Среди Ночи и тех, кто в ней

Подходя на следующий день к двери собственного тронного зала, Твайлайт услышала из-за неё голоса Скуталу и Виндчейзера. Невольно задержалась, прежде чем войти — тема представляла определённый интерес. — …А мне такой камешек можно, как ты ей давал? — Можно. Выбери любой на улице. — Щас принесу! — судя по звуку, она там вскочила с места, и Твайлайт за дверью тоже подскочила: не хватало ещё быть пойманной на подслушивании! — Зачем приносить? Не надо. Просто возьми себе. — Не поняла. — Если тебя чем-то накроет, я и так почувствую. Если ты будешь это на чём-то концентрировать, хоть на камешке, хоть на чём, почувствовать будет легче. — Тьфу! Дальше подслушивать было уже совершенно неприлично, и Твайлайт шагнула в зал. — Раз уж ты здесь и только что об этом говорил, — с ходу начала она, — не прояснишь ли мне кое-что? — Что, например? Между прочим, здравствуй. — Э… а… да, здравствуйте… Тот самый камешек, что ты мне дал в Дымных горах. Что с ним? — А что с ним не так? — Нету его. Исчез. Мистика какая-то. — Когда именно? Наверное, когда библиотека накрылась медным тазом? — Не знаю, я про него забыть успела и обнаружила только неделю назад. Вот записка твоя была заложена в книгу, это я хорошо помню. С книгой вместе и сгорела, тут всё ясно. А камню-то что от огня сделается? Тем более, что он лежал в шкатулке вместе со списком имён. Шкатулка сохранилась, список тот я совсем недавно доставала, он цел. И все остальные мелочи из неё на месте, а камешка нет. Тогда и заметила. Я уже всю голову сломала, и чего только не подозревала… — Чего же? — Как бы это сказать… Когда библиотеку разнесло, я… со мной такого никогда не было, ни до, ни после. Как будто оса в одно место ужалила, да не одна, а целый рой. Рвать, метать и убивать, буквально… Любовь и ненависть, как ты говорил, самое оно́. Вот и думаю: а не сыграл ли тот камешек какую роль? — Мог и сыграть. — Слушаю тебя внимательно. — Во время тех событий с Тиреком я был в Ванхувере. Отдыхал, как раз только что рейсовая декада кончилась. Мои способности остались при мне, у них другая природа, не магическая, но… Через них-то меня и прихлопнуло, всё-таки повышенная чувствительность к эмоциям. Когда целый здоровенный город свалился в жуткой депрессии, и весь этот негатив шарахнул по мне… Я, конечно, закрываться умею, но не в таких масштабах. В общем, пришлось мне ещё хуже, чем другим. Камешек тот, скорее всего, просто перестал существовать, у него же связь со мной была, и часть этой дряни через меня в него ушла. С тобой тоже связь была, так что могло и по тебе прилететь, уж не знаю, помогло это или как. Теперь трудно сказать. — Слу-у-шайте, — вдруг сказала Скуталу. — Я тут сейчас про «медный таз» услышала и вспомнила… а каким боком он при той сказке про юного пегаса Скайуокера? И вроде что-то там ещё про принцессу с лужей… — А ты-то когда об этом могла раньше слышать? — живо заинтересовался Виндчейзер, опередив своим вопросом Твайлайт буквально на долю секунды. — Про сказку последний раз вот только позавчера, когда слушала, как вы памятник заканчивали. А про тазик и лужу давно. Когда твоя… — Скуталу кивнула на наставника, — разнесла Эпплам ихнюю будку на задворках своим научным экспериментом. Не помню уже, был ты там или нет?.. — Был, был. Тётя Пинки Пай так громко кричала «пожалуйста, разойдитесь, здесь нет ничего интересного!»… На весь Понивилль слышно было. — Вот. А мы с девчонками тогда совсем девчонками были, ну и пристали к твоей… — она кивнула на Твайлайт, — вроде как от школьной газеты. Мол, поясните, что здесь происходит-то. Она и пояснила. Мол, принцесса Дружбы у нас очередное открытие сделала, придумала каких-то но… на… — Наноботов? [1] [2] — Ага, точно. Их са́мых, значит, придумала, а кое-кто захотел проверить. И сквозь зубы добавила… как это… мол, все они хорошие, пока маленькие, максимум в лужу из тазика посадить могут, а как вырастут, так ведь не остановятся, пока на граблях не станцуют, прямо как этот Скайуокер из сказки… Про сказку-то я теперь в курсе, а про лужу расскажите, что ли, а? — Нет! — отрезала Твайлайт. — Про эту лужу, в принципе, могу я рассказать, — заметил Виндчейзер. — Ты-то откуда знаешь?! — А мне моя показывала. А она у твоей во сне подсмотрела. Видать, качественно ты её тогда обмакнула, раз до сих пор снится. Значит, дело было так… — Не смей! — Почему ещё? Тебе, значит, можно было читать, как она летать училась, а ей слушать, как ты училась магии — нельзя? — Она с меня ещё рассказ твой стребовала, — тут же наябедничала Скуталу. — Про то, как ты метку получил. — Тем более. Про меня, значит, тоже можно было. Так почему про тебя-то нельзя? Аргумент был убийственный, Твайлайт только засопела и через несколько секунд выдавила: — Может, не при мне хотя бы? — Можно и не при тебе. Вот я подробностей-то напридумываю… — Ты же не врёшь! — А нафантазировать и приукрасить байку за враньё не считается, это тебе даже твой Элемент Честности подтвердит. Так мне рассказывать? — Ага! — обрадовалась Скуталу. — Можно будет мне потом запись на бумаге, как с тех двух? — Ещё чего! — Ну и ладно, Старлайт попрошу тогда, она умеет, ей тоже интересно будет… — Тьфу! — Кхм! Если кое-кто помолчит, то я, пожалуй, начну. Значит, сказка и лужа были потом, а сначала были принцесса и тазик…

***

Дверь открылась, и в класс торжественно вплыл тазик с водой. Ну то есть как «вплыл» — тут правильнее было бы сказать «влетел», его ведь левитировали. Левитирующая аура была ученикам прекрасно известна. Следом показалась и её обладательница — принцесса Селестия собственной персоной. Она же ректор и ведущий преподаватель кантерлотской Школы одарённых единорогов. Принцесса огляделась по сторонам и распорядилась: — Парты к стенам, пожалуйста. Двадцать два жеребёнка вскочили с мест, двадцать два рога засветились разными цветами — и через пару секунд парты уже аккуратно стояли вдоль стен. Уроки нередко начинались с этих слов, все давно знали места для своих парт и при необходимости убирали их туда моментально, не путаясь и не сталкиваясь с другими. Селестия кивнула на дальнюю от входа стену, и все отошли туда. Затем она установила тазик на пол и встала так, что он оказался точно позади неё. — Сегодня, — сообщила наставница, — мы будем играть в интересную игру. Сзади меня, как видите, находится таз с водой. Посадите меня в него, то есть попытайтесь посадить, я имела в виду. — Как посадить? — недоуменно спросил один из учеников. Остальные промолчали, но на их физиономиях явно читался тот же вопрос. — Крупом, как же ещё. Вот этим самым крупом… — Селестия помахала хвостом, — вот в эту мокрую воду. — Зачем?! — Как это «зачем»? Вы что, не понимаете? Вот представьте себе, что будете иметь возможность хвастаться: я, дескать, ещё жеребёнком посадил или посадила в лужу не кого-нибудь, а саму принцессу Селестию! Ага? — У-у-у-у!.. — мечтательно протянул класс, а потом кто-то решительно заявил: — Да в жизни же никто не поверит! — Оформлю документ, — пообещала Селестия. Глаза её смеялись. — На лучшей бумаге. Лично подпишу и наложу магическую Печать. Сами знаете, и все знают, её нельзя подделать. — И много ли таких документов… — поинтересовался скептический голос, — было оформлено? — Не сомневалась, что именно ты задашь этот вопрос, Твайлайт… Девятнадцать. — Ого, так много?! — Как вам сказать… Однажды в этот самый класс посреди урока ворвался гвардеец со свитком, который во дворце сочли требующим моего незамедлительного рассмотрения. Истошные вопли про «срочное королевское дело!!!» отвлекли меня буквально на долю секунды, но этого хватило. Их всё-таки было девятнадцать против меня одной, и все такие одарённые, прямо как вы. Самое смешное, что дело-то оказалось ерундовым… а я не успела даже заметить, чей именно импульс усадил меня в тазик. Пришлось оформлять всему классу. Несколько штук хранится в музее Школы. — И почему мы их там не видели?! — Это же очевидно, Твинклшайн. Потому что они там лежат в шкафу, а не выставлены в витрине. — Почему? — Чтобы никто вокруг этих бумажек не придумывал чего ни попадя, Твайлайт! Вы теперь знаете, о чём идёт речь, можете пойти, попросить, и вам покажут. Это же просто шутка с долей правды… и не распространяйтесь про неё другим ученикам, пожалуйста. Кто ещё не знает, тот узнает в своё время. А сейчас — вы будете болтать языками или всё-таки попробуете посадить меня в лужу? — Какие правила? — Любой магией сделайте так, чтобы я села в таз. Только чистая магия, никакого физического контакта. Вместе, порознь, как вам будет угодно. Я противодействую тоже магией, и только той же, какую применяете вы. Да, и я в любом случае только противодействую, не применяя никакой магии по вам самим. Это всё. Сверкнула фиолетовая вспышка. — Очень хорошо! Поскольку наша игра в простейшей форме моделирует битву магов, нет ни малейшей необходимости дожидаться особого приглашения от противника. Инициатива даёт преимущество. Собственно, когда я сказала «это всё», я… Селестия замолчала, потому что воздух в классе заискрился магией, и тут уже пришлось сосредоточиться. Их всё-таки было двадцать два, это чуть больше, чем в прошлые годы… «Телекинез… слишком широко встали, голубчики, сами же друг другу снижаете эффективность, и силёнок-то ещё немного… Ого, попытка надавить сферой, и даже двое сразу… нет, ничего у вас не выйдет, конечно. Внешняя сфера — это большая энергия, а двигать её — это ещё больше энергии… а вот я вам обе эти сферы накрою одной своей и двигать её даже не буду, а у меня-то силы поболее вашего найдётся… ой! Это кто ж у нас такой умный, что первым догадался не просто так пихаться, а задние ноги подсечь?.. Запомним, запомним… нет, и не надейся, девочка, я же сейчас просто встану пошире и тебе придётся растянуть свой импульс, а два независимых ты пока ещё не можешь…» Теперь можно было немного расслабиться. Начали работать привычка, опыт и рефлексы — сознание частично освободилось, опять позволив говорить. — Обратите внимание: ваши магические импульсы представляют собой те же векторы силы, и на них распространяются те же законы. Создавая им противодействие, я всегда чуть-чуть запаздываю. Поэтому когда вы ослабляете свой нажим, я ослабляю свой ответный чуть позже, и вас немного отпихивает назад. Вот, молодцы! Если встать крупом к стене, можно будет не беспокоиться о том, чтобы удержаться на ногах, и чуть сильнее сосредоточиться на основной задаче… — А если… я усиливаю… — пропыхтели от стены. — Тогда чуть отпихивает меня, конечно. Но тут мне помогает то, что я больше и тяжелее любого из вас, вспомните законы динамики. — Если бы… мы… вместе… — Я увижу, что вы готовитесь объединить усилия. В настоящей дуэли это немного отвлекло бы вас и позволило мне нанести упреждающий удар. Именно поэтому работающие вместе боевые маги тратят много времени на то чтобы «сработаться». Это позволяет им думать одинаковыми схемами и наносить совместные удары, не выдавая противнику своих намерений. — Если бы… нас… предупредили… — То было бы не так интересно. Не говоря уже о том, что в жизни вас никто ни о чём предупреждать не будет. — А так даже и пытаться нечего! — обиженно воскликнул кто-то из мальчишек. — Бесполезно же! — Припоминаю старую-старую сказку, — насмешливо проговорила Селестия. — Там один молодой пегас по имени Скайуокер утопил в болоте небесную колесницу. И стал вытаскивать её оттуда изо всех сил. У него никак не получалось, и он воскликнул то же самое, что ты сейчас: «тут и пытаться-то бесполезно!» — И что? — Мимо проходил какой-то дряхлый старик самого смешного вида. Он сказал пегасу «а надо не пытаться, надо делать!» — и в два счёта вытащил колесницу на сушу. — Это был Старсвирл Бородатый? — Нет, Твайлайт, это совсем другая сказка… Так, я не поняла, вы сдались, что ли?! Пыхтение и вспышки возобновились. Вот автор реплики про «бесполезно пытаться» толкнул свою соседку плечом в бок и чуть качнул головой: сначала налево, потом направо. Та прищурилась и кивнула. Селестия мысленно усмехнулась: сейчас, небось, вдвоём попытаются растащить ноги в разные стороны? Ну так и есть! Отражённые импульсы (сферы же применяли? получите сферу!) ушли накрест и раскидали самих затейников. То есть, строго говоря, это они же и раскидали друг друга: всё по правилам. — Именно то, о чём я говорила. Трудно было не заметить, как вы догова… Фиолетовая вспышка. Вшшшихх. Плюх. И тишина. Класс воззрился на принцессу Селестию, которая сидела крупом в тазике. Который стоял в здоровенной луже на полу. Кое-кто тёр глаза… то ли от брызг, то ли от недоверия к увиденному. — Э… Твайлайт?.. — Извините… — Ты не пояснишь для остальных, что это сейчас было? — Я подумала, что… ну, энергия на телекинез объектов же возрастает прямо пропорционально квадрату количества отдельных объектов… а ещё вы говорили, что отслеживать чужие импульсы много труднее, чем создавать их само́й… а нас тут всё-таки больше двадцати… в общем, я подумала, что вместо посадить в лужу можно попробовать подсадить лужей, ну то есть тазиком, результат ведь один… извините… — Проще говоря, ты не стала пихать меня в тазик. Ты дёрнула тазик мне под ноги в расчёте, что я не слежу за ним или слежу не так внимательно, как за собой. — Д-да… извините… — Хватит уже извиняться, сколько можно!.. Селестия обвела учеников взглядом — все эти вытаращенные глаза и открытые рты. Вздохнула, встала, освободила от тазика царственное седалище. Полезно, полезно иногда вместо трона садиться оным в лужу, ничего не скажешь… И ведь знала же про это слабое место в игре — но сколько лет про него никто не догадывался за один урок? Вот, пожалуйста, догадались! Всё, в этом классе больше никаких скидок на возраст не делаем! Хорошо хоть, догадалась именно та, от кого это в первую очередь можно было ожидать, хоть тут чутьё не подвело… — Этот урок предполагался на тему… — размеренно заговорила принцесса, прибираясь в первом приближении (собрать воду с пола в шар, аккуратно отнести шар в угол и там постепенно слить в раковину, предусмотренную для проведения химических экспериментов), — совместных усилий, слаженности действий, важности теоретических знаний, ценности личного опыта и всё такое. Твайлайт… гм… внесла в него некоторые модификации. Но получилось тоже хорошо. Припоминаю историю про одного большого мастера своего дела, который прожил жизнь по принципу «думай не как другие!» Того же он требовал от своих учеников и последователей… И ему удавалось буквально творить чудеса, хотя он даже не был магом. Надеюсь, все убедились, что этот подход более чем имеет право на существование и способен давать весьма впечатляющие результаты? Класс нестройно прогудел что-то согласное. — Очень хорошо. Думаю, на сегодня занятия закончены… э-э… некомфортно, знаете ли… — Селестия покосилась на промокшие части своего тела. — Твайлайт, завтра я принесу тебе документальное подтверждение твоего успеха. Поздравляю, ты всего второй единорог в Эквестрии, который получит его по праву… и самый первый, кто получит его абсолютно заслуженно. Я имею в виду, без всякой скидки на помощь обстоятельств. — Пожалуйста… не надо мне… — пробубнила та, старательно рассматривая кончик собственного носа. — Почему же? Я обещала. — Зачем мне эта ерунда сдалась… извините… Селестия внимательно посмотрела на ученицу: — Я уже достаточно похвалила тебя сегодня… не буду делать этого ещё раз. Скажу, однако, что сейчас ты поступила правильно. — Потому что глупо хвастаться тем, как сумел посадить кого-то в лужу? — встряли сбоку. — Да, и поэтому тоже. Весьма разумное замечание, я очень рада, что услышала его… Однако… — Селестия вновь смерила Твайлайт взглядом, сама себе кивнула и хмыкнула. — Есть ещё как минимум одна важная причина. Когда-нибудь я озвучу её, обещаю. Пока же позвольте пожелать вам доброго дня… кстати, день сегодня и впрямь замечательный, на вашем месте я бы не теряла времени зря и воспользовалась этим… Итак, до завтра! Принцесса вышла из класса, закрыла дверь, торопливо высушила себе шерсть и накинула на себя иллюзию. Что поделаешь — не придумано ещё магии, которая бы сушила и укладывала хоть сколько-нибудь сопоставимо с банальным феном в умелых копытах! Не показываться же другим такой вот кошмарихой после магической сушки… Потом она задумалась над незаданным вопросом… точнее, ответом на него. Который когда-нибудь всё равно ведь придётся давать — не на этот именно вопрос, так на близкий. «Ты потому поступила правильно, девочка, что посадишь меня в лужу ещё не однажды. Документировать каждый раз — это же никакой бумаги не хватит!»