положение, но оставил голову повернутой, чтобы рассмотреть этого лекта. В помещение вошёл кто-то в чёрной мантии, скрывающей абсолютно всё «существо», находящееся под ней. Из-за большого капюшона не было видно даже лица. Чимин следил за тем, как «некто» заходит в дом и сразу подходит к лежащему. Парень напрягся, готовясь защищаться, но тот не подошёл ближе, чем на метр. — Т-ты живой?.. — дрожащий голос раздался с его стороны. Чимин от удивления чуть не вскочил, но продолжал притворяться спящим. Не похоже, что этот голос принадлежал монстру — обычный мальчишечий тонкий голос. «Нечто» выдохнуло, и поплелось в другую сторону, неся свёрток в руках, который успел заметить Чимин, приоткрыв глаз. Фигура стояла спиной к парню, беря с разных полок какие-то ингредиенты, смешивая их и сколачивая: он явно был занят приготовлением чего-то. Чимин раскрыл одеяло и медленно-медленно начал вставать, попутно доставая оружие. Он не знал, на что способен его противник, поэтому не терял бдительности, ведь ожидать от опасной твари можно было что угодно. И одновременно произошли две вещи: лект развернулся, держа в руках стакан, а Чимин резко наставил на него лазерный пистолет, нажимая на кнопку заряда, который издал характерное жужжание. Парень тяжело дышал, впиваясь устрашающими красными глазами в фигуру, пытаясь разглядеть в темноте его лицо, но видел лишь слабое свечение. А лект просто прирос к земле. Чимин думал, что тот начнёт защищаться, достанет оружие или ещё чего, как заметил начинающуюся трястись руку противника, в которой был стакан. — Что ты собирался со мной делать?! — с напором и на повышенной ноте начал Чимин. — Отравить? Принести в жертву? Или как вы тут развлекаетесь: может, съесть?! — Ч-что? — пискнул тот. — Жертва? С-съесть?.. я… я не ем… такое…тебя... нет... Чимин округлил глаза, от шока даже чуть припуская бластер. И тут его тело пронзила боль. В броне происходили короткие замыкания, сопровождаемые ударами тока. — Что случилось? Где болит? Лект уже было начал идти к нему, но Чимин поднял оружие, судорожно и часто дыша. — Не приближайся ко мне, тварь! — и он с силой отшвырнул приблизившегося противника на пол. В этот момент слетел капюшон, и... Чимин окаменел, переставая дышать. На него смотрело вовсе не чудовище, не существо и не тварь — а самое прекрасное и чудесное создание во всей чёртовой Вселенной. Необычайной красоты лицо совсем уж юного парнишки исказил испуг. Чимин знал, что не должен был, но встретился с ним глазами. В этих напуганных глазах отражались все Галактики, все звёзды и планеты. Ободок сияющих звёзд очерчивал зрачок, что был подобен бездонной красоте открытого космоса.

«Командор Пак, надеюсь, вы понимаете всю серьезность ситуации, и почему мы отправляем именно вас? Император сказал, что твари, заселяющие эту планету, безумно опасны, коварны и безжалостны. Он говорил, что лучше не попадаться им и не смотреть в их глаза — они тут же захватят душу и уничтожат вас…»

«Но разве могут эти глаза принадлежать опасной твари…?» — единственное, о чем подумал Чимин перед тем, как вновь потерять сознание. — Прошу, выпей это, — приглушенно, будто находясь в вакууме, слышал Чимин, пребывая всё ещё в каком-то полуобморочном состоянии, — тебе полегчает… пожалуйста, выпей… У губ ощущалась прохлада, а в волосах ласковые человеческие пальцы. Почему-то Чимин доверился и приоткрыл рот, отпивая неприятное на вкус содержимое. В следующий раз, когда Пак пришёл в чувство, состояние его было вполне вменяемое и хорошее. Он чувствовал энергию и силу. А так же то, что кто-то ковыряется в проводках на обрубке его левой руки. — Прошу, только не делай резких движений. Обещаю: я не причиню тебе вреда… — лект говорил тихо и пытался как можно мягче, но в голосе всё ещё слышались нотки страха. Чимин громко сглотнул, рассматривая, как фигура с накинутым капюшоном подсоединяла оторванную часть к телу. От изящных тонких пальцев исходили ниточки энергии, что просачивались между проводами и деталями механизма, соединяя их. — Что. Ты. Такое? — Чимин медленно проговаривал каждое слово, не отрывая взгляда от темноты, что виднелась из-под мантии. Но тот игнорировал, продолжая «монтировать» механизм. Вдруг, к удивлению другого, Чимин резко скинул с него капюшон. Он успел увидеть тот самый страх в звёздных глазах, как за мгновение парень подскочил на ноги на приличное расстояние. Мальчишка прижимал к себе две свои руки, будто бы держась за бешено колотящееся сердце, дрожащими глазами глядя на Чимина. Тот медленно, не прерывая зрительного контакта, принял сидячее положение. Наконец Чимин получше смог разглядеть его. Верхние волосы были нежно малиновые, а снизу — будто фиолетовые. Его волосы были похожи на такой редкий красивый космос — и не только из-за цвета. Вдоль каждой волосинки проходили сверкающие чистым белым светом линии, напоминая звездную пыльцу. На его щеках маленькие млечные пути, над глазами — созвездия. — Кто ты? — только и смог выдохнуть Чимин, ведь у него перехватило дыхание, а сердце забилось в разы сильнее. — П-просто лект… Казалось, мир Чимина перевернулся. В этот момент что-то пошло не так. Как о таком, как он, могли говорить, что он жестокий, коварный монстр?.. И тут до Пака, кажется, дошло. Он уже встречал такое раньше. И хотел подтвердить свою догадку. — Это же пустая оболочка? Твоя внешность — это приманка убийцы, чтобы манить жертв, ведь так? Чимин видел, что этими вопросами обескуражил расширившего и так свои большие глаза парнишку. — Ч-что? Нет… совсем нет! — замотал тот головой, и с его волос посыпались искорки, завораживая Пака. — Я — это я: не пустая оболочка и не убийца. Он нахмурил брови, чуть отворачивая в сторону голову. — Ты что, обиделся? — округлил глаза Чимин, с каждой секундой всё больше поражаясь этому мальчишке. Только тот было открыл рот, как какой-то звук отвлёк его и он, кинув настороженный взгляд на парня, произнёс: — Только никуда не уходи… пожалуйста, — добавил он, а после скрылся за поворотом. Сказать, что Чимин прибывал в тихом шоке — ничего не сказать. Потому что он провёл ладонью по лицу, совершенно не понимая, что сейчас происходит. Парень взял свою руку и резко вставил обратно на место. Он чуть скривился, когда почувствовал, как соединяются провода, систематизируются детали, наночастицы и нейроны, активируя подвижность и чувствительность руки. — Ваааааау, — услышал он восторженное и поднял взгляд на пришедшего с подносом в руках лекта. Тот быстро сократил расстояние, ставя поднос на тумбочку, а сам чуть ли не залез на растерявшегося парня, не умолкая: — Это нейротехнологии? Микрополяризация? Самоорганизация наночастиц или электрохимическое анодное оксидирование?.. — Агх, ты вообще затыкаешься? — проворчал Чимин и начал убирать его руки от своего тела и левой руки. — Слезь с меня!.. Он застыл, когда увидел этот восторженный взгляд и улыбку. Такое чувство, что тот засиял ещё ярче. Никто никогда так не смотрел на Чимина. Он не знал, как на это реагировать, а следующие слова заставили парня и вовсе желать провалиться сквозь землю: — Ты такой удивительный! Лект продолжал так же осматривать его. — М-можно? — неуверенно и смущённо прошептал он, поднимая на другого такой невинный взгляд, что Чимин не мог ничего с собой поделать. А аккуратные пальчики мальчишки нежно дотронулись до стали. Электрические заряды прошлись по всему телу Чимина, заставляя того участить дыхание. Лект продолжил вести ладонь вдоль всей руки, прощупывая неровности, после переводя её на грудь. Дальше он вёл выше по шее и остановился, когда держал ладонью щёку недочеловека, недоандроида. Чимин не понимал, что с ним. Почему сердце так бьется? Почему внутри все колышется, а место прикосновения согревается ласковой ладонью?... Но когда лект повёл пальцем по его щеке, то вдруг встрепенулся и молнией метнулся куда-то, возвращаясь с плоской деталькой в руках. Пак вскинул брови, узнавая часть своего лица — как бы странно это ни звучало. Он быстро выхватил её, перебарывая желание вновь взглянуть на лекта. Тот как-то виновато закусил губу, усаживаясь на другой край кровати и ставя перед парнем поднос с разнообразной едой. Чимин смотрел настороженно, а другой нервничал, сжимая в пальцах мантию. — Ты… ты же ешь такое, да? Я... я изучал! — будто бы хотел заверить его тот. — Почему ты это делаешь? — резко сменил настрой Пак, стрельнув своими красными глазами, вновь пугая лекта. — Зачем спас и сейчас заботишься? Я мог убить тебя уже десять раз, и сейчас могу в любой момент… — Но ты этого не сделал. И не сделаешь. — И почему ты в этом так уверен? — изогнул одну бровь Чимин, оставаясь хладнокровным и пугающим. А мальчишка поджал губы, заметно растерявшись. Чимин не мог поверить тому, что видит перед собой. Он замотал головой, и произнёс, будто бы для себя самого: — Это бред… бессмыслица, почему все верят, что твоя раса — так опасна? А лект поднял на него большие глаза, в которых возрождалась скрытая печаль. — Нас… нас никто не любит, — как-то грустно произнёс тот, заметно помрачнев. — Я не знаю, почему, но иноземцы нас боятся. Они тысячелетиями изживали нас со всех уголков Вселенной, пока однажды мы не осели на всеми забытой планете, больше никогда нигде не появляясь. Пока Чимин слушал его, руки непроизвольно потянулись к еде. Он и не заметил, как почти всё съел. Зато лект на это отреагировал очень радостно, сразу же возвращаясь в прежнего сияющего мальчишку, у которого не получается сдерживать улыбку. — Я никогда раньше не видел иноземцев, — задумчиво произнёс тот. — Все остальные, такие же, как и ты? Хотя нет, — вдруг свёл брови, — мне кажется — нет, я уверен! — что ты единственный такой во Вселенной. У Чимина кусок встрял в горле. Он откашлялся, покосившись на улыбающегося, не отрывающего взгляда от него парнишу. Но Пак зацепился за эту улыбку, и не мог больше отвести глаз — эта улыбка выбила воздух из лёгких. Чимин не видел красивей улыбки, он вообще не видел никого красивее этого создания. И это его пугало. Пугало до сбитого дыхания, до той степени, что, чтобы защититься, хотелось грубить и игнорировать. Но ничего не получалось, когда он смотрел в эти искрящиеся глаза. — Прекрати на меня так смотреть, — пробурчал Чимин. — Я? Как? — захлопал глазками тот. — Так… так странно… ай, просто не смотри на меня, — раздражался всё больше Пак. — Ты забавный, — вдруг рассмеялся лект, находя ворчания иноземца действительно весёлыми. Смех его был похож на необычайный звон падающей звезды, который так редко можно было услышать. Чимин встряхнул головой, стараясь не думать о том, что этот звук он готов был слушать и слушать. — Так, — серьезно начал Чимин, отставляя поднос в сторону и устраиваясь на кровати поудобнее напротив, — начнём с того, что имя у тебя вообще есть? Или код? Шифр? Как мне тебя называть? — Да, меня зовут Чонгук, — мило улыбнулся тот. — Прежде всего, Чонгук, спасибо, что спас меня и дал еды, — оставаясь важным, говорил Пак, заставляя себя не замечать все милые стороны этого лекта. — Но мне пора уходить. Рад был… познакомиться. И почему Чимину было так тяжело осознать, что скоро придётся расстаться? О дальнейшем, что случится, он вообще запретил себе думать. — Что? Тебе нельзя выходить, почему ты уходишь? — сбитый с толку Чонгук выглядел очень беззащитным, потерянным и маленьким. Но Чимин игнорировал всё, встал с кровати, вернул на пояс обратно свой бластер и уже подошёл к двери, поднимая руку. Но тут его талию обхватили тоненькие ручки, в спину уткнулись лицом. Земля словно ушла из-под ног, стало труднее дышать, парень совершенно не мог пошевелиться. — П-прошу, не уходи, — чуть ли не плача, слёзно просил Чонгук. — Тебе правда нельзя туда идти. Ты будешь в опасности. Атмосферное давление нашей планеты отличается от всех: твой организм ещё не адаптировался. Тебя просто разорвёт изнутри... Пожалуйста, не ходи… пожалуйста... Чимин судорожно выдохнул, прикрывая глаза, совершенно не понимая, что с ним. — Ты ещё слаб. Твой дух крепок, но тело слабо, — шептал Чонгук, проводя кончиками пальцев по спине парня, оставляя за собой след светящейся линии. — Позволь помочь тебе. И тут Пак неожиданно развернулся, заставая врасплох другого, оказываясь в опасной с ним близости. Их тела практически соприкасались, а от лиц было несколько сантиметров. Сейчас Чимин смог бы подсчитать каждую звезду на лице этого звёздного мальчика. И, о проклятье, он хотел это сделать. Хотел находить всё больше созвездий на его теле, ощущать их собственной кожей. — Чимин, тебе нужно поспать, — нежно прошептал Чонгук. — Откуда… ты знаешь мое имя? — спросил тот, чувствуя, как находит на него дремота. — Я многое о тебе знаю, — как-то загадочно произнёс лект и аккуратно положил ладошку на его грудь. — Твоё сердце бьется так сильно... пытается напомнить, кем ты являешься, но ты живёшь как машина… Оно страдает, — Чонгук поднял на него свои глубокие, почему-то грустные глаза и несмело протянул ладонь к его голове, опуская на рыжие волосы, ласково проводя. — Ты пережил многое — теперь ты можешь спокойно отдохнуть. И он наклонил голову пребывавшего в полудрёме парня, утыкая его лоб в своё плечо.