Смысл жизни

— Я понимаю, но не совсем, — сказал Гарри, заканчивая ужин и убирая нож и вилку в сторону. — Может быть, потому, что в волшебном мире нет других видов спорта, — Гермиона пожала плечами. — У магглов так много спортивных дисциплин, а у волшебников один квиддич. Это их объединяет. — Ты же прошёл отбор, как ты мог так спокойно отказать? — Спросил Невилл Лонгботтом. Гермиона усмехнулась. Невилл был одним из немногих людей, которые никогда её не обижали. Однажды он совершил ошибку, вступившись за неё, и жестоко поплатился. Это было в их первый год, и он больше никогда не повторял этой ошибки. Она часто видела, как он бросал на неё извиняющиеся взгляды, когда кто-нибудь решался подойти к ней с недобрыми намерениями, но всегда молчал. На четвёртом курсе Невилл попытался пригласить её на Святочный бал, но к тому времени её уже пригласили, и ей пришлось отказать. Они немного поговорили, и Гермиона надеялась подружиться хотя бы с ним, но Рон Уизли отчитал Невилла за то, что тот снова обратил на неё внимание. С тех пор они не сказали друг другу ни слова. Два дня назад Гермиона пришла в гостиную, чтобы дождаться Гарри и вместе с ним спуститься на завтрак. Гарри прибыл в гриффиндорскую башню после утренней тренировки, и каково было её удивление, когда она увидела, что он не один. С ним был Невилл, очень усталый и потный. Очевидно, проснувшись, Гарри обнаружил, что Невилл тоже не спит. Невилл объяснил, что не мог заснуть, и Гарри пригласил его присоединиться к нему. Гарри признался Гермионе, что Невилл его впечатлил. — Правда, пока он ещё не поспевает за мной, — сказал Гарри, взглянув на Невилла, когда они шли тем утром в Большой зал. С тех пор Невилл присоединялся к ним во время еды и часто ходил вместе с ними на уроки. Гермиона была немного удивлена, увидев, что Невилл работает, не покладая рук. Гермиона знала, что у него есть голова на плечах, но он испытывал трудности во время занятий. Он хуже других справлялся с практической работой, хотя она не могла понять, почему, но чувствовала, что это отчасти было связано с Роном Уизли, который, по признанию Невилла, любил придираться к любому, кто хотел сосредоточиться на школьной работе, когда такие как рыжий играли в шахматы или хотели полетать на метле. — А ты почему никогда не пробовал играть? — Спросил Гарри у Невилла. Плечи мальчика поникли, и он покачал головой. — Моя бабушка ни за что бы мне этого не позволила. Начнём с того, что это дорого. Приличная метла, даже самая простая, стоит около двухсот пятидесяти галлеонов. А ведь ещё нужна экипировка и всё такое. К тому же, я не очень хорошо управляюсь с метлой. На первом же уроке полётов я упал и сломал запястье. — Я помню, — Гермиона кивнула. — Драко разбил твою напоминалку. Лицо Невилла помрачнело. — А Рон тогда назвал меня Лохботтом. — Держу пари, что за несколько недель ты научишься летать как профессионал, — сказал Гарри. — Я не думала, что полёты на метле так важны для такого солда… человека, как ты, — Гермиона запнулась и её щёки запылали. — Думаю, вы удивитесь, как часто солдаты используют мётлы для нападения, — сказал Гарри как ни в чём не бывало. — Они отлично подходят в качестве элемента неожиданности. Особенно, если вы собираетесь спрыгнуть на противника. — Спрыгнуть с метлы?! — В один голос ахнули Невилл и Гермиона. Лицо Гермионы слегка побледнело. — Ты в своём уме? — Нет, просто хорошо владею арресто моментум[1], — прямо сказал Гарри. Невилл и Гермиона были в ужасе от заявления новичка Хогвартса. — Когда мне было двенадцать, мне дали что-то вроде испытания. По сути, его устроили, чтобы посмотреть, насколько хорошо я могу адаптироваться к боевым условиям. Первые десять попыток я откровенно провалил, а когда терпишь неудачу, в наказание приходится делать всякие нудные вещи. Так или иначе, когда я чистил пятисотую картофелину вручную, я начал думать о тактике. Единственный способ, которым я мог победить, имел такой необычный сценарий, по которому враг был бы ошеломлён и не успел отреагировать. Поэтому, когда мне пришлось выполнять это задание в следующий раз, я вызвал метлу и поднялся в воздух. Люди, против которых я шёл, мои враги, за неимением лучшего слова, искали меня в лесу, не думая, что я мог подняться в небо. Заметьте, я ждал не прямо над головами, но достаточно близко, чтобы видеть их движения. Когда они забеспокоились, что я не нападаю, до сих пор не замечая меня, они ослабили свою бдительность и начали сбиваться в кучу, чтобы обсудить, что со мной могло случиться, и тогда я решил ударить. Я направил метлу вниз, и, оказавшись прямо над ними, прыгнул, бросил заклинание и оглушил каждого члена команды крёстного, прежде чем упал на землю, — сказал Гарри, словно докладывая. — Ты не пострадал? — Спросила Гермиона, всё ещё в шоке от услышанного. — Сломал ногу и три пальца, плюс лёгкое сотрясение мозга. В наказание за такой глупый риск пришлось две недели мыть посуду. В конце концов все признали, что это хорошая тактика. Мой тренер заставил меня усерднее работать над чарами, чтобы я не пострадал в следующий раз, когда решу попробовать что-то настолько безрассудное, — ответил Гарри, отодвигая тарелку и вставая из-за стола. У Невилла и Гермионы не нашлось слов. Гермиона задумалась, что мог бы сделать Гарри, чтобы выиграть матч по квиддичу, и поблагодарила судьбу за то, что он не присоединился к команде. [1] — заклинание, которое замедляет падение предмета или живого существа.