Рыцарский роман

Проснувшись, голодный и злой, я принялся составлять план тренировок. В результате получилось нечто, удовлетворяющее всем требованиям. А потом меня захлестнула текущая рутина. - Господин, простите, господин, - выдернул меня из дум чей-то голос. Я поднял голову. Передо мной стояла Жаклин и от смущения теребила фартук. Похоже, она стояла уже слишком долго, потому что ее начальница, сидевшая чуть дальше за столом, уже начала хмуриться. - Что случилось? - Простите, господин, но не могли бы вы отпустить меня на два дня к родителям? – пробормотала девушка. - Карин не возражает? – уточнил я. - Что вы, милорд, я же сначала у нее разрешение получила. - Одну, или с капралом? - Одну, милорд, - покраснела девушка. - Ты смотри, если надо, я могу его отпустить, - улыбнулся я. Девушка замотала головой. Я дал ей разрешение, и она, получив благословение сидящего рядом отца Тука, убежала по своим делам. Внезапно мне пришла в голову мысль. Я махнул рукой, подзывая к себе старшую служанку, а сам повернулся к монаху. - Святой отец, что у нас за праздник грядет? - Милорд, простите, но это же День святой Анны, - удивился отец Тук. – Богопроматери. Я с трудом удержал себя за язык, чтобы не ляпнуть глупость. К сожалению, мы больше вспоминаем совершенно другую бабушку. Заметив, что подошла старшая служанка, я чуть повысил голос. - В связи с грядущим праздником задаю вам вопрос: как его отмечают и где? То есть, стоит ли желающих на время праздника отпустить к родственникам? Думаю, местный лорд переживет отсутствие, скажем, половины слуг. И всех молодых стражников. Удивлению моих собеседников не было предела. Монах даже налил себе в кубок вместо воды вина. И, осушив его залпом, видимо не понял, что выпил. - Простите, сын мой, а к чему такая щедрость? – осторожно поинтересовался он. – Простите мой вопрос, но лорды не часто радуют своих слух праздниками. - Не знаю, - пожал я плечами, пытаясь изобразить на лице тупость. – мне почему-то так восхотелось. - Для выполнения минимальных работ по замку предложенного количества будет достаточно. – отрапортовала Карин. – По поводу стражников лучше спросить у нашего капрала. - Ну, за него я и сам решу. Отче, что по поводу ваших мероприятий? - Все согласно канонам, милорд, - наклонил голову монах. – Но ничего, что бы требовало дополнительных затрат. Поблагодарив всех, я напомнил, что все должны быть на месте в воскресенье, на вечерней молитве, а в случае отсутствия кого-либо, обязательно сообщить об этом мне. *** Удивительно, но праздник прошел без проблем. К вечеру воскресенья я получил соответствующие доклады, что все люди на месте, поэтому я с чистой душой сел с отцом Туком играть в шахматы. Понедельник прошел без происшествий, а вот утро вторника оказалось полным весьма неприятных событий. Первый звоночек прозвенел, когда утром я остался без воды для умывания. Ехидно заметив об этом старшей служанке, я даже не обратил внимания на поджатые в ответ губы. А придя на тренировочную площадку, я с изумлением увидел, что мои стражники бегают очень вяло. Присмотревшись, я увидел, что вместо Хью колонну возглавляет Длинный Том. Дождавшись, пока они прибегут на площадку, я подошел к ним и поинтересовался, где их капрал. Оказалось, я его с утра отправил по каким-то своим делам чуть ли не на три дня. Отозвав Тома в сторону, я дал волю своему гневу: - А теперь я хочу услышать правду. Куда вляпался этот идиот? - Я не знаю, милорд, - опустил глаза стражник. - Врешь. И самое хреновое знаешь в чем? – процедил я сквозь зубы. – В том, что ему, может быть, нужна помощь, а ты его этой помощи лишаешь. Поэтому знай: если с ним что-нибудь случится, я тебя повешу. - Простите, милорд, - взмолился стражник, - это он из-за девки. - Какой девки? – похолодел я. - Его девки. Она в воскресенье не вернулась. Он начал волноваться, и до этой ночи ходил злой. А в полночь он сказал, что вы его посылаете с заданием и отправился ее искать. Я сел возле стены, обхватив голову руками: - Господи, какие же вы сволочи! Просидев пару минут, я тяжело встал. - Через полчаса у ворот меня ждет толковый боец с оружием. И не дай Бог, когда я вернусь, пропадет кто-нибудь еще, или будет плохо нестись служба. Я вам тогда устрою децимацию. И не дождавшись ответа, отправился в донжон. *** Отца Тука я нашел готовящимся к очередной проповеди. - Отче, как насчет того, чтобы спасти несколько заблудших душ? – спросил я, распахнув дверь. - В ваших устах, сын мой, - оторвался от книг монах, - это звучит богохульством. - В моих устах это звучит просьбой о помощи. Через полчаса жду вас у ворот, одетым для прогулки по чащобам и возможной схватки. Отец Тук порывался что-то сказать, но я его уже не слушал, размышляя о том, как построить разговор со старшей служанкой, используя минимум нецензурной лексики. Карин я нашел на кухне, где она распекала двух кухарок. Дождавшись, пока она закончит, я подозвал ее и тихо спросил: - Скажите, дорогая Карин, а как бы вы поступили с тем, кто вам соврал, глядя в глаза? - Приказала бы конюху высечь наглеца на конюшне, милорд, - нахмурилась женщина. – Но я… - Если с вашей помощницей что-нибудь случится, я обязательно так и поступлю, - произнес я, глядя ей в глаза. – А сейчас мне нужен сухпаек на трех человек и мазь для обработки ран. Старшая служанка поклонилась, а я направился в конюшню, рассуждая, с чего начинать поиски. *** Если у древних «все пути ведут в Рим», так при поиске все дороги идут в корчму. В смысле, в таверну. Благо, у меня там резидент, ой, бывший егерь сидит. С трудом мне удалось оставить сэра Томаса в замке, но я попросил на время моего отсутствия возглавить оборону замка в случае чрезвычайной ситуации. В результате, из ворот замка, галопом выехали три человека: я, отец Тук и Джим-Сорока. Последний, один из молодых стражников, прилагая все силы, чтобы удержаться в седле, держался позади нас, а отец Тук, с посадкой истинного рыцаря, молча ехал рядом. Судя по его одежде и крепкому дубовому посоху, притороченному позади седла, он все-таки услышал мою просьбу. - Скажите, милорд, чем вызвана ваша просьба? – наконец нарушил молчание монах. - Страхом, что нужно будет лечить души. И надеждой на то, что будет, что лечить. – хмуро ответил я. - Неужели, сын мой, ты чего-то боишься? – удивился монах. – За исключением, конечно, кары Господней. - Любой человек боится. – пожал я плечами. – А если его нет, то этот человек жить будет недолго. Отец Тук задумался, и дальше мы с ним ехали в глубоком молчании. *** Подворье трактира нас встретило привычным порядком и тишиной. В принципе, все было логично – недавно был праздник, и поэтому даже самые большие любители выпить сейчас компенсировали отдых ударным трудом. Естественно, в мою пользу. Трактирщик видимо меня увидел в окно, поэтому сам вышел поприветствовать. - Добрый день, милорд, - поклонился мужчина. Я соскочил с коня и, подойдя к нему, взял за локоть. - Здравствуй, уважаемый. Надо парой слов перемолвиться. Том понятливо кивнул, и мы отошли в сторону. - Ты от своих ухорезов когда последние отчеты получал? – спросил я, сразу переходя к делу. - Так на празднике, милорд. Тогда же и деньги передал. У меня все бумаги лежат. Как вы и просили, два столбца – роспись и отпечаток пальца. - Все получили? - В том-то и дело, что нет, милорд. – скривился корчмарь. – Меня предупредили, что Кривой Сэм немного задержится, но, чтобы на три дня… - Откуда он? – нахмурился я. - Из Больших Комаров, милорд, а они… - Контролируют направление из Легборна, - продолжил я, удерживаясь всеми силами, чтобы не выругаться. – Там еще кто-нибудь есть? - Беспалый, милорд. У него дом на окраине. - А Кривой Сэм разве не с ним? – удивился я. - Нет, милорд. Он у вдовы живет. – невесело усмехнулся корчмарь. - А этот за деньгами не приходил? - Беспалый свою сумму должен в конце этой недели получить. – ответил корчмарь. Я задумался. В принципе, я подозревал, что так оно и будет, потому что родители Жаклин жили аккурат в Малых Кобеляках, тьфу, блин, в Больших Комарах. Попрощавшись с трактирщиком, мы направились к следующему пункту назначения.