13
18 июля 2019 г., 07:00
Примечания:
Прошу прощения за долгое отсутствие продолжения и желаю приятного чтения.
Девушки бегали по гарему, пересказывая друг другу ужасную новость. По пути в Старый дворец на карету, в которой ехал маленький Шехзаде, было совершено нападение, и на месте никого не было из живых. Алие слушала это всё без грама сожаления. Узнав о том, что в карете была ещё и Анна, она только обрадовалась. Возмездие свершилось.
***
Главные покои
Хюррем Султан пыталась держать себя в руках, но с каждым мгновением её выдержка давала сбой. Сейчас Султанша горячо молилась за внука и княжну. Шехзаде Баязид, сложив руки за спиной, смотрел в окно, ожидая возврата Адема Паши, который вместе с янычарами поехал на место происшествия. — Матушка, почему Вы мне ничего не сказали? Как Вы могли отправить их?! — зло спросил мужчина. — Нурбану просила приехать сюда, но ты же знаешь — твой брат выслал её! В дверь постучали и Баязид увидел Адема Пашу. — Султанша, Шехзаде. — Говори, ты нашёл их? — сурово спросил Баязид. — Шехзаде, я прибыл на место происшествия, но, к сожалению, никто из охраны не выжил. Ариф-ага, Шехзаде... Шехзаде Мурад вознёсся в рай великого Аллаха, — не поднимая головы, со скорбью рассказал Адем. Валиде Хюррем Султан упала на пол, а её сын, подскочивший к ней, подхватил её и криком приказал немедленно позвать лекарей.***
Хюррем Султан лежала на ложе, вокруг неё хлопотали лекари. Шехзаде Баязид стоял в покоях отца и слушал Адема. — Когда мы нашли Шехзаде Мурада, то возле него был и Ариф-ага. Он ранен, но жив. Сейчас он в лазарете. — Анна-хатун, о ней что известно, Адем? — Баязид закрыл глаза — боль от потери Мурада словно адский огонь жгла изнутри. — О ней ничего неизвестно. Мы всё обыскали, но нет никаких следов, Шехзаде. — Немедленно сообщи о произошедшем Повелителю и отошли за Нурбану. Можешь идти. Адем вышел, а Баязид отправился в лазарет. Он узнает обо всем, что случилось. Душу из Арифа вытрясет, но найдёт Анну и отомстит за Мурада.***
Покои Хюррем Султан
Сюмбюль и Фахрие со слезами в глазах смотрели на свою госпожу. Та спала под действием отвара. — Что теперь будет, Сюмбюль? — Фахрие не старалась остановить слёзы. — Это одному Аллаху ведомо, Фахрие-калфа. Одному Аллаху...***
Лазарет
Баязид твёрдым шагом подошёл к кровати, на которой лежал Ариф-ага. Голова аги была обмотана бинтами, на которых проступала кровь. Ага открыл глаза и мутным взглядом посмотрел на Шехзаде. — Шехзаде, — слабо произнёс Ариф. — Говори, что произошло?! Как это случилось?! Где Анна-хатун?! — ярость захлестывала. — Мы ехали в Старый дворец, Шехзаде. Внезапно карета остановилась, и Анна-хатун приказала мне беречь Шехзаде Мурада, а сама исчезла. Шехзаде Мурад начал плакать и бросился за хатун. Я выскочил следом за ним, но вокруг была только мёртвая охрана и кровь. Я бросился на их поиски, но когда я нашёл Шехзаде, то он был мёртв, а хатун нигде не было. Потом меня ударили по голове, и я больше ничего не помню. Простите меня, Шехзаде, это я виноват. — Выздоравливай, Ариф-ага. Ничего больше не сказав, Баязид покинул лазарет. Боль потери была слишком тяжёлая.***
Три дня спустя
Это было невыносимо. Уже бывшая Хасеки Нурбану Султан сидела в гареме в чёрном одеянии и прижимала к себе своих дочерей. Малышки прижимались к маме в ответ и не понимали почему она плачет. Все наложницы смотрели на венецианку с сожалением. Она столько грехов взяла на душу, чтобы быть на вершине, а теперь… — Внимание! Хасеки Хюррем Султан! Все поднялись и склонили головы. Хюррем в чёрном бархатном платье в сопровождении Сюмбюля и Фахрие прошла по гарему и села на тахту. — Нурбану, — обратилась она к женщине. — Я знаю, что чувствует женщина, потерявшая своего сына. Будь сильной ради своих дочерей. — Султанша, разве сейчас это имеет смысл? — с горечью спросила черноволосая. — Я потеряла то, ради чего билось моё сердце. В гарем вошла Гюльяр вместе со своей служанкой и, поклонившись, села на подушку, положив руки на живот. Нурбану посмотрела на неё и поцеловала одну из дочерей в макушку.***
Военный табор
Шатёр Повелителя
Султан Сулейман, Шехзаде Селим, Шамид Паша и другие паши и беи изучали карту, которая лежала у их ног. Земли неверных уверенно переходили во владение Османской империи. — Повелитель, прибыл гонец из столицы. — Впусти! — Повелитель, я Хюсеин — гонец Шехзаде Баязида Хазретлери. — Говори, Хюсеин, — разрешил Падишах. — Повелитель, на нашего почтенного Шехзаде Мурад Хазретлери во время поездки в Старый дворец было совершенно нападение. К сожалению, Шехзаде Мурад покинул наш грешный мир, — не поднимая головы, рассказал гонец. Султан Сулейман слушал Хюсеина и отказывался верить. Его единственный внук? Его храбрый Лев? Будущая надежда и опора всего государства? Шехзаде Селим не веря мотнул головой. — Ты лжёшь! — внезапно закричал он. — Как ты смеешь так гнусно лгать?! Хюсеин, достав из сумки свёрток, вручил его в руки Падишаху, а затем покинул шатёр.***
Стамбул
Главный дворец
Главные покои
Шехзаде смотрел на заходящие лучи солнца. Ещё один тяжёлый день прошёл. Только всё осталось по-старому. Шурша подолами своего платья, в покои вошла Хюррем и положила руку ему на плечо. — Эти дни пройдут, сынок. Солнце обязательно взойдёт. — Солнце давно уже не согревает меня своим теплом, Валиде, — печально ответил Баязид. — В моей жизни вечная зима. Хюррем просто обняла сына, а тот позволил себе заплакать.***
У неё остались лишь воспоминания. О счастливой жизни и о своём сыне. Нурбану лежала на ложе в своих покоях и, закутавшись в одеяло, дала волю слезам. — Султанша, — Джанфеда коснулась плеча своей госпожи. — Прошу, Вам нужно поесть. — Уйди! Оставь меня в покое! — приказала женщина. Джанфеда печально посмотрела на бывшую Баффо и ушла.***
Некоторое время спустя
Шехзаде Мурада похоронили в мечети Шехзаде Джихангира. Весь дворец был погружён в траур. Нурбану ходила по гарему словно тень и почти всё время проводила в обществе дочерей. Баязид вместе с Адемом обыскивал место нападения, желая найти хоть какие-то следы зеленоглазки, но сердце подсказывало, что всё бесполезно. Эта девушка исчезла из его жизни так же внезапно, как и появилась.***
Покои Хюррем Султан
— Внимание! Султан Сулейман Хан Хазретлери! Женщина присела в поклоне, а через несколько минут почувствовала присутствие рядом родного человека. Подняв глаза, Хасеки увидела мужа и, не сдержав слёзы, бросилась в его объятья. — Сулейман... — Ш-ш-ш, Хюррем. Я с тобой. — Ты не понимаешь, Сулейман. Это я. Это моя вина, — рыжеволосая спрятала лицо на груди мужчины. — Мы справимся с этой болью, моя госпожа. Мы справимся, — проведя ладонью по огненным волосам, ответил Султан.***
Комната Гюльяр хатун
Девушка сидела на тахте и наблюдала за служанкой, которая чистила фрукты. — Шехзаде Селим прибыл? — поправила волосы она. — Прибыл. Он пошёл в покои Нурбану Султан, — произнесла хатун, подавая Гюльяр гранат. — Нурбану Султан для него больше ничего не значит. Есть только я и мой Шехзаде. Хатун выгнула бровь, услышав такое, а потом отправилась в гарем.***
Покои Нурбану Султан
Шах, Эсмахан и Гевхерхан сидели возле валиде. Нурбану механически отвечала на вопросы дочерей, не вникая. Ага оповестил о приходе Шехзаде, но черноволосая даже не пошевелилась. Дети побежали к отцу, но взгляд наследника был прикован к их матери. Кивнув калфе, и дождавшись, пока та заберёт Султанш, Селим сел рядом с Нурбану и попытался её обнять, но бывшая Баффо высвободилась и, поднявшись, подошла к окну. — Нурбану, мне тоже тяжело. Но, прошу, позволь мне помочь тебе. — Ты мне поможешь? Интересно как? Ты вернёшь мне сына? Ты вернёшь мне сына?! — закричала женщина. — Это из-за тебя! Если бы ты меня не отослал, я бы уберегла своего льва! Я бы никому не позволила причинить ему вред! — Нурбану! — Селим подошёл к ней и, обхватив со спины, прижал к себе. — Прошу тебя, Нурбану. Успокойся! Нурбану…***
Главные покои
Баязид стоял перед отцом и рассказал о том, что произошло в его отсутствие. Падишах, выслушав сына, молчал. — Удалось найти тех, кто посмел такое совершить? — Нет. Есть предложения, что это люди русского царя. Только Аллаху известно, что они сделали с Анной и жива ли она, — Баязид замолчал. — Мы узнаем об этом, сын. Я пошлю в Русское царство своих людей и если они виноваты в нашем горе, то клянусь, я собственноручно убью каждого. Баязид кивнул и покинул главные покои. Он знал, что его отец слов на ветер не бросает. Шехзаде и сам хотел мести.***
Фахрие подала Хюррем стакан с отваром и молча ждала дальнейших приказов. — Султанша, — Сюмбюль-ага вошёл в покои и замолчал. — Говори, Сюмбюль. — Нурбану Султан стало плохо, — ага замолчал.***
Покои Нурбану Султан
Шехзаде Селим смотрел на бледную Нурбану, которая забывшись беспокойным сном, спала на ложе. В ушах Селима звучали её слова. И как не странно он был с ними согласен. Кровь ребёнка была и на его руках тоже. Если бы он отправил Мурада вместе с матерью, то, скорее всего, сейчас он был бы рядом с ним. — Шехзаде, — окликнул мужчину стражник. — Пришла Гюльяр-хатун. — Скажи, пусть придёт позже, — приказал Селим.***
Коридор перед покоями Шехзаде Селима
Гюльяр-хатун в фиолетовом платье, сложив руки, свысока смотрела на стражников. Она понимала, что сейчас Селиму нужна поддержка и никто иной как она не сможет его утешить. — Хатун, иди в свои покои. Шехзаде не сможет тебя принять, — ответил стражник. — Это ещё почему? — хмыкнула Гюльяр. — Шехзаде сейчас с Нурбану Султан. Беременная фаворитка бросила злой взгляд на двери и, развернувшись, направилась к себе.***
Неделю спустя
Великое княжество Московское
Царь, выслушав посла с Османской империи, взмахом руки приказал ему удалиться и посмотрел на своих советников среди которых был и Андрей Босманов. — Вы все это слышали? Моя дорогая племянница — да будет с ней Бог — погибла на чужой земле. Мало того, Султан Сулейман считает, что это я отдал этот гнусный приказ. — Ваша светлость, помимо княжны Анны погиб так же и Шехзаде Мурад, — дополнил Андрей. — Значит, так угодно Господу. Оставьте нас. Мужчины вышли, а царь обратил свой взор на Андрея. — Андрей Данилович, как бы прискорбно не было, но Вы сами слышали всё. Анна погибла, но ничего не изменилось. — Ваша светлость, я не понимаю Вас, — признался Андрей. — Однажды я дал Вам слово, что Анна станет Вашей женой. К сожалению, судьба распорядилась иначе, но я сдержу то, что пообещал. Я решил соединить Вашу судьбу и судьбу дочери князя Бориса Николаевича Трубецкого — княжны Ульяны.***
Османская империя
Главный дворец
Покои Хюррем Султан
Женщина поочерёдно поцеловала внучек, и дождавшись, пока уйдут служанки, посмотрела на своего сына. — Счастливого пути и прошу тебя, Селим, позаботиться о Нурбану. Ты ей сейчас как никогда нужен. — Не волнуйтесь, Валиде, я сделаю всё, но смогу залечить её раны. Поцеловав Хюррем руку Селим ушёл.***
Покои Шехзаде Баязида
Баязид делал уборку на своём рабочем столе, чтобы хоть как-то отвлечься. Бросив очередной ненужный клочок бумаги, он замер. Перед ним лежала книга. Та самая книга, которую ему читала Анна. Мужчина взял её в руки и коснулся обложки. Тогда она подумала, что он уснул, а он не решался открыть глаза. Просто слушал её спокойное дыхание и чувствовал, что на её устах появилась улыбка. Она тогда была так близко, а теперь между ними был только холод и вечность. — Внимание! Султан Сулейман Хан Хахретлери. Баязид положил книгу и склонил голову. Сулейман вошёл в покои и осмотрелся. — Баязид, я думаю пришло время тебе возвращаться в Конью. — Но Повелитель, — начал Шехзаде. — С Вашего разрешения я хотел бы дождаться новостей из Русского царства. — Её там нет. Царь Иван не причастен к нападению, — Сулейман похлопал сына по плечу. — Баязид, к сожалению мы ценим только когда теряем. Таков закон, но в жизни каждого человека обязательно рано или поздно наступает счастье. Ты тоже будешь счастлив, Шехзаде. Сулейман оставил сына одного. Баязид забрал книгу и, позвав агу, приказал готовить всё для отбытия в Конью.***
Великое княжество Московское
Имение Трубецких
Ужин проходил в молчании. Молодая княжна смотрела в одну точку, не обращая внимания на матушку и отца. Борис Николаевич тревожно смотрел на дочь. Если признаться честно, то князя очень беспокоило состояние единственной дочери. — Прибыл царь-батюшка и Андрей Данилович Босманов, — доложил слуга. — Сейчас же проси. Немедля! — воскликнул Борис, поднимаясь из-за стола. Княгиня сжала губы. Кого-кого, а уж царя она точно не хотела видеть. — Борис Николаевич, Любовь Андреевна, — Иван поцеловал женщине руку, а Андрей кивнул князю. — Ваша светлость, мы очень рады видеть Вас. — Мне лестно это слышать, Борис Николаевич, — улыбнулся Иван. — Я приехал сюда по очень важному делу. Как известно, моя племянница погибла, так и не став женой и матерью. Княгиня молчала. Лицемерие и лживость этого человека ей были очень хорошо известны. — Поэтому я пришёл, чтобы просить руки Вашей дочери для моего советника. Любовь Андреевна в ужасе посмотрела на Ивана. Это невозможно! Она не может допустить, чтобы судьбой её дочери распоряжались.
