pt.6
26 мая 2019 г., 08:55
Ночь — завораживающее и вдохновляющее время суток, раскрывающее потайные мысли людей, избегающих душевных тем. Ночью можно долго думать, обжигая горло горячим кофе, в попытках удержать ясное сознание. Моя ночь, оказалась достаточно маленькой для принятия решения вопросов, касающихся Сыльги. Девушки, небрежно написавшей письмо, оставив копившиеся мысли клочком бумаги на подушке моей комнаты. Комнаты светлой, с тысячами декорированных бабочек на стенках, летящих мечтами в даль. Комнаты, со стенами, расписанными акварельными красками, в отрывках стихов любимых авторов, как моих, так и Хосока.
Прочтя письмо, я навсегда поняла: уйти из особняка не получиться вместе. Чон Хосок будучи парнем верным, привязывался к людям, способным хорошо относиться к его мягкой натуре, не желая больше никогда расставаться. Теперь, навсегда привязанные к друг другу, мы должны найти выход. Навсегда сбежать от ненавистных правил, постоянно подчиняясь главе клана. Сбежать из города, верующего в светлое будущее, описанное мечтающими детскими сказками, рисующих добро и зло. Будучи злом, сложно верить в добро. Такое чистое, напоминающее свет в конце долгого, изнуряющего туннеля, выводящего из западни. Чон Хосок всегда был светом, когда я сама была его темным туннелем, вообразившим забрать парня навсегда. Сейчас, смотря, как любимый друг брюнет ковыряет вилкой свежеприготовленную яичницу, понимание скорого расставания приходит быстрее.
— Не смотри так на меня, — говорит парень, продолжая сверлить взглядом свой малый завтрак.
—Сыльги оставила письмо, — тяжело вздыхаю, стараясь поскорее разобраться с накипевшим делом. – Она извиняется, больше не потревожит.
— Надо уезжать, надоело постоянно терпеть, — возмущается Чон, жуя кусочек продукта. — То дядя, то Юнги, то непрошеные родственники, люди в городе прохода не дают.
— Просто город слишком маленький, как болотце, — откровенно смеюсь с негодующего, жующего Хосока. — Тебе правда надо уходить.
— Звездочка, слишком песиместично, мы уйдем вместе. Ты, да я, – тычет вилкой в меня брюнет.
— Ты же знаешь, теперь и Сыльги подтвердила, я не могу уйти отсюда.
— Ой, — закатывает глаза парень, усмехаясь. — Ты серьезно веришь в эти легенды?
— Мое существование и есть сплошная легенда, — отвечаю я укоризненным взглядом.
— Даже если и так, мы найдем способ тебя увезти, — не унимается брюнет, начиная размахивать руками. — Без тебя — как без рук.
— Не смешно, молодой человек, — встаю, желая налить в кружку горячего чая, согревающего холодное, липкое чувство неизбежности внутри.
— А если серьезно, — оборачивается Хосок на стуле, пытаясь смотреть мне в след. — Чимин подрабатывает в библиотеке, глядишь, там и остались старые рукописи древних демонов.
— Кто тебе откроет хранилище семьи Мин? – недоверчиво поднимаю бровь, смотря на вертящегося на стуле.
— Юнги? — нервно улыбается парень.
— Что Юнги? — спрашивает вошедший мужчина, облаченный строгим костюмом. Юнги проходит на кухню, заваленную всякой мелкой утварью.
— Ты смог бы мне помочь, — заметно начинает нервничать. — Больше бы меня не увидел тут.
— С чего бы мне не хотеть тебя видеть? — беземоционально проговаривает Мин, открывая холодильник.
— Бёль уедет со мной, — пытается уговорить Хосок.
— Не уедет, — смотрит на меня Юнги. — Тем более, мне нравиться доставлять вам проблемы.
Смотрю на Мина краем глаза, стараясь молчать, не провоцировать грубость, вызванную моей персоной.
— И пусть я только узнаю, — уходя, бросает мужчина, открывая холодную бутылку воды, быстро меняющей температуру, капельками воды стекая на пальцы держащего.
