FROSTPUNK

      ...Устройство, называющееся в Шаэрраведде Титаном, имело свою длинную историю. Начиналась она с самых безумных идей о сверхтехнологичной машине, в основе которой лежал принципиально новый механизм получения энергии. А нужда в постройке такой машины возникла тогда, когда эльфийский проект под названием Aen Hen Ichaer, или Старшая Кровь, потерял свою значимость в борьбе против Белого Хлада. Несмотря на долгое время, потраченное на выведения гена, Старшая Кровь так и не смогла решить поставленную задачу. Ни один её носитель не обладал достаточной магической силой, чтобы открыть Врата. А ведь это позволило бы целым народам преодолеть межмировой барьер и покинуть мир, что вскоре будет охвачен вечным холодом...       ...Время шло, час катаклизма, согласно пророчеству Итлины, приближался, а Старшая Кровь так и не проявила ожидаемых способностей. Каждый следующий наследник Гена был сильнее предыдущего, и даже можно предположить, что проект закончился бы успехом, если бы эльфийские Знающие владели большим запасом времени до наступления Белого Хлада...       ...Времени почти не оставалось, и актуальным становился вопрос поиска альтернативного выхода из ситуации. Стало ясно, что сбежать из зоны катаклизма не удастся, и нужно изобретать методы выживания в условиях конца света...       ...От холода лучше всего защитит тепло. Но как получить такой источник тепла, который мог бы существовать относительно автономно и способен был обеспечить выживаемость для большой массы живых существ?...       ...Позже, приблизительно за полвека до наступления апокалипсиса, огласки приобрела революционная теория о том, что можно получать тепло и энергию, разделяя атом на части. Ведь было давно известно, что всё в природе состоит из атомов — очень маленьких частичек, в миллион раз меньше пылинок. Атом — элементарная, неделимая частица. Но что, если его, всё таки, попытаться разделить? Согласно теории, ядро атома, то есть основная его масса, состоит из позитивно и нейтрально заряженных частиц, и между собой их удерживают определенные ядерные силы, представляющие собой большие силы притяжения, действующие на сверхмалых расстояниях...       ...Из этой теории следовала другая теория о том, что эту силу можно освободить, спровоцировав распад ядра. Теорию удалось подтвердить после удачной попытки разрушить ядро атома азота...       ...Процесс, однако, не удавалось довести хотя бы до относительной автономности, он по-прежнему нуждался во внешнем вмешательстве. Так продолжалось до тех пор, пока экспериментальным образом не удалось разрушить ядро атома урана. Освобождаемые частицы во время распада уранового ядра обладали такой кинетической энергией, что позволяла дестабилизировать другое ядро и спровоцировать новый распад. Реакция становилась цепной, неконтролируемой и означала большое выделение тепла...       ...Дальше оставалось только придумать эффективную среду для этих реакций и настроить систему контроля над ней...       ...Теория принадлежала эльфам, они же и разработали первый и единственный проект ядерного реактора. Учёный из Aen Elle, Вернэль Гейзен возглавил рабочую группу по постройке полноценного ядерного реактора. Будущая конструкция подразумевала взаимодействие ядерного реактора и паротурбинной установки, в которой тепловая энергия, выделяющаяся в реакторе, преобразуется в механическую и электрическую энергию. Такому тандему с энтузиазмом предрекали революционный успех в сфере теплоснабжения. Он должен был стать настоящим спасением от наступающей мерзлоты...       ...Реактор назвали Титаном...       ...Построить его не успели. Апокалипсис наступил не вовремя. Многообещающий реактор так и остался всего лишь корпусом для несостоявшегося энергетического великолепия...       ...Таким образом, эльфов постиг двойной провал: ни магический, ни "атомный" проект не был закончен к часу гибели всего живого. Целые города начали покрываться льдом и постепенно вымирать...       ...На помощь пришли наши низкорослые братья. Именно краснолюды частично спасли положение. Они предложили перестроить бесполезный реактор и сделать из него классическую паровую машину, работающую на старом добром угле. Как раз и пригодилась готовая паровая турбина... Новая, упрощённая конструкция оказалась вполне рабочей, хотя и не такой эффективной, как гипотетическая атомная...       ...В итоге, три расы — эльфийская, человеческая и краснолюдская — объединились вокруг единственного в округе источника тепла и выживают в тесных взаимосвязях по сей день. Но сама машина, благодаря эльфам, сохранила свое первичное претенциозное название — реактор Титан. И сейчас этот реактор, по своей сути, обычный краслюдский угольный генератор, есть нашей единственной надеждой...

Из записей Ауберона Муиркетаха

***

      Шахта реактора звенела эхом множества голосов. С высоты, где на балконе стоял Эредин, было прекрасно видно покореженный корпус Титана. Он словно разошелся по шву, и края металла вывернуло в обратную сторону. Сквозь образовавшуюся дыру в корпусе виднелись багряно-черные внутренности реактора, как у громадного раненого зверя. Десятки краснолюдов копошились внутри и снаружи отверстия, напоминая пирующих мух. Канцлер наблюдал за ними неотрывно, понимая что от их работы будут зависеть жизни.       Балкон шахты скрипел и дрожал. Здесь тоже работали краснолюды. Они управляли лебедками, помогая своим сородичам, что висели в шахте, пристегнутые тросом за пояс. Это было необходимостью — иначе реактор не починить. Основное повреждение пришлось на средний отсек, куда можно было достать, только свесившись на тросе с верхушки генератора. Сама шахта уходила глубоко под землю, и не было возможности куда-либо достать со дна этой шахты. Поэтому ремонтная бригада проводила работы, зависнув над многометровой пропастью.       Вооруженной охраны здесь было не меньше, чем краснолюдов. Эредин до сих пор не получил убедительных доказательств того, что история с Титаном это несчастный случай, а не диверсия в рамках спланированного бунта против правительства Шаэрраведда. Поэтому дула револьверов неустанно целились в косматые затылки краснолюдов, пока те были заняты лебедками. Опасности не представляли только те, кто болтались в шахте.       Карантир тоже был здесь. В последнее время, Эредину казалось, что Спаситель целенаправленно ходит за ним по пятам.       — Мне спокойней, когда я здесь, — сказал он, уловив на себе недовольный взгляд Канцлера.       — Лучше бы занялся чем-то полезным, — фыркнул Эредин.       Словно нашкодивший мальчишка, Карантир опустил голову и подошёл на шаг ближе.       — Я не доверяю этим краснолюдам, — негромко сказал он. — Не хочу тебя оставлять без защиты. Кто знает, может, это они сами вывели из строя реактор, а теперь ждут возможности причинить вред тебе самому.       Эредин промолчал, потому что сам допускал такую вероятность. Однако опека Карантира была уж слишком навязчивой. Долгие годы Бреакк Глас правил сам, и самостоятельно раздавил не один бунт, и ныне готов был задушить ещё один, даже если условия не самые благоприятные.       Заметив, что Канцлер не проявляет агрессии, Карантир позволил себе подойти ещё ближе. Его голос почти не слышен был среди звона и скрежета, наполнявших шахту.       — Ты думал о том, что будешь делать, если не удастся восстановить реактор?       Конечно, Эредин об этом думал. И прекрасно осознавал, что ждёт их всех, если реактор больше не запустится никогда. Наверное, это было слишком самонадеянно, но Канцлер знал, что сделает всё возможное, чтобы сохранить как можно больше жизней. И для этого ему как раз и нужен был этот мальчишка и весь его ресурс. Поэтому, если Карантиру для успокоения сейчас хочется быть здесь, то пусть будет здесь.       — Если не удастся починить реактор, я буду рассчитывать только на тебя.       Чтобы сказать это, Эредин подавил грубость в голосе и постарался, чтобы это прозвучало с некой благодарностью и нежностью, и, кажется, достиг успеха. Карантир возбуждённо втянул носом воздух. Он стал совсем близко и склонился прямо к уху Эредина — так близко, что его длинные пряди щекотали шею Канцлера.       — Давай уйдем из города сейчас. Только ты и я.       Канцлеру самому понадобилось глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться и не оттолкнуть Спасителя на глазах у краснолюдов. Порой, увлечение его особой у Карантира выходило за рамки слишком явно. Но Бреакк Глас снова сдержался, не сказав ничего.       Не получив положительного ответа, Ар-Фейниэль расстроенно отвернулся и с горькой насмешкой произнес:       — В этом весь ты, Эредин. До последнего будешь спасать эту ржавую консервную банку, истинно считая это своим предназначением, пока эти неблагодарные твари не воткнут тебе нож в спину...       — Следи за языком.       Карантир тут же умолк, хотя его синие глаза только запылали ярче.       — Да, мой господин, — молвил он в совершенно несвойственной ему вежливой манере.       Эредин обвел шахту взглядом, подбирая в голове нужные слова. То, что он собирался сказать, не должно было прозвучать как прямая угроза, но суть Спаситель должен был уловить.       — Ты даже не представляешь, сколько ножей побывало в моей спине. И будь уверен, ни одна из этих тварей долго не ходила по земле, — спокойно сказал Эредин, а затем закончил фразу вполне миролюбиво: — а вот город всегда выстаивал несмотря ни на что. Я убежден, выстоит и сейчас.       Ар-Фейниэль недоверчиво скривил тонкие губы, но возразить не успел — на лестнице послышались тяжёлые шаги. На балкон поднялся Имлерих. Безо всяких предисловий он сразу доложил:       — Её нигде нет.       Гвеннид. Заноза, которой теперь нигде нет!       — Значит, обыщите всё ещё раз! Она не могла сбежать из города и провалиться сквозь землю тоже не могла! — громко приказал Канцлер, не желая даже смотреть на Имлериха.       Но тот был достаточно смел, чтобы вновь заговорить с Эредином:       — Мы обыскали весь город. Остались только замурованные жилые кварталы. Прикажешь распечатать их?       Эредин готов был скоро вскипеть. Он невероятно злился на самого себя. Нужно было приставить к ней охрану! А вот проучить Гвеннид можно было и потом. Она заслужила быть жестоко наказанной за свои истерики. Но сейчас, когда решалась судьба города, Эредин предпочел бы, чтобы его девочка была в безопасности. И если для этого нужно распечатать жилые кварталы, то он пойдет на это.       — Да! — грубо ответил Канцлер и велел: — забери своих людей отсюда и возьми с собой. Осторожно, по очереди распечатайте каждый жилой блок и, если нужно, переверните там всё вверх дном. В случае проблем, после первого предупреждения стреляйте на поражение!       Приказ был ясен. Вскоре на верхушке генератора не осталось ни единого вооруженного эльфа, кроме самого Канцлера. Карантир тоже остался.       — Следи за ними, — рыкнул Эредин и пошел по кругу балкона, поглядывая вниз.       Краснолюды усердно долбили молотом по изогнутому металлу, отрезали пилами непригодные куски, приваривали новый металл газовой сваркой, медленно но уверенно формировали толстую латку на месте дыры. Но слишком медленно... Реактор уже давно остыл и скоро начнёт замерзать, а потом его уже нельзя будет запустить...       — Ты! — Эредин ткнул в спину одного из краснолюдов за лебедкой. — Я хочу знать, что там происходит и как скоро мы сможем запускать реактор. Подними мне одного сюда!       Краснолюд злобно взглянул на Канцлера, но принялся выполнять приказ.       — Золтан! Приказали тебя поднять! — громко предупредил он товарища, что висел у него в шахте на тросе, и стал усердно крутить ручку барабана.       Эхо разлетелось вниз и ввысь, лебедка заскрипела, трос угрожающе затрещал. Эредин терпеливо ждал, наблюдая, как вздулись вены на мясистых руках краснолюда, пока тот пыхтел, поднимая работягу на балкон. Когда из шахты показалась макушка Золтана, он зафиксировал лебёдку и подал ему руку, чтобы помочь выбраться наверх.       — Докладывай, — сразу потребовал Канцлер, едва Золтан встал на две свои ноги.       Краснолюд перевел дух и стал рассказывать:       — Металл тонкий и металла мало. Варим ваш реактор с помощью мусора. Внутри вообще ничего не понятно, почему так рвануло сильно. Ясно одно — был резкий скачок давления в теплоносителе, а отчего — не ясно.       — Когда закончите? — Бреакк Глас хотел понимать главное.       — До завтра должны закончить.       — У нас нет времени до завтра.       Золтан уставился на Канцлера, никак не комментируя эту проблему.       И тогда послышался резкий щелчок, свист быстро разматывающегося троса и отчаянный крик — лебедка другого краснолюда вдруг сорвалась с держателя, ручка барабана завертелась с бешеной скоростью, и не было никакой возможности удержать её руками.       А затем послышался глухой удар со дна шахты, который долетел до ушей каждого, кто был в шахте и над ней. Кто был наверху, тот сразу поспешил к ограде, чтобы увидеть, что там произошло. И все увидели одновременно: один из тросов свободно болтался, и его конец терялся во мраке где-то на дне шахты.       Мгновение всеобщего ступора длилось вечность, а потом заревели краснолюды:       — Опускайте нас!       Никто даже не ждал разрешения Канцлера, все схватили ручки своих лебёдок и стали разматывать их, и краснолюды в шахте опустили вниз свои масляные фонари, чтобы увидеть, что там на дне ещё до прибытия туда. И вскоре их свет блеснул в луже чего-то похожего на смолу, а позже стало ясно, что это кровь. Ещё через миг фонари осветили тело краснолюда. От его головы растекалась густая лужа крови, а одна нога была напрочь выбита из тазового сустава, будто никогда и не была частью этого тела.       — О, боги... — простонал Золтан и схватился за волосы.       В шахте начали кричать, но слов разобрать невозможно было. Краснолюды на балконе метались, кричали что-то своим сородичам внизу, начался настоящий хаос.       Канцлер и сам еле подавил тошнотворный ком в желудке. Но ситуацию нельзя было пускать на самотек. Он достал свой револьвер и выстрелил в воздух. Звук от выстрела в колодце реактора оказался настолько оглушающим, что эльф и сам едва удержался на ногах.       Все мигом перестали кричать. Когда последнее эхо растаяло в воздухе, Эредин абсолютно спокойно обратился к Золтану:       — Спускайся вниз и скажи всем возвращаться к работе.       Это вызвало новую волну протестов. Краснолюды на балконе ринулись к Эредину, но тот успел выставить револьвер перед собой, и они так и застыли перед эльфом, не решаясь двинуться дальше.       Дальше наступил тревожный момент, когда обе стороны начали оценивать свои шансы в этом противостоянии. Краснолюдов на балконе было пятеро, а патронов в револьвере Канцлера после первого выстрела — четыре. Но для краснолюдов это число было неизвестным... После внезапной трагической гибели их друга, бородачи выглядели крайне решительно и, казалось, были готовы пожертвовать ещё одним или двумя своими братьями. Все понимали беспрецедентность этой возможности — раз и навсегда вырваться из-под эльфийского ярма...       Но краснолюды не могли согласовать свои действия. Их было много, и они все находились в шоке от случившегося. Эредину это было на руку.       — Я прошу вас, не надо! — взмолился Золтан.       И тогда самый старый на вид краснолюд сорвался с места и рванул к Канцлеру. Однако он был готов к этому.       Но случилось непредвиденное — бунтарь вдруг взлетел в воздух, и какая-то невидимая сила отшвырнула его в сторону, заставив перелететь через весь реактор и с силой удариться о противоположную стену шахты.       Краснолюды, которые оставались на дне и не знали, что происходит наверху, громко закричали. На балконе все замерли, даже Канцлер был ошеломлён увиденным. Бедолага упал наземь и больше не двигался.       Ощущая своё сердце клокочущим где-то в горле, Эредин медленно обернулся и успел заметить, как Карантир опускает вниз поднятую руку.       — Отошли все назад, — с лёгкой одышкой проговорил он, — иначе я каждого сброшу вниз.       Краснолюды попятились назад, но Бреакк Глас не спешил убирать револьвер. Они до сих пор недоуменно переглядывались между собой, не понимая, как им поступить. Несмотря на весь их воинственный настрой, бунтовщики уже осознали, что этот бой они проиграли. Они просто стояли на безопасном расстоянии от эльфов. Первым пришел в себя Золтан.       — Опускайте меня вниз, — сказал он и покорно пошел к ограде, чтобы пристегнуть трос к поясу.       Это окончательно подавило краснолюдов. Хотели они этого или нет, но Золтан уже поднял белый флаг. Каждый стал за свое рабочее место, внизу послышались голоса, и вскоре вновь заскрипели тросы. Работа по ремонту реактора была возобновлена, а разбившийся краснолюд пока оставался лежать в луже крови на дне шахты.       Эредин отошёл назад, чтобы очутиться лицом к лицу с Карантиром. Спаситель окинул его тяжёлым взглядом, отвернулся.       — Мне кажется, я спас твою спину от очередного ножа, — язвительно бросил он и ушел прочь.