Двойная жизнь

— Лидс выключился с момента кульминации первой серии, — ЭмДжей постукивает Питера коленом по груди, слегка смеясь, когда она показывает головой туда, где Нед дремлет в своем кресле. — Он всегда засыпает раньше полуночи, — смеется Питер, переводя взгляд со слюнявого друга на девушку и откидывая голову на спинку дивана. Они начали смотреть «Закон и порядок», так как ЭмДжей настаивала, что это лучшее шоу во всем мире. Питера затошнило, когда он прочитал сюжет эпизода, но решил довериться ее мнению. Самая большая ошибка. Шоу грубое и ужасное, и его желудок переворачивался на протяжении всех двух серий, которые они смотрели. Он понятия не имеет, как Мишель может держаться. С другой стороны, он выяснил, откуда была ее цитата несколько дней назад. Она все еще смотрит на Неда и улыбается, а Питер смотрит на нее и улыбается. Она такая красивая, смешная, саркастичная и умная, и все, о чем он может думать, это снова поцеловать ее. Особенно сейчас, где они одни, и это романтично, и где она целует его, потому что хочет, а не потому, что ей задали желание. — Я могу сказать, что тебе не очень-то понравился этот сериал, — она поворачивается к Питеру, заставляя его очнуться от своих мыслей, сглатывая. — Обычно меня это не волнует, но, думаю, я в твоем доме. Кроме того, к этому нужно привыкнуть, я понимаю. — Что же ты хочешь делать? — спрашивает он, понизив голос, чтобы не разбудить Неда. Она все еще лежит с другой стороны дивана, положив ноги на парня. Они достали одеяло, и Питер даже заставил себя разделить его с ней каким-то образом. — Я думаю, просто сидеть здесь и ждать, когда ты снова посмотришь мне в глаза в первый раз с тех пор, как мы поцеловались, — девушка пожимает плечами, и он замирает. — Мне кажется, ты установил своего рода рекорд. — Что? Пф, я могу… Я могу спокойно смотреть тебе в глаза, — Питер усмехается, отмахиваясь от нее. — Тогда почему ты все еще смотришь на стену, — она поворачивает его голову в свою сторону, и он сглатывает. Они так близко. Не так, как «я чувствую твое дыхание» близко, но… Достаточно близко. И ее рука оказывается на его щеке, и у Паркера в голове быстро проносятся образы их поцелуя. — А не на меня? Даже когда я сказала, чтобы ты посмотрел в мою сторону? — Теперь я смотрю тебе в глаза, — говорит он ей, и она пожимает плечами, со смехом ложась обратно. Мишель всегда намеренно запугивает его, но ему это нравится. Ладно, ему это очень нравится. — Едва, — она прищуривается, изучая его лицо. — Послушай, я понимаю, это был твой первый поцелуй — и мой тоже. Но если бы я знала, что ты будешь вести себя странно и нервно, я бы… — Это был твой первый поцелуй? — Питер смотрит на нее, и девушка закатывает глаза, слегка приподнимаясь. — Да, и что? — она просто пожимает плечами. — Ничего, просто так… Знаешь, ты могла бы избавить меня от унижения и сказать это, — он смеется, стараясь незаметно вдохнуть побольше воздуха, чтобы она не увидела, насколько он взволнован. — Ну, я могла бы сказать, что Лидс рассчитывал на фактор унижения, поэтому я не хотела его подводить, понимаешь? Я просто была хорошей подругой, вот и все, — отвечает девушка с легкой улыбкой. Он закатывает глаза и смеется. — К тому же я не вижу в этом ничего особенного. Я никогда не мечтала о своем первом поцелуе или о чем-то подобном, но я могла бы сказать, что это было очень важно для вас, ребята. Наверное, я просто не хотела все испортить. Или…знаешь, что-то типо того. — О, у нее есть сердце, — с улыбкой подталкивает ее Питер. — Идиот, — смеется Мишель, закатывая глаза. — Это на самом деле, вроде… Утешительно, однако. Что это были наши первые поцелуи, понимаешь? Это заставляет меня чувствовать себя немного лучше, — он говорит ей, фактически делая реальный, ненасильственный зрительный контакт. — Ты что, сильно нервничал, Паркер? — спрашивает ЭмДжей, и Питер отворачивается, смеясь. Боже, он может умереть. Он вспоминает, что Нед сказал ему, кажется, целую вечность назад: «это был странный, извращенный способ флирта, когда вы оба, типа, безжалостно насмехаетесь друг над другом. Но это все равно флирт» Они флиртуют? Питер никогда не флиртовал с кем-то по-настоящему, и единственный настоящий флирт, который он когда-либо видел, был в кино. И да, он и Нед определенно видели долю флирта в романтических комедиях, но это всего лишь фильмы. Не настоящая жизнь, как сейчас. Так, это может быть флирт? Их странные, игривые толчки? Очевидно, что это флирт только для него, а для нее? Это кажется невозможным. К тому же, она такая со всеми, верно? Это так трудно. — Нет, я просто… — он смеется, потом вздыхает. — Возможно. Но, я имею в виду, да ладно. Разве не все нервничают из-за первого поцелуя? — Нет, — уверенно отвечает девушка, и он смотрит на нее, пытаясь понять, лжет она или нет. Но, как всегда, ее просто невозможно прочесть. Он смотрит на нее, вздыхает, затем смотрит на Неда. — Ты — это ты. — И что это значит? — Мишель пинает его, смеясь. Питер вдруг понимает, как грубо это прозвучало, и садится, нервно смеясь и пытаясь оправдаться. — Только ты… Ты всегда уверена. Тебе все равно, что о тебе думают, — он говорит ей, и она кивает, соглашаясь. — Это хорошо. Это потрясающе, правда. — Ты хочешь сказать, что ты не такой? — она спрашивает, казалось бы, любопытно. — Я хочу сказать, что стараюсь быть, но да. Я… Знаешь, работаю над этим, — парень смеется, потирая затылок. — Я понимаю, — кивает Мишель, и он не может сказать, понимает ли она на самом деле, или просто саркастична и смеется над ним. По ней невозможно ничего узнать. — Ну, если это что-то значит, то твой поцелуй — лучший в моей жизни. — Это потому, что я единственный, кто у тебя был, — смеется Паркер, и она кивает. — Вот именно, — ЭмДжей отвечает с самодовольной улыбкой, гордо пожимая плечами. — Хотя сейчас мне немного не по себе. — Не по себе? Почему? — спрашивает он, нахмурив брови. — Потому что это был не только лучший поцелуй, который у тебя когда-либо был, но и лучший поцелуй, который у тебя когда-либо будет. Каждый поцелуй после него будет огромным разочарованием, — она вздыхает с притворной грустью, стараясь не улыбаться. — Так что я сожалею о том, что одновременно подарила тебе лучший опыт в твоей жизни, а также о том, что заставила тебя разочароваться на всю оставшуюся жизнь. Моя ошибка. — Ладно, ты даже не знаешь, будет ли этот поцелуй лучшим в моей жизни, — смеется он, качая головой. — Вообще-то знаю, — говорит Мишель ему, как будто у нее есть холодное, твердое доказательство этого. Затем она наклоняется, шепчет. — Хочешь, я поцелую тебя еще раз и докажу это? — Конечно, давай сделаем это, — кивает Питер, наконец-то в состоянии полностью держать себя в руках. И это работает, потому что она действительно выглядит шокированной. Он никогда раньше не ее такой. — Боже, ты хочешь, — она тут же стирает удивление с лица и смеется. — Я думаю, ты хочешь, — пожимает он плечами, пытаясь вести себя небрежно. В действительности, однако, он вряд ли может дышать. — Это ты постоянно «шутишь» по этому поводу. — Это только для того, чтобы растормошить тебя, Питер. Это так просто. И еще интересно смотреть. — Ты раздражаешь, — смеется он и, как по маслу, получает небольшой пинок в бок. — Эм, ты раздражаешь, — отвечает Мишель, улыбаясь. — Каким бы противным я не был, мне не переплюнуть тебя. — Так и должно быть. Твоя противность настолько огромная, что просто заглушает всю другую противность в радиусе двух миль, — возражает девушка, скрестив руки на груди. — Заткнись, — стонет Питер, мягко пиная ее. — Почему ты меня не заставишь? — она поднимает бровь, и Паркер судорожно сглатывает. — Может быть заставлю, — говорит он ей, и совершенно ясно, что ни один из них не сдастся в ближайшее время. — Тогда докажи мне, — шепчет Мишель, медленно наклоняясь. Он знает, что если бы он поцеловал ее прямо сейчас, она, вероятно, ударила бы его. Но это все огромный прикол, и ни один, кажется, не хочет сдаваться. — Хорошо, ты… Ты выиграла, — смеется он, и она вскрикивает в победном кличе и хлопает в ладоши. — Я знала, что ты до сих пор большой малыш, Паркер. К тому же я всегда выигрываю. Я бы никогда не сдалась, — она гордо напевает, а он снова закатывает глаза. — Именно поэтому я и не пытался, — отвечает Питер, небрежно пожимая плечами. — Потому что я не хочу, чтобы в конечном итоге я тебя целовал. — Ммм, — кивает девушка, смеясь. — Как правдоподобно. — Это не должно быть правдоподобно, если это правда. — Это было намного веселее, когда ты нервничал и извивался. — Очень плохо. — Это все? «Очень плохо»? — А что еще можно сказать? Что я сожалею, что испортил тебе удовольствие? Не-а. — Боже, ты хоть раз в жизни заткнешься, Паркер? — Нет.

///

Когда Питер просыпается, он чувствует себя измученным и слабым, его ногу сводит судорогой, и свет, проникающий через окно, падает прямо на его лицо. Ему не требуется много времени, чтобы понять, где он находится: на диване, его ноги переплелись с ногами ЭмДжей. Он садится, сонно протирая глаза. Он смотрит на Неда, который крепко спит, развалившись на стуле в очень неудобной позе. Затем он смотрит на девушку. Ее волосы убраны с лица, и она лежит на подлокотнике дивана, потому что ее руки крепко обнимают подушку. Ее длинные ноги по большей части согнуты, но они все еще переплетены с ногами Питера, и они прижаты к груди парня. Кроме того, она пускает слюни. Не то, чтобы он когда-либо думал, что слюни — это что-то привлекательное, но на самом деле это мило, когда она это делает. Он улыбается и откидывается на подушку, счастливо вздыхая, думая о прошлой ночи. Очевидно, они вели словесную перепалку в течение слишком долгого времени, но потом решили посмотреть «Офис». Сериал, который Питер никогда раньше не смотрел, что, в свою очередь, сильно потрясло Мишель. Поэтому она заставила его смотреть. Было действительно забавно, хотя он должен признать, что немного боялся ее осуждения после последнего шоу, которое она заставила его смотреть. Они посмотрели несколько серий, и Питер предположил, что было около трех часов ночи, когда он задремал. Он не уверен насчет ЭмДжей, но она, вероятно, не слишком долго сидела в одиночестве. Поэтому Питер снова ложится на диван, в кои-то веки замечая, как умиротворенно она выглядит. Это, вероятно, один из немногих моментов, когда он когда-либо увидит ее, и она не будет злиться на него, поэтому он продолжает смотреть на нее. — Убери свои дурацкие ноги, — стонет девушка усталым сонным голосом, пиная его в бок и даже не открывает глаз, когда кладет голову на подлокотник дивана. Ну, он был недолгим.