Детские игры

      — Линора, свет души моей, если бы ты могла быть сейчас рядом со мной. Ночная Йокогама поистине прекрасна! О, моя милая сестра, мне так много нужно тебе рассказать.       Юноша печально вздыхает, отбрасывая челку, поднимая сапфировые глаза к небу, словно пытаясь отыскать ответы в бездонной мгле. Сегодня он снова провел весь вечер в центральной библиотеке Йокогамы и просто потерял счет времени. Легенды и предания Японии пленили юношу своей самобытностью, жестокой красотой и особым мелодичным языком повествования. Вдыхая запах старинных книг, Эдгар Аллан По испытывал особый трепет и благоговение, словно ему позволили коснуться чего-то поистине бесценного. Наверное, Эдгар был единственным учеником в своем классе, кто с радостью был готов убить все выходные на подготовку реферата по истории Японии, открыто пренебрегая источниками всемирной сети. Он предпочитал изучать древние фолианты, пока другие альфы и омеги его возраста отрывались на вечеринках, пробуя алкоголь и пускаясь в сомнительные сексуальные эксперименты, которые с гордостью будут обсуждать на переменах в школьных коридорах и туалетах.       Как говорится, у каждого свои развлечения и тайные удовольствия. С раннего детства лучшими друзьями Алана были книги. Эдгар рос болезненным слабым и замкнутым ребенком. Сырой климат Лондона явно не прибавлял здоровья юному отпрыску семейства По — Эдгар легко подхватывал простуду и часто вынужден был пропускать школу.       Родители Эдгара проводили много времени в загранпоездках и редко бывали дома. Поэтому большую часть времени Эдгар и его сестра-близняшка Линора были предоставлены сами себе. Воспитанием детей по большей части занимались няни, приглашенные учителя и почтенный седовласый дворецкий. Мудрый старик Танако-сан, сохранивший идеальную осанку, ясность ума и виртуозное владение холодным оружием, которое он однажды продемонстрировал, когда в дом проникли грабители надеясь стащить фамильные драгоценности. И, вероятно, захватить в заложники детей уважаемого графа По, чтобы потом потребовать выкуп. Эдгар никогда не забудет, как в лунном свете блеснула катана, а головы злоумышленников прокатились по чистому полу на глазах изумленного и напуганного ребенка. Однажды поклявшись в верности семье По, он обязан был защищать их фамильное имение и детей своего господина до последнего вздоха.       Сидя на ковре из медвежьей шкуры, наблюдая, как языки огня пляшут в камине, маленький мальчик с замиранием сердца слушал рассказы о далекой и загадочной стране, так не похожей на родную Англию. Именно благодаря старику уже к двенадцати годам Эдгар в совершенстве освоил Японский язык. И пусть многие считали его невероятно трудным, мальчика всегда влекли сложные задачи. К тринадцати он даже освоил каллиграфию, и считал ее крайне умиротворяющим занятием. С раннего детства он лелеял мечту однажды посетить прекрасную величественную страну и не мог не воспользоваться шансом. И вот теперь уже два месяца как пятнадцатилетний Эдгар Аллан По является учеником по обмену, регулярно посещает занятия старшую школу Йокогамы.       Эдгар никогда не предполагал, что эта поездка в изменит его привычную жизнь навсегда. Что именно здесь, в далекой стране он встретит того, кто зажжет огонь в его мертвом сердце, заставит его биться в отчаянной надежде, стоит лишь столкнуться с хитрым холодным взглядом изумрудных глаз.       Фамильное поместье семейство По было довольно мрачным местом. Мальчик часто не мог заснуть по ночам, выслушивать в завывание ветра за окнами и странные скрипы, доносившиеся из коридора. С раннего детства По любил создавать свой собственный мир, населенный опасными монстрами, вампирами и призраками. Выдуманные миры интересовали юного омегу намного сильнее, чем реальная жизнь. Эдгар мог ночи напролет писать мистические странные рассказы, наполненные смутной тоской и безысходности, а потом засыпал с первыми лучами солнца.       Эдгар никогда не скучал в одиночестве — книги и собственные воображение были его вечными спутниками. Другие дети мало интересовали застенчивого мальчика, для общения ему было достаточно милой сестры и общества мудрого дворецкого. Юная Линора, вне всякого сомнения, являлась его единовременной сестрой казалась полной противоположностью своему странному, мрачному и замкнутому брату.       Прекрасная, словно лесная нимфа, тонкая и изящная, ее веселый звонкой голос звучал подобно журчанию весеннего ручейка в лесу. Глаза ее, в отличие от темных сапфировых глаз брата, были ангельского небесного голубого оттенка. Красивые губы, нежно персиковые, словно лепестки розы. Линора была слишком живой для этого мрачного места, яркой и звонкой. Они были как день и ночь, солнце и луна. Иногда Эдгар чувствовал себя бледной тенью своей яркой неугомонной сестры. Она была его хрупкой связью с внешним миром. И все-таки, несмотря на отличия, милая Линора всегда трепетно и нежно любила своего брата.       Омега делает глубокий вдох, наслаждаясь вечерней тишиной и прохладной. Ночные фонари освещают опустевшие улицы Йокогамы, тусклым светом, серебристой туман струится по земле. Ночная тьма мягко окутывает, словно обволакивает сознание писателя, затягивая в свой темный омут. Огромная желтая луна висит слишком низко над городом, а в ночном небе загораются миллиарды звезд. Эдгару кажется, что он слышит запах моря, темные воды влекут его. Тысячи морских чудовищ прячутся в морских глубинах, возникают в его сознание. Каждый раз, когда он стоит на берегу моря, любуясь холодным беспокойный морем. Даже сейчас юному писателю мерещится крики чаек и рокот прибоя.       Эдгар даже не думает вызвать такси, решив насладиться неспешной вечерней прогулкой полностью погружаясь в свои мысли. Такие лунные ночи являются источником его бесконечного вдохновенья, рождая странную тоску и трепет по чему-то неизведанному и недостижимому.       Эдгар наслаждается прохладным дыханием ночи и обманчивым спокойствием, кажется, даже слышит шелест крыльев летучей мыши. Так волнительно и прекрасно! Рядом с юным писателем шустро семенит маленький енот, то и дело с любопытством и осторожностью поглядывая по сторонам.       Эдгар не слишком хорошо знает Йокогаму и точно не догадывается, почему вокруг так пусто. Он свернул с оживленных улиц и проходит мимо полуразрушенных зданий. Здесь с наступлением ночи часто происходили ограбления, убийства и прочие малоприятные вещи. Мелкие банды и прочие сброд, обитавший в трущобах неподалеку, считали этот район своей территорией.       Тем временем, пять пар глаз пристально следили за ним из темноты, незаметно двигаясь вдоль домов, как хищники выслеживая свою добычу. Даже находясь в толпе, юный омега всегда приковывал к себе внимание, а его странный внешний вид сразу выдавал в нем иностранца. Эдгар словно сошел со страниц готического романа Брэма Стокера. Изящный высокий юноша с бледной кожей, с сапфировыми глазами в обрамлении черных густых ресниц. Хрупкий и болезненно бледный, с правильными аристократичными чертами лица, тонким носом и полными красивыми бескровными губами и густые вьющимися темно-каштановыми волосами, он был похож на прекрасное создание ночи. Черные брюки с длинным завышенным поясом со шнуровкой на спине подчеркивали длинные стройные ноги юноши, а шелковая черная рубашка с расклешенными рукавами и красным кружевом подчеркивали утонченность и природную хрупкость юного омеги. Элегантный черный плащ завершил этот стильный готический образ.       Мелодичный завораживающий голос вокалиста «London after midnight» нарушил тишину — в кармане завибрировал телефон. Сердце Эдгара затрепетало от счастья, когда он смог вновь услышать родной голос по другую сторону трубки.       — О моя возлюбленная сестра, я так желаю многое рассказать тебе.       — Тебе следовало меньше времени проводить в обществе книг и больше общаться с живыми людьми, Эдгар! — задорно смеется Линора, и ее звонкий голос ласкает слух, словно звон колокольчиков. — Такие обороты речи вышли из моды еще два века назад…       — Здесь, в чужой стране, оторванный от дома, я впервые ощутил странное томление и трепет в груди. Я словно обрел потерянную частицу своей души! Когда я впервые заглянул в его холодные изумрудные глаза, понял — в них мое погибель и спасение. И с того дня моя душа не знает покоя.       — Это называется влюбленность, братец, — беззаботно поддразнивает Линора. — Могу я узнать имя этого прекрасного альфы, который украл сердце моего любимого младшего брата?       — Я младше тебя на три минуты, — тихо возмущается Эдгар. И смущенно признается: — Его зовут Эдогава Рампо и он не альфа. Он бета.       — Я даже не удивлена, запретные чувства вполне в твоем стиле, Эдгар. Впрочем, такие союзы уже почти норма в Европе.       — А в Японии — нет, — тихо бормочет юноша, весь этот разговор его жутко смущает.       — Я рада, что ты наконец влюбился в живого человека, а не очередного персонажа книги. Я уже боялась, что мой братец так и умрёт девственником, — звонко смеётся сестра.       — Линора! — лицо По начинает пылать. Кажется, он покраснел до кончиков волос. — Девушкам из высшего общества не пристало вести подобные разговоры!       — А что? — лукаво продолжает сестра. — Ты последние два месяца все время только и говоришь об своем загадочном однокласснике. Хочешь сказать, что никогда не представлял его в своей постели?       — Линора, свет души моей, я и мыслить не смею о подобном непотребстве! — поспешно восклицает По.       — Ага, как же, — задорно смеется девушка.       — Когда я впервые увидел Эдогаву, был поражен его незаурядными умом и феноменальными способностями. С первых страниц романа он мог безошибочно определить, а кто же убийца. Более того, он с легкостью мог разгадать мои запутанные сюжеты, а ведь до него это не удавалось никому. Сначала я решил что эта битва великих умов, и я с достоинством должен принять этот вызов. Я должен был обязательно превзойти его.       Я и представить себе не мог, что очень быстро Эдогава Рампо из достойного соперника превратится в моего самого-самого близкого сердечного друга, а потом… все вышло из-под контроля, — обречено вздыхает По.       — У вас какой-то слишком странный и запутанный ритуал ухаживания, братец!       — В любом случае, я положила презервативы во внутренний карман твоего чемодана перед отъездом, Эдгар.       — О, святой Ктулху и твари его из бездны! Линора, отрада сердца моего, милая сестра! Как эта мысль вообще пришла в твою светлую голову?! Не пристало прекрасной деве юной о таких непристойностях думать!       — Прекрасная юная дева не хочет стать тетей. Правда, если твой избранник бета, то презервативы вам могут не понадобиться. Во всем есть свои плюсы, — продолжает рассуждать бойкая сестрица. — Спокойной ночи, Эдгар!       Юноша растерянно оглядывается по сторонам, пряча телефон в карман. Темный переулок встречает его гнетущей тишиной. Вокруг ни одной живой души, только полуразрушенные дома и мусорные баки. И где это он оказался? Енот громко скулит и дергает за поводок, пытаясь привлечь внимание беспечного хозяина.       — Кажется, мы заблудились, — устало вздыхает юный омега. — Это нехорошо. Сейчас посмотрю по навигатору, где мы находимся.       — Это и есть твой пункт назначения, красавчик, — По вздрагивает, услышав наглый и столь грубый смешок, едва не выронил телефон из рук.       Трое альф появляются из-за угла стремительно отказываясь рядом с ним. Здесь слишком темно чтобы как следует разглядеть их лица, но Эдгар понимает, что они выглядят явно старше, года, наверное, на три-четыре и совсем не похожи на примерных студентов, которых юный писатель видит каждый день. Тяжелый запах крепкого алкоголя, пота и чужого возбуждения пропитывает воздух. Эдгар инстинктивно делает шаг назад, но двое дружков главаря оказываются за его спиной, отрезая путь к отступлению.       Краем глаза юный омега замечает еще несколько теней, застывших у входа в переулок. Не сбежать. Даже если он попытается. Даже если закричать его вряд ли кто услышит.       — Кто вы такие и вам от меня нужно? — гневно спрашивает По, молясь, чтобы голос не дрогнул.       — А что, уже не терпится узнать нас поближе? — усмехается незнакомец.       — Ну-ка, посмотрим, что кто у нас здесь? — главарь жестко хватает Эдгара за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Немеченный омега, явно ищущий приключений.       Альфа скалится, склоняясь к шее жадно втягивая воздух. Глаза По расширяются от ужаса, и он резко сбрасывает руку незнакомца, отшатываясь. Альфы кружили вокруг него как стервятники над добычей, грубо смеясь и отпуская скабрезные шутки, толкая к друг другу.       Ноги заплетаются словно ватные и Эдгар боится рухнуть на землю прямо здесь, страх парализует тело и сковывает грудную клетку, ему трудно дышать.       — Вы! Да как вы смеете! Я вызову полицию! — задыхалась от гнева и страха шипит По. Голос его звучит задушено глухо, а в конце срываясь на крик.       — Попробуй, — за спиной вновь раздается издевательский смех, когда из рук выхватывают телефон.       — Ты видишь здесь полицейских, милашка? Я — нет, — продолжает издеваться один из дружков этого отребья. Его резко хватают за плечи, не давая отстраниться.       — Мы как раз собирались как следует развлечься и снять парочку шлюх, но зачем платить деньги?       Главарь банды хищно скалится, вновь склоняясь к лицу своей жертвы.        — Если будешь послушным мальчиком, я даже не испорчу твое смазливое личико, — в тусклом свете фонарей блестит грязное лезвие. Нож скользит по щеке, потом задевает шею, спускаюсь ниже и неаккуратно срезая несколько пуговиц.       — Может, тебе это даже понравится, — скабрезно тянет ублюдок. — В конце концов, это в вашей природе — стелиться перед любым альфой.       Время словно замедляется. Эдгару кажется, что он наблюдает за собой со стороны. Сознание отчаянно отказывается верить в реальность происходящего. Там в далеком Лондоне к омегам относились с уважением. Мысль о том, что кто-нибудь может напасть на него в центре большого города была немыслима. Он верил, что преступление совершают сумасшедшие. Выросший в высшем обществе, воспитанный на романах 18-19 века, По искренне считал альф сильными и благородными рыцарями, которые должны защищать и оберегать омег. Во время светских приемов, которые он посещал с родителями, он видел, как альфы обращаются со своими избранниками бережно и осторожно, как с драгоценностью. Такое отношение он видел и в собственной семье. Он и помыслить не мог, что может быть иначе.       Робкие мечты об осторожных лёгких касаниях тонких пальцев Рампо, о нежных поцелуях со вкусом шоколадных конфет разлетаются вдребезги, столкнувшись с грязной жестокой реальностью.       Почему все должно быть именно так? Он никогда не сможет отмыться от этой грязи, не сможет вновь посмотреть в глаза Эдогаве. Единственное, на что он надеялся что его все-таки убьют как свидетеля после.       — Кто-нибудь, помогите, — отчаянно молит По.       Гримаса ярости искажает лицо молодого альфы, он раздраженно шипит от боли. Карл вцепился в его штанину, утробно рыча, пытаясь защитить хозяина.       — Чертова шавка! — парень легко стряхивает енота, пиная несчастное животное носком тяжелого ботинка.       — Карл! — крик отчаяния срывается с губ юного писателя, когда он видит, как тельце енота ударяется о стену. По выходит из ступора и начинает пытаясь вырваться из цепких рук, но его силой удерживают на месте. Звук удара, тихий скулеж домашнего любимца и пугающий хруст эхом звучит в ушах, когда пушистого тельце зверька замертво падает землю.       — Карл, — в ужасе шепчет По прозрачные слезы непроизвольно катятся по щекам омеги. Енот не шевелится.       — Вы убили его, — с ненавистью и отчаяньем шепчет По.       — Сдалась тебе эта шавка. Эй, смотри на меня когда я с тобой говорю! — глава банды грубо встряхивает его, привлекая внимание.       Негромкий рык, доносящийся со стороны мусорных баков, заставляет всех обернуться. На асфальте, прямо у стены, они видят совершенно голого парня. Он стоит на четвереньках, выгнув спину словно хищное животное, готовясь к прыжку. Темные серые с серебряными прядями волосы спадают на лицо, а худое поджарое тело покрыто уродливыми шрамами. Юноша утробно рычит поднимая голову, глаза его горят в ночной темноте, серые с темными вертикальными зрачками. Дикие, нечеловеческое.       — Какого хрена?! — альфа пятится назад, напрочь забывая о своей жертве. Демонические глаза гипнотизируют, парализуя волю, пробуждая первобытный страх.       — Карл?! — Юноша медленно поднимается с земли, шумно втягивая носом воздух, скалясь и утробно рыча. Тонкие губы обнажают ряд острых тонких клыков, слюна стекает по подбородку, а глаза вспыхивают желтым огнем. Ногти на пальцах мгновенно удлиняются, превращаясь в черные длинные черные тонкие когти, острые, как лезвие бритвы.       Перевертыш группируется, отталкивается от грязного асфальта и бросается на противника. Его движения быстрые и стремительные, почти неуловимые для человеческого глаза. По слышит задушенный истошный вопль, наблюдая как Карл прыгает на спину убегающему главарю, они, сцепившись, катаются по земле, а потом зверь вгрызается зубами в шею, разрывая сонную артерию и с хлюпающими звуками выдирает куски плоти. Двое его дружков валяются рядом: один со вскрытой грудной клеткой, другой — с вспоротым брюхом.       Карл утробно рычит, обнюхивая добычу, слегка склонив голову. Осторожно поддевает глазное яблоко языком, вытаскивая из глазницы и смакует с явным наслаждением, точно Эдогава Рампо — шоколадные конфеты. По нервно смеется — ну и нелепые же сравнения.       — Хороший мальчик, — нервно шепчет Эдгар, наблюдая, как демоническая тварь с тихим рычание грызет лица его обидчиков, а потом начинает похрустывать пальцами, словно леденцами на палочке       Чтобы полиция не смогла опознать?!       — Эм, Карл? — оборотень поднимает голову, отрываясь от поедания чужих пальцев и смотрит на хозяина заинтересованным и осмысленным взглядом демонических глаз. — Я конечно тебе безумно благодарен за свое спасение, но не мог бы ты принять более благопристойный вид?       Оборотень может и не может говорить, но прекрасно понимает человеческую речь, По может в этом поклясться. Хотя Карл и делает вид, что не понимает, юный писатель видит, как в глазах кровожадной твари появляется насмешливое выражение, а на тонких губах мелькает жуткое подобие улыбки.       — Немедленно перекинься обратно! — взвивается Эдгар, когда его взгляд случайно падает на ничем не прикрытый пах с достоинством оборотня. Как это развидеть?!       — А я ведь даже еще ни разу не целовался по-настоящему, — обречено думает Эдгар, поспешно отворачиваясь. Невинному омеги из аристократической семьи не пристало видеть подобные бесстыдство. Он искренне надеялся, что его питомец не умеет читать мысли. Трель телефона выводит По из ступора. Он медленно оглядываться по сторонам, быстро обнаруживая искомый предмет в грязи на земле.       — О, братик, я так волновалась! — сбивчиво и звонко тараторит Линора. — Моё сердце охватило дурное предчувствие, и я никак не могла сомкнуть глаз.       — Со мной все прекрасно, милая сестра.       Мимо прибегает енот, бодро волоча в зубах отгрызенную руку поверженного врага.       — Лучше не бывает, — нервно смеется По. — Фу, Карл, фу!       — С тобой точно все в порядке? — с сомнением интересуется Линора. — Кстати как там твой новый питомец проживает? Надеюсь, в Йокогаме есть зоомагазины, где продается корм для енотов? Если нет, я могла быть выслать тебе несколько пакетов по почте.       — Не стоит беспокоиться, сестрёнка, похоже, Карл предпочитает свежее мясо, — По косится на енота, поглядывающего на хозяина с самым невинным видом.       — Я счастлив вновь услышать твой нежный голос сестренка, твоя забота греет мне душу, — совершенно искренне говорит Эдгар. Он действительно счастлив вновь услышать голос своей любимой сестры.       — Прости, но мне нужно ещё готовится к завтрашнему уроку истории, а я ещё даже доклад не закончил.       — Ой, прости. Спокойной ночи!       — И тебе, милая Линора.       Больше всего на свете он хочет поведать сестре о своих тревогах, но не смеет ее тревожить. А ведь и правда, ему еще доклад по истории Японии доделать нужно, спохватывается По. И главное, он ведь обещал Эдогаве показать свой новый детективный рассказ. По ускоряет шаг, стараясь быстрее оказаться дома. Кажется, он только что придумал неожиданный финал. Попутно Эдгар лениво размышляет о том, что за кровожадную тварь он подобрал на обочине дороги полтора месяца назад, по доброте душевной. Екай? Оборотень? А может, фамильяр? Он колебался между версией оборотня и екая, но, судя тем легендам, что он недавно прочел, все же склонялся к последней версии. Кровожадные екаи, мистические духи или демоны Японского леса, наделенные опасной силой, и могли с легкостью принимать облик диких животных.       А ведь все это время он относился к Карлу как к обычному домашнему животному вроде кота, совершено не стеснялся его присутствия. И даже разрешал спать ему в ногах в своей постели.       — Даже не думай перекидываться в постели! — возмущенно вскрикивает По, тыча в енота пальцем. — И вообще, будешь спать за дверью в коридоре.       Карл делает несчастную мордочку и начинает жалобно поскуливать.       — Ну ладно, — нехотя сдается юный писатель. Кто знает, что взбредет в эту мохнатую голову, пусть лучше будет у него под присмотром. Тем более, зверюшка вроде как враждебности не проявляет. — Будешь спать на коврике возле кровати. Не хватало еще всю ночь напролет твои унылые завывания слушать.