literary, all-too-literary

Судя по всему, возлюбленный Ацуши является его реинкарнацией или же альтернативной версией, и тем не менее это все еще не самая странная новость за этот месяц, но у нее есть все шансы вскоре стать таковой. Он очень вежлив со всеми в Агентстве, когда они впервые знакомятся, будто на самом деле знакомится с семьей Ацуши, что не так уж далеко от правды. В каком-то смысле они и правда семья. И все же один вопрос мучил Дзюнъитиро, и он бы не смог спокойно спать, если бы не задал его. — Накаджима-сан, — он аккуратно привлекает внимание, когда в разговоре наступает пауза. Накаджима, обернувшись к нему, улыбается привычно мягко: — Да? — А вы знакомы с «Танидзаки Дзюнъитиро»? Интересно, ему просто показалось, или же Накаджима действительно занервничал? — Да, знаком. Он тоже из числа призванных авторов. Именно этого ответа Танидзаки и ждал, хотя все еще было странно услышать подтверждение собственных предположений. — Могу я с ним встретиться? На этот раз было уже невозможно не заметить волнение Накаджимы, хотя, подумав немного, тот все же кивнул. — Я спрошу об этом, когда вернусь. — Спасибо. Дзюнъитиро вполне обоснованно полагает, что ни одна из его потенциальных версий не может быть слишком уж плохой. Кроме того, ему крайне любопытно хотя бы раз увидеться с этим «Танидзаки». Накаджима устраивает для них встречу в кафе — ничего необычного, дружеский обед, чтобы они могли спокойно познакомиться. Сам Накаджима тоще пообещал составить им компанию на случай, «если ситуация выйдет из-под контроля». Так что Дзюнъитиро не особо возражает против того, что Наоми увязалась с ним: она делает это практически каждый раз, когда брат встречается с другими людьми, и не важно, из Агентства они или нет. Они оказываются в кафе первыми, однако вскоре подходят и Накаджима со спутником. Дзюнъитиро уже открывает было рот, чтобы поздороваться, однако в итоге просто закрывает его в изумлении, не сказав ни слова. Этот человек — Танидзаки Дзюнъитиро? Человек, весь облик которого так и кричит об элегантности начиная от макушки — точнее, от прекрасных серебристых волос и мягкого взгляда золотых глаз — и до расписанного кимоно и изящных рук… Это и есть он? Накаджима замирает на полпути: — О… Оу, Дзюнъитиро-кун, ты не говорил, что возьмешь с собой сестренку… — Она настаивала, — каким-то образом Дзюнъитиро находит в себе силы, чтобы произнести хотя бы эти два слова. Наоми, кажется, тоже глубоко поражена, однако она все же берет себя в руки быстрее брата: — Приятно познакомиться, Танидзаки-сан! — Взаимно, взаимно, — отвечает ей Танидзаки, подходит ближе и берет ее за руку. — Я уже наслышан о Дзюнъитиро-куне, однако мне не говорили о том, что такая прелестная девушка составит нам компанию. Позвольте узнать ваше имя, юная леди. Судя по лицу, Наоми не была уверена, польстило ли ей подобное отношение. Накаджима же только вздохнул, и весь его вид говорил о том, что он совершенно и ни в коей мере не удивлен подобным поведением знакомого. — Наоми, — наконец говорит она: очевидно, чаша ее внутренних весов склонилась к отметке «польщена». — Превосходное имя! В одном из моих лучших романов главную героиню зовут точно так же*. Сколько же вам лет? — Шестнадцать. А какая «та» Наоми? Неожиданно плечо уже было открывшего рот Танидзаки стискивают пальцы Накаджимы: — Не надо, умоляю тебя. Ничего не говори. — Иначе что? — почему-то Танидзаки выглядит не рассерженным, а воодушевлённым. Накаджима задумывается на пару секунд. — Иначе я… не буду тебя наказывать. Совершенно ничего с тобой не сделаю. Так что перестань так радоваться. Лицо Танидзаки становится расстроенным. — Из меня совершенно никакой собеседник, если мне категорически не разрешают рассказывать о моих произведениях. — Нет, ты, конечно, волен рассказывать о них… но только не о тех, в которых фигурирует тема эротичности. Понимаю, таких у тебя большинство, но все же… Дзюнъитиро ощущает себя все более неловко с каждым новым предложением, и Наоми, кажется, чувствует то же самое, поскольку она уже высвободила из цепких рук Танидзаки свою. — Только если ты настаиваешь, — и он вновь оборачивается к Наоми. — Не обращайте внимания. Мне крайне приятно познакомиться с вами обоими. — Аналогично, — бормочет Дзюнъитиро в ответ. Будет довольно бестактно просто удрать сейчас, так что он надеется, что этот обед закончится как можно скорее.