Просто поверь

В ярком свете прожекторов на сцену выходит несколько человек в тёмных костюмах. Их лица скрывает появившийся туман, который является, по всей видимости, запланированной частью шоу. После невыносимо громких, но уже привычных криков фанатов и бурных аплодисментов, раздаётся музыка. Такая таинственная, волшебная, притягивающая внимание всех. В ней не было мягких и спокойных звуков, возможно, поэтому она и являлась чем-то особенным, невообразимо загадочным для любителей рока. За всем этим концертом наблюдала темноволосая девушка. Она стояла на удивительно близком расстоянии от сцены, больше оценивая обстановку, творившуюся в помещении, нежели само выступление. Как ни странно, ей не мешали многочисленные фанаты или же обычные люди, которые пришли сюда. Вроде бы она и присутствовала, но её никто не мог заметить… Алан распахнула большие карие глаза. Потерев их кулачками, она тяжело вздохнула, пытаясь восстановить сон. Как же часто такое бывает: казалось бы, готовая песня, только подбери аккорды с нотами и напиши на бумаге текст, но нет. Всё портит то, что наутро это как будто стирается из памяти, словно кто-то не желает, чтобы воспользовались чем-то сокровенным для него. Немного расстроившись, девушка всё же отважилась помучить соседей своим ранним концертом. Она быстренько встала, расчехлила гитару и уселась на краешек кровати, скользя пальцами по струнам. Небольшая прядь волос медленно спустилась на лицо, закрывая поле зрения левого глаза, но это не смогло оторвать Алан от увлекательного и, что самое главное, любимого занятия. Пальцы продолжали бегать по струнам, пытаясь создать мелодию. Почему-то всегда, когда снится новый сон, в котором звучит музыкальная композиция, хочется либо воспроизвести её, что практически невозможно, либо придумать что-то своё. Как-то всё это подбадривает, заряжает столь нужной порцией вдохновения. И вот, всё многообразие аккордов, украшенных боями и переборами, вылилось в нечто, что принято называть мелодией. Бесспорно, это ещё была начальная версия, недоработанная в некоторых местах, но чёткая идея того, что должно из этого получиться, уже витала в голове у Алан Уильямс, юной музыкантши с явным талантом и безумным желанием творить. В детстве девушке не разрешали уделять должного внимания столь любимому увлечению: родители отправили её в учебное заведение с углубленным изучением иностранных языков, обосновав это тем, что музыкой на жизнь не заработаешь, и если уж она и нравится, то должна оставаться ничем большем, кроме как просто хобби. Но… Почти три года назад, в яркий солнечный день, не предвещавший абсолютно ничего плохого, родители летели домой. Они отменили все свои важные дела по работе, чтобы поздравить дочь с семнадцатилетием. По загадочному стечению обстоятельств самолёт разбился. Никто так и не выяснил истинную причину этого происшествия: погода была подходящая, воздушный транспорт прошёл специальный осмотр перед полётом, пилот был опытный. После случившегося Алан полностью ушла в себя. Она не хотела видеть ни близких друзей, ни просто знакомых. Замкнувшись в себе, несколько недель девушка просто не находила места, винила в чём-то всех, кто пытался ей помочь. И единственной вещью, которая помогла справиться с пережитым стрессом, стала музыка. Это поистине замечательное лекарство от всех недугов: всё, что ты чувствуешь и таишь в себе, можно передать миру с помощью звуков. Ты как бы никому не даёшь толком понять, что с тобой происходит и кто ты вообще, но можешь просто показать, какое состояние души в данный момент, грустно тебе или радостно, хочется плакать или смеяться, любить или ненавидеть, жить или существовать, уйти в себя или победно переступить через трудности. Медленно, день за днём, минута за минутой, Алан стала общаться, пытаться веселиться. Но как бы всё хорошо ни казалось, горечь утраты не может бесследно исчезнуть. В тот год девушке не удалось поступить в высшее учебное заведение. Однако она приобрела нечто большее, чем просто какой-то шанс стать опытным специалистом в сфере международных отношений, куда так стремились «запихнуть» девушку родители, - надёжных друзей, проверенных временем. Из их числа сложилась музыкальная группа. Они не гнались за какой-то сумасшедшей славой и популярностью. Единственное, что им нужно было – создавать музыку. И это действовало как наркотик: написав однажды текст или мелодию, ты не можешь остановиться на достигнутом, хочется это делать снова и снова, приятно удивлять всех, в том числе и себя. Сердце Алан забилось по-новому в предвкушении того, как оценят её старания друзья. С текстом дела обстояли похуже: девушка любила и пыталась писать, но часто рифма не выходила, иногда просто слова не ложились на музыку. В голове вертелось только начало припева: «Чёрные полосы», - медленно проговорила она, пытаясь соотнести слова с мелодией. «Белые волосы вьются. Слёзы ручьями по щекам твоим льются…» Закончив музицировать, Алан отправилась на кухню. Съев йогурт, являвшийся единственным подходящим для лёгкого завтрака продуктом, она начала собираться в магазин. Несмотря на то, что в такие тёплые июльские деньки аппетита совершенно нет, приходится заставлять себя съесть хоть что-нибудь. После того, как девушка открыла дверь, её взгляд сразу устремился вниз, на маленькое пушистое существо. На площадке сидела собачонка. Слёзы невольно покатились из глаз, когда Алан рассмотрела это создание повнимательней. Дело в том, что родители везли с собой в качестве ещё одного подарка собаку, очень похожую на ту, которая сейчас с опаской изучала девушку своими большими сверкающими глазками. Понятно, что, вслед за этим, по цепочке в голове появлялись и другие воспоминания. Конечно же, девушка никогда не забывала о случившемся, но она за все эти два года плакала лишь два раза: первый – в свой день рождения, когда несколько часов она проводила на кладбище, в то время как другие развлекались, а второй – сейчас. - Хорошая, - проговорила она, гладя собачку по головке. Та лишь потёрлась об её руку. – Интересно, у тебя есть хозяин? - Уильямс принялась рассматривать животное: ошейника не было, но это Божье создание было ухоженное, вычесанное, точно кто-то за ним присматривает. – Значит, до тех пор, пока не объявится твой владелец, ты будешь жить у меня, - в ответ собака тихо гавкнула, что заставило девушку улыбнуться. В супермаркете Алан взяла себе корзинку, решив, что на тележку с продуктами её не хватит. Расположив там несколько йогуртов, молоко, фрукты с овощами и собачий корм, она подошла к кассе. - Кого я вижу, - раздался над ухом громкий бас Алекса, высокого молодого человека с тёмными волосами и карими глазами. - Привет, - обернувшись, ответила она. - На репетицию сегодня придёшь? - Да. Я, кстати, утром кое-что набросала, думаю, вам понравится, - в глазах загорелся огонёк от этих слов. Всегда, когда речь шла о любимом деле, девушка кардинально менялась. - Заинтриговала, - парень перевёл взгляд с лица собеседницы на её корзину. Всегда интересно, что покупают другие. – А зачем тебе собачий корм? – изумился он. – Неужели для связок полезно? – шутливая ухмылка появилась на его лице. - Нет, для связок я предпочитаю по старинке: яйца и оливковое масло, - она на мгновение остановилась. - Просто с сегодняшнего дня я живу не одна. - Собаку завела? Алан довольно закивала. - Представляешь, я сегодня открываю входную дверь, а там такое чудо сидит, - девушка сразу вспомнила Шэрон (такой кличкой одарили животное). - Я давно говорил, что тебе нужно кого-то завести, а ты всё противилась и отнекивалась. Надо слушать старших, - с укором подметил молодой человек. Очередь Уильямс за разговором подошла быстро. Ловко загрузив продукты в пакет, Алан быстрым шагом направилась домой. Покормив питомца и переодевшись в одежду делового стиля, она завязала волосы в хвост на затылке и села на диван в ожидании звонка, который не заставил себя ждать. В коридор девушка направилась быстрым шагом: не хотелось, чтобы гости стояли под дверью. - Здравствуйте, - мило улыбнулась Алан, немного волнуясь. - Добрый день, - приветливо ответила женщина, держа за руку мальчика лет десяти. - Как тебя зовут? – присев на корточки, поинтересовалась Уильямс. - Остин, - последовал робкий ответ. - Какое красивое имя, а меня называй просто Алан. - Хорошо, - продолжая стесняться, вымолвил он. - Ну что, давайте пройдём в комнату. Вы же будете присутствовать на занятии? – спросила девушка, чувствуя, что напряжение потихоньку уменьшается. - Да. - Тогда присаживайтесь вот сюда, - она указала на белый диван, прекрасно гармонирующий с общей чёрно-белой цветовой гаммой комнаты. - Спасибо, - Бренда Лайт манерно села на краешек предложенной ей мебели, по-королевски выпрямив спину и скрестив руки в замок. Алан не рассказывала своим друзьям о том, что даёт уроки игры на фортепиано у себя дома. Почему-то не хотелось ей, чтобы кто-то знал об этом. А на все вопросы о том, где работает, она отвечала, что помогает по хозяйству какой-то пожилой женщине. Деньги у девушки были, ведь всё большое состояние, которое принадлежало родителям, с восемнадцати лет стало её. Но ей хотелось почувствовать себя самостоятельной в полной мере, зарабатывая деньги собственным трудом. Сначала Алан и не думала о том, что будет учить детей владеть музыкальным инструментом. Однако однажды она совершенно случайно услышала на остановке разговор женщины, которая не могла найти достойного преподавателя музыки для своей дочери. Рискнув, Алан предложила свои услуги. Несмотря на недоверчивые взгляды и слова той мамочки, девушке удалось привить ребёнку любовь к этому виду искусства, научить правильно держать руки, читать ноты. После этого женщина посоветовала своей подруге отдать её чадо к Уильямс, а та, в свою очередь, порекомендовала девушку Бренде, которая и восседала на диване в ожидании начала занятия. - Он где-нибудь занимался раньше? – спросила Алан у женщины. - Нет, нам рассказали про Вас, и мы решили попробовать. Остин очень любит петь, постоянно стучит карандашами по столу, пытается извлечь звук буквально из всего, что только видит. Мне это уже порядком надоело. Надеюсь, Вам удастся его чему-нибудь научить, и всю свою энергию и энтузиазм он направит на то, чтобы играть с толком. - Тогда начнём с теории, - решила девушка. После этих слов мальчик нахмурил брови и сложил руки на груди, поглядывая на синтезатор, стоящий недалеко от него. - Ты же хочешь научиться играть красиво? – заметив реакцию парнишки, спросила Уильямс, чуть прищурив брови. В ответ тот кивнул, но хмуриться продолжал. Поняв, что слова в этом случае бессильны, девушка решила сыграть что-нибудь нежное. На ум пришёл вальс Евгения Дога. Подойдя к инструменту, она принялась играть, аккуратно и с чувством нажимая на клавиши, держа руки куполом, как её учили когда-то.