Выручай-комната

      У Полумны Лавгуд была важная цель, но никто бы не догадался об этом по ее виду. Любой, прошедший мимо нее в залах Хогвартса, предположил бы, что она грезит наяву. В некотором роде так и было, если считать грезами мечтания о том, что произойдет в скором будущем.       Однако в ее походке была какая-то живость. Девушка практически скакала по коридорам и лестницам, направляясь на седьмой этаж. Потому что пришло время очередной «передышки».       Во всяком случае так это называла Полумна. Это было личное кодовое слово, которая она изобрела для того, чем собиралась заняться на самом деле.       В конце концов девушка добралась до гобелена Варнавы Вздрюченного и мечтательно улыбнулась обычной на вид стене на противоположной стороне коридора, ведь стена была совсем не обычной, и Полумна прекрасно знала этот факт еще с тех времен, когда была частью «Армии Дамблдора». Однако девушка обнаружила, что скрытая комната способна на большее, чем просто служить хорошим местом для тайной тренировки защиты от Темных искусств, ведь не случайно же она была известна, как «Выручай-комната».       Девушка трижды проскакала по коридору туда-сюда. Ее чрезвычайно яркое воображение работало в полную силу, планируя, что будет в Комнате на этот раз. И, разумеется, дверь возникла из ниоткуда после третьей пробежки. Лавгуд с безмятежной улыбкой подлетела к ручке и толкнула дверь.       Все было точно так, как она себя представляла: стены простые, черные — в декорациях не было необходимости. Но зато было очень много цепей, свисающих с большой высоты. Кандалы болтались и качались от несуществующего ветерка, наполняя комнату слабым металлическим звоном. Одну стену украшали несколько больших деревянных полок, а также гардероб и внушительный комод. Полумна точно знала по прошлому опыту, какие вещички найдет, если откроет их — полки были завалены всевозможными штуковинами странного вида: большими резиновыми шарами с торчащими по обе стороны черными ремешками; толстыми кожаными повязками, напоминающими маски для сна; огромными мотками веревок и цепей, несколькими ремнями… И это — лишь малая часть.       Нельзя сказать, что Полумна действительно нуждалась в Комнате, чтобы достать большинство этих предметов, однако она хорошо создавала атмосферу.       Но на этот раз девушку заинтересовало то, что находилось посреди помещения. Толстый деревянный столб поднимался от пола до потолка, а к его нижней трети был привинчен необычный черный предмет с плоским основанием и куполообразным верхом. Предмет смахивал на какое-то странное седлообразное сидение. Но, пожалуй, самой интересной его деталью был луковицеобразный черный выступ откровенно фаллической формы, который торчал прямо из верхушки сидения.       При виде него Полумна мечтательно улыбнулась. Точно такое же устройство она видела в своем любимом журнале — еженедельнике «Бондажные штучки-дрючки ведьмы-сучки». Прибор был известен, как «сибиан»: одна из многих изобретенных маглами вещиц, которые маги переняли и сделали волшебными. Во всех смыслах слова.       Закрыв за собой дверь, Полумна подскочила к сибиану и потрогала выступ наверху, проверяя ладонью его твердость. Удовлетворенно кивнув, она вытащила из-за уха волшебную палочку и постучала по прибору.       — Начинай через десять минут, — сказала девушка. Сибиан коротко пискнул, будто понял ее просьбу. И теперь, когда до начала веселья осталось десять минут, Лавгуд подошла к полкам, чтобы осмотреть ряд красных резиновых шаров с ремешками. Они все были одной формы, но различались по размеру — от совсем маленьких до необычайно крупных. Полумна выбрала кляп чуть больше среднего — он должен был подойти идеально!       Девушка потянулась и сбросила с себя одежду, позволяя черной ткани осесть на пол и оставаясь в одном нижнем белье. Скинув с себя форму, она перевела взгляд на свои груди, большие, с видневшимися через материал ткани сосками, придававшими еще больше красочности. Вскоре белье присоединилось к одежде на полу. Медленно спустив трусики и полностью раздевшись, Лавгуд оставила в руке только их, держа перед лицом и практически с любовью выворачивая наизнанку. Через несколько мгновений они оказались во рту хозяйки, подталкиваемые пальцами вовнутрь. Следом за ними Полумна взяла в зубы резиновый шар. Сфера заполнила рот полностью и заключила внутри него трусики. Девушка потянула ремешки к затылку, чтобы закрепить пряжку, как на поясе. Тем самым она зафиксировала шар на месте и закончила с кляпом.       После этого Лавгуд уделила минутку тому, чтобы оценивающе постонать на разные лады, проверяя его эффективность и убеждаясь: это как раз то, чего она ожидала.       — Мщргый зляк и мзгшыг стртлись а оедом, — попыталась произнести девушка, довольная тем, насколько искаженными стали слова. Люди и без того твердят, что часто не знают, о чем она говорит. Добавь шарик — и ее вообще никто не сможет понять!       Опять подскочив к сибиану, Полумна медленно взгромоздилась на него, пока не оседлала полностью. Ее обнаженная вагина находилась прямо за фаллическим выступом. Приподнявшись на руках так, чтобы ноги не могли достать до пола, девушка совместила намокший вход в свое лоно с верхушкой резинового фаллоса и осторожно опустилась. Дыхание перехватило, голова откинулась назад, как на шарнире, а глаза закрылись от упоения, когда дилдо проскользнул во влагалище, словно хлюпающий ключ во влажный замок. Полумна сползала, пока фаллос не вошел на всю длину, а «искры» удовольствия уже разлетались вокруг ее лона.       О, да… будет, что вспомнить!       Глянув вниз, Полумна улыбнулась, увидев два железных болта, которые были вкручены в пол по обе стороны от столба. Ерзая на сибиане, она направила на один из них палочку и мысленно произнесла заклинание «Инкарцеро».       Практически в тот же миг в воздухе сформировался кусок веревки, который стал наматываться на болт и завязываться в узел, перед тем как выпрямиться и позволить другому концу обернуться вокруг лодыжки. Девушка удовлетворенно вздохнула через шариковый кляп, ощутив, как веревка обвивает кожу и туго натягивается. Если б волшебники знали о таком, они могли бы применять создаваемые «Инкарцеро» веревки намного точнее и куда более эффективным способом, чем просто запускать их в противника на дуэли. А уж Полумна точно знала, как это делается.       В мгновение ока лодыжки Лавгуд были соединены с болтами, а ноги вытянулись, надежно удерживая ее на сибиане с выступом. Затем девушка обратила свое внимание наверх, подняла руки над головой, соприкасая запястья, и крутанула волшебной палочкой, из которой вырвалось еще больше веревок, обмотавших запястья и крепко связав их вместе. Свободные концы свернулись в петлю, саму собой накинувшуюся на столб, тем самым закрепляя руки над головой.       — Мммммгхх… — Полумна закрыла глаза и застонала. Теперь, когда все конечности были привязаны, девушка слегка поерзала, несколько секунд наслаждаясь неспособностью нормально двигаться, после чего расслабилась у своего столба. Следующие два часа обещали быть восхитительными. Она благодарила судьбу за то, что отыскала в папиной кладовой тот бондажный журнал, копаясь в стопке старых выпусков «Придиры». Он действительно помог ей раскрепоститься.       Каждый день, проходя по коридорам, девушка сталкивалась с насмешками и оскорблениями из-за своего необычного поведения. Даже от других учеников своего факультета. И хотя Полумна не возражала — она давно придерживалась мнения, что каждый волен верить, во что хочет — иногда это ее задевало. Вот почему девушка любила приходить в Комнату с тех пор, как узнала о ее существовании. Это позволяло расслабиться и освободиться от стресса, который накапливался внутри. В конце концов какой в жизни смысл, если не можешь наслаждаться ей в полной мере?       И как только девушка об этом подумала, волшебное устройство, зажатое между ног, внезапно ожило, гудя и вибрируя среди гладких стеночек ее влагалища.       — Хнннннммммм… рррххххх… — голова Полумны откинулась набок, руки в веревках рванулись, инстинктивно пытаясь опуститься и схватить что-нибудь — к примеру, собственные груди — однако остались на прежнем месте. Также дернулись и ноги, ничего не добившись и разве что заставив веревки затянуться посильнее. И все это время волшебные вибрации воздействовали на ее тело совсем другим видом магии. Лавгуд застонала, чувствуя, как сердцебиение учащается, ноги ослабевают, а соски начинают твердеть, пока ниже пояса расходятся жаркие вспышки экстаза.       И тем не менее… несмотря на сильное удовольствие… этого казалось недостаточно. Умом Полумна понимала, что не была по-настоящему беспомощной, так как держала в руках свою палочку. Она могла ее бросить, но тогда бы у нее не было возможности освободиться позднее — когда ей понадобилось бы уйти. Однако удерживание палочки… почему-то портило сексуальную поддержку, которую она ожидала.       Это было более чем досадно, но Полумна была вполне довольна и готова принимать вещи такими, какие они есть. Она корчилась и стонала, когда сибиан подводил ее к все новым и новым вершинам сексуальной страсти.       Но все же… Лавгуд не могла отделаться от желания не быть одинокой в этом приключении. С тех самых пор, когда девушка завела друзей, она поняла: с друзьями что угодно становится лучше. И этот друг мог бы сыграть роль ее похитителя!       Но кто из ее знакомых был бы готов испытать такое занятие?

***

      Гарри Поттер слегка морщился, когда спускался по лестнице со своей «Молнией», перекинутой через плечо, а в его ушах звенели голоса Рона и Гермионы. Они могли быть его самыми близкими друзьями, но друг на друга набрасывались при каждой удобной возможности. В этот раз — из-за домашнего задания (как обычно). Гермиона давила на Рона, тот утверждал, что сделает задание позже… Все по-старому.       Гарри решил, что ему не помешало бы немного свежего воздуха и уединения. Вот поэтому он собирался полетать немного вокруг школы. Поттер не мог вспомнить, когда последний раз летал просто так, а не на тренировке по квиддичу, так что это казалось хорошей идеей.       Но, проходя по коридору седьмого этажа, он остановился, заметив дверь, которой обычно здесь не было. Как странно… кто-то пользовался Выручай-комнатой. Но большинство людей, которые ей пользовались, хотели, чтобы все, что они делают, осталось в секрете. Это означало, что дверь пропадала, пока они оставались внутри. Но сейчас дверь была на своем месте и всерьез искушала Гарри заглянуть внутрь.       Стоит ли? Пожалуй, нет — это было не его дело… Но опять же… возможно, ему следовало удостовериться, что никто не использует Комнату для чего-то дурного… Хм-м…       Поттер решил проверить. В конце концов, что в этом плохого?       — Эй? — позвал он, распахнув дверь. — Есть кто-ни…       Парень остолбенел, когда обнаружил связанную и голую Полумну, которая оседлала сибиан и в экстазе визжала сквозь резиновую сферу во рту, пока жужжание между ее ног усиливалось. Девушка даже не посмотрела на Гарри, а вот он, разумеется, посмотрел… Рассмотрел ее во всей красе!       — ПОЛУМНА! КАКОГО… КАКОГО ЧЕРТА?! — закричал Гарри. Он покраснел, но немедленно ворвался в помещение и подбежал к ней с палочкой наготове. — Ты в порядке?! Кто это с тобой сделал?       — Грррмммммм… ммммннн… — простонала Лавгуд, подмигивая ему своими выпученными глазами. Поттер поднял палочку и использовал рассекающее заклинание, чтобы разрезать веревки, удерживающие ее руки над головой. Полумна протестующе пискнула, однако Гарри этого не заметил. Стараясь не смотреть, куда не следует, он быстро разрезал веревки, держащие ноги, а потом обхватил ее, пытаясь стащить с сибиана. Однако девушка, у которой по-прежнему были связаны руки, слегка отклонилась и покачала головой в короткий миг просветления, перед тем как опять раствориться в счастливых стонах.       — Что? Что ты… Ты не хочешь, чтобы я снял тебя с этого… этого… — Гарри возмутился. Он на мгновение глянул на промокшее лоно Полумны, прежде чем осознал, на что смотрит, и тут же отвернулся. Его лицо и уши покраснели сильнее, чем у Рона, когда тот сердился.       Лавгуд потрясла головой, издавая отрицательные звуки через кляп. Она покачивалась из стороны в сторону, хватаясь за сибиан связанными руками, чтобы тереться о магическое устройство все сильнее и сильнее. Гарри не смотрел на это, однако звуки за спиной почему-то влияли на него, заставляя сердце биться быстрее, а дыхание — учащаться. Не говоря уже о легком… первобытном возбуждении… глубоко внутри.       И в этот момент Полумна разразилась впечатляющим оргазмом, выгибая спину и громко крича. Как будто в ее чреслах разбушевалось проклятие наслаждения, проносящееся по телу, пока из него вырывался любовный сок. Лавгуд соскользнула бы набок, если б не была насажена на сибиан. Но поскольку девушка так и восседала на нем, вибратор продолжал гудеть внутри нее, пока не был остановлен прикосновением палочки самой «наездницы».       И только тогда девушка подтянула себя вверх. Когда вибратор вышел из нее с влажным чавканьем, то связанная таки соскользнула набок. К счастью, Гарри заметил краем глаза движение и обернулся, чтобы поймать Лавгуд. Опустив изможденное тело на пол, он посмотрел на него, оставшись стоять на коленях. Полумна словно купалась в посторгазменном волнении, отчего парню было заметно, как ее губы, несмотря на шар во рту, складывались в нечто напоминающее взволнованную улыбку. Почти бессознательно и не в силах удержаться, Гарри представлял, что его тело прижимается к ней, движется вверх и вниз, вбирает в себя округлые груди, стройные бедра и подтянутые ноги… А еще он испытывал некую твердость пониже пояса.       Несмотря на туманящие разум мысли, Поттер заметил, что Полумна легонько постукивает по кляпу, и начал приходить в себя. Он нервно сглотнул, протягивая руку к ремешкам. Расстегнув их, Гарри вытащил негромко хлюпающий кляп. Почувствовав ослабшее давление, «наездница» осторожно принялась выталкивать языком трусики под подозрительным взглядом Поттера, пронаблюдавшего за тем, как предмет женского белья падал на пол. Последовала длительная пауза: девушка просто смотрела Гарри в глаза, заставляя того чувствовать себя до смешного неловко. Он понятия не имел, что должен был сказать.       Но стоило только Поттеру собраться предложить Полумне какую-нибудь одежду, как та рассеянно улыбнулась и сказала:       — Привет, Гарри.       Парень чуть не упал — настолько его потрясло столь будничное поведение Лавгуд после всего увиденного.       — Привет? ПРИВЕТ?! ЭТО… это все, что ты можешь сказать? Что… что здесь произошло, Полумна? Что я только что видел?       — О! Думаю, только то, что хотела Выручай-комната, — девушка улыбнулась, слегка прижавшись к Гарри. — Но должна признать — для меня большое облегчение встретить тут кого-то знакомого.       — А… Что… что ты такое говоришь? Полумна, я только что видел тебя… Ты была связана и… Кто это с тобой сделал?       — О — я сама это сделала, Гарри. Разве не заметно?       — САМА?! ЗАЧЕМ ЭТО ТЕБЕ, ЧЕРТ ПОБЕРИ?!       — Думаю, по той же причине, по которой ты принес метлу, — Полумна кивнула на «Молнию». — Захотел отдохнуть от всего, поэтому решил полетать, верно? А когда мне хочется от всего отдохнуть, я прихожу сюда, связываю себя и веселюсь.       Гарри сглотнул — Полумна всегда была очень проницательной.       — Ве… Веселишься? Ты называешь это… веселым?       — Да — чудовищно веселым, — улыбнулась девушка. Она села перед ним, скрестив ноги и положив на них все еще связанные руки. Ее подрагивающие от сбивчивого дыхания груди продолжали стоять торчком. — Но учитывая жизнь, которую ты вел, меня не удивит, что ты незнаком с сексуальными фетишами, Гарри. Сексуальное возбуждение при мысли о том, чтобы связать кого-то или быть связанным, называется бондажным фетишем. И, как ты уже догадался, меня это возбуждает сильно.       — Э-э… точно… — Гарри кашлянул, медленно поднимаясь на ноги. — Точно. Ну… это… приятно знать. Но если у тебя… эм… проблем не было, то я, пожалуй… Пожалуй, пойду, — он направился к двери.       — Ты не обязан, — Лавгуд безмятежно улыбнулась парню. — На самом деле, я не считаю, что тебе стоит уходить.       — Не считаешь? Полумна, для тебя это личное, разве нет?       — Было личным. Но теперь ты здесь, — хихикнула девушка. — Помнишь, что я говорила о Выручай-комнате, позволившей тебе войти? Уверена, это неспроста — никто прежде не входил сюда во время моих занятий. Но во время этого сеанса часть меня хотела кого-то, с кем можно играть. Кого-то, кто мог бы сделать меня совсем беспомощной, забрав волшебную палочку и связав. И… похоже, Комната обеспечила меня партнером.       — Ты… говоришь о том, о чем я думаю? — спросил Гарри, не оборачиваясь.       — Я, конечно же, не против, — отозвалась девушка. — На самом деле, я была бы очень признательна, если б ты связал меня, Гарри.       — Я не могу, Полумна! — Поттер сглотнул. — Это… это просто… немного… немного…       Он остановился. Ему хотелось сказать слово «странно»… но он просто не мог. Лавгуд так часто называли «странной» на протяжении всей ее жизни, что говорить то же самое здесь — о занятии, помогающем ей отдохнуть от всего… Это казалось таким неправильным.       Но идея связать одного из своих друзей… Мог ли он сделать это?       — Ты, конечно, не обязан это делать, если не хочешь, — Полумна встала на ноги, — но для меня это было бы большое одолжение. А если беспокоишься, что кто-то узнает, то напрасно — Комната никому не даст войти, если ты этого не хочешь.       — Я не об этом переживаю, — Гарри ответил не совсем правдиво. Просто у него были и другие причины для беспокойства. — Полумна… разве связывать себя — это не опасно? Вдруг окажется, что ты не можешь избавиться от своих же веревок?       — Тогда, наверное, мне пришлось бы ждать, пока кто-нибудь придет и найдет меня, — просто ответила девушка. — Если б я уронила палочку, думаю, этим бы все и закончилось.       Гарри провел рукой по лицу. Его пальцы скользнули под очки, чтобы потереть глаза.       — И нет никакого способа переубедить тебя?       — Их примерно столько же, сколько способов уговорить тебя забросить тренировки по квиддичу.       Гарри скорчил гримасу. Пошло все к черту — он не мог просто оставить Лавгуд здесь, чтобы она продолжала свои опасные развлечения в одиночку! Так ведь? Над ней и без того достаточно насмехались. Что если ее найдет в таком виде кто-нибудь другой? Или — что еще хуже — вообще никто не найдет? Вдруг она умрет от голода, не сумев вырваться из того, что сама себе устроила?       — Ладно… — пробормотал парень. — Ладно… Я… Я тебе помогу… — он медленно развернулся. Поттер краснел и разглядывал свои ботинки, поскольку видел, что Полумна без особого стыда стоит перед ним обнаженной. — Я сделаю это… наверное.       — Чудно, — сказала девушка. — Что у тебя на уме?       — У меня?       — Ага. Так как ты доминант в нашей паре и ответственный за связывание… Предполагается, что ты придумаешь, как именно я буду связана.       — Ох… Гм… ну… на самом деле, я ничего об этом не знаю… Может, просто скажешь мне, что делать?       — Ладно. Ну тогда… как тебе такое? Для начала можешь подойти и связать мои руки за спиной, — девушка быстро повернулась, демонстрируя отличный вид на свою попу, и сложила руки ладонью к ладони. — Если б ты смог использовать заклинание «Инкарцеро» достаточно точно и связать только их, получилось бы замечательно.       Гарри сглотнул и подошел к ней, безуспешно стараясь не пялиться на попу. Не веря, что делает это, он направил волшебную палочку на ее запястья и пробормотал: «Инкарцеро». Как только веревки материализовались из воздуха и стали обматываться вокруг запястий Полумны, блондинка ахнула от едва сдерживаемого удовольствия и разжала пальцы, роняя свою палочку на пол. Впервые она могла узнать, каково быть по-настоящему беспомощной, и чувствовала, как сердце начинало учащенно колотиться от такой перспективы.       — Да, хорошо. Убедись, что петли не накладываются друг на друга. Сделай их настолько плотными, чтобы я не могла сбежать, но так, чтобы не нарушить кровообращение. Можешь проверить это позднее — ущипнуть меня за кончик пальца и удостовериться, что кровь после этого приливает обратно. Затем обязательно обмотай веревку между рук, чтобы сделать зазор как можно меньше, и завяжи последний узел там, куда я не дотянусь пальцами… О, ты хорошо справляешься, Гарри.       Поттер закашлялся — возможно, пытался поблагодарить. Он изо всех сил старался не замечать непривычные ощущения, которые охватывали его во время связывания рук Полумны. Однако сложно было игнорировать нечто странное, происходящее у него между ног, как и тот факт, что у девушки была мокрой та же самая область.       — Ладно, я закончил. Что теперь? — в конце концов спросил парень.       Девушка воспользовалась моментом и наклонилась вперед, подняв руки вверх и выворачивая связанные запястья. Ее задница внезапно стала единственным, что Гарри мог рассмотреть. Лавгуд ахнула, осознав, что не было ни малейшей возможности вырваться из этих веревок без чужой помощи. Возможно, Гарри непрофессионал… но в этом и заключалось преимущество магии — она помогала компенсировать навык, которого недоставало рукам.       — Изумительно, — промурлыкала девушка, выпрямившись. — Но это далеко не все. В конце концов у меня еще много частей тела, которые надо связать, — радостно добавила она.       — Я так и знал, что ты это скажешь, — пробормотал Гарри, поднимая палочку снова.       Откровенно говоря, Поттер понятия не имел, почему Полумна так хорошо осведомлена обо всех этих делах: в течение еще нескольких минут она раз за разом говорила, что нужно использовать еще один кусок веревки на еще какой-нибудь части тела. Следуя советам и стараясь проделать то же самое, что и с запястьями, Гарри связал вместе локти Полумны. Его поразила гибкость блондинки — достаточная, чтобы суставы почти соприкоснулись, прежде чем он ослабил веревку… Но куда больше парня потрясло, как ее грудь из-за этих манипуляций все сильнее выдавалась вперед. И он готов был поклясться, что видел, как груди слегка подпрыгивают.       Однако Полумна на этом не остановилась и приказала обмотать веревку сперва под своей грудью (из-за чего Гарри снова покраснел), а затем — над ней (что привело к такому же результату), дабы плотно прижать руки к туловищу и заставить бюст выпятиться еще сильнее.       Затем девушка принялась медленно опускаться, пока не села на пол, согнув ноги в коленях. Очередная веревка тотчас связала их, но не просто вместе, а обмотавшись вокруг каждого колена, гарантируя, что такими согнутыми они и останутся. Другая веревка по отдельности соединяла лодыжки с бедрами, образуя что-то вроде двойного связывания «лягушкой». Во время всего этого процесса с лица Полумны не сходила довольная улыбка. Она тихонько вздыхала и постанывала, чувствуя, как свобода удаляется от нее все дальше и дальше.       Следующая инструкция подруги особенно смутила Гарри — когда та попросила завязать веревку вокруг талии и затем протянуть ее между ног, соединив с задней частью нового «пояса». Чтобы все получилось, понадобилось несколько неуклюжих попыток — даже с волшебной палочкой. Гарри при этом старался вести себя по-джентльменски и не глазеть на поблескивающее лоно партнерши, но, когда результат был достигнут, и веревка вклинилась между половыми губами девушки, пройдя между ягодиц, Поттеру стало очень трудно отводить взор.       — Так… что теперь? — сумел прохрипеть Гарри. По правде говоря, он не мог отрицать, что успел возбудиться от зрелища перед собой. И был уверен — Полумна это уловила.       — Теперь? — Лавгуд улыбнулась. — Теперь мой кляп, Господин.       — А?! Постой, что? Не… не называй так! Я никому не господин!       — Напротив: пока ты держишь меня в плену, ты еще и мой Господин. Таким я предпочитаю тебя видеть… и так оно и есть.       — Но…       — Если не хотите, чтобы я называла вас «Господином», вам, возможно, стоит заткнуть мне рот, Господин, — Полумна улыбалась почти нахально. Из-за этой улыбки Гарри боролся с желанием прижать ладонь к лицу.       — …Хорошо… И как?       — Тебе нужно пойти к тем ящикам. Возьми три пары трусиков, рулон скотча с полок и принеси все это сюда.       Гарри изо всех сил старался не краснеть, пока копался в женском белье. Но, похоже, он и тут потерпел сокрушительное поражение. Тем не менее парень подобрал трусики и медленно вернулся обратно к Полумне, которая просто посмотрела на него, безмолвно раскрыв рот. Гарри запнулся, но потом глянул на промокший комок ткани, который ранее был у нее во рту за шариковым кляпом.       Что ж… Раз она этого хочет…       Поттер встал перед ней на колени и медленно вставил в рот пару трусиков. Он сглотнул, пропихивая их пальцами и заталкивая за щеку блондинки. Полумна ободряюще кивнула. Именно эта поддержка была ему необходима, чтобы затолкать трусики за другую щеку, а последнюю пару — девушке в зубы.       Полумна мигом закрыла рот и застонала, чувствуя, как оттопыриваются щеки, однако ее быстрый взгляд на клейкую ленту без всяких слов дал Гарри новые указания. Оторвав полоску скотча, он приложил ее поверх сомкнутых губ и медленно разгладил, пока девушка, блаженно зажмурившись, наслаждалась прикосновениями. Гарри полагал, что и так сойдет, но Лавгуд кивала на скотч снова и снова до тех пор, пока рот ей не закрыли уже три полоски, надежно удерживая трусики внутри.       — Гррнннмммм… гхнммммм… ммммхх… — она упивалась беспомощностью, качаясь из стороны в сторону и отбрасывая щелчком пальцев свою палочку. Впервые… наконец-то… девушка действительно не могла вырваться своими силами. Таким образом она не была больше Полумной Лавгуд — ведьмой, над которой все потешались. Не имела значения ни для кого, за исключением Господина.       Гарри стоял, с неловкостью наблюдая, как крутится голая девушка, и теперь старался взять под контроль активность в своих штанах. Очевидно, Полумна в самом деле получала удовольствие. Он не понимал, почему, но… у нее было такое выражение лица! От одного ее вида парень испытывал гордость, поскольку помог ей достичь этого чувства. Даже несмотря на то, что ничего в этом не понимал.       А Лавгуд, с обожанием глядя на партнера, начала неуклюже подползать к нему. Гарри ощутил желание отойти, но что-то словно удерживало его на месте, когда девушка приблизилась к его ноге и прижалась к ней щекой. Будто благодарила за все для нее сделанное.       — Эм… всегда пожалуйста, — Поттер слегка оттянул воротничок.       Однако Полумна быстро подняла сияющие глаза и повернулась, уставившись на «Молнию» Гарри, которая валялась на полу. Парень моргнул, несколько раз перевел взгляд с нее на метлу. И хотя девушка продолжала кивать, он не понимал, что та пытается сказать.       — Не пойму, — произнес парень. — Что там с моей метлой?       — Чу пктаться.       — Прости, что?       — Чу пктаться а «Млнии».       — Я не понимаю тебя, Полумна.       Лавгуд слегка хихикнула и произнесла следующее предложение медленно, стараясь выразить смысл мимикой. Она сказала: «Чу пктаться а «Млнии» сзная. Эо джно ыть збавно» (Хочу покататься на «Молнии» связанная. Это должно быть забавно).       И на этот раз Гарри все понял:       — Ты с ума сошла, Полумна? Ты не можешь летать на метле связанная. Это небезопасно. Как ты будешь держать себя в вертикальном положении?       В ответ та просто приподняла брови пару раз. Гарри таращился на девушку в замешательстве, пока не понял сообщение, снова вогнавшее его в краску.       — О… Думаешь, нам стоит… покататься на «Молнии»… вместе?       Девушка кивнула.       — Думаю… это немного чересчур, Полумна, — Гарри с неловкостью почесал затылок. — В смысле, я согласен тебе помогать и все такое, однако…       Парень остановился, увидев, как на него смотрит Лавгуд. Даже не говоря ни слова, она посылала ему такие щенячьи взгляды, что Гарри практически захотелось взять ее к себе домой. Он прикусил губу и попробовал сопротивляться, но казалось, что вся сила в этой «дуэли» на стороне Полумны, хотя она и была связана.       В итоге парень вздохнул и поднял метлу. Полумна восторженно хихикнула и развернулась. Путы усложняли задачу, но ей все же удалось лечь набок и подставить свои связанные ноги. Смущенный Гарри опустился на колени и стал медленно просовывать ручку «Молнии», проталкивая ее между бедрами и голенями (выше соединительных веревок). Наконец, он сумел поставить Полумну на колени и сесть на метлу за ней. Его лицо запылало, когда он обхватил нагое тело блондинки, чтобы взяться за ручку метлы. Затем парень медленно оттолкнулся от пола.       Спустя пару мгновений, когда они уже взмыли в воздух, Лавгуд принялась извиваться и вертеть головой, выдавая из-под кляпа тихие стоны. Она устроилась так, что колени были направлены к полу, а ступни своей внешней стороной опирались на бедра партнера. Девушка, почувствовав себя уверенно и безопасно, в объятиях рук (и пут) Гарри, поймала себя на том, как начала прижиматься к «господину», ощущая спиной тепло его тела. Гарри, старавшийся сосредоточиться на описывании медленных кругов по комнате, почувствовал, что его лицо пылает. Он даже не мог осмыслить цепочку событий, которая привела к такому результату: красивая обнаженная девушка в его руках связана, заткнута и наслаждается полетом на метле вместе с ним.       Но когда Полумна прислонилась к нему, а ее пальцы коснулись брюк… и — что куда важнее — сформировавшегося на них «шатра»… Поттер очень сильно надеялся, что она этого не заметит. Однако от прикосновения он неожиданно ахнул, и глаза Лавгуд открылись, искрясь озорством. О, да — она знала, до чего только что дотронулась! И сейчас — с возбуждением, достигшим такого уровня, какой никогда не давало простое связывание — девушка действовала практически бездумно.       Она аккуратно двигала своими связанными руками, пока не отыскала верхнюю часть брюк Поттера и не провела по ним пальцами. Гарри вздрогнул и чуть с метлы не упал, когда почувствовал, что девушка сует руки ему в трусы.       — Эм… Полумна… Полумна, ты что творишь? Полумна, тебе не следует… АХ! — Он вскрикнул, ощутив руки блондинки на своем крайне возбужденном пенисе. Бондажница сама вздрогнула, когда взяла его своими тонкими пальцами и подвинулась еще ближе. Девушка ласкала его, как могла в таком неудобном положении, и хихикала сквозь кляп, чувствуя, как парень реагирует у нее за спиной.       Гарри откинул голову, не в силах сдержать стоны, потому что ощущения, которые он прежде не испытывал, усиливались каждым поглаживанием Лавгуд. Каждая мысль в голове говорила ему отодвинуться, однако каждый инстинкт в теле требовал немного поизвиваться, чтобы потереться сильнее о руки блондинки… и в конце концов Поттер прислушался к телу. Полумна быстро лишила его здравого смысла, и парень, даже не осознавая происходящего, наклонился вперед, чтобы положить подбородок ей на плечо. Девушка охнула, ощутив своим ухом дыхание «хозяина», и улыбнулась под наклеенным на губы скотчем. Одна из рук Гарри выпустила метлу и обхватила живот блондинки, прижимая ту ближе к себе.       Не слушая больше увещеваний совести, парень провел рукой по голому животу Полумны, пока не коснулся ее груди. Обхватив грудь, он принялся перебирать ее пальцами, придавая той всевозможные формы. Дыхание Полумны участилось, когда пальцы сжали затвердевший сосок, а ее ладонь на члене ускорила темп. Гарри в свою очередь ахнул и даже убрал с метлы другую руку, чтобы ухватить вторую грудь. Их он массировал аккуратно, но сильно, словно шарики теста, и время от времени кончиками пальцев вдавливал соски внутрь.       «Молния» медленно кружила по комнате, пока они ласкали друг друга. Стоны Полумны застывали на устах, смешивались со вздохами Гарри и скрипом веревок. С путами девушка боролась, но не для того чтобы сбежать: она терлась о ручку метлы, постанывая каждый раз, когда паховая веревка все глубже погружалась в лоно. От возбуждения девушка ускорила движения руками, и Гарри ответил тем же, массируя бюст. Его голова упиралась в изгиб шеи партнерши, и та чувствовала прикосновение его зубов к своей обнаженной коже.       Это выходило далеко за рамки любых сексуальных фантазий, которые были у Полумны, и она ощущала, что наслаждение поднимается до бОльших высот, чем когда бы то ни было. От сибиана Лавгуд возбуждалась сильнее в физическом плане, но психологическое удовольствие от происходящего делало всё гораздо лучше. Она была в руках Гарри, полностью ему принадлежала, и ей это нравилось. Сейчас ничто не могло остановить эту парочку — они сливались телами, качались и стонали, понемногу наращивали темп… пока не увлеклись окончательно. Само собой… ручка «Молнии» стала слегка грязноватой.       Где-то через пять минут Гарри обнаружил, что сидит на полу — с головой Полумны на своих коленях. Студентка Рэвенкло была освобождена от кляпа, но оставалась крепко связана и блаженно зажмурилась, когда парень легонько провел рукой по ее волосам.       — Спасибо, Гарри, — она немного сдвинулась и вздохнула — веревка в промежности ее немного щекотала. — Это, наверное, лучшее из того, что когда-либо делали для меня.       — Не стоит благодарности, — ответил Гарри. — Так… что это для нас значит? Мы будем… ну… встречаться? Или как?       — На эту тему не следует разговаривать сейчас, — отозвалась Лавгуд, открывая глаза и улыбаясь. — Но я скажу тебе кое-что. Я вернусь в эту комнату через неделю — для очередной передышки. Если захочешь присоединиться, буду очень рада тебя видеть.       Гарри несколько раз открыл и закрыл рот. Она уже предлагает ему новую сессию? Стоит ли принимать приглашение? Разве это не должно было быть одноразовым занятием? А если он опять все повторит, куда это в итоге может завести? В голове вертелось столько вопросов, что он не знал, с чего начать.       — Ты в порядке, Гарри? Выглядишь так, будто тебя внезапно заполнили мозгошмыги, — девушка с любопытством подняла голову.       Гарри рассмеялся. Похоже, Полумна оставалась Полумной, несмотря ни на что. И это здорово успокаивало.       — Я буду здесь, — пообещал он.

***

      Прошло несколько недель. И в каждую из них, в одно и то же время, Гарри и Полумна встречались в Выручай-комнате. Поттер быстро совершенствовался с тех пор, как уловил суть, и вскоре ему уже не требовались инструкции, как вязать партнершу. Для Полумны это было вполне нормально, так как еще больше ограничивало ее контроль над ситуацией, с чем она была всегда согласна.       Теперь они уже вдвоем ходили по школе упругой походкой. Все проблемы словно таяли каждый раз, когда Гарри и Полумна встречались для очередной сессии, придававшей им сил для следующего дня. И вскоре они «повысили ставку» до двух занятий в неделю.       Полумна была на седьмом небе от счастья. Сомневаться в этом не приходилось.       Но даже она не надеялась, что в эту кутерьму вольется еще один участник.       Было послеобеденное время, Лавгуд ждала предстоящую сессию с Поттером, которую они планировали устроить через пару часов. Но сейчас она коротала время, обшаривая библиотеку в поисках хоть какой-нибудь книги, содержащей информацию о бундящей шице. Завернув за угол, девушка едва не столкнулась с Гермионой Грейнджер.       — О Господи! Извини, Полумна, — охнула Гермиона. Она отшатнулась, чуть не уронив кипу книг о древних рунах. — Я тебя не увидела.       — О, все в порядке, Гермиона. Что делаешь?       — Пытаюсь подготовиться к тесту, который приготовила для нас профессор Бабблинг, — Грейнджер доковыляла до стола и фактически бросила на него книги. Она взяла книгу с самого верха, одновременно доставая перо и пергамент. — Сказала, в нем может быть все что угодно, поэтому мне нужно готовиться.       — Гермиона, разве у тебя сегодня не было древних рун? — Полумна подняла бровь. — Логично предположить, что твоего теста не будет как минимум неделю.       — Вообще-то две недели. Но я должна учиться! Там так много древних рун — в тесте могут встретиться любые из них. Что если я в итоге допущу унизительную ошибку, как в прошлый раз?       — Мне казалось, ты просто неправильно произнесла одно слово. И такую ошибку очень легко совершить, — ответила блондинка.       — Полумна, я неверно произнесла слово «предсказатель». Как «преподаватель»! Я не могу допустить такую ошибку еще раз. Не думаю, что смогла бы смотреть в лицо профессора Бабблинг после этого.       — Знаешь, Гермиона, на самом деле такой тяжелый труд и стресс от учебы могут, скорее, понизить твои результаты, а не повысить, — заметила Полумна. — Ты могла бы на какое-то время расслабиться и отдохнуть. В моем случае это творит чудеса.       — Не могу я расслабиться! Не раньше, чем буду абсолютно уверена, что выучила каждое слово до буквы «П», — упрямо отозвалась Гермиона. — Прости, Полумна — не хочу быть грубой, но мне нужно сконцентрироваться.       — …Отлично. Пока, Гермиона, — ответила Лавгуд. Она повернулась и задумчиво удалилась. По правде говоря, после появления Гарри девушка не задумывалась о том, чтобы вовлечь третьего человека в их игры… Однако Гермиона, как водится, впадала в безумие, когда дело касалось тестов. В этом отношении она была хуже любого студента Рэвенкло, которого знала Полумна, и славилась тем, что задалбывала товарищей-гриффиндорцев, когда была в таком настроении. Конечно же, Грейнджер никогда не получала плохой отметки, но… весь этот стресс, должно быть, серьезно вредил ее рассудку.       Ей требовалась… передышка.       Однако Гермиона ни за что бы не согласилась на это по доброй воле. Никто не убедит ее выйти из-за стола, пока она не уснет или не проголодается настолько, что будет вынуждена что-то перехватить по-быстрому (после чего тут же вернется к работе). Так как же Полумне ее вовлечь?       Выручай-комната все устроила. Как обычно.       Сегодня Лавгуд зашла в Комнату рано и увидела там вторую дверь, за которой обнаружился темный коридор. Вел он обратно в библиотеку. Когда девушка медленно толкнула дверь в конце коридора, оказалось, что она вышла за одним из книжных шкафов. Там была Гермиона, которая все еще трудилась и бубнила себе под нос, будто пыталась вербально вбить слова в голову.       Полумна медленно просунула палочку через щель и прошептала: «Силенцио!» Бормотание подруги заглушилось почти мгновенно, но ее рот продолжал шевелиться, и несколько секунд она ничего не замечала. Но как только заметила и потянулась к горлу, ее руку схватила и дернула вверх веревка. Грейнджер вскрикнула и завопила во весь голос, когда та же веревка сжала другое запястье, но изо рта не выходило ни единого звука. Она вскочила со стула, яростно сопротивляясь, но не могла остановить веревку, которая затянула ее руки за голову и плотно связала их вместе, оставив локти торчать вверх.       В мгновение ока другая веревка обвилась вокруг шеи Грейнджер и завязалась таким образом, чтобы гарантированно не затягивалась и не душила, но при этом не позволяла девушке себя игнорировать. Другой конец импровизированного поводка устроился в руке блондинки, тут же потянувшей его, утаскивая Гермиону к себе.       — Полумна! — Грейнджер безмолвно разевала рот, потому что из него по-прежнему не доносилось ни единого звука. — Что, черт возьми, ты делаешь?       — Прости, Гермиона, — Лавгуд покачала головой, — но я думаю, ты убедишься, что если уделить немного времени отдыху, это добавит тебе куда больше очков в такое напряженное время. Идем со мной.       — Пусти меня! — кричала Гермиона, натягивая поводок и стараясь протащить Полумну вперед, чтобы можно было до чего-нибудь дотянуться, пнуть это, предупредить мадам Пинс о происходящем… Однако Лавгуд тянула назад. Это было причудливое перетягивание каната, где ни у одной из сторон не было реального преимущества. Но у Полумны еще была волшебная палочка, и она быстро направила ее на Гермиону.       — Конфундо! — сказала она. Гермиона почти сразу успокоилась и тянуть перестала. Она моргала, словно пыталась убрать что-то попавшее в глаз, и глядела на Полумну в полном замешательстве. Блондинка улыбнулась и быстро схватила со стола палочку Грейнджер, перед тем как отступить в коридор, натягивая поводок. Бездумно шевеля пальцами за головой, Гермиона беспомощно шла следом. Ее челюсть слегка отвисла, а глаза расфокусировались, будто она силилась понять, что происходит. Однако Лавгуд знала: эффект чар «Конфундуса» не сохранится надолго. Ей нужно было быстро связать Гермиону.       После быстрой прогулки по коридору в обратную сторону, Полумна обнаружила в Комнате именно то, на что рассчитывала — хороший плоский массажный стол. Идеальное место для того, чтобы замотанный книжный червь мог немного расслабиться.       Отвязав поводок от шеи пленницы, Полумна подвела ее к столу.       — Давай. Забирайся, Гермиона. Хорошая девочка, — весело щебетала она, помогая Грейнджер вскарабкаться на стол и лечь на спину. Та положила голову на связанные руки и, моргая, уставилась в потолок. Ее выражение лица совершенно не подходило такой умной девушке.       Полумна захихикала, подняв обе волшебные палочки — свою и Гермионы — и применив их с пользой. В мгновение ока вся одежда Грейнджер исчезла, оставив девушку на столе совсем голой. А в следующий миг из конца каждой палочки вырвались веревки, тут же приступившие к работе.       Несколько мотков веревки обвились вокруг Гермионы и стола в разных местах, по всей длине ее туловища. Один — над грудью, другой — под ней, третий — вокруг талии. Все три работали сообща, прикрепляя девушку к столу так, что едва можно было пошевелиться. После этого другая веревка обмоталась вокруг колена, затем рванула под стол, чтобы обернуться вокруг второго колена, и в итоге затянулась, раздвигая их и опуская как можно ниже. Похожая веревка была пропущена под столом, чтобы соединить лодыжки, однако ноги оказались раздвинуты не очень сильно — большие пальцы тоже связали вместе.       Полумна улыбнулась, увидев конечный результат. Грейнджер надежно удерживали на спине несколько метров веревки. Ее впечатляющего размера бюст стоял по стойке смирно, соски указывали точно на потолок, а угол между ногами делал половые губы очень заметными. Именно этого Полумна и добивалась.       Бродя мимо полок, Лавгуд взяла большое волшебное виброяйцо и рулон скотча, прежде чем вернуться к Гермионе и осторожно расположить вибратор прямо над раскрытым влагалищем. Оторвав большую ленту скотча, бондажница разгладила ее поверх яйца, приклеив края к коже Грейнджер. Для гарантии, что все останется в таком положении, она добавила еще пару лент. Но Гермиона уже была привязана так, что навряд ли виброяйцо могло оторваться.       Тряхнув головой, «пленница» тихо замычала и слегка нахмурилась: верные признаки того, что чары «Конфундуса» проходят. Полумна усмехнулась. Отличный расчет времени! Осталось добавить последний штрих, в котором она — как и в первый раз с Гарри — решила воспользоваться трусами. Взяв четыре пары трусов с оборками, Лавгуд без труда открыла рот Гермионы и постепенно засунула их туда, заталкивая между зубами и щеками.       Затем, приподняв густые волосы подруги, она поместила на ее губы кончик рулона скотча и стала медленно наматывать ленту вокруг головы. Блондинка проделала это несколько раз, стараясь не зацепить волосы. После примерно четырех оборотов она остановилась, задаваясь вопросом, хватит ли этого… затем решила, что нет, и наматывала ленту снова, снова и снова… пока не истратила весь рулон скотча целиком.       Спохватившись, Лавгуд дважды стукнула волшебной палочкой по скотчу вокруг рта Гермионы. Один раз, чтобы соединить все слои ленты в одну единую, толстую; и второй раз — чтобы отменить заглушающие чары, наложенные ранее. Как по команде, Гермиона очнулась от «Конфундуса» и попыталась резко подняться, но ей удалось только изогнуть ноги и слегка дернуться. Глаза расширились, когда она, наконец, осознала, что случилось, и ее щеки заалели. Девушка дергалась из стороны в сторону, вскидывала голову и протестующе кричала, однако из-под кляпа вырвался на удивление тихий звук.       — Хххххрррннннн! Ввввххххррссшх хррррпфнннн… нннннхгггггг…       — Все в порядке, Гермиона, — Полумна улыбнулась. Она опустилась на колени перед массажным столом, чтобы посмотреть на испуганное лицо подруги. — Тебе не нужно ни о чем беспокоиться.       — Плмна! Ккого ерта? Нхх гхнт жфхт… жхмп хн мм хнд тнм мм хп ингм тхнф! — Гермиона протестовала, но неразборчивость вырывающихся слов была просто унизительной.       — Я не жду, что ты действительно поймешь, — блондинка улыбнулась, проводя пальцем по кляпу пленницы, а второй рукой — по волосам. — По крайней мере сейчас. Однако я верю: тебе нужно столько же возможностей отдохнуть, сколько любому другому человеку. И если ты не будешь принимать свое лекарство добровольно, полагаю, его придется давать силой.       — Лкрство? — моргнула Грейнджер.       — Да, лекарство, — Полумна улыбалась. — Поразительно, насколько лучше становится жизнь, когда… выпускаешь пар. Вот так, например.       И она наклонилась, чтобы коснуться палочкой прикрытого скотчем яйца и произнести: «Случайный режим». Вибратор мгновенно ожил, зажужжал в районе нижней части туловища. Реакция самой Гермионы была такой, словно ее током шарахнуло: она громко закричала в кляп, а все ее тело всколыхнулось от неожиданного восторга.       — Вот так, — Лавгуд улыбнулась. — Не переживай, что твои крики привлекут нарглов — я позаботилась о том, чтобы комната их не впускала. Развлекайся! А потом — когда вернешься к учебе — ты будешь чувствовать себя хорошо и расслабленно.       Блондинка встала и натянула большие занавески, отгородив Гермиону от взгляда любого, кто войдет в дверь. Она наложила на них заглушающие чары, чтобы ни один звук не просочился, и тут же отсекла крики пленницы от своего слуха. Тем не менее Гермиона все еще вопила, корчилась в веревках и закатывала глаза, стараясь сопротивляться мучительным вибрациям в районе своего лона. Однако ее предало собственное тело, а вибрации будто струились по коже к ее соскам. Грейнджер чувствовала, как соски выпрямляются, а ноги подрагивают, в то время как возбуждение начало расти… расти… расти…       И вдруг… вибратор задрожал не так сильно!       — ММММРХХХХХ! — Гермиона взвизгнула, прежде чем смогла себя одернуть. Почему он замедлился? Нет… Почему она недовольна этим?       Нет — ей хотелось больше, а не меньше!       Нет — она хотела, чтобы он остановился!       А-а-а… Она не могла определиться!       Но потом яйцо сжалилось и внезапно начало вибрировать еще сильнее, посылая такое удовольствие, о котором она до этого разве что читала. Она слишком нервничала, чтобы очистить мозг, и не смогла остановиться, когда изо рта вырвался радостный визг…       …Гарри вошел в комнату именно в тот момент, когда Полумна закончила раздеваться. Он моргнул, заметив протянутую через комнату занавеску. Обычно ее здесь не было.       — Привет, Полумна, — сказал он. — Что это за занавес?       — Позже увидите, — захихикала девушка. — Что у вас на уме сегодня, Господин?       Гарри затрепетал — теперь он испытывал удивительное возбуждение от того, что она его так называла.       — Ну… Я думал, мы опять займемся «кабанчиком». Только в этот раз сделаем совсем по-другому.       — Ладно. Вперед, Господин! — промурлыкала Полумна, когда Гарри набрал необходимых предметов с полок и поспешил к ней. Ему не терпелось начать и хотелось сделать бондаж простым, но эффективным, поэтому он отправился за кожаными ремнями, а затем при помощи палочки опустил с потолка короткую горизонтальную перекладину — трапецию, которая центральной частью крепилась к цепи.       — Мне нравится, к чему все идет, — проворковала Лавгуд, следуя указаниям Гарри и убирая руки за спину. Поттер быстро обмотал ремень вокруг запястий и застегнул, фиксируя их в этом положении, прежде чем обернуть ремень подлиннее вокруг грудной клетки (прямо под бюстом), закрепив руки. Он мог бы делать это магией… но по какой-то причине применять путы вручную было намного приятнее.       «Левикорпус», — подумал парень, и Полумну резко оторвало от пола. Она повисла вверх ногами, словно на невидимом крючке, а трапеция упиралась в ее колени. Полумна усмехнулась и сгибала ноги поверх нее, пока пятки не уперлись в зад. В дело немедленно пошли новые ремни: маленький обернулся вокруг лодыжек, длинный — вокруг согнутых ног. А еще один соединил ремни вокруг лодыжек и запястий, заключив девушку в «кабанчик», который держал ее подвешенной даже после того, как Гарри убрал заклинание.       — Это чудесно, Господин, — охнула блондинка. Она даже почувствовала, как кровь слегка приливает к голове. — Теперь пришло время для кляпа?       — О нет… — Гарри усмехнулся. — Ты права — пришло время кое-чему войти в твой рот. Но не кляпу!       — А! Понятно… — девушка облизнулась, наблюдая, как пальцы Поттера спускаются к брюкам.

***

      За последующий час Гарри с Полумной попробовали практически все, что возможно сделать, когда девушка висит вниз головой. Партнеры как следует использовали свои языки, а спустя значительную часть этого часа, когда они справлялись с небольшим напряжением (возникшим за пару дней, с момента прошлой встречи), между зубов Полумны оказался большой кляп-кольцо.       Но в конце концов веселье подошло к концу. Когда кляп Полумны вытащили, ее лицо растянулось в широкой улыбке. Глядя на нее, никто бы не подумал, что это та самая причудливая и безмятежная девчонка, которую Гарри встретил в «Хогвартс-экспрессе» в начале пятого года учебы.       — Это было удивительно, Полумна, — ахнул Поттер. — Не то чтобы я ожидал от тебя чего-то другого, но…       — Я стремлюсь доставить удовольствие, Господин, — промурлыкала девушка. — Это все, чего я хочу.       — Что ж, ты отлично поработала. Так ты мне расскажешь, что за занавеской?       Полумна моргнула — по правде говоря, она совсем забыла об этом. Однако потом девушка широко ухмыльнулась и сказала:       — Почему бы не отодвинуть занавеску и не взглянуть самому? Думаю, вы будете удивлены.       Парень усмехнулся и подошел к занавеске, отодвинув ее в сторону. Но увидев, что за ней, он почувствовал себя так, словно сердце вот-вот выскочит из груди… Только неясно — от шока или от внезапного возбуждения.       — Гермиона! — Гарри ахнул при виде девушки, которая выглядела так, словно билась в бреду. Откинув голову и закатив глаза, она дергалась в судорогах, когда остатки третьего оргазма хлынули через все тело. Грейнджер могла только слабо корчиться, пока текли ее соки. Но когда Гарри бросился вперед и стукнул по вибратору палочкой, она вдруг протестующе взвизгнула и дернула бедрами, словно требовала добавки.       Но заметив, кто над ней стоит (не сразу — ей потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя), девушка застыла, а ее лицо опять стремительно раскраснелось.       — Сюрприз, — захихикала Полумна, глядя из своего положения сверху вниз и счастливо покачиваясь в крепких ремнях. — Я увидела Гермиону в библиотеке — она там, как обычно, перенапрягалась. И я подумала, что привести ее сюда было бы хорошей идеей.       — И она пошла добровольно? — ахнул Гарри.       — …Не совсем… — посмеивалась Лавгуд. — Но держу пари — сейчас она будет сопротивляться гораздо меньше.       Парень какое-то время колебался, перед тем как постучать по чрезвычайно толстому кляпу Гермионы и испарить его. Понадобилась еще пара секунд, чтобы вытащить все трусики, набившиеся ей в рот, после чего девушка судорожно принялась хватать ртом воздух. Она лежала несколько секунд, и только ее грудь вздымалась. Затем Гермиона посмотрела на Гарри и сказала:       — Итак… Ты вместе с Полумной, да?       Несмотря на то, что Гарри и Полумна не могли услышать ее, Грейнджер могла слышать их. От начала до конца.       — Хм… что-то в этом роде… — пробормотал Гарри. — Это не совсем… ну… Я не вполне уверен, что это, но да… Мы регулярно здесь встречаемся для… этого…       — Знаешь… Я должна попытаться удержать вас от этого, — Гермиона тяжело дышала. — Это как-то… не соответствует уставу Хогвартса.       — Но ты не станешь этого делать, правда ведь? — Лавгуд улыбнулась. — Понимаешь, что если пожалуешься, то больше не сможешь в этом участвовать.       Гермиона закрыла глаза и вздохнула. Несмотря на то, что у нее уже было три оргазма благодаря вибратору… она оставалась невероятно возбужденной. А издаваемые Полумной и Гарри звуки, проникающие через занавеску, лишь подстегнули это чувство до новых высот.       — Понимаю, — сказала она.       — Так что же ты будешь делать? — спросил Гарри.       — Я… попрошу тебя… снять меня со стола… пожалуйста… А потом свяжи меня по-другому и делай что хочешь.       Грейнджер смотрела на него снизу вверх. У Гарри просто отвалилась челюсть, однако девушка извивалась все сильнее и практически проскулила:       — Прошу, Гарри… Не могу этого объяснить, но… теперь, когда я испытала это… Мне нужно еще… Пожалуйста, просто… сделай со мной то, что делал с Полумной. Прошу… что угодно.       Возбуждение Гарри вдруг вернулось с новыми силами, и он обнаружил, что усмехается. Взмахом палочки парень избавился от веревок, прижимающих Гермиону. Та ахнула и практически упала обратно на стол, однако Гарри указал на Лавгуд и сказал:       — Ну ладно — если ты так хочешь, иди и становись на колени рядом с Полумной. Но… иди на четвереньках!       — Да… Господин… — пробормотала Гермиона, соскользнув со стола и упав на руки и колени. Гарри какое-то время смотрел, как она ползет с опущенной головой и голым задом, и мысленно усмехнулся, подходя к полкам за новыми ремнями.       Вскоре он закрепил Грейнджер в таком же «кабанчике», что и Полумну — с той лишь разницей, что она смотрела вверх и стояла на коленях. Гермиона ахнула, ощутив, что ее руки связаны, а ноги пристегнуты друг к другу. Но пока это происходило, она подняла голову к лицу Полумны и сказала:       — Знаешь, мне стоило бы сердиться на тебя за это. Ты заставила меня испытывать оргазм много раз и против воли.       — Может и так. Но, судя по выражению лица, это то, что тебе было нужно, — понимающе кивнула Полумна.       — Возможно, ты права, — хихикнула Гермиона. — Думаю… изучение древних рун может еще немножко подождать.       — Вот уж не думал, что услышу от тебя такие слова, — Гарри рассмеялся. Он крепко затянул ремень вокруг грудной клетки Грейнджер, чтобы приподнять бюст.       — Ты бы присоединилась к нам надолго, Гермиона? — спросила Полумна.       — Не знаю, — Грейнджер дернулась в ремнях. — Для меня это все в новинку… Если честно, до сих пор не знаю, что и думать.       — Ну… Возможно, мы сумеем убедить тебя вернуться в другой раз, — улыбнулась Полумна. — Вот так, к примеру.       Она неожиданно наклонилась вперед и просунула язык прямо в рот Гермионы, заставив ту ахнуть. Они были на одном уровне высоты, пока Грейнджер стояла на коленях, а Лавгуд свисала головой вниз и некоторое время изучала ее рот. Опомнившись, Гермиона принялась отвечать, хотя понятия не имела почему: сомкнула свои губы с губами Полумны, посасывая, облизывая их и при этом постанывая. Обе девушки прижались друг к другу во французском поцелуе.       Гарри, который принес еще трусиков для кляпов, изумленно застыл с открытым ртом, когда развернулся и увидел их занятие, чувствуя, как вновь прирос к земле. Две связанные девушки целовались перед ним с языком… Он редко видел что-то настолько завораживающее. Пожалуй, никогда.       Стряхнув с себя оцепенение, парень посмотрел на трусики в своих руках. Кому бы вставить кляп в первую очередь? Гермионе или Полумне… Хм-м-м…       Выбор Поттера остановился на Гермионе, так как у него еще не было возможности заткнуть ей рот лично. Однако подняв глаза, он увидел, что девчонки все еще целуются… и решил, что кляпы могут подождать еще немножко.