Меч бастарда

— В Чаячьем городе девушка ждёт, хей-хо, хей-хо! — Жди и надейся, твой милый придет, хей-хо, хей-хо! — За годы разлуки любовь наградит, хей-хо, хей-хо. — Заткнитесь! — рявкнул сир Корбрей. Джон с друзьями нахмурились, но подчинились. Слава о сире Лине ходила недобрая: говорили, что он искусный дуэлянт и отправил в преисподнюю множество врагов… — Надо было нам сесть на другой корабль, — прошептал Джон. Из Чаячьего города они сели на два корабля. Лорд Ройс успел вернуться в последний момент: владыка Рунстоуна сопровождал своего сына — сира Уэймара на Север, на Стену. Джон был удивлен и восхищён тем, что младший Ройс решил стать братом Ночного Дозора. Да, он был третьим сыном и не унаследовал бы ни земель отца, ни титула, ни замка, но также обстояло и со средним Ройсом — Робаром… На прощание, Сноу пообещал сиру Уэймару, что они ещё увидятся. Служить в Ночном Дозоре — великая честь, но новоявленный рыцарь хотел добиться славы и богатств, прежде чем надевать чёрное. Сопроводив сына на Стену и посетив Винтерфелл на обратной дороге, лорд Ройс привёз ему письма от брата, от дяди Бенджена и от отца. Не успел Бронзовый Джон поздороваться с домочадцами, как сир Робар насел на отца, умоляя посетить турнир в честь двенадцатых именин принца Джоффри. Джон стоял рядом и поддакивал: он хотел как можно скорее повидаться с отцом, но вернуться в Винтерфелл с пустыми руками не мог… Сборы были быстрыми. Лорд Ройс взял с собой свои знаменитые бронзовые доспехи, украшенные рунами Первых людей, и пятнадцать домашних рыцарей, в числе которых были сир Робар и сам Джон, а где рыцари, там и оруженосцы… Они бы воспользовались собственными кораблями, но отбушевавший пару дней назад шторм привёл в непригодность флот лорда Ройса, который и до этого не отличался многочисленностью: два галеона, два когга и несколько баркасов с лодками… Таким образом, в Чаячий город они прибыли в количестве двадцати пяти мечей: один лорд, пятнадцать рыцарей и девять оруженосцев. Не останавливаясь, они направились в гавань, где и встретились с сиром Лином Корбреем и его оруженосцем — Микелем Редфортом. К сожалению, Джон попал на второй корабль, куда также поднялись и сир Корбрей с оруженосцем, и если к Редфорту он чувствовал симпатию, то вот сир Лин… Благо, четверо его друзей были с ними. — Сноу! — позвал его сир Корбрей. — Сир? — нахмурился Джон, хотя его покоробило, что рыцарь не использовал приставку «сир» к его имени. — Спроси у капитана, когда мы прибудем в Сумеречный Дол? — лениво сказал сир Лин. — Да, сир, — ответил Джон, краем глаза оценив длинную рукоять Покинутой Леди, валирийского меча сира Лина. — Что, нравится? — усмехнулся сир Корбрей. Джон кивнул. — Люди в тысячу раз знатнее тебя жаждали мой меч, — едко рассмеялся рыцарь, — самому Тайвину Ланнистеру пришлось услышать мой пренебрежительный отказ, так что проваливай отсюда, сир бастард, и спроси у капитана! Джон скрежетнул зубами, но крепкая рука Арлана потянула его подальше от сира Корбрея. — Будет сделано, доблестный сир! — закивал Калум. — Сир Джон все исполнит, благородный сир! — льстиво улыбнулся Артис, а его брат неистово закивал головой. Парни отвели Джона к носу корабля и встряхнули его. — С ума сошёл, Джон?! — яростно зашептал Арлан. — Это же Корбрей! — Я слышал, что он убил сотни рыцарей! — подтвердил Артис. — Джон, ради богов, Старых и Новых, не лезь на рожон! Ты лишь два месяца тому назад стал рыцарем и не ровня сиру Корбрею! — умолял его Дейк. — Правда, дружище, — коснулся его руки Калум, — он тебя прирежет, а потом и нас! И будет иметь полное на то право… Джон судорожно вздохнул. Выдохнул. Ярость, кипящая в его венах, постепенно сходила на нет. Он оперся руками о борт корабля и смачно сплюнул в проносящиеся воды мор — Настанет день, и я убью его! Клянусь! — пылко воскликнул Джон. — Давай ты исполнишь свою клятву лет через пять или семь! — улыбнулся Калум. — А теперь я иду и спрошу у капитана, а ты передашь мой ответ сиру Лину и ради всех богов, ради нашей дружбы — умоляю тебя Джон, будь спокоен и благоразумен… — Даю тебе слово, Арлан! — торжественно пообещал сир Сноу и будь он проклят, если позволит сиру Лину вывести его из себя до конца путешествия… — Зе-е-е-емля-я-я-а-а! — прокричал юнга. — Наконец-то! — прорычал Джон. Калум лениво приоткрыл глаза и тут же закрыл, не удостоив друга ответом. Арлан упражнялся с луком. Светловолосый юноша с голубыми глазами, «типичный андал» — как говорил он о себе, грезил о морских путешествиях и уже сейчас тренировался, чтобы стать метким лучником — порой на море навыки владения луком ценились выше навыков владения мечом, а все из-за покачивающейся опоры под ногами. Дейк и Артис были со своим отцом, показывавшим им, как нужно сражаться на корабле. Корабль шёл из Чаячьего города в Сумеречный Дол, откуда они уже на лошадях добрались бы до столицы. Сир Робар говорил ему, что от владения лорда Риккера до Королевской Гавани день пути. Учитывая, что это было возможно благодаря ухоженному Королевскому тракту, сир Сноу подумал, что и от Таргариенов была громадная польза. Неприятности, начавшиеся, когда на борт «Сокола» поднялся сир Лин с оруженосцем, продолжились и в Сумеречном Доле. Сир Лин был любезен с лордом Ройсом, а с сиром Робаром они неплохо ладили, но стоило им оказаться как можно дальше — Корбрей тут же начинал третировать Джона. Возможно, всему виной были взгляды, бросаемые сиром Лином на юного рыцаря: Джон, порою, такими же взглядами одаривал и некоторых девиц… Как бы то ни было, Джон возненавидел сира Лина… и тот это чувствовал.

***

Трибуны взревели. Даже здесь, в шатре, был слышен рёв толпы, наслаждающейся зрелищем. Джон судорожно тискал одной рукой рукоять «Милости Волка». Другой же держал в руках письмо от отца: «… я горжусь тобой, Джон.» Эти слова бились в его голове, воодушевляя и безжалостно стирая все следы страха. В сердце юноши осталось лишь нетерпение. — Твой выход, Джон! — ввалился в шатёр Калум. — Калум, ты сказал Джону?! — услышал он крики снаружи. — Джон! — поторопил его друг. Сир Сноу резко выдохнул и решительно зашагал наружу. Дейк подвёл ему личного боевого коня сира Андара, не смогшего приехать на Турнир из-за возможной опасности набега клана Черноухих, захоти они отомстить за брата вождя, которого убил сам Джон. — Ну что, Гордый? — Джон ласково потрепал за гриву. — Мы это проходили множество раз… Гордый был жеребёнком, когда Джон стал воспитанником лорда Ройса. Сноу расчесывал его гриву до тех пор, пока Гордый не превратился в огромного чёрного коня и тогда, сир Андар приказал к нему никого не подпускать, чтобы зверь мог слушаться только его. Калум осторожно надел на него шлем, поверх уже надетого стеганого подшлемника. Джон опустил забрало. Обзор вышел чуть кривоватым. Поправил. Затем он проверил опору для копья на правой стороне груди. Она держалась крепко. Сир Стоун как-то рассказывал об одном рыцаре, чья небрежность привела к тому, что копьё соскользнуло с открепившейся опоры и в момент удара о щит противника — сам рыцарь упал на землю. Шпоры, которые он получил в день посвящения, слабо ударили по защищённой латами крупу коня. Гордый недовольно фыркнул и двинулся вперёд. Конь был умный и знал, когда нужно шагать аллюром, а когда скакать галопом… — Сир Первин Фрей, сын лорда Уолдера Фрея, лорда Переправы, — услышал Джон герольда. О своём противнике Джон знал только то, что Первин Фрей был пятнадцатым сыном лорда Фрея, который, по рассказам отца, «опоздал» на битву при Трезубце. Рыцарь, равно как и его противник, ударил шпорами и заставил Гордого рысью поскакать к середине правых трибун, где возвышалось огромное ложе. И Джон впервые увидел короля! Его милость выглядел не совсем таким, каким его описывал отец и лорд Ройс: они рассказывали о демоне Трезубца, гиганте среди князей, высоком, сильным, источавшим вокруг себя мощь, сотрясавшим щиты рыцарей своим исполинским молотом… Джон же… юноша увидел обычного толстого краснолицего человека, больше похожего на купца по имени Алек Трайс, раз в три месяца приезжавший в Рунстоун для продажи эссоских сладостей и выкупавшего у лорда Ройса железные мечи, наконечники для стрел и топоры, которые продавались уже его сыном — Аленом Трайсом где-то в Эссосе. Говорили, что купец, в свободное от торговли с лордом Ройсом время, пьёт арборское и ест кабанятину… Джон с ужасом подумал, что если бы не корона и одеяния, то перепутал бы короля с разжиревшим купцом! И потому, юноша заставил себя перестать сравнивать короля и лучшего друга отца с жирным купцом. Рядом с ним, по левую руку короля, сидела очень красивая женщина, чьи золотые волосы были уложены в замысловатую прическу. Голову ее украшала золотая корона, а одеяния ее были из желтой богатой ткани… Как же много было в ней золотого! Недаром королева из Ланнистеров! Принц Джоффри, сидящий по правую руку короля, был высок и строен. С красивым лицом и высокомерными, скучающими глазами. Было очевидно, что кронпринц внешностью и статью пошёл больше в мать, нежели в отца… С королевой сидели принц и принцесса, милые детишки, смотрящие на мир с любопытством. — Сир Джон Сноу, сын верховного лорда Севера Эддарда Старка, лорда Винтерфелла и Хранителя Севера! — провозгласил глашатай своим громким голосом и юноша склонил голову, сидя на седле. И Джон увидел, как король, прежде сидящий со скучающим лицом, резко подался вперёд из своего огромного кресла, больше похожего на трон и… начал рукоплескать! — Да! —заорал король. — Вперёд, сын Неда! Уделай этого Фрея! Джон почувствовал, как краска заливает его лицо. Юноша чувствовал себя счастливым и гордым! Сам король поддерживает его! Тут он увидел высокого, широкоплечего и седого человека, на чьей шее висела цепь… Десница… Воспитатель его отца, верховный лорд Долины, Хранитель Востока начал… хлопать в ладони! Ему, бастарду! И он тоже улыбался! — Удачи, сир Джон Сноу! — громко сказал лорд Аррен. Джон почувствовал злой взгляд и немного повернув голову, увидел глаза сира Первина Фрея, горящие черной яростью. — Начинайте! — приказал король. Джон рысью поскакал к своему углу. Арлан подал ему копьё, привычное ещё по Рунстоуну. В такие большие турниры дозволялось привозить свои копья, если они соответствовали стандартам, выдвигаемые распорядителем турниров. В этом турнире, им выступал сир Арон Сантагар, мастер над оружием Красного замка, вотчине короля и его семьи. Сноу поднял копьё, взяв его под правую руку. Он немного подвигал копьем, проверяя. Протрубил рог и два помощника герольда резко опустили красные флажки. Джон резко и сильно ударил шпорами по крупу Гордого и боевой конь с места перешёл в галоп. Тупой железный наконечник копья нацелен на грудь Первина Фрея — самое удобное место для удара. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Они приближаются друг к другу с неумолимой скоростью. Он уже может видеть глаза Фрея и… Треск! Крик! И Джон судорожно выдыхает воздух! Он все ещё в седле, а вот сир Первин — нет… Сир Сноу расплылся в улыбке, слушая овации и крики трибун. — Этот скупой какой-то там по счету сын хорька заплатил за свои доспехи три дракона! — возмущался Джон. — Это ведь хорошая цена, — улыбнулся Калум. — Хорошая цена?! — вскричал Арлан. — Хорошая цена за выкуп доспехов — десять драконов! Может ещё восемь, но это уж самый край! Наш лорд заплатил Рыцарю Цветов двадцать драконов… — Ну так за свои знаменитые бронзовые доспехи… — А сир Робар — пятнадцать! Пятнадцать какому-то межевому рыцарю! — взорвался Артис. — Вот же скупое дерьмо мула! — хором сказали Джон и Дейк. — Не повезло тебе с противником, Джон, — сочувствующе сказал Калум. — Даже этот второй рыцарь выкупил свои доспехи за семь драконов! — прорычал Джон и с малой толикой тепла вспомнил сверстника из Простора с какой-то незапоминающейся фамилией, которого он выбил во втором поединке. Третий был старым межевым рыцарем с такими дрянными доспехами, что Джон решил смилостивиться и простил тому долг. И теперь, предстоял последний поединок… Край шатра отодвинулся и вошёл помощник герольда. — Ваш черёд, сир Сноу! — поклонился он. — С кем? — спросил рыцарь. — С сиром Лорасом Тиреллом, сир… Джон кивнул и помощник выбежал из шатра. — Так, на ставках, я выиграл два дракона и тринадцать оленей, — задумчиво сказал Арлан, — я поставлю все против тебя… — Ах ты маленький вероломный кусок ослиного дерьма! — медленно произнес Джон, качая головой. — Ну правда, Джон, — рассмеялся Дейк, — ты же видел этого Тирелла… — Вот, держи, — сунул он три золотые монеты Калуму, — поставишь на меня! Мы ещё поглядим кто кого, раз в меня никто не верит… — с этими словами, он поспешил к Гордому, не оглядываясь на притихших друзей… — Старые Боги, молю вас, — прошептал Джон и резко ударил по крупу Гордого. Галоп. Удар. Джон чертыхнулся: его удар прошёл вскользь, лишь саму чуть задев плечо Рыцаря Цветов, а вот удар противника ушиб его левую руку. Рыцари снова скачут друг к другу… уже в третий раз. Джон отчаянно стиснул зубы: он должен, он сможет! В последние три года, мастер Сэмвелл каждый день по несколько часов заставлял его упражняться с копьем и квинтиной. Надо целиться в центр груди и не отводить копьё ни на дюйм… Тирелл все ближе и… — Да! — заорал он, бросая копьё, ставшее невероятно тяжелым. Трибуны взорвались криками… разочарования. Джону снова подали копьё и он нацепил концом венок из красных роз. Левой рукой он потянул поводья и Гордый шагом пошёл к королевскому ложу. — Это вам, моя королева, — с неловкостью произнёс Джон и королева Серсея снисходительно приняла венок красоты. — Хватит, — пренебрежительно фыркнул король и грузно поднялся на ноги. Джон тут же подал копьё подбежавшему помощнику герольда и спешился. — Ваша милость, — юноша встал на колени. — Где твой герб, сын Неда? — добродушно проворчал король. — Ваша милость, я не думал, что стану победителем турнира и потому… я его ещё не придумал, — признался Джон. Король и Десница рассмеялись, как и прочие знатные люди, сидящие рядом. — Я сам придумаю тебе герб, сын Неда! — громко сказал король. — Его зовут Джон, ваша милость, — с улыбкой сказал лорд Аррен. — Я знаю, — проворчал король. — Раз ты Сноу, а герб твоего отца — лютоволк, то пусть на твоём будет изображён белый лютоволк! — Ваша милость?! — воскликнул Джон, не смея поверить в такой дар. — Я все сказал! — отрубил король. — Такова моя воля. А теперь встань, сир Джон Сноу, Белый Волк! Джон поднялся с колен, не смея поверить своему счастью: сам король придумал ему герб! Сам король создал ему знамя! Сам король!!! — Сир Сантагар вручит тебе приз, сир Джон, — улыбнулся Десница короля. — Приз? — непонимающе переспросил Сноу. — Пять тысяч драконов, — приподнял седую бровь лорд Аррен. — Серьёзно?! — воскликнул Джон, будучи в шоке. — Он мне нравится! — расхохотался король. — Клянусь своим молотом, мальчишка внешностью вылитый Нед, но гораздо веселее моего лучшего друга… — Сир Джон! — строго сказал ему Десница. — Можете идти! Сноу быстро поклонился и, вскочив на коня, рысью понёсся к своему шатру. Друзья встретили его с бледными лицами. — Джон, мы богаты, — прохрипел Арлан. — Я — богат, — промолвил Джон, снисходительно глядя на друга. — Ой да ладно тебе дуться, дурень! — отмахнулся Арлан и улыбнулся. — Мы ведь все поставили на тебя и теперь у нас… — Триста сорок девять драконов! — рассмеялся Калум. — А с твоими пятью тысячами у нас хватит денег купить корабль! — вскинул руки вверх Арлан. Джон засмеялся. Ему казалось, что будущее расписано исключительно в ярких и счастливых красках…       На второй день, он принимал участие в общей схватке. Предпоследним был Джон. Гордый испугался объятого пламенем меча Тороса из Мира и потому скинул юношу на землю. А монаха в свою очередь лорд Ройс оглушил палицей. Джон, выбывший из схватки таким способом, чувствовал ярость и даже победа его второго отца, коим для него стал Бронзовый Джон, не рассеяла грозу, бушевавшую в его душе. Он стремительно пошёл к своему шатру, который одолжил для него сир Андар. В благодарность, он посылал сто драконов с сиром Гарланом. Сам он решил вернуться морем на Север, к отцу. Его друзья отпросились у своих отцов и лорда Ройса и сейчас договаривались с капитаном галеона из Белой Гавани. Тот, услышав, что Джон является сыном лорда Старка, клятвенно заверил, что корабль выйдет в море по первому слову «Белого Волка», как прозвали его люди. Сноу казалось, что вся столица уже знает его прозвище… — А вот и наш герой, — произнёс кто-то сзади и только Джон решил повернуться, как его с силой толкнули в спину. Джон залетел в шатёр головой и споткнувшись, упал. Юноша резко повернулся и увидел, как в его шатёр входит сир Лин Корбрей. — В общей схватке ты ударил меня в спину, — произнёс он, зло оскалившись. — На то она и называется общей схваткой, сир, — ответил Джон, поднимаясь и опуская руку на рукоять меча. В душе парня клокотала ярость… — Ты слишком дерзок для ублюдка, — процедил сир Лин и вытащил Покинутую Леди из ножен, — но я научу тебя тому, чему не научила твоя шлюха-мать — уважению к… — Я вырву тебе печень! — прорычал Джон и бросился на Корбрея. Первый удар был отбит с небрежной легкостью. Сир Корбрей лишь ухмыльнулся и стремительно увеличил темп, так что Джону пришлось уйти в глухую оборону. Юноша зарычал, отбивая быстрые и удары сира Лина. Однако, и юноша был не прост: каждый день он занимался с мечом по несколько часов под руководством Сэма-Силача. Каждый день в течение пяти лет… — Прекратить! Прекратить! — закричали несколько голосов и в шатёр ворвались лорд Ройс и сир Робар, сир Сантагар и сир Барристан Селми. Все они обнажили мечи и Джон, как и его противник, опустили мечи. — Я требую поединка за оскорбление моей чести! — гордо произнёс Корбрей. — Ублюдочный щенок оскорбил меня на пустом месте… Джон зарычал, не в силах поверить в эту возмутительную ложь. — Король разберётся! — сурово сказал сир Барристан.

***

— Он лжёт! — закричал Джон, стискивая кулаки — мечи были сданы белым гвардейцам. — Как ты смеешь повышать голос при короле и королеве?! — повысила голос королева Серсея. — Видите, ваша милость? — ухмыльнулся Корбрей. — Ублюдок неуравновешен. Он как бешеный пёс и стоит его убить сейчас, прежде чем он принесёт неприятности… — Замолчи, сир Лин! — резко перебил его лорд-Десница. Сам Джон посмотрел на короля и увидел тревожную складку на лбу владыки Семи Королевств. На миг ему стало приятно: король беспокоится за него… — Я требую суда поединком! — зло произнёс Корбрей. — Я тоже! — мгновенно вспыхнул Джон. — Это он оскорбил меня! Это он ворвался… — Молчать! — взревел Его Величество. — Мальчишка, ты уверен?! — грозно сказал он, пристально глядя в глаза Джону. — Да, Ваша Милость! Умоляю, позвольте мне защитить мою честь! — пылко ответил ему юноша. Роберт Баратеон тяжело вздохнул и нехотя кивнул. — Ваша Милость?! — воскликнул Десница. — Он сын Неда, Джон, — печально промолвил король, — он держится за свою честь как и его отец… Слушайте все! Пусть они сразятся! Но… чтобы все было по чести, пусть Корбрей сражается со стальным мечом, не с валирийским… Трибуны загудели. Джон кинул взгляд на сира Лина и увидел самоуверенную усмешку на красивом лице. — Я также требую весь выигрыш бастарда в качестве виры за нанесённое оскорбление! — громко сказал сир Лин, усмехаясь. — Корбрей! — синхронно рявкнули король и Десница. — Тогда я требую Покинутую Леди! Когда я убью вас, сир, ваш меч достанется мне! — прорычал Джон, на что его противник глумливо рассмеялся. — Пусть будет так! Это справедливо! — произнёс король Роберт. Джон поклонился и устремился к сиру Мэндону Муру, хранившего его меч. Тот отдал его без единого слова. — Благодарю вас, сир Мур, — поблагодарил Джон белого рыцаря, получив в ответ лишь короткий сухой кивок. Он взял в правую руку меч, а в левую щит. Также поступил и сир Лин. Его глаза смеялись. Юноша осторожно приближался к сиру Лину, а тот все стоял на месте. — Ну же, Старковское отродье, подойди ещё ближе, не бойся, — усмехался он, — я буду с тобой нежен… Джон подумал, что эти слова никто не услышал. Корбрей говорил негромко, а расстояние между рыцарями и трибунами было довольно-таки большим… Он ударил «Милостью Волка», целясь в сердце, и сир Лин, ожидаемо, вскинул меч, который ему одолжил сир Джейме Ланнистер. Джон отскочил назад: пусть высокомерная тварь думает, что Джон не силён в искусстве меча… Противник резко шагнул вперёд и совершил косой удар, целясь Джону в плечо, и которое Сноу принял на верхнюю кромку щита. Юноша снова отскочил назад. — Ты так и будешь бегать, шлюшье отродье? — расхохотался тот. Джон лишь стиснул зубы. Прежде, он намеренно показывал себя чересчур вспыльчивым, но сейчас юный рыцарь хотел, чтобы враг максимально расслабился… вот как сейчас. Корбрей ударил по прямой, целясь в живот, Джон принял удар на меч и тут же резко шагнул вперёд, ударяя щитом о щит сира Лина, да с такой силой, что тот на мгновение растерялся… чем и воспользовался Джон: он совершил быстрый прямой удар в сердце, но в последний момент изменил траекторию удара, целясь в горло. Сир Лин, прекративший улыбаться, резко поднял щит, и одновременно попытался ткнуть мечом в грудь Джона. Но Сноу снова изменил траекторию удара, резко опуская меч и протыкая живот Корбрея, а его меч встречая кромкой своего щита. — Что за… — Прекратил улыбаться, мразь?! — прорычал Сноу, проворачивая и вытаскивая свой меч. Он снова совершил финт, ударяя по прямой в грудь Лина, но в последний момент изменяя линию движения меча и протыкая правое плечо. Меч Джейме Ланнистера с шуршанием упал на песок арены, а Корбрей тяжело осел на землю. — Под… подожди… не н… надо… — Твой меч — мой! — заявил Джон и обрушил Милость Волка на непокрытую голову Корбрея. Из-под меча брызнула кровь, а высокомерный и надменный сир Лин задергался в конвульсиях на земле.