Дар судьбы

Когда самолёт мягко опустился на взлётную полосу, Элина с трудом сдержала волнение. Сквозь иллюминатор были видны Мальдивы — будто картинка с заставки рабочего стола ожила: бирюзовая вода, белоснежный песок, пышная зелень и ласковое солнце, не давящее, а как будто обнимающее за плечи. Внутри всё дрожало от предвкушения. — Добро пожаловать в рай, моя королева, — прошептал Даня, наклоняясь к ней, и их губы слегка соприкоснулись в поцелуе. Он гладил её руку — нежно, неторопливо, будто целовал кожей. Отель встретил их безупречно: бунгало над водой, с панорамными окнами и спуском прямо в океан. Вода под полом — прозрачная, как стекло. У бассейна стояла бутылка шампанского. Цветы. Фрукты. Никакой суеты. Только они вдвоём. — Это... нереально, — прошептала Эля, крутясь на месте, босиком по тёплому деревянному полу, в белом льняном сарафане. — Это только начало, — усмехнулся Даня, поправляя свои солнцезащитные очки. Он был расслаблен, но в глазах у него что-то пряталось. Что-то… тревожно-сладкое. Она не придала значения. Первый день они провели как в сказке: купались в тёплой воде, ели свежие морепродукты, фотографировали друг друга на фоне закатного неба, смеялись, нежились на шезлонгах, слушали музыку, обнимались, не спуская глаз друг с друга. Когда наступил вечер, и небо начало окрашиваться в медово-розовый, Даня вдруг сказал: — Переоденься. У меня для тебя сюрприз. — Сюрприз? — Маленький. Но ты запомнишь его навсегда. Он был в белой рубашке, с расстёгнутым верхом, запахом парфюма и лёгким прищуром от солнца. Настоящий мужчина из снов. Эля подняла бровь, но ушла переодеваться. Выбрала лёгкое летящее платье — кремового цвета, открывающее спину. Волосы распустила. Украсила их тонкой жемчужной заколкой. Макияж — только блеск и немного румян. На берегу их уже ждал стол, утопающий в лепестках. Вокруг были зажжены свечи в стеклянных фонарях. Океан убаюкивал их своими мягкими волнами. Над ними — чёрное небо, усыпанное звёздами. Он не сводил с неё глаз. — Ты… сказка, — прошептал Даня. — И я не знаю, как мне вообще повезло, что ты есть. Они ужинали под звуки живой скрипки, которая, как оказалось, тоже была частью его сюрприза. Всё было идеально. Настолько, что Эля даже не заметила, как Даня волнуется. Он то и дело поправлял манжет, крутил в пальцах кольцо от бокала. И вот, когда ужин закончился, он встал и протянул ей руку: — Пойдём. Я хочу кое-что показать. Они прошли несколько шагов по пляжу. Лепестки уводили их всё дальше и дальше — прямо к песчаному мысу, уединённому, где горели ещё свечи. И вдруг она увидела, как под светом фонариков, в песке выложена надпись: “Ты выйдешь за меня?” У Элины перехватило дыхание. — Даня… — прошептала она, повернувшись к нему. Он уже стоял на одном колене. В руке у него был бархатный футляр. В глазах — дрожь, любовь и бесконечность. — Элина… Я не знаю, как бы сложилась моя жизнь без тебя, Я не знаю, где был бы я, если бы не ты. Ты — моя душа, мой свет, моя стихия. Я хочу просыпаться с тобой. Пить кофе с тобой. Бегать по аэропортам, растить детей, ссориться и мириться, и всегда быть рядом. Выходи за меня. Сделай меня самым счастливым человеком на земле. Эля уже плакала. Слёзы катились по щекам. Внутри всё дрожало. Она опустилась к нему на колени, обняла его, прижалась губами к его виску и прошептала сквозь слёзы: — Да… Да, тысячу раз да… Он надел ей кольцо — тонкое, белое золото, сверкающий камень. Оно идеально село на палец. Он поднял её, обнял крепко, как только он умел, и их губы встретились в поцелуе, полном страсти, обещаний и бесконечной любви. Океан пел, небо благословляло. И в тот момент весь мир перестал существовать. Были только Эля и Даня, навсегда. Второй день на Мальдивах казался даже прекраснее первого. Воздух был чуть прохладнее, солнце — мягче, и даже океан дышал иначе, как будто знал: здесь, сейчас, происходит что-то особенное. Они с Даней катались на катамаране, загорали на палубе, брызгались в воде, пили кокосы прямо из скорлупы и, смеясь, фотографировали друг друга. Эля чувствовала себя абсолютно свободной. Здесь не было забот, дел, людей — только они и бескрайняя лазурь. Когда солнце стало опускаться к горизонту, они вернулись к своему бунгало. Элина была в белом пляжном платье, её волосы были немного влажны, кожа — теплая от солнца. Она сняла босоножки и прошлась по деревянному настилу босиком, наслаждаясь тем, как ветер касается её лодыжек. Они зашли внутрь, Даня первым бросил полотенца на кресло, а Эля остановилась у окна, глядя на море. — Знаешь… — начала она, стоя к нему спиной. — Когда я здесь, я чувствую себя будто в другом теле. Будто меня переписали. Мягче, легче, сильнее. Я даже не знаю, как объяснить… Он не ответил сразу. Она слышала, как он подошёл ближе. Шаги — медленные, приглушённые. Ветер дёргал занавески. Тишина стала чуть более плотной, чем была минуту назад. — Даня? — спросила она, слегка повернув голову, но не успела обернуться. В следующее мгновение она почувствовала легкий укол в левую руку. Как будто игла. Мгновенный щелчок — боль еле уловимая, но неестественная. Тело вздрогнуло. Рука слегка обмякла. — Что... — выдохнула она, но договорить не успела. Мир начал плыть. Картинка перед глазами смазалась, звуки стали будто под водой. Гул крови заполнил уши. Дыхание стало неровным. — Даня… — прохрипела она. И в тот же миг её тело медленно начало оседать на пол. Последнее, что она увидела сквозь мутную завесу перед глазами — это как чьи-то руки подхватывают её. А потом наступила тьма. Глубокая. Глухая. Бездна.