///
— Так, что ты сейчас читаешь? — спрашивает Питер, неловко потирая руки в ожидании, пока остальные ученики наполнят зал. Не переводя взгляд, она поднимает книгу, чтобы он мог прочитать обложку. «Мечты моего отца» от Барака Обамы. — О, эм, я действительно хотел прочитать это, — кивает он, улыбаясь. — Я, э-э, слышал, что это крутая книга. Она была в моем списке, но… — Тогда бери, — она закрывает книгу и протягивает ему. Затем она немедленно хватает другую из своей сумки и начинает читать ее. — Ну, если ты все еще читаешь, то я не хочу брать, — он смотрит на обложку, затем снова на девушку, немного ошеломленный. Питер чувствует, что очень раздражает ее, но не знает, что еще сделать, чтобы попытаться узнать Мишель получше. Это кажется невозможным. — Я закончила сразу же, как только ты сказал, — она смотрит на него с секунду, затем снова отводит взгляд, с рекордной скоростью просматривая строчки слов. — Все равно читала ее в третий раз. — Ого, — смеется он, прижимая руку к обложке книги. — Она настолько хороша? — Относительно, — отвечает она, вздыхая. Мишель часто так делает. Интересно, это потому, что она раздражена или просто думает? Он не может точно сказать. — Значит, ты любишь читать? — спрашивает Питер, уже зная, что это идиотский вопрос, еще до того, как он его задал. Она бросает на него взгляд, который безмолвно говорит: «Ты серьезно?» — Понял, — отвечает он и постукивая пальцем по обложке книги, вздыхает. Паркер пытается придумать, что бы еще сказать, как вдруг раздается звонок. Мишель кладет книгу обратно в сумку, перекидывает ее через плечо и подходит к команде. Вскоре после того, как остальные студенты наполняют зал, Питер не может не чувствовать, что он, по крайней мере, немного продвинулся в знакомстве с ней. Это был самый долгий диалог, который когда-либо был между ними. Он рад, что девушка, наконец, поговорила с ним, даже если в процессе он выставил себя идиотом. — Как все прошло? — Нед смеется со своего места в углу, где он играл на телефоне. Парень смотрел на них каждые несколько минут, просто чтобы убедиться, что ЭмДжей не убьет Питера за то, что он отнимает у нее время на чтение. Питер лишь слегка пожал плечами, сам не зная, хорошо или плохо. — Сегодня я начну с опроса, — объявляет Мишель, когда все садятся, и достает из сумки карточки с вопросами и ответами. — Научное название варана. Питер быстро нажимает на кнопку ответа, и все оборачиваются и смотрят на него. — Э, гигантский варан? — это прозвучало скорее как вопрос на вопрос, а не ответ. — Верно, — Мишель на мгновение поднимает на него взгляд, но как только они встречаются, сразу отворачивается. — Следующее. Как вычисляется плотность?///
Он хотел бы просто взять еще один день отдыха от того, чтобы быть Человеком-пауком. Все началось хорошо. Питер помог бабушке получить почту и достал пляжный мячик для ребенка. И это только за час с тех пор как он вышел из школы. Больше он ничего интересного не нашел, поэтому сел на крышу здания и болтал ногами, высматривая, чем бы еще заняться, пока не стемнело. Потом ему стало скучно, и он стал думать о своем дне, а потом мячик напомнил ему пляжные сумки, которые напомнили ему о ЭмДжей, и ему снова стало любопытно, что могло быть в тех сумках, которые она несла. Питер пытался думать о чем угодно, но не мог представить, что у нее в этих тяжелых сумках (ну, кроме книг, но он знает, что это не так, потому что он всегда может видеть контуры книг через ее рюкзак) Поэтому он сворачивает к следующему зданию, потом к следующему и оказывается на том же самом месте, где они с тетей Мэй были вчера. Где он заметил Мишель, и на часах примерно то же самое время. — Я здесь не для нее, и я не преследую, — говорит он себе, хотя его взгляд скользит по всем людям, пытаясь ее обнаружить. — Столько преступлений, что происходят вокруг. Целые сотни. А я Человек-паук! Если я увижу ее, я увижу ее, но я не собираюсь ид…вот дерьмо. Он выпрямляется и снова видит ее. На ней надето то же, что и сегодня в школе, так что он догадывается, что она ушла сразу после него. Но что она делала? Куда она собралась? И у нее снова эти сумки. Его сердце колотится в ушах, и он полностью понимает, что это совершенно нелепо, потому что Паркер даже не знает ее. — Я не преследователь, и я не преследую, — выдыхает он, ползя вдоль здания, чтобы не отстать от нее. Он пытается пригнуться, если она посмотрит вверх и увидит его. Не то чтобы она знала, кто это, или даже думала, что Человек-паук следил за ней, но все же. Это чувство «я почти уверен, что Мишель видит все насквозь» снова засело в нем. — Это официальное дело Человека-паука. Просто хочу убедиться, что она не преступница, вот и все. Поэтому он продолжает следовать за ней. Она проходит через несколько темных, страшных переулков, и он внезапно начинает беспокоиться. Питер готов спрыгнуть и спасти ее в любой момент. Мишель делает несколько поворотов, и Питер следует за ней, а затем он видит, что она оглядывается вокруг, чтобы убедиться, что никто не смотрит. Потом она входит в здание, которое он никогда раньше не видел. Теперь интерес парня загорается с новой силой, но немного в растерянности, потому что этот дом выглядит пугающе. Убедившись, что она уже внутри, Паркер спрыгивает на землю и украдкой ходит вокруг здания, ища окно, чтобы заглянуть внутрь. Он находит несколько с правой стороны здания, но они полностью заколочены. Если раньше Питер не знал, то теперь знает: это место заброшено. В заброшенных зданиях редко случается что-то хорошее. Что она там делает? Его сердце начинает колотиться еще сильнее, и он сглатывает, обыскивая остальную часть здания в поисках чего-нибудь, что он мог бы использовать, чтоб заглянут внутрь. Сейчас он нервничает больше, чем когда сражался с этим гребаным Стервятником. Питер, наконец, добирается до задней части здания и видит несколько окон. Он пробует первое и второе, но они заколочены. В третьем, однако, есть небольшая щель между досками. Он делает глубокий вдох, готовясь к худшему. Поэтому он снимает маску, наклоняется и прижимается к ней лицом, закрывая один глаз, чтобы лучше видеть другим. Сначала он видит огонь. Точнее, огонь в яме для костра, посреди большого пустого помещения. Затем, несколько человек в креслах, сидящих вокруг него, и ему требуется секунда, чтобы даже узнать ЭмДжей, сидящую там, потому что она улыбается. На самом деле, с огромной улыбкой на ее лице, он даже никогда не видел, чтобы она улыбалась по-настоящему. Она сидит на шезлонге и разгружает сумки. Девушка смеется, когда маленькая девочка прыгает к ней на колени и обнимает ее, и она обнимает ее в ответ, прежде чем что-то сказать, а затем продолжает снова разгружать свою сумку. Сначала она достает пакет с фруктами и овощами, и передает его пожилому мужчине справа от нее. Питер видит человек двадцать-тридцать, включая детей. Затем она снова лезет в сумку, протягивая им три или четыре продуктовых пакета, полных еды. Банки, предварительно упакованные бутерброды, миски с салатом и огромный пакет печенья, которое выглядит самодельным. Они все болтают и смеются, и теперь она лезет в другую сумку, отмахиваясь от их благодарности. Мишель все еще улыбается. Затем она вытаскивает несколько футболок, передавая их всем людям в комнате. По сумкам Питер догадывается, что они из благотворительного магазина, но они, похоже, не обращают на это внимания. У нее есть футболки всех размеров: большие, маленькие, красивые, повседневные. А потом она достает из сумки розовую рубашку принцессы для маленькой девочки. Он не слышит, о чем они говорят, но девочка обнимает ее и ахает от удивления. Все их лица освещены огнем, который является единственным источником света в здании. Питер отходит от окна, все еще потрясенный увиденным. Всю вторую половину дня она кормит и одевает бездомных. Как он мог подумать, что она преступница? Она такая же, как он. Она хочет искренне помочь людям, даже если это означает, что сама не получит «спасибо». Возможно, Нед был прав. Ну, она не совсем Человек-паук (хорошо, Женщина-паук), но она супергерой по-своему, ей даже не нужен костюм. Так что он скользит спиной вниз по стене здания, с огромной широкой улыбкой, приклеенной к его лицу. После всех преступлений и ненависти, что он видел за последние несколько месяцев, это то, что ему было нужно. То, что напоминает ему, что люди действительно хорошие.