Целуй

Бросив отрешенное «пока», Уманова быстро скрылась из вида Тарасова, чем только озадачила его. Всю дорогу до своего дома он думал о том, кто же этот самый незнакомец, что вызвал такую странную реакцию у Олеси. —Привет, а ты чего так рано? — не ожидала Ольга увидеть своего благоверного в столь ранний час. —Ты не рада? -удивился он. —Рада, даже очень. Только почему ты не раздеваешься? -ответом ей послужили крепкие объятия и нежный поцелуй. Удивлению девушки не было предела, она давно не ощущала на себе его ласки. —Думал, мы в свадебный салон сейчас поедем, -продолжал он одаривать ее легкими поцелуями, но все равно, что-то было не то, не те ощущения, что раньше или… что он ощущал сегодня ночью с Олесей. Его это очень насторожило. —Дай мне двадцать минут и я готова! -побежала она переодеваться, а он так и остался сидеть в коридоре и думать о своих смешанных чувствах. Целый день, проведенный в свадебных салонах, просто убил все силы наповал. Если будущая Тарасова заказала себе платье и ещё успела забежать в пару магазинов за новыми шмотками, то вот у мужчины день не задался на покупки. Все костюмы были либо маленькими в плечах, либо очень короткими, либо вообще не нравились цветом или фасоном. Борис был в этот день очень раздражительным, но причин такому состоянию он все никак не мог найти. Вроде бы, все хорошо, ни единой ссоры, пререкания, а все равно, будто кошки на душе скребут и не дают довести до конца одно единственное дело. Даже по приезду домой, Тарасов не почувствовал какого-либо облегчения. Обнимая свою невесту, он не чувствовал того тепла, что ощущал сегодня ночью рядом с Умой и от этого было вдвойне противнее. Ольга тоже подметила эти странности, но ничего не стала говорить вслух, списав все на усталость после дежурства. Утреннее собрание в клиники было, как никогда, позитивным. Во-первых, началось не рано утром, во-вторых, на нем присутствовала их бывший руководитель Кошкина Маргарита Степановна, которая частенько заходила проведать старых друзей. В принципе, на повестке дня ничего важного не было, разве что представление нового коллеги. Если все дамы только заулыбались и начали строить планы по его обольщению, то одна из них наоборот, думала, как бы свести все общение на нет. —Хочу представить Вам нового члена нашей большой «семьи», Коробова Игоря Валерьевича, будет работать в кабинете Умановой, -с радостью в голосе, представил его Владимир Викторович. —А какая у Вас специальность? -раздался хрипловатый голос сбоку. Не понравился он Тарасову, что-то его настораживало. —Такая же, как и у Вас, Борис Андреевич, — незамедлительно ответил он, при этом фальшиво улыбнувшись. —А откуда… -хотел продолжить возмущаться мужчина, но был резко перебит Кошкиной. —Закончили споры, я ему все рассказала, -как только Пригов продолжил что-то рассказывать, Маргарита Степановна сделала шаг в сторону и тихо прошептала. -Ты чего буянишь? —Настроения нет. -резко отрезал он и сделал вид, что очень заинтересован в речи начальника. —Если у тебя сейчас на приёме никого, то может поболтаем? Не нравишься ты мне. —Вряд ли… Слушай, а бывает такое, что резко перестаешь чувствовать что-то к одному человеку и начинаешь это «что-то» чувствовать к другому? -задумчиво проговорил он, задерживая свой взгляд на одной брюнетке. —Да, а что слу.? -не дослушав полностью ответ на свой вопрос, он просто развернулся и пошёл к себе в кабинет. Пройдя в уже не совсем свой кабинет, Уманова тяжело вздохнула и присела в свое кресло. День обещал быть очень тяжелым, не только из-за пациентов, но и из-за нового соседа. Мало кто знает, что их связывало задолго до работы в этой клинике. Наверное, только Маргарита Степановна знает обо всем, да и не только знает, а прекрасно помнит, как успокаивала ее после их разрыва. На тот момент, казалось, что это идеальные отношения. Сначала терпеть не могли друг друга, а потом все изменилось, как по щелчку пальца, «крепкие» отношения, «любовь», но ничего, кроме типичной страсти и симпатии — не было. Это послужило поводом разорвать какие-либо отношения, что и подкосило Олесю. Несмотря на то, что Олеся решила обрубить все концы и больше не иметь ничего общего с этим человеком, пару раз соглашалась начать все заново, но все было бесполезно. «Невозможно спасти то, чего нет» — сказала она ему при последней встрече, а теперь она будет видеть его каждый день, сидеть с ним в одном кабинете и к чему это может привести? Неизвестно… За воспоминаниями о прошлых годах, она не заметила, как объект ее мыслей стоит у неё за спиной и переминается с ноги на ногу. —Даже не обнимешь? — спиной она ощущала его надменную улыбку и пронзительный взгляд зеленых глаз. Встав со своего места, она не успела сделать и шага навстречу, как оказалась в крепких объятиях. На его личное удивление, девушка не спешила его обнимать, просто переместила руки ему на плечи и уткнулась головой в грудь мужчины. Почувствовав невесомый поцелуй на своей макушке и не очень тихое «Я скучал», она только закатила глаза. —Ну вот, а ты боялся, -незаметно вошла в кабинет Кошкина. -Я вот зачем зашла, жду вас в следующую пятницу к себе в гости. —Ты все-таки решила праздновать? -удивилась девушка, так как знала, что Рита празднует только круглые даты, а 47, вроде бы, на неё не похожа. -Только я приду не надолго, у меня дежурство с четверга на пятницу. —Ничего не хочу знать! -за всем происходящим со стороны, наблюдал Тарасов. Почему-то «новый» знакомый его подруги не вызывал ничего, кроме злости и отвращения. Как бы он не хотел, но его персону заметила Уманова, но виду не подала, будто так и должно быть. Хитро улыбнувшись, она продолжила смотреть на него. -О, Боря, ты уже освободился? —Типо того… Ты, вроде бы, поговорить хотела? Так пошли. Взяв женщину под руку, он резко направился с ней в свой кабинет, не обращая внимания на заинтересованные взгляды работников клиники. «Одним сплетням не бывать, как и других не миновать» — подумал он и усмехнулся. Как только женщина зашла в кабинет и присела на обычный стул, он закрыл кабинет изнутри и присел напротив нее. —Ну что, Маргарита Степановна, рассказывайте, что это за… новый сотрудник? —Ты что, ревнуешь? -женщина только рассмеялась от таких вопросов друга, по нему и так все было видно. —Рита! -гаркнул он.