Я снова готов поверить

- Я не понимаю, Дженни. Мне хочется дарить тебе подарки. Это нормально. Где я просчитался? Когда она позволила ему застегнуть цепочку с кулоном, сразу потребовала, чтобы он больше так не поступал, чем вызвала законное изумление. Это, правда, нормально, когда мужчина желает сделать любимой женщине подарок. В идеале – много подарков. Именно так проявляется внимание, разве нет? И пусть Дженни умеет делать украшения, однако неужели плохо, если он подарит ей что-нибудь красивое с самыми чистыми помыслами? А что ещё дарить женщине, которая не любит букеты, а хорошее вино и шоколад слишком дороги? Хотч прекрасно знал возможности своей кредитки и знал, что попросту не потянет вино, которое подарила его Дженни Габриэль Виндзор – лучшая подруга его девочки. Габриэль хотела унизить его, и у неё прекрасно получилось. Бутылка французского вина за пять сотен! Душу грела мысль, что Дженни не шибко жаловала вино. По-крайней мере, с Хотчем она предпочитала пить пиво или же лениво потягивать виски. - Я не люблю подарки. Тем более спонтанные. Ты жив-здоров. Большего мне не требуется, - строго ответила она, после прищурилась и хмыкнула: - Если уж так невтерпёж, дари бельё. Я обожаю красивое бельё! - Ловлю на слове. - Тебе же хуже… Он думал, что нашёл способ порадовать свою ведьмочку, однако не представлял, насколько попал. Разумеется, он дарил Хэйли красивое бельё, но она предпочитала нечто более практичное, и со временем такие подарки прекратились. Быт уничтожил романтику! - Так, раз уж мы выбрались в торговый центр… - Дженни хитро улыбнулась. – Предлагаю оставить Джека в игровой комнате, а ты, специальный агент, можешь сделать мне подарок. Оставшись вдвоём, они зашли в отдел, где к ним сразу же подскочила красавица-консультант с неизменными улыбкой и вопросом: - Могу я вам помочь? - Он хочет сделать мне подарок, - Дженни преспокойно уселась на диванчик. - Оу, понятно, - продавец повернулась к Хотчу. – Романтичное, горячее или повседневное? Хороший вопрос. Когда он покупал бельё для Хэйли, как-то не задумывался над этим. Брал, что посоветуют. Как правило, узнав, что подарок жене, советовали что-нибудь спокойных оттенков. Хотч вопросительно посмотрел на Дженни. - На меня не гляди, - отрезала она. – Выбирай сам. - Давайте романтичное, - предложил он продавцу и услышал тихий смех Дженни. - Вам то, которое снимают или надевают? - А есть разница? В ответ, смерив Дженни оценивающим профессиональным взглядом, девица сняла со стойки два комплекта – красное безумие кружева и тонюсенькое прозрачное ярко-розовое непотребство. - Это, - кивнула на красное. – Надевают. А это, - подняла повыше розовое. – Только, чтобы снять. Видите разницу? - Нужно мерить, - заключила Дженни. - В смысле? – он уставился на неё, будто впервые увидел. - А как иначе? Прежде, чем он успел сообразить, что происходит, продавец отвела их вглубь отдела, и Дженни спряталась в примерочной. Когда же вышла, Хотч слегка обалдел, увидев её в алых кружевах. - Нравится? – Дженни покрутилась перед ним, одновременно высматривая себя в зеркале. - Ты не упоминала, что будешь мерить, а я смотреть! - Как же ты купишь подарок, не удостоверившись, что я буду в нём хороша? – лукаво улыбнулась, заметив, что он расставил ноги шире. – Другой посмотрим? Ответить он не успел. Она вновь скрылась в примерочной и вышла в розовом – никаких секретов. Не бельё, а название одно! - Мне не нравится цвет, - хрипло сказал Хотч. – Может, белое? - Белый рыжим не к лицу, - со знанием вставила продавец. – Кофейный оттенок? Так снять или надеть? Теперь, я думаю, разница ясна? - Снять. - Кто-то вошёл во вкус, - рассмеялась Дженни, принимая от продавца очередной комплект. Когда снова показалась, Хотчу стало немного дурно от мысли, что до спальни ещё добраться надо, а терпение уже на исходе. И Дженни, как назло, подошла совсем близко и прошептала на ухо: - Крепись, специальный агент. Теперь цвет не нравится мне. Может, персиковый? – как ни в чём не бывало спросила продавца. И Хотч отчётливо понял, что сегодняшняя ночь будет жаркой…