_Hey you_

Порой я жалел, что родился в век компьютерных технологий. А вы знали, что когда смотрите кино, это на самом деле на восемьдесят процентов мультфильм? И что на экране настоящие только актеры? Да и то не во всех случаях. А все остальное нарисованное. От съемок на натуре давно отказались. Особенно, если это касается крупных городов. А ведь раньше ради фильма могли перекрыть главные улицы Нью-Йорка! Конечно, это не касается мелких проектов и таких же маленьких городов. Или съемок на природе. Но для Марвел проще и дешевле было снять все на зеленом фоне и уже, потом нарисовать все, что им заблагорассудиться. При этом построив минимум конструкций для крупных планов. Первая сцена, которую должны были снять участием паука — это сцена в аэропорту. Где собирались все Мстители. Детали мне не были известны, в основном я знал только свои реплики. И мне казалось, что моего персонажа вообще отснимут отдельно. И, как я понял, вместо меня там будет компьютерная модель. И только в нескольких сценах непосредственно я. И мое лицо. И, как я уже позже выяснил, на моей поездке настоял Роберт. Уж не знаю, что он там сказал режиссеру, но я сидел в самолете, что летел в Атланту. Именно там натурщики нашли подходящее сооружение — заброшенный производственный склад, который должен сыграть аэропорт. Если сказать, что я нервничал, то ничего не сказать. Меня буквально трясло. То ли от страха, то ли от нетерпения. Весь полет я повторял и повторял свои реплики. Перечитывал небольшую часть сценария. Мне хотелось посмотреть на раскадровки, чтобы иметь большее представление о том, что меня ждет. Я собирался сделать свою работу на сто процентов! В Атланте у выхода с аэропорта меня ждал специальный человек с табличкой, на которой было написано мое имя. Он забрал у меня багаж и провел к машине. Я чувствовал себя суперзвездой. Конечно, же мне очень хотелось запостить фото о том, где я и для чего приехал. Но мне строго запретили делать это. Дело в том, что через три месяца пройдет очередной комик кон, на котором было решено показать первый трейлер «Первый мститель». И появление человека-паука должно быть сюрпризом. Мне это все рассказал Роберт, который, конечно же, был в курсе всего. Поэтому меня удерживало от подобного поступка огромнейший штраф и реальная перспектива быть выкинутым из проекта. Про последнее, вероятно, Роберт пошутил, но я не хотел рисковать. Поэтому постил старые фото, чтобы не пропадать из соц сетей на это время. Это было бы подозрительно. И предвкушал, как сам выложу первые кадры из трейлера, и как это взорвет мой Инстаграм. Роберт уже был в Атланте, потому что они начали работать чуть раньше. По сути, я приезжал только под самый конец съемок. Проезжая по улочкам города, я не мог не вспомнить, на какой приятной ноте мы с Робертом попрощались. В доме Роберта я провел почти весь день и уехал, когда начало темнеть. После секса, я боролся со сном, но проиграл. А когда проснулся, то первое, что я увидел, были глаза Роберта. Тот, без какого либо смущения, наблюдал за спящим мной. — Ты такой милый, когда спишь. Особенно, пуская слюни на подушку. — Сказал он. Я фыркнул. Никаких слюней я не пускал. Я проспал два часа. Бездарно потраченное время! Хотел подняться, но Роберт притянул меня к себе. В итоге мы провели в постели еще час, занимаясь любовью медленно, тягуче, очень горячо. Мы никуда не спешили, потому что первый «голод» был утолен, и теперь нам хотелось насладиться друг другом в полной мере. После я плавал в бассейне, а Роберт попытался как-то реанимировать оставленное нами мясо. Салат пришлось выкинуть. Увы, проведенное время на открытом воздухе не прошло для него даром. Овощи пошли на корм разным представителям мира насекомых, которых в избытке оказалось в салатнике. Мне нравился бассейн Роберта. Мне нравился его дом. И, если закрыть глаза, то можно представить, что это наш дом. И наш бассейн. И больше никого нет. Увы, как только я открывал глаза, иллюзия рассыпалась. *** Моя роль действительно была очень маленькая. Я это понял, когда увидел раскадровки. Несколько общих планов со всеми героями наравне. Несколько крупных планов, на которых я буду в маске. И последняя сцена, где Паркер лежит на асфальте, а к нему подходит Железный человек. Но это не важно. Я находился на «кухне» и это было главное. Конечно, в реальности все выглядело не так, как на экране. Роберт был в смешном костюме наполовину состоявший из брони Железного человека, наполовину из штанов со специальной маркерной разметкой для motion capture. На голове такие же маркерные разметки. Чедвик Боузман вообще был полностью в таком костюме с разметкой, включая шапочку на голове. Как я понял, костюм Черной пантеры в реале не существовал. Остальные актеры тоже одеты в свои костюмы, но уже без разметок. В том числе и я. И вот все мы стоим на фоне здания и зеленого — местами — фона, и говорим пафосные речи на полном серьезе. Вокруг нас куча камер и все движения должны быть отточены до секунды, чтобы вся картинка была именно такой, как на раскадровке. И такой, как ее видел режиссер. Меня в первое время разбирал смех. Потому что это реально было смешно. Лично мои съемки не продлились долго. Моего лица не было видно, так что от меня требовались только отточенные движения. А я их выучил так, что хоть ночью разбуди, я все выполню, даже не открывая глаза. Первая сцена была на крыше фургона, где Питер приземляется со щитом кэпа и говорит «всем привет». Снято! Следующая сцена: короткая битва с Зимним Солдатом, где Питер восхищается его железной рукой. Рукой, которая в реале была просто рукавом с маркерной разметкой. Потом часть реплик про крылья Сокола, где Питер сидит где-то под крышей. На этом мои съемки закончились. И на это ушло всего два дня. Далее я ехал ЛА, где на студии Дисней, меня снимали на фоне зеленого фона в разных позах Человека паука. Где я прыгал на тросах и вообще показывал все, на что был способен. После этого у меня опять был перерыв в несколько недель, а потом мы встречаемся с Робертом в студии для озвучки отснятых сцен. Так же я выставил у себя официальный постер фильма «В сердце моря», который должен был выйти в декабре, т.е. почти через два с небольшим месяца. Жизнь была полна событиями, и время летело незаметно. Из Атланты вернулся Роберт, в то время как часть каста полетела в Берлин, чтобы продолжить съемки. Я был рад видеть Роберта, при этом прекрасно понимал, что наше следующее расставание будет долгим. Роберт улетал на несколько месяцев заканчивать съемки. Но и здесь, в ЛА времени катастрофически не было. Дауни раздирали различные телепередачи или благотворительные организации. И он отдавал себя им, совершенно не думая обо мне. Мне нравилось запираться с ним на несколько часов в студии и записывать наши реплики, это давало ощущение, словно мы наедине. Иногда Роберт горил мне тихо: — Перестань на меня так смотреть! Мне становится неловко. А я только улыбался, ведь он шутил. Это случилось на третий, предпоследний день, нашей работы в студии. Роберт опаздывал, и я заметно нервничал. И, когда даже через час, его не было, мне сказали, что на сегодня все отменяется. Роберта не будет. Я спросил: «почему?». Но не получил внятного ответа. Скорее всего, они и сами точно не знали о причине неявки Роберта. И я понимал: это случилось снова. Но все же было хорошо! Первым делом я начал ему набирать. Но в трубке искусственный женский голос сообщил, что абонент не абонент. Тогда я написал ему личное сообщение в инстаграм. «Где ты?». И ничего. Меня охватил страх. Я не понимал, чего именно боюсь. Ведь объективно с ним ничего не может случиться. Ну, опять выпил, пропустил работу. В памяти всплыла картина мутного от порошка стеклянного столика. Нет, он не будет принимать ничего такого. С чего бы? Но мой мозг рисовал мне картинки одна страшнее другой. И, когда я ехал в такси к уже знакомому отелю, я был уверен, что он минимум умирает от передозировки. На этот раз я даже не стал подходить к рецепции, потому что не был уверен, что вменяемо смогу объяснить, что мне надо. Поднялся на нужный этаж и стал колотить в дверь номера, в котором Роберт был в прошлый раз. Я даже не думал о том, что в этот раз Дауни может быть в другом номере. Или вообще в другом отеле. Естественно мне открыл какой-то незнакомый мужчина, который удивленно и возмущенно смотрел на меня. Но я был так уверен, что Роберт здесь, что старался заглянуть в номер, чтобы увидеть хоть что-то. Ботинки Роберта или его куртку. Хоть что-то, что свидетельствовало, что он здесь. Но ничего я не увидел. Пришлось все-таки идти к рецепции и спрашивать про Роберта. Девушка за стойкой была другая и не такая милая, как в первый раз. Она строго смотрела на меня. Но, видимо, мой растерянный вид имел отклик в ее душе. И она мне сказала, что Роберта Дауни в отеле нет. Не может быть! Я попросил проверить есть ли в их отеле Роберт Элиас. Ответ отрицательный. Потом Джон Элиас, Джон Дауни, Роберт Форд. Ответы все также были отрицательными. В отеле его не было. Да я уже и сам понимал это. Я проверил телефон. Ответа от него не было. Я понимал, что если не узнаю где он и что с ним, то сойду с ума. И тогда я принял отчаянное решение. Я поехал к нему домой. Поймав такси, я всю дорогу буквально грыз ногти, ругая про себя водителя, который слишком медленно ехал. По моему мнению. На самом деле дорога заняла не больше тридцати минут. Я стоял у ворот дома Роберта и смотрел на ряд кнопок на приборной панели. Одна из них должна быть звонком. Кажется. Я поднял взгляд вверх и увидел две камеры. Одна была повернута прямо на меня, вторая на дорогу вдоль забора. Я набрал сообщение Роберту еще раз. «Я у тебя дома». Тишина. Но я был полон решительности. В крови бушевал адреналин и был включен режим «спасти Роберта». Даже на секунду не предполагал, что спасать никого, может, и не надо. Трясущимися руками начала нажимать на все кнопки подряд. Пока не раздалось раздраженное: «Да!». И это не был голос Роберта. Это была его жена. — Здравствуйте! — Я повернулся к камере, хотя не был уверен, что она сейчас смотрит на меня. — Я Том Холланд. Я был у вас на обеде…. Насколько месяцев назад. Роберт дома? Блеск! Еще спроси, выйдет ли он погулять! — Он не пришел на работу, и я подумал…. Я не знал, как объяснить ей, что подумал, но Сьюзан спасла меня от этого. Ворота открылись. Пылкости у меня немного поубавилось. Видеться с его женой мне совсем не хотелось. Сьюзан стояла на том же месте, где не так давно стоял Роберт, встречая меня. Некогда гостеприимный дом сейчас казался враждебным. Я бросил взгляд на гараж, но он был закрыт. Впрочем, даже наличие машины не говорило о том, что Роберт дома. Его жена с любопытством смотрела на меня. Казалось, ее занимал тот факт, что я пришел к ней домой. Да я и сам начал чувствовать себя глупо. — Извините, что я вот так…. — Произнес, поднимаясь на веранду по ступенькам. — Я как раз заварила чай. — Ответила она. — Проходи. Я прошел внутрь и встал в прихожей. Было бы подозрительно пойди я сразу на кухню или в столовую. По идеи я не должен ориентироваться у нее в доме. У Роберта в доме. — Пошли. Я пошел за ней, все больше убеждаясь в своей глупости. В самом деле, что я учудил? Роберт меня убьет. С другой стороны, я не смогу уснуть сегодня, если не узнаю, где Роберт. Пить чай я не хотел, но с благодарностью принял большую горячую чашку из рук Сьюзан. Сел на один из высоких стульев. Отсюда мне хорошо был виден задний двор и бассейн. В голове тут же всплыли картинки, как я там плавал. А потом ко мне присоединился и Роберт, прыгнув в воду с разбега. Его прыжок не был столь изящным, как мой, но мужчина был собой очень доволен. А потом мы целовались. Он прижимал меня к бортику бассейна, а я обвил его тело руками и ногами. Целовал его слипшиеся от воды ресницы, а он… Стоп! Я уже начал забывать, где, а главное с кем, нахожусь. Я повернулся к Сьюзан, с досадой отмечая, что она наблюдала за мной. Ее взгляд тоже скользнул по бассейну и вернулся к моему лицу. — Как у вас дела? — Спросил я, чувствуя себя максимально глупо. — Хорошо. — Очень вкусный чай. — И противореча своим словам, поставил кружку на стол. — Но я здесь, потому что Ро…. Мистера Дауни не было в студии. И я начал волноваться. Понимая, как глупо все это выглядит со стороны, я замолчал. Но Сьюзан кивнула, словно понимая, о чем идет речь. Хотя она действительно могла понимать меня, как никто другой. — Роберт в Нью-Йорке. — Сказала она. — Что? — Я представлял себе все что угодно, но не это. — Он не может быть в НЙ! — Вырвалось у меня. — У нас работа. — Позвонила Дебора и попросила приехать. — Кто такая Дебора? — Какие-то проблемы с Индио. Сьюзан увидела, что я вообще не понимаю, о ком идет речь, и пояснила: — Дебора — это его первая жена. А Индио — сын. Теперь стало понятно, что ничего не понятно. Насколько я узнал из разговоров Роберта, свою первую жену он, если не ненавидел, то презирал за предательство. И я бы никогда не подумал, что они общаются. Хотя, откуда мне вообще знать с кем Роберт общается, а кем — нет? — Что-то серьезное? — Глупый вопрос. Раз Роберт так резко сорвался, конечно, что-то серьезное. — Не знаю. — Сьюзан равнодушно пожала плечами. — Приедет, расскажет. — А когда он приезжает? Просто на студии ничего не сказали. — Я не знаю. Как решит проблемы. Я снова взял чашку в руки, но передумал и поставил обратно на стол. Я узнал все, что хотел. Надо было ехать домой. — Спасибо за чай, — я соскользнул со своего места, — не хочу отвлекать вас от ваших дел… — Погоди-ка. — Прервала меня Сьюзан. — У меня к тебе тоже есть несколько вопросов. Точнее только один. Мое сердце упало и бешено забилось в районе живота. И это не литературное выражение. Я буквально чувствовал, как оно бьется где-то в кишках. От чего меня замутило. Она смотрела в упор мне в лицо, и я понимал, что все мои эмоции тут же будут прочитаны. Так, Том Холланд, соберись! Актер ты или где? Я подобрался весь. Нацепил на лицо непроницаемую равнодушную маску. — Скажи, — начала Сьюзан, — ты спишь с моим мужем? Теперь мое сердце резко дернулось вверх, забилось в горле, вызывая кашель. Я аж поперхнулся. Моя маска затрещала и осколками упала на пол. К такому вопросу я не был готов. И, если подумать, это и не было вопросом. Она говорила так, словно была в этом уверена. — Чтооо? — Неуверенно, протянул я. — Ты спишь с моим мужем. — Повторила Сьюзан, и теперь в ее голосе не было вопросительной интонации. Первой моей мыслью было: бежать! Бежать как можно дальше и как можно быстрее. Я бы, наверное, так и сделал, не будь дом обнесен забором. Я не знал, как открываются ворота. И не мог, как человек-паук через них перепрыгнуть. Я был заперт. Я был в ловушке. Я был чертовски напуган. Я смотрел на привлекательную, все еще молодо выглядящую жену Роберта и ненавидел ее. За то, что она заставляет меня чувствовать все это. Забывая, что отрицательный герой тут именно я. — Нет! — Слишком эмоционально воскликнул я. — Почему вы так подумали? Она поставила свою чашку на стол и заговорила спокойно, словно мы вели обычную беседу. — Вся проблема мужей в том, что они считают себя слишком умными. А жен слишком глупыми. Хотя все с точности наоборот. Слежу ли я за Робертом? Да. Но не из-за того, что хочу поймать его на горячем. Он не слишком умеет врать. И все его мелкие интрижки я знаю. И я научилась закрывать на них глаза. Ну, знаешь, творческая личность и бла-бла-бла. И следить я за ним начала из-за его пагубных увлечений. Которые он якобы бросил. Доверяй, но проверяй. Так же говорят? Я не думал, что она ждала моего ответа, но кивнул. — И в какой-то момент это вошло в привычку, хотя Роберт не давал повода для этого. Он действительно справился. — Тут я тоже промолчал. — Но привычка, есть привычка. И, когда я поехала с детьми к маме, я машинально повернула одну из камер над воротами во двор. И включила одну камеру над бассейном. У нас дети, которые иногда остаются одни во дворе. Когда мне надо вернуться на кухню. И… Впрочем, это не интересно. Я и забыла про камеры, до недавнего времени. Роберт уехал, и у меня что-то щелкнуло внутри. И знаешь, что я увидела на записи? Еще бы мне не знать. Надо полагать в бассейне мы выглядели весьма однозначно. И это хорошо, что камер не было в комнатах. Хотя, кто знает? — Я увидела, как мой муж зажимает в бассейне малолетку! Парня! Но меня поразило то, что я не была удивлена. Я хочу сказать, что еще на том обеде начала что-то подозревать. У меня горели уши. Да и все лицо тоже. Я смотрел на женщину и не мог опустить глаза, хотя очень этого хотел. Она словно загипнотизировала меня. Мне надо было что-то ей сказать, банальное: это не то, чем кажется. — С одной стороны я испытала облегчение. — Сьюзан усмехнулась. — Ведь все могло быть куда хуже. Он мог быть в бассейне с чужой женщиной. Он мог принимать наркотики у бассейна. Но.… Но с другой стороны все куда хуже, чем могло быть. Мой муж спит с мужчиной. То малолетка, то мужчина. Но это не то что должно меня волновать. — Скажите, Том, как вы себя чувствуете? — Почему она перешла на столь официальное обращение? — Каково спать с человеком в доме, где живут его жена и дети? Каково это, прийти сюда и спрашивать о нем? Каково смотреть мне лицо? Зная, что вы сделали. Честно, не очень. Но я промолчал. Уж лучше бы она кричала. Ее спокойный тон вселял ужас. — Роберт знает? — Спросил я. Сьюзан усмехнулась. — Я еще не решила, говорить ему или нет. Если говоришь «а», то говори и «б». И я не могу сказать ему про камеры, не упомянув про другие разы, когда следила за ним. И сам факт слежки с моей стороны выведет его из себя. — Она развела руками. — У нас дети. И все хорошо. Так и останется, если я буду достаточно умной. Или, как он думает, глупой. Если бы ты не пришел, этого разговора не состоялось. Я бы не стала тебя искать. Потому что понимаю и ты, надеюсь, тоже, что для Роберта это ничего не значит. Это можно назвать кризисом среднего возраста. Как угодно. Экспериментом на старость лет. Но это не серьезно. И очень быстро пройдет. Уверяю тебя. Как я ненавидел ее в тот момент! С каждым словом она убивала во мне что-то. Изощренно пытала и наслаждалась этим. Я видел в ее глазах торжество. И смотрела она на меня, как на поверженного противника. Даже хуже. Она не считала меня своим противником. Я был ей не ровня. В ее взгляде было презрение. Она имела на это право. Но легче от этого мне не становилось. Да мне вообще было плевать на ее чувства. — Мне надо идти. — Тихо сказал я. — Конечно. Но помни: когда ты будешь с ним следующий раз, я буду знать, где и с кем он. Я всегда буду невидимым призраком за его спиной. И я единственная, с кем он останется. С кем он будет по-настоящему. Я до последнего думал, что сейчас она мне вонзит нож между лопаток, пока повернувшись к ней спиной, шел к выходу. Добьет меня окончательно. Но она даже не вышла из дома, чтобы проводить меня. Когда я оказался во дворе, ворота уже были открыты. А за ними свобода. Оказавшись за воротами, я даже не понял, почему все расплывается. И только потом до меня дошло. На глазах были слезы. Это из-за них окружающее пространство искажалось до неузнаваемости. Я всегда думал, что жена Роберта — это его проблема. И, если его совесть перед ней чиста, то, какого черта, мне переживать из-за этого? А вот теперь я до конца понял, в какое дерьмо втянул сам себя. Ее как будто не существовало для меня. Да, она была. Но в каком-то параллельном мире, который меня не касался. Я всегда считал себя хорошим человеком. И никогда не делал действительно плохих поступков. Да и просто гадких, которые иногда совершают дети по незнанию. Я даже жуков на асфальте всегда обходил. Никто на меня не смотрел с презрением. Ни в чьих глазах не был последней тварью. Надо отдать должное Сьюзан, что она не стала трясти передо мной их детьми и криками: «посмотри им в глаза!». Боюсь я бы этого точно не выдержал. Она действительно была очень умна. За всеми своими переживаниями и чувствами, я не видел полной картины. А она мне все показала. И словно стены вокруг меня рухнули, открывая реальный мир. Где нет будущего в отношениях маленького глупого мальчишки. И мужчины, который хотел потешить свое самолюбие. Или что там про это говорила Сьюзан? Я, не вызвав машину, прошел весь район пешком. Обогнул шлагбаум, который преграждал путь к дорогим домам. Вышел на шумную четырехполосную дорогу и просто шел. Прокручивая в голове слова женщины, я делал себе все больнее и больнее. И задавался вопросом: «А что дальше?». Оказавшись на УайтХолл Драйв, я получил смс. Оно могло быть от кого угодно, но чувствовал, что от Роберта. Зайдя в местную кафешку «Винсом», где подавали завтраки и домашнюю кухню, я заказал кофе и панкейки. И, сев у окна, проверил телефон. Да, сообщение было от Роберта. «Я в НЙ. Буду послезавтра». «Все хорошо?» «Да». «Во сколько твой рейс. Я хочу тебя встретить» Дожидаясь ответа, я кромсал бедные панкейки на куски, вымещая на них свою злость. Самое забавное было то, что я б рванул за ним в Нью-Йорк. Знай, где он, полетел бы первым рейсом. Для того чтобы чем-то помочь или поддержать. Если это касается его сына, то это могло быть чем-то серьезным. А что делала она? Расставляла камеры. Следила за ним. Равнодушно отпустила, даже не спросив ничего! Может именно поэтому он хотел быть со мной? Потому что я единственный, по ходу, кому не плевать на Роберта? «Не надо». Ответил Роберт. «Пришли мне номер своего рейса, если не хочешь, чтобы я с самого утра встречал все рейсы из НЙ» Ответил я. «А я сделаю это». «Сумасшедший». И добавил после паузы: «Еще не купил билет. Как куплю, пришлю» «Ок». Я ел блинчики и не чувствовал вкуса. С таким же успехом я мог бы жевать вату. Я не знал, для чего вызвался его встретить. Наверное, мне хотелось узнать все новости раньше его жены. Я всегда буду невидимым призраком за его спиной. Я понимал, что именно так и будет. И не был уверен, что справлюсь с этим. Я мог бы рассказать об этом Роберту. О камерах, о нашем разговоре. О своих мыслях по этому поводу. Но зачем мне это делать? Что это изменит? И мне хотелось уберечь Роберта от этой правды. Я готов поддерживать его столько, сколько понадобится. Но кто поддержит меня? Я ведь даже не мог никому рассказать. Оставив после себя на тарелке месиво из теста, я, выпив неплохой кофе, вызвал себе такси. Дома мама посмотрела на меня настороженно. Я же вернулся раньше времени. Но ничего не сказала. А мне так хотелось все ей рассказать. Просто упасть в ее объятия, чтобы она гладила меня по голове и уверяла, что я не такой подонок, каким выставила меня Сьюзан. Но я не мог этого сделать. Мама не поймет. А еще одного разбора полетов мне не выдержать. Я могу сойти с ума. Это точно. Мне придется все держать в себе. Пока это не съест меня изнутри. Я чувствовал, что придется заплатить за наши отношения. И мне выставили счет.