Солнце существует для всех! Выбор есть всегда!

      Реборн собрал всех хранителей десятого, а так же присутствующих в особняке хранителей девятого поколения в переговорной. Дечимо читал отчет своего наставника, напряженно хмурясь, всем своим видом нагнетая атмосферу. Все это дело ему очень-очень не нравилось.       Ослабив петлю галстука, Савада откинулся на спинку стула и оглядел присутствующих за столом. Не хватало только Хару, Бауч-сана и Ламбо. Он перевел взгляд на своего учителя, ожидая, когда тот дочитает отчет от Ирие-сана.       — Вызывайте первых.       Тсуна удивился.       — Зачем, малыш? — озвучил всеобщую мысль Такеши, удивленно переглянувшись с Шнитт-саном. Похоже хранителей дождя это крайне удивило.       — Хм… боюсь, только они смогут дать ответы на некоторые вопросы.       — Хорошо, Реборн, — кивнул Дечимо, и оранжевое пламя зажглось на его кольце. Тоже самое проделали и другие хранители.       Небо, облако, солнце, ураган, дождь. Не хватало только грозы, чей хранитель жил с семьей Джудайме в Намимори, а так же туманна, по всем известным причинам.       — Дечимо?       — Приветствую вас, Джотто-сан, — выдавил из себя улыбку Тсуна, поприветствовав своего предка.       — А где Хару-чан? — поинтересовался Накл-сан, первый хранитель солнца. За последние годы, как бы это нелепо не звучало, призраки прошлого стали им друзьями. Поэтому, их волнение было нормальным и приятным, ведь Хару нашла подход к каждому из них и создала крепкие узы. — Все же хорошо?       — Да, — кивнул Тсуна, — она сейчас с Анной.       — С той девушкой, которую вы спасли? Вы созвали нас по этому делу, Дечимо? — догадался Джи, первый хранителей урагана.       — Это была моя просьба, — сказал Реборн.       — Ку-фу-фу, так в чем дело, малыш?       Мукуро устал стоять возле стены и сел за стол напротив Хибари, успев уловить раздраженный взгляд, вызванный его действием. Недавняя драка была хороша, но их как всегда прервали на самом интересном месте. Правда Рокудо больше поразило то, откуда взялось столько раздражения у облачка, ведь последние пару месяцев он вел себя на удивление спокойно.       — Начнем с того, что поведала нам Хару, — начал Реборн, заставляя всех сосредоточиться на деле. — Уже чуть больше двух месяцев назад в союзных семьях Вонголы стали пропадать девушки. За все время от похитителей не поступало предложений о выкупе. Хару провела расследование и выяснила, что к этому причастна небольшая союзная семья Альбердо. Мукуро Рокудо по приказу Хару нашел у главы семьи Дарио Альбердо Риччи странный блокнот, в котором упоминались некие эксперименты, без уточнения, и отчет о живой торговле людьми. Все это несомненно нарушает все законы нашего мира. Мукуро, ты видел собственными глазами их подполье?       — Ку-фу-фу, да. Там было около трех заключенных девушек.       — Подождите, я экстремально не понимаю, — нахмурился Рехей, осознавая одну деталь, — почему ты сразу их не освободил?       — На это было пару причин, — взял слово Гокудера, вспоминая отчет Миуры. — Во-первых, самоуничтожающая система по всему дому.       — Самоуничтожающая система? — переспросил Алауди-сан. — Хотите сказать, что узнав о раскрытии своей подпольной деятельности, там все бы взлетело на воздух?       — Да, но это была не главная проблема. Нам так и не удалось разузнать причину похищений. Теория с экспериментами была отвергнута Хару, по причине дебилизма похитителей.       Смешок всех трех хранителей облака, подтверждал солидарность с мыслями их солнышка.       — В чем-то она права, — усмехнулся Реборн, — ведь проще использовать простых людей для таких целей. Но… некий эксперимент тут присутствует, поэтому мы не могли сразу освободить девушек. Ганауче-сан, — киллер обратился к хранителю грозы в девятом поколении, — вы только прибыли с задания? Что узнали?       — Да. Хару-чан просила расспросить семьи пропавших девушек.       — Но Ганауче, — удивился Брау Ни Младший, — разве мы уже их не опрашивали?       — Да, но Хару интересовало не только последовательность исчезновений, а ещё и кое-что другое. Признаюсь, — он восхищенно взглянул на Дечимо, — я бы до такого не додумался. Её интересовали не только возможные враги семей или что-то необычное в день пропажи, она поставила мне цель разузнать о физическом здоровье девушек.       — То есть, — нахмурился Джи, — теория с экспериментом находит свое подтверждение.       — Да, — кивнул Реборн, после чего перевел взгляд на Рокудо, который, судя по гневу в глазах, начал догадываться о худших опасениях киллера. — Как только мы обезвредили самоуничтожающую систему особняка, благодаря нашим техникам, Хару провела миссию по спасению, но было поздно. Противник успел скрыться и замести следы. Но, то ли в спешке, то ли он забыл, но одну девушку мы спасли. Хотя, пока что узнать кто она и откуда мы не можем, но с миром мафии девушка точно ни как не связана. Как господин Дарио узнал о нас, зацепки мы также не обнаружили… Только вот теперь это не так важно. Рокудо нашел труп главы семьи Альбердо.       Все разом в шоке посмотрели на малыша, только Савада ещё сильнее нахмурился, а вот Хибари обратился в статую. В нем забушевало множество эмоций, ведь он собственноручно жаждал прикончить эту собаку, но перед этим медленно ломать тому кости, пока не услышит мольбы о пощаде. А потом… когда жалкое существо будет в грязи и собственной крови, свернуть шею.       — Тсуна, ты уже понял?       Дечимо окончательно помрачнел. Если разыскиваемый мертв, то это значит за ним стоял кто-то ещё. Кто-то умнее и сильнее.       — Убийца, киллер. Миура хотела отправить нас с малышом на место преступления, ку-фу-фу, но…       — Уже поздно. Профессионал улик не оставляет.       — Но… — Алауди-сан поморщился, осознавая насколько тяжелое пред ними дело, — тело для нас оставил. Хм… Это не простой киллер. Оставив доказательство, он предупреждает нас, что знает кто мы, где мы и что у него все козыри. И похоже, так просто он не отстанет от…       Алауди-сан запнулся, а во взгляде промелькнуло беспокойство. Вся семья под прицелом у неизвестного и тем более та, кто наступила на хвост врагам. Примо тяжело вздохнул, впрочем, не он один. Хару всегда умела вляпываться в неприятности и Брау Ни, ещё злившийся на неё из-за недавней ссоры, на данный момент, понимал это лучше всех.       — Дечимо, — Висконти-сан крутил сигарету в руках, находясь в задумчивом состоянии, — а что насчет девушки? Она до сих пор ничего не говорит?       — Хару говорит, что Анна в очень шатком положении. Действовать необходимо максимально осторожно. Я полноценно доверяю это дело ей.       — Согласен, — кивнул Такеши, — только ей под силу понять Анну-чан и помочь. Остается лишь ждать.       — Да… — согласился с ними Реборн, но вот только есть ли у них время?

***

      Pov Хару       Встретив подруг, не тратя время зря, отправила их с провизией в небольшую гостиную на втором этаже, а сама ушла за Анной. У меня было пару идей, как нам провести время и расслабиться.       Постучавшись в дверь, зашла в комнату. Шторы были плотно зашторены, а свет даже не включен. Я забеспокоилась.       — Анна, ты спишь?       — Госпожа Хару?       В ответ мне прозвучал уставший, опечаленный чем-то голос. Я включила освещение и заметила Анну на кровати. Она, прижав ноги к груди, рыдала. Моментов оказавшись возле девушки, замечая опухшие от слез глаза, что означало довольно продолжительные рыдания, обняла. Она выглядела отчаянной и продрогшей, хотя в комнате было достаточно тепло.       — Анна, вновь паника?       Ответом мне послужило отрицание. Что же тогда? Обидеть её никто в доме не посмел бы…       — Я слабая… Никчемная.       — Боже, — от услышанного чуть не подскочила на месте, — что за бред? Кто тебе такое сказал?       — Я… я… знаю это.       Так! С этим необходимо срочно что-то делать! Не хватало мне второго Савады со своей никчемностью. Первого в свое время было достаточно по горло.       — Анна, — осторожно приподняла ее лицо, чтобы она посмотрела на меня. Я верила, что Анна выберется из своего болота. Вот только ей необходим лишь толчок. — Так измени себя. Раз считаешь себя слабой — стань сильной. Выбор есть всегда. Тебе остается только принять решение. Если ты готова, то я помогу. Если ты желаешь стереть ухмылку с лиц своих врагов, я дам тебе оружие. Поэтому, сделай выбор, и я протяну тебе руку, ведь ты не одна. Я рядом.       Она замерла. Шок, неверие, осознание сказанных слов, заставили её слезы остановиться. Я улыбнулась, понимая, что работа впереди предстоит тяжелая. По Анне сразу видно, что она была смиренной девушкой. Не пыталась изменить свою жизнь и бороться. Ох, если бы она рассказала всю свою историю, было бы легче и ей и нам…       — Ну все, — вытерла слезы на ее щеках и повела в ванну умыться. — Успокоилась?       Грусть с надеждой в ее взгляде уже лучше, чем безысходность. Жалость не нужна. Поддержка — лекарство от всех бед.       — Благодарю, — вяло улыбнулась Анна в ответ. Держится, молодец.       — Что ты! Мне только в радость! А теперь, — подхватив девушку под ручку, вывела из комнаты, — сотрем ухмылку наших врагов и будем веселиться.       — Ох! Я и забыла, что вечером вы обещали познакомить с подругами. Извините. Я… беспокою вас своими проблемами.       — Да не смущайся ты так! — засмеялась в ответ. Это мне стыдно должно, что бросила тебя одну в саду. — Мы все прошли через это. А знаешь… когда ты на самом дне, есть лишь один путь.       — Вверх?       — Все верно. Я знаю, ты устала, Анна. Тебя мучают тысяча вопросов и искать ответы нет желания. Руки опускаются и ты жаждешь лишь покоя. Поэтому, доверься нашей семье. Это будет трудно, но поверь, оно того стоит.       За окном уже давно стемнело. Мы зашли в небольшую гостиную, где уютно расположились подруги, ожидавшие нас. В камине трещали дрова, на небольшом столе были разложены закуски, а на кресле стопкой лежали четыре пледа. Телевизор, большой диван, кресло качалка, которую я купила для себя, еще одно мягкое кресло и пару книжных шкафов. Именно тут мы частенько проводили вечера с друзьями, отдыхая от повседневных забот. Атмосфера максимально уютная для семейных посиделок.       Анна заметно занервничала и стала теребить свои волосы, под заинтересованными взглядами подруг.       — Анна, позволь представить, Киоко Сасагава. Киоко-чан по профессии акушерка и начинающий терапевт.       — Я доучиваюсь и практикуюсь, — поправила меня Киоко, мягко улыбнувшись. — Приятно познакомиться, Анна-чан. Как твое самочувствие?       — А…это…       — Когда мы тебя только-только нашли, я созванивалась с Киоко, чтобы проконсультироваться насчет твоей беременности, — пояснила растерявшейся Анне.       — Хару очень волновалась о твоем ребенке.       Вот же, Киоко! Зачем сдавать меня с поличным. Но…тогда я и впрямь сильно переживала.       — Правда?       Я улыбнулась, кивнув в ответ.       — А это Хром. На заметку, она просто великолепно готовить сладости.       — Хару-сама, — засмущалась подруга, хотя стоило давно привыкнуть к комплиментам. Девятый хранитель тумана, Бауч-сан, у которого она обучается, частенько нахваливает по смс свою ученицу. Сам-то он лишний раз и слова не скажет.       Удобно расположившись, мы продолжили знакомство за перекусом. Познакомить Анну с подругами было верным решением. Потихонечку, медленно, она раскрепощалась и интересовалась разными вопросами. Как я поняла, Анна многого не знала о нынешней ситуации в мире. Ее как будто надолго отрезали от внешнего мира, и осознание этого факта огорчало меня.       — Хару, ты говорила о каком-то интересном занятии, — напомнила Киоко-чан о моей затеи.       — Ах, да! Как насчет просмотра драмы?       — Драмы? — поинтересовалась Анна, заинтересованно наблюдая за моими манипуляциями с телевизором. — Сериал?       — Да, — подтвердила Хром. — Мы иногда смотрим, отдыхая от работы.       — А кто вы по профессии?       Киоко и Хром переглянулись и посмотрели на меня. Ой! Да, я так и не рассказала Анне о нашей деятельности. Просто не знала, как это объяснить, не шокируя. Слегка даже боялась ее реакции.       Вернувшись на место, подключив оборудование, мне пришлось сбежать на время от ответа.       — Анна, наша работа сложна. Давай я чуть позже объясню. Ты не против?       — Конечно, нет! — отрицательно помахала она руками. — Вы и не обязаны рассказывать. Мне и так неловко жить у вас. Столько проблем приношу…       По всей комнате разнесся девичий смех. Анна с непониманием глядела на нас, а я не могла остановиться, вспоминая прошлое. Когда-то и я так говорила.       — Хару-сама, прям такая же, как вы.       — А… О чем это вы? — осторожно поинтересовалась Анна, смущаясь.       — Понимаешь, — улыбнулась Киоко-чан, — когда мы только познакомились с Хару, у нее было множество проблем. Она настолько боялась положиться на других, что пыталась осилить трудности в одиночку.       — Хару-сама не ценила себя.       — Ну все, девочки, — отмахнулась от смущающих слов. — Давайте уже смотреть, а то мне так стыдно становится вспоминать… Так… что тут у нас. «Убей меня, исцели меня». Комедия, романтика, драма, психология. В общем, достаём платки и крепкий чай.       — Никогда такое не смотрела, — в ожидании, Анна залезла с ногами на кресло. Мы с девчонками переглянулись и улыбнулись.

***

      Pov Анна.       «В сердце каждого есть свой темный подвал. Если ничего не делать, а только смотреть, то темнота в нем будет только сгущаться. Нужно набраться смелости, спуститься по лестнице и включить свет. Если страшно делать это в одиночку, нужно найти кого-то, кто будет крепко держать тебя за руку.»       «Попытки скрыть боль прошлого никак не помогут исцелить раны»        «Послушай, мне совершенно не нравится такие грубые и неотесанные мужланы! — Все в порядке. Зато ты мне нравишься»        «Запомни, 7 января 2015 года в 10 часов ровно… Время когда я влюбился в тебя…»       Сердце бешено стучалось. До сих пор впечатление от просмотренного не покидало нас. В камине давно остался лишь пепел, а за окном из-за горизонта выглядывали предрассветные лучи солнца. Плед согревал тело, а душу поддержка.       Я отчаялась. Позволила ему захлестнуть мое сознание, и вот, вновь, мне протягивают руку. Слова Хару тронули меня до глубины души. Стать сильной, измениться. Сделать выбор? Изменить судьбу, которую я избрала? Это все так непросто и я не знаю получиться ли у меня двигаться вперед. Но… почему же во мне возрастает надежда, а усталость уходит. Возникает некое стремление сделать шаг вперёд. Оказывается, я столько ещё не видела в этом мире. Эта странная эйфория, с которой я встречаю самый прекрасный рассвет в моей жизни, наполняет меня.       — Чудесный рассвет.       Я поворачиваюсь к Хару. Она подходит к окну и открывает его, впуская прохладный, свежий, утренний воздух. Девочки укрыты одеялом, спят на расправленном диване. Надеюсь, они не замёрзнут.       По моей коже пробегаются мурашки, и я чувствую себя в это мгновение… живым человеком. Уставшим, измученным, выжатым, но живым.       Хару нежно улыбается, смотря на алый горизонт. Мне интересно о чем она размышляет, но разрушать это мгновение мне не хочется. Вдыхаю полной грудью свежий воздух. Голова слегка кружится, но это такая незначительная мелочь в этот момент. Дверь в гостиную тихонько приоткрывается, заставляя нас обернуться. Муж Хару осторожно заходит в комнату. Создалось ощущение, что глава семьи совершенно не ложился спать. Пусть его вид уставший, но когда его взор остановился на жене, он расцвел на глазах. На лице появилась нежная улыбка, а в глаза наполнились морем любви и ласки. Мне хотелось вечно наблюдать за цветущей любовью между этой парой, но за спиной господина Савады, я заметила господина Хибари, и я вмиг вспомнила его обидные слова. Только боли и злости уже не было, ведь в какой-то мере господин Хибари был прав. Я слабачка. И от принятия сие факта стало легче. Пусть это и не моя заслуга, но камня на сердце больше не было.       До моего плеча дотронулась Хару и прошептала:       — Спокойной ночи. Выспись хорошенько.       Улыбнувшись, кивнула в ответ на её заботу и беспокойство. Господин Савада в тишине взял жену за руку и вывел из комнаты. И мне пора. Зевнув, аккуратно сложила теплый плед, согревавший мои босые ноги. К сожалению, обувь я оставила в своей комнате.       Убедившись, что окно закрыто, я на цыпочках вышла из гостиной, чтобы ненароком не разбудить спящих девушек, и внезапно наткнулась на господина Хибари, стоявшего навалившись на стенку. Руки сложены на груди, плечи расслаблены, глаза прикрыты. Похоже всю ночь работал вместе с господином Тсунаеши.       — Спокойной ночи.       — Я провожу, — резко распахнув веки, он отрывается от стены и идет в сторону моей комнаты. Теперь-то я знаю, где она находиться, но действия господина все равно мне непонятны. Зачем оскорблять, а потом помогать?       Поясницу слегка тянет от долгого нахождения в одной позе, а стопам холодно, но я подстраиваюсь под быстрый темп сопровождающего. Радовало одно, комната была недалеко.       — Господин Хибари, — мне неловко и слегка неспокойно рядом с ним, но из груди рвется благодарность. — Спасибо.       — За что? — спокойно спрашивает он, окидывая меня на миг своим жемчужным, холодным взглядом. Я ежусь, но быстро вспоминая, что господин Хибари не враг мне.       — Ну… вы…       Внезапно остановившись у двери моей спальни, он, обернувшись, терпеливо ожидал ответа. Руки от столь пронзительного взгляда, огладили живот, создавая иллюзию защиты. Это движение не ускользнуло от внимания господина. Его зрачок сузился.       — Я хотела поблагодарить вас… — попыталась закончить свою мысль, но меня грубо перебили, выбивая почву из-под ног.       — Кто отец ребенка?       Продолжение следует…