_Hey you_

Я обожал утро в Лос-Анджелесе. Когда темнота отступает, небо становится светлее. Верхушки пальм окрашиваются нежно-розовым цветом. Звезды гаснут одна за одной, в воздухе пахнет свежестью и цветами. Лос-Анджелес цветет круглый год. Иногда по траве стелется туман, но он такой легкий, как дымка. И растворяется почти сразу. Уже как ритуал – утренний кофе, под неодобрительный взгляд мамы. Я сидел на ступеньках нашего крыльца с кружкой кофе в одной руке и телефоном – в другой. Короткое сообщение, прочитанное мной с опозданием, вызвало улыбку. И она не сходила с лица все утро. Я связался со своим агентом, сказав, что хочу получить несколько выходных дней примерно через две недели. Точных дат у меня нет. Тот пообещал все устроить. Теперь осталось только придумать, что солгать маме. Роберт сказал, что он все придумает сам, но я не мог оставаться в стороне. Точнее мое воображение. И я уже видел, как мы вдвоем уезжаем куда-нибудь. В Майами, например. Снять небольшой домик прямо на пляже. Или в лесу, у озера. Да хоть с палаткой в какую-нибудь глушь. Не важно. Главное быть вдвоем и чтобы не было людей. Просто снять номер в отеле я не хотел. Это был удобный и простой вариант, но унизительный. Время шло, но сообщений от Роберта не было. И я не писал сам, хотя мне очень хотелось. Я даже набирал какие-то предложения, но так и не отправлял. Я пытался отследить, где он сейчас находится. Но Instagram выдал только несколько фото из аэропорта ЛА и не более. Он куда-то улетел. Время шло, я нервничал. Мое спокойствие, которое я приобрел после _того_ переломного дня, постепенно таяло. Я чувствовал, как начинаю терять контроль. В какой-то момент мне начало казаться, что я все себе придумал. Складывалось впечатление, что Роберт прятался от меня. Это, конечно же, абсурд. Но неужели было так сложно написать мне? Прошло две недели. Я получил свое расписание, где несколько дней у меня были чистыми. Мы уже заканчивали с читкой сценария с актерами человека-паука. Мы подружились, и ребята оказались все хорошие. Но это все равно было не так, как было с «мстителями». Там была своя атмосфера, свои шутки, часто взрослые, с черным юмором. Мы же просто обсуждали компьютерные игры, девчонок, парней, прочую ерунду. Я же, хоть и участвовал в разговорах, чаще просто следил за сообщениями в своем телефоне. В какой-то момент мне даже захотелось поехать к Роберту домой. И я бы так и сделал, не будь уверен в нескольких вещах. Он еще не вернулся. Его это разозлит. Это очень плохая идея. По итогу я ему написал. «Две недели прошло». И через какое-то время добавил: «как ты?». «Ты» немного резало глаз. Это первый раз, когда я так обращался к нему. Но называть его на «вы» после поцелуев, было как-то странно. Конечно, он мне не ответил. Сообщение оставалось непрочитанным несколько часов. Он игнорировал меня или действительно настолько занят, что ему некогда проверять личные сообщения? Приходят ли ему упоминания о том, что ему кто-то написал в direct instagram’a? До ужина оставался час. Мама на кухне, судя по запаху, готовила мясо. Я сидел за компьютером, выбирая какой фильм посмотреть вечером. Телефон пискнул. Хозяин вам сообщение! Я обернулся на него, уставился на мигающую лампочку. Мне было страшно. Он ответил? Или нет? А, если он, то, что написал? В какой-то момент у меня в голове пронеслась совершенно безумная мысль не смотреть сообщение. А если, это от него, то не читать. «Не сходи с ума», - посоветовал я сам себе и пошел к телефону посмотреть, кто же там написал. Заранее готовясь, что это очередной спам. Но значок оповещения явно говорил, что это сообщение из instagram. Вдохнув больше воздуха, я нажал на значок. «Я дома». Очень лаконичное сообщение от Роберта. Словно от этой информации мне станет легче. И, что странно, легче мне стало. Хотя бы теперь мы в одном городе. Однако я увидел, что он продолжает мне писать. «У твоего дома. Я нормально». Что? Я смотрел на слова и мой мозг никак не мог принять информацию. Между глазами и мозгом связь потеряна. Что-то не работает. Глаза видели слова, но мозг не может принять информацию. Я чуть не набрал: «у какого моего дома?», но что-то щелкнуло и я, наконец, начал соображать. Посмотрев в окно, никакой машины не увидел. Потом сообразил: вряд ли Роберт будет парковаться прямо напротив дома. Я пошел к самому дальнему окну, что находилось в коридоре второго этажа. Оно выходило на запад, и из него была видна дорога почти до конца квартала. И да, через дом, увидел белую машину. Она частично была скрыта пышным кустом, который рос у соседей. Телефон снова ожил у меня в руке. «Мне тебя долго ждать?». Я только схватил свою спортивную кофту с капюшоном – на улице было холодно – и, рискуя сломать ноги, сбежал вниз по лестнице. Мама удивленно посмотрела на меня. Мне некогда было придумывать какие-то вменяемые причины моего буквально бегства из дома, так что я просто бросил: - Я прогуляться. На улице сбавил обороты. Не хватало еще, как собачонка бежать к его машине, хотя у меня кололо кончики пальцев от желания именно побежать. Уже рядом с машиной, меня охватило знакомое волнение. Я не знал, чего ждать. И что делать? Уместно ли будет его обнять? А поцеловать? Боже, как мне хотелось его поцеловать. Доказать себе, что случившееся две недели назад, это не плод моего воображения. Роберт открыл мне дверь, чтобы я сел рядом с ним. В машине было тепло. Правда, сильно пахло сигаретами. В подстаканнике – стакан из Starbucks. Рядом прозрачная упаковка из-под сэндвича оттуда же. На заднем сиденье небольшая дорожная сумка дорогого бренда. На ручке еще была наклейка авиаперевозчика. Он что, из аэропорта? Сам Роберт в теплом свитере, поверх еще легкая куртка. Синяя, с карманами. - Ну? Я ожидал немного другого. «Здравствуй, Том!». «Привет, я скучал». А не «ну?». В окнах нашего дома, где располагалась кухня и гостиная, погас свет. Хотя мама там готовила ужин. Это означало только одно – она наблюдает. Я не знал, видно ли машину, но если да, то… - Погаси свет. Свет в салоне автоматически включился, как только мужчина открыл мне дверь. Да так и остался гореть. Если мама увидела машину, то и нас в ней тоже. Мы были как на ладони. Несмотря на то, что машина стояла далеко и частично за кустом. Я кивком головы указал на свой дом. Роберт все понял, и выключил свет. Мое настроение падало. - Здравствуй. - Произнес я. Мой уловитель настроения Роберта не работал. Я отчаянно пытался понять, как тот сейчас настроен. Но не мог. - Здравствуй. – Отозвался он. Но раз он приехал сюда, разве это не значит, ну… Хоть что-то? - Если ты будешь молчать, это значит, я зря приехал сюда. Я устал и хочу в душ. - Я не просил приезжать. – Выдал я, и замер от собственной дерзости. – Я лишь спросил как ты? - Я думал, что мое появление как минимум обрадует тебя. Вообще-то так и должно было быть. Но почему-то не было. Роберт глубоко вздохнул и шумно выдохнул через нос. - Не молчи. Я не смогу понять, что сделал не так, если ты не скажешь. По сути ничего «не так» он не делал. Просто я представлял себе все по-другому. Я ждал от него то, чего ждать было глупо. Вот и все. И говорить об этом, казалось, неуместно. - Я скучал. – Выдавил я. - Я тоже. И приехал. А ты даже не хочешь меня поцеловать! Теперь в его голосе сквозило веселье. Вот как я мог успеть за его меняющимся настроением? Я повернулся к нему. Роберт улыбался одной из своих улыбок, которые следовало бы запретить. - Господи! – Воскликнул он. – Иди уже сюда! Довольно бесцеремонно он снова потянул меня к себе за кофту. А я не был против. Чуть не задев картонный стакан, и чуть не чиркнув головой об крышу машины, я одним коленом уперся в сиденье Роберта. Вторая нога едва касалась моего сиденья. Было жутко неудобно, но я мог это вынести. Благодаря своей растяжке. От Дауни пахло всем и сразу, ведь он был из аэропорта. А также сигаретами и кофе. Смесь, от которой у меня отключился мозг. Не разрывая поцелуй, я перекинул вторую ногу и оказался у него на коленях. Казалось, Роберт опешил от такой, то ли наглости, то ли неожиданности. Я задел спиной клаксон на руле и на тихой улице раздался довольно громкий «Бии-иип». Я засмеялся, утыкаясь лбом Роберту в плечо. Его руки сцепились в замок за моей спиной. - Ох, ты, я смотрю, очень доволен собой, да? – Я кивнул. – Тебя этому учат на твоих тренировках? - Это чисто импровизация. – Ответил я. Его шея была слишком близко, а моя наглость не знала границ. Я поцеловал его чуть ниже уха. Потом еще и еще. Ладони Роберта уже были у меня под кофтой и футболкой, горячие ладони, казалось, обжигали спину. Заставляли выгибаться в его руках. Я что-то промычал. - Что? – Спросил он. Глаза у Роберта были черные. Он был возбужден. Впрочем, я тоже. Меня это пугало. И в то же время новые ощущения приводили меня в восторг. Но мы не могли сделать _это_ в машине. Исключено. - Ничего. – Я улыбнулся, восстанавливая дыхание. – Я попросил себе выходные. Завтра последний день и я свободен на четыре дня. - Хм. - Что? – Я почувствовал что-то неладное. - Ты же помнишь, что обещал мне выходные? - Я помню. – Но по его тону так не скажешь. - И? - Том! – Он руками оттеснил меня в сторону, и в итоге мне пришлось вернуться на свое место. – Я только приехал! Не был даже дома! Я посмотрел на свой дом. Света в окнах так и не было. Мама до сих пор высматривает меня? Я начал злиться. На нее, на Роберта, на себя. Но больше всего на Роберта. Это не было правильно. Кто ему я? А семья, есть семья. - Так и надо было ехать домой. Ты сам принял это решение, и теперь я виноват. – Холодно заметил я. - Ты можешь смотреть на меня, когда говоришь со мной? – Сказал он мягко, но в голосе была сталь. Как такое ему удается – я не знал. Но на него посмотрел. В какой-то момент я стал сомневаться. Сомневаться в том, что мне действительно это нужно. У меня была не жизнь, а сказка. Все получалось. Карьера шла в гору слишком быстро, но сейчас так и бывает. Наверное, скоро я бы встретил хорошую девчонку. Она была бы одной из восходящих звездочек. И я остался бы в ЛА из-за нее. Но вместо этого я обнимаюсь со взрослым мужчиной в его машине. У него семья. И наши отношения, если все это таковым является, неправильные с какой стороны ни посмотри. И он совершенно ни во что меня не ставил. И у меня вопрос к себе самому: на хрена мне все это нужно? Я смотрел прямо ему в глаза. Если Роберт хотел услышать от меня претензии, то он их не получит. - Том. – Он потянул ко мне руку, но я отодвинулся дальше и его пальцы «царапнули» воздух. – Ты ведешь себя глупо. Словно я и сам этого не понимал. На миг я заставил себя представить, как выхожу из машины и говорю, что все _это_ и есть глупость. Что мы, должно быть, сошли с ума, раз творим такое. Ладно, я. У меня, как говорят взрослые, гормоны играют. А Роберт? Ему это зачем? И я ухожу. Представить такое было легко. Но в тот же момент я понял: ничего такого я не сделаю. Он мне нужен. - Хорошо. – Согласился я. - Дай мне свой номер. – Внезапно попросил он. Я удивился, но номер продиктовал. - Я тебе позвоню завтра. Вечером. Хорошо? Мое настроение улучшилось. Интересно, моя нервная система долго будет терпеть такие эмоциональные «горки»? - Ну, улыбнись. – Попросил Роберт. Я выдавил улыбку. - Ты точно актер? Потому что я просил улыбку, а не гримасу. - Ты правда позвонишь? Мне нужно возвращаться. Сколько я могу «гулять»? Но на удивление мама не прислала мне даже смс с вопросом "где ты". Это был тревожный звоночек. - Я позвоню в любом случае. Но я не хочу тебе что-то обещать. Мне надо придумать, что сказать дома. Может, про рыбалку с друзьями. – Он хохотнул. – Хотя я ни разу не рыбачил. Вряд ли она поверит… Мне было плевать, поверит она или нет. Честно, мне даже хотелось, чтобы она все узнала. О нас. Это были плохие мысли. Разбивать семью мне хотелось меньше всего. Мне это счастья не принесет. А принесет только ненависть Роберта. Он посмотрел на свои дорогие часы. Уж не знаю, что он там, в темноте, увидел. Проще было посмотреть на телефоне. - Мне пора. Мой самолет приземлился уже как три часа назад. И отговорки про трафик не сработают. - Проверяй свой директ в инстаграм чуть чаще, ладно?- Попросил я. – Мне действительно важно, чтобы ты отвечал. Иначе мне кажется, что это не по-настоящему. Роберт кивнул. - Я очень хочу, чтобы у нас получились выходные. Ты мне веришь? Я не верил. Но кивнул, заранее себя настраивая, что ничего не получится. Я должен принять эти правила, иначе сделаю себе хуже. На этот раз Роберт сам потянулся ко мне. А я-то думал, что тягать меня за футболки входит в его привычку и доставляет удовольствие. И опять этот кофейно-сигаретный вкус на языке, и опять в голове ни одной мысли. Я потянулся к нему, подумав: нет, я не смогу отказаться от этого. Не смогу. Роберт с тихим стоном отстранился, поцеловал меня в нос, потом в лоб. - Тебе пора. – Сказал он. Я и так это знал. – Привет маме. – Он подмигнул. – Кофту поправь. Я уже собирался открыть дверь, буркнул на его замечание: - Да, папочка. В моем высказывании не было ничего _такого_. И я не вкладывал в это какой-то смысл. Просто сарказм, за которым спрятал свою радость от его заботы. Я открыл дверь и почти вышел, как Роберт с силой затащил обратно, схватив меня за шиворот. Я шокировано на него обернулся. И, если в начале нашей беседы, я не мог прочитать его эмоции, то сейчас видел их отчетливо. Он был зол, но сдерживал себя, чтобы злость не перешла ярость. Ничего сложного. Сведенные на переносице брови, темные до черноты глаза. Челюсти плотно сжаты. Слишком прямая спина. Ну и, конечно же, словно плюнутые мне в лицо, слова: - Никогда. Так. Меня. Не называй! Его рука все еще была у меня на загривке. И мне казалось, если не отвечу, он меня встряхнет. Впервые мне стало страшно. Да, он не всегда улыбался, как может показаться по фото в интернет. Но таким я его никогда не видел. И надеялся больше не увидеть. - И-извини. – Произнес я. Он продолжал сверлить меня своим взглядом, словно хотел прожечь дыру. Но кофту мою отпустил. Я ее поправил, как он мне советовал ранее. Дауни откинулся на свое сиденье. - У меня уже есть дети. – Глухо сказал он. Я посмотрел на него. Дауни спрятал лицо в ладонях. Ему стыдно за эту вспышку гнева? – А у тебя есть отец. - Я не имел в виду… - Какая разница? – Он посмотрел на меня. Его глаза постепенно теплели. Этот переход - от темного шоколада до кофе с молоком - завораживал меня. – Я тебе не _отец_. Какой бы смысл ты не вложил в это слово. И никогда не говори так больше. Я и так с трудом справляюсь с мыслями о том, что насилую ребенка. - Я не ребенок. - Именно дети так и говорят. – Он грустно усмехнулся. - И ты меня не насилуешь. – Совсем тихо сказал. До меня дошел смысл его слов. - Но ты понимаешь, что мы не сможем, я не смогу, вечно обниматься в машине. Так? - Да. - И что однажды, вероятно, на _наших выходных_ мы перейдем на новый уровень. Меня немного забавляло то, как он завуалировал слово «потрахаться». Новый уровень! Умора. Можно было бы назвать это «заняться любовью», но мы в любви не признавались. Так что…. - Я хочу этого. – Также тихо сказал я. - Но готов ли? Готов ли я? Черт! Я не могу не сравнивать тебя со своим сыном! Это что-то новенькое. - Он старше тебя на три года. И я как представлю, что какой-то мужик его домогается, мне дурно становится. Не то, чтобы я против однополых отношений. Я бы принял эту новость спокойно. Но одно дело ровесник, а другое… - Я понял. Не продолжай. - … Когда это взрослый мужчина. – Все-таки закончил он. - Что ты пытаешься сказать? - Я боюсь навредить тебе. - Сделай это правильно и аккуратно. Он скривился. Это явно не тот разговор, который хотелось ему вести. Как и мне. - Я не о физическом, а об эмоциональном. - Просто перестань считать меня ребенком. Вот и все! Я знал, что не выглядел на свой возраст. И во мне действительно было много детского. Особенно, когда я был в мешковатой одежде и торчащими во все стороны волосами, я выглядел на пятнадцать. Т.е. почти всегда. И я мог только надеяться, что с годами это пройдет. - Не могу! – Роберт развел руками. – Просто не могу. - Тогда у нас проблема. - Давай разбираться с этим постепенно, хорошо. Сейчас надо решить с выходными. Он потянулся и провел рукой по моим волосам. - Извини, я напугал тебя. Я кивнул. - Чего бы ты хотел? У меня было много вариантов, но я склонялся к одному. Самому оптимальному на мой взгляд. - Почему бы нам не снять домик у океана? На пару дней? Можно? Роберт задумался. С его узнаваемостью, мы не можем быть там, где люди. Никакие отели нам не подходят. Сидеть безвылазно в комнатах я не хотел. Я хотел океан и Роберта рядом. - Что ж, можно попробовать. – Задумчиво проговорил он. – Конечно, за сутки это будет сделать не просто. Но попытаться стоит. Я чуть не сказал: - я люблю тебя! Так был рад слышать его слова. Я начал верить, что выходные получатся. И был счастлив. - Вот такая улыбка мне нравится больше. – Заметил он. - Буду ждать звонка. И я вышел из машины. Роберт подмигнул мне и завел мотор. Я мягко захлопнул дверь его белой Audi. Мотор взревел, словно голодный зверь. Роберт резко развернул машину на узкой дороге и скрылся за поворотом. Я направился к дому, отмечая, что свет в окнах уже горит. Я не знал, сколько меня не было. Но ужин уже стоял на столе. Блюдо с мясом, рядом в кастрюле отварной картофель. Мама нарезала овощи на салат дергаными движениями. Рядом с ней стоял большой бокал с красным вином. Мама, по ее же словам, пила только в двух случаях. Когда она в гостях или, когда ей надо успокоиться. И сейчас она явно не в гостях. Мне не хотелось сидеть весь ужин под ее пристальным взглядом. А я знал, что так и будет. Поэтому просто взял тарелку и положил немного мяса и картофеля. - Поужинаю у себя в комнате. Надо учить сценарий. Спасибо. Она смотрела на меня, поджав губы. Вероятно, хотела что-то сказать. Но передумала. И правильно. У меня есть что ответить. И ей это может не понравиться. Уже у себя в комнате, поставив тарелку на стол, я посмотрел на себя в зеркало. Вид у меня был тот еще. Кофта, хотя я ее и поправил, была перекошена. Торчала футболка. Волосы в привычном беспорядке. Но глаза! Таких глаз я у себя не видел. В них появился какой-то блеск. То ли безумный, то ли воодушевленный. И эта улыбка на алых губах. Всем своим видом я палил нашу контору. Уничтожая картофель с мясом, я не мог поверить, что уже послезавтра мы куда-нибудь уедем. Да хоть в отель на самом деле. Без разницы. Главное мы будем вместе.