green lawn cemetery

how to save a life — the fray

    пять дней.   Это всё, что было у Джоша. Пять дней до того, как он покинет Тайлера, пять дней до того, как он переедет, пять дней до того, как он больше не сможет каждый день приходить на могилу Эшли, пять дней до того, как он уйдет из школы, к которой он привык, пять дней до того, как покинет свой дом, к которому он так привязался.   пять дней.   Джош резко проснулся, чувствуя, как бешено бьётся его сердце в груди и мысленно моля выпустить его из клетки, в которой был заперт. Его кровь текла по кровеносным сосудам с ультразвуковой скоростью, и Дан мог различить только собственное сопение и попытки успокоить самого себя. Лёгкие парня молили, чтобы их наполнили воздухом, а в уголках глаз скопились слёзы. Атмосфера, окружающая Джоша, казалась ему пропитанной ядом, будто в его лёгких был углекислый газ.   Принимая сидячее положение, Дан запустил ладони в свои кудри. В конце концов, слёзы полились из его глаз, оставляя на щеках влажные дорожки. Джош всхлипнул и тут же прикрыл рот рукой.   Переезд был проявлением трусости. В этом не было никакого смысла. В конце концов, Эшли, чёрт возьми, умерла здесь. Как они могут так поступить с ней? Это место — её дом. Кто вообще захочет покупать дом, зная, что именно в нём девочка совершила самоубийство? В её комнате ещё остались пятна крови. Они купили новый ковёр, чтобы скрыть их. У парня было такое чувство, что его семья всячески игнорировала то, что здесь застрелилась Эшли. Будто этого никогда и не случалось. Это было чертовски больно осознавать.   Как он вообще должен это делать? Как он должен жить без красивого мальчика с усталыми глазами, тёмными свитерами и ленивой улыбкой? Джош будет так скучать по бессмысленным каракулям на надгробиях, которые рисовал Тайлер, и он будет скучать по прекрасным картинам, нарисованные Джозефом в доме, где они иногда ночевали. Боже, больше всего ему будет не хватать его глупых усмешек и его мягкого успокаивающего голоса.   Тайлер был его защитным механизмом. Тайлер дарил ему счастье. Чёрт возьми, Тайлер был его счастьем. И двигаться вперёд без него казалось невозможным, невыносимым.   Дни, когда Тайлера не было рядом, казались Джошу адом. У Дана были ночные кошмары, на улицах ему мерещился Тайлер, он представлял, что Джозеф находился рядом с ним, потому что Джош просто не мог смириться с тем, что парня не было рядом. Он был разбит и подавлен.   У Джоша было такое ощущение, будто кто-то высосал из его тела все хорошие мысли и чувства. Он чувствовал себя так же плохо, как после смерти Эшли. Такая зависимость от кого-либо становилась пугающей. Особенно потому, что Тайлер мог оставить его. Он просто выбрал не делать это. Дан с трудом спал и ел, что уж тут говорить о домашней работе. И каждый раз, когда парень думал о Тайлере, он плакал. Из-за того, что он так убивался по Джозефу, Джош чувствовал себя невероятно глупо, но он ничего не мог с этим поделать. Тайлер делал всё лучше. Он был лучиком света в облачный день, он был радугой после грозы, он был факелом в тёмном коридоре, он был картой, когда кто-то сбивался с пути, он был кораблём, когда кто-то хотел отправиться в морское путешествие. Он был безопасным пространством. Он был Тайлером. Он был всем.   Дан нехотя встал с кровати и тут же подскользнулся на своей толстовке и чёрных кедах, прежде чем выйти из комнаты. Уже было позднее время. Джош знал, что ему не следует гулять в такое время, но ему нужно было поразмышлять. Прогулка поможет привести мысли в порядок.   К счастью, снаружи никого не было. Это позволило Джошу подумать в тишине, он смог прогуляться по улицам, освещаемыми лишь тусклым светом фонарей. Когда уличные фонари не работали, становилось слишком темно, поэтому парень был рад тому, что большинство всё же работало.     Он не осознавал, что его ноги сами несут его к знакомому кладбищу, на котором он проводил так много времени. Какое-то время он пялился на могилу Эшли, его нижняя губа дрожала, когда он думал, насколько его сестре было больно, что она решилась на такое. Надгробие было сделано из белого и чёрного мрамора. Джош был уверен, что ей бы понравилось. Парень подумал о том, что ему бы тоже хотелось такое надгробие, когда придёт его время.   Когда Дан дотронулся до мрамора, он был поражён тем, насколько оно было холодным. Парень задрожал, когда кончики пальцев проводили по выгравированным буквам, которые складывались в имя его сестры. В теле была абсолютная пустота, и в это время Джош захотел быть похороненным рядом с Эшли.   — Мне так жаль, — прошептал он, чувствуя, как глаза наполнились слезами. — Я не хотел подводить тебя, Эш. Но я всё ещё делаю это, и из-за этого ты бы ударила меня по лицу, или что-то в этом роде. Боже, ты бы была так зла. Я бы даже не винил тебя. Я думал, что мы были очень близки... Возможно, я ошибался. Мне так жаль, что я не был тем, с кем ты бы могла всё обсудить. Правда. Несколько слезинок упало на траву. Джош поместил обе руки на надгробие. — Думаю, у меня сейчас всё хорошо. Я очень сильно люблю тебя, и, если честно, без тебя так хреново. В моей жизни есть только один хороший человек, но я потеряю его через пять дней. Я не знаю, что буду делать, когда останусь без него. Он — единственное, из-за чего мне становится лучше, — он снова начал всхлипывать, обхватывая себя руками. — Сейчас я чувствую себя таким потерянным, Эш. Я чертовски напуган. Я понятия не имею, что будет дальше, и я ничего не могу с этим поделать. Он мне нужен. Мне нужно, чтобы ты вернулась. Я ненавижу это. Почему ты оставила меня?! — воскликнул он и заплакал ещё сильнее. — Я соврал. Мне очень плохо, и Тайлер — единственный, кто может улучшить моё состояние, но я переезжаю. Господи, я переезжаю. Я переезжаю.   Возможно, сейчас любой мог посчитать его маньяком, но Джошу было так больно, что ему было абсолютно всё равно. К тому же, была середина ночи. Дан молча встал и пошёл в глубь кладбища, бездумно наступая на могилы.   Наконец, он добрался до знакомого места, где всегда сидел Тайлер, и облегчённо вздохнул. Мысль о том, что завтра на этом же самом месте он будет с Тайлером, успокоила его. Дан сможет держать его за руки, смотреть на его бледное лицо и просто наслаждаться его присутствием. Боже, он так скучал по нему. Это было странно, ведь они уже виделись сегодня.   Джош не знал, как долго он просидел на кладбище, всматриваясь в звёздное небо и деревья, переосмысливая свою жизнь и думая о Тайлере. Парень наконец опустил взгляд на землю и вырвал несколько пучков травы, а потом смотрел, как травинки падали на землю. Он так делал ещё очень долго, его глаза уже закрывались, а дыхание выровнялось.   Парень собирался вырвать очередной пучок травы, как вдруг его брови приподнялись, когда он понял, что краски, которая всегда была на надгробии, не было. Это было странно. Тайлер всегда раскрашивал его. Почему же краски не было? Его сердце практически ушло в пятки, когда он прочитал имя на надгробии, во рту пересохло, а глаза расширились.   Тайлер Роберт Джозеф.   Но это, конечно же, не полное имя Тайлера, верно? Но даже если так, это, должно быть, другой Тайлер, так ведь? Была уже поздняя ночь. Джош устал. Ему нужно было поспать. Уже поздно.   Было слишком поздно. Джош просто устал. Вот и всё. Ему нужно было немного отдохнуть и расслабиться после нервного срыва, который случился совсем недавно. Парень настолько устал, что его мозг уже сам придумывал проблемы на ровном месте.   Парень немного успокоился и пошёл домой, пытаясь забыть то, что увидел. Должно быть, он слишком устал. Завтра он увидится с Тайлером и всё будет хорошо. Всё будет в порядке.   Так ведь?