Розы твоего мира ярче

Том неловко замер, всё ещё раздумывая над решением. Что-то подсказывало ему, что именно от него будет зависеть дальнейшая жизнь парня. С одной стороны если он сейчас согласиться и всё пойдёт по плану отца, то они смогут восстановить справедливость в этом мире, а с другой мог умереть Торд и его ни в чём неповинный спутник. Недавние слова Ларссона поселили в его душе ещё больше сомнений, и лавра просто не знал, что сейчас делать. Пол с сомнением глянул на замершего подростка, мысленно продумывая все возможные выходы из этой ситуации. Сейчас Торд был на волоске от смерти и любое лишнее промедление или сомнение с его стороны могло стоить тому жизни. На стоящего неподалёку паренька рассчитывать было бы ошибкой, ведь тот приходился Кевину сыном, а значит, имел хоть какую-нибудь зависимость от него. Хотя, возможно, сейчас его сомнения вызваны лишь недостатком информации и разрыванием между любовью и навязанными Кронштадтским целями. «Да, этот ублюдок неплохо умеет промывать мозги неокрепшим первозданным лаврам» - напряжённо подумал Вурде, переводя взгляд на друга, который медленно пытался ослабить давление на горло. Пол настороженно смотрел за его махинациями, не особо понимая, чего тот хочет добиться. - Том! Не слушай его! – наконец, перенеся давление руки Кевина чуть ниже, на ключицы, крикнул Торд. Это было неожиданно для самого никты и он попытался снова заткнуть свою жертву, но парень успел отвернуться. – Этот человек не думает о всемирном благе! Главенство над всеми – вот его настоящая цель! Ты не знаешь, но на его руках крови лавр столько же, сколько и никт, а возможно, последних даже больше. Если он и вправду думает о всех лишениях его рода, то почему не помогает обычным, мирным жителям, а наоборот убивает их? - Молчать, ублюдочный лавра! – не на шутку разозлился Кевин, сильнее сжимая горло жертвы и давя дулом ему на висок. – Да, Том, я признаю, что мои руки нечисты, но у кого на войне там нету крови? Всё, что я делал, всё это было ради будущего блага никт. Да, многие из них пали жертвами моих поступков, и я сожалею об этом, но каждый из нас совершает ошибки! - Хах, так вот как ты это называешь - «ошибки»? – неожиданно подключился к разговору Пол. Мужчина понял, что Торд таким образом пытается убить сразу двух зайцев: убедить Тома во лжи его отца и расшатать моральное состояние Кронштадтского. «Маленький подлец, не зря столько с ним общались. Вырастили змеюку» - усмехнулся своим мыслям Вурде. – То есть массовые убийства родственников первозданных лавр – это лишь ошибка? А череда смертей обычных школьников, которые отказались вместе с друзьями примкнуть к тебе – это тоже ошибка? Неужели человек способен совершить столько случайно? Неужели ты сейчас пытаешься лишить своего сына нормальной жизни, заволочь его в этот ад, под названием война? Риджуэлл шокировано переводил взгляд от отца к этому военному. Все мысли путались, а дыхание спирало от осознания всей ситуации. «Значит, он убивал мирных никт ради своих целей?» - думал парень, смотря в пылающие глаза Торда, будто пытаясь найти там ответ. Столько вопросов и ни одного ответа. - Я делал всё для никт! Да, были и жертвы, но нам нельзя было рисковать, ведь вы, подобно псам, следили за каждым нашим движением. Дай мы хоть одну поблажку и весь план пошёл бы крахом! – почти рычал от злобы Кевин, невольно ослабляя хватку и переключаясь на спор с военным. Торд почувствовал, что такими темпами сможет провернуть какой-нибудь трюк, дабы освободиться, но ему понадобиться помощь Пола. Вурде, смотря на загоревшиеся глаза юного друга, довольно ухмыльнулся. Да, сейчас ситуация резко поменяла своё направление и теперь лавры были в выигрышном положении. Кронштадтский, кажется, не замечал этого и лишь сильнее напрягался. Он ощущал, что теряет контроль и доверие сына, а время подобно песку всё утекает и утекает. Именно в этот момент Ларссон собрал все свои силы и резко рванул вниз, высвобождаясь из захвата, и в это время Пол молниеносно тянется к кобуре. Всё происходит за считанные секунды: Кевин отшатывается и пытается выстрелить в сбежавшую жертву, но его самого настигает пуля в плечо. Том не успевает вскрикнуть или двинуться, как Торд достаёт пистолет и делает контрольный в голову. Крик застревает в горле, и парень шокировано смотрит на безвольно лежащее в снегу тело отца. - Хороший манёвр, мелкий, - ухмыляется Вурде, кивая на мёртвого никту. Он действовал чисто на инстинктах и сам удивился тому, как быстро вышло у них сработаться. Теперь, дело осталось за малым. «Хотя, насколько малым можно считать обезвреживание целой военной базы противника» - усмехнулся Пол, переводя взгляд на замершего подростка, - «Надеюсь, Кевин успел ему показать своё место». Конечно, некие сомнения на счёт этого паренька всё ещё одолевали мужчину, ведь, по сути, он так и не сказал свой ответ на вопрос отца. Торд, кажется, тоже волновался о своей родственной душе, поэтому неуверенно приблизился к нему. Риджуэлл перевёл на него взгляд чёрных глаз, в которых всё ещё полыхал шок и немой вопрос о правильности содеянного. Только сейчас до Ларссона начало доходить, что он убил не простого человека, а отца Тома, которого он обрёл совсем недавно, после стольких лет, а теперь его снова нет. От этих мыслей парень почувствовал себя виноватым, поэтому, дабы хоть как-то заглушить это разъедающее чувство, легонько приобнял пару. - Мы должны были это сделать, - прошептал он в макушку русых волос. Вся боль и растерянность Тома невольно передалась и ему. – Он был не тем, за кого себя выдавал. Оставь мы его в живых и мир погрузился бы во тьму. Кевин убил не одного человека и неизвестно, сколько бы полегло далее. Торд бросил короткий взгляд на отошедшего Пола. Он понимал, что пришло его время разбираться с проблемами. До этого лавре ни разу не приходилось успокаивать кого бы то ни было, поэтому сейчас он действовал предельно осторожно. Ларссон чувствовал, как расслабляется в его объятьях Риджуэлл и невольно улыбнулся уголками губ. - Он убил и мою мать, которая просто хотела спокойно жить вместе с твоей, - решился на откровение Торд. Конечно, эти слова могли произвести как хорошее, так и пагубное влияние на состояние родственной души, но сейчас это казалось именно тем, что должен услышать парень. – В один из дней он послал своих наёмников, дабы те забрали тебя у Анны, но Эмма смогла их отвлечь ценой собственной жизни. Вдруг, Том отстранился и посмотрел на Ларссона таким взглядом, будто вспомнил нечто очень важное. После, парень оглянулся в том направлении, в котором они вместе с отцом пришли сюда и опять перевёл взгляд на родственную душу, который всё ещё время не понимал порыва подростка. - Анна - она жива, - неожиданно воодушевлённо выпалил Риджуэлл, будто снова обретя цель в жизни. Торд удивлённо вскинул брови, вопросительно глядя на парня. – Она сейчас там, в военном ангаре, но… потеряла память. - Военный ангар? – включился в разговор Вурде, услышав упоминание нужной информации. «Любовь любовью, а войну остановить надо» - усмехнулся про себя мужчина, подходя ближе к замершим подросткам. - Д-да, здесь недалеко находится ангар, которого нету ни на одной из ныне существующих базе данных лавр, - чуть замялся Том, всё ещё опасаясь этого мужчины. Ларссон, заметив это, ободряюще похлопал его по плечу. - Отлично, тогда, я вызову подкрепление, а ты нам покажешь путь, - безапелляционно ответил Пол, закуривая сигарету. Не каждый день убиваешь главарей самого большого количества восставших никт. Да уж, тут и до повышения недалеко, хотя, если его переведут в какой-нибудь тёплый офис вдали от Патрика, то лучше отказаться от такого. «Или просто позвонить ему первому, а потом приплести и его заслугу сюда» - решил военный, переводя взгляд на лежащий неподалёку труп. – Так, малышня, сейчас нам лучше отсидеться где-нибудь неподалёку и дождаться остальных. Идите вперёд, а я пока уберу все улики. - Хорошо, я неподалёку видел открытый подъезд, приходи туда, - кивнул Торд и поспешил утянуть Тома за собой, дабы тот не понял, что собирается делать его друг и какие «улики» будет убирать. Риджуэлл в последний раз глянул на отца, а после поспешил за парнем. С одной стороны он очень расстроен и шокирован смертью Кевина, а с другой, если всё, сказанное этими двумя, правда, то убить его – лучший выход из ситуации. Идя быстрым шагом, они достигли старого кирпичного дома, который ничем не отличался от остальных, но тут был сбит домофон, и дверь легко открылась от рывка Торда. Зайдя в подъезд, они, наконец, смогли перевести дыхание, согреваясь после прохладного воздуха улицы. Только сейчас Том заметил насколько замёрзли его руки, поэтому поспешил отогреть их на ближайшей трубе от отопления. - Ты в норме? – спросил Ларссон, следуя его примеру и прислоняя ладони к горячей поверхности. Он достаточно длительное время шёл по продуваемой трассе и сейчас ощущал приятное покалывание во всех конечностях, которые медленно, но верно отогревались. Риджуэлл лишь коротко кивнул, задумчиво смотря на свои руки, которые успели несколько посинеть от холода. Последние события прочно въелись в его память и не хотели выходить из неё. Совсем недавно он встретил отца и мать, и был готов разрыдаться от счастья, а теперь, потеряв Кевина, он ощущал некую пустоту внутри себя. Конечно, он даже толком его не знал, да и тот был человеком нечистым на руку, но всё равно, столько лет живя без всяких близких родственников, будешь ценить даже таких. Только мысль, что Анна всё ещё жива и у него есть шанс спасти её, грела душу подростка. Через несколько минут к ним присоединился Пол, который сообщил, что через два часа к ним прибудет один из самых сильных батальонов армии лавр, дабы устранить вражескую базу. Торд лишь кивнул и спросил про Патрика, будет ли он присутствовать, на что получил утвердительный ответ: - Ты ж его знаешь, в любую задницу за нами полезет, - по-доброму усмехнулся Вурде. Было видно, что всё его раздражение было напускным и состояло лишь из беспокойства за этого человека. Так они и сидели в подъезде, греясь и восстанавливая силы. Торд сидел возле Тома, молчаливо поддерживая его в сложившейся ситуации, ведь он понимал, что потеря близкого человека, каким бы он не был, очень сложная штука и переживать её одному подобно самостоятельному развалу. Молчание не напрягало, а наоборот, создавало неповторимую атмосферу спокойствия. Все понимали, что их ожидают не самые приятные события, но никто не проронил по этому поводу ни слова. Том всё ещё прибывал в своих размышлениях, а Ларссон незаметно следил за ним. - А каким образом вы будете устранять базу? – неожиданно задал вопрос Полу Риджуэлл, вырывая того из полудрёмы около шершавой стены. - Ну, возможно, мы просто установим взрывчатки и подорвём их всех, ведь даже с хорошо обученной командой будет опасно идти на врага, не зная его примерное количество, - почесав подбородок, ответил Вурде. Он умолчал, что таким образом они смогут уничтожить не только часть армии восстания, но и их техническое оснащение. Так же такой манёвр сможет припугнуть все остальные её части и сделает развал движения никт лишь вопросом времени. Вряд ли они смогут набрать новых последователей после такого поражения. - А разве не лучше проникнуть внутрь и вытащить данные об остальных базах, а потом подрывать? – решился вставить своё мнение Том. Торд с сомнением посмотрел на родственную душу, медленно начиная догадываться, к чему он клонит. - Предлагаешь пустить тебя туда, как разведчика? – напрямую спросил Пол, признавая некую логичность данной идеи. «А малой не такой уж и глупый» - про себя усмехнулся Вурде. - Да, ведь они меня видели, и я смогу на некоторое время втереться им в доверие, дабы они впустили меня, - предложил Риджуэлл, с надеждой глядя на мужчину. -Нет! – резко вступился Ларссон, нахмурено смотря в чёрные глаза напротив. Он понял настоящую цель этого прохвоста – спасти Анну. – Это слишком опасно, велик шанс того, что они более не выпустят тебя. - Но Торд! Это же единственный шанс покончить с этим раз и навсегда, а не рыскать по городам никт в поисках баз сопротивления! – не унимался Том, хмурясь в ответ. До него тоже стало доходить, что парень раскусил его и знает настоящие намерения, но сдаваться было нельзя. - Значит, я пойду с тобой в виде заложника, убившего Кевина, а ты возьмёшь мой пистолет, - чётко и безапелляционно сказал Торд, смотря прямо в глаза паре. Риджуэлл обиженно надулся, но согласно кивнул, признавая целесообразность данной предосторожности. Ведь если он просто придёт и скажет, что на них напали, то не многие ему поверят, а некоторые захотят увидеть доказательства в виде трупа главнокомандующего. - Ладно, если вы всё решили, то я всё-таки позвоню командованию и обговорю это с ним, - усмехнулся Пол, отлипая от стены и поднимаясь на второй этаж дома. Том проследил за ним взглядом, а после снова вернулся к скучному разглядыванию обшарпанных стен и грязных полов. Он настолько отвык от подобного, что даже не представлял, как раньше жил в подобной грязи. Через несколько минут вернулся Вурде и сказал, что план подростков был одобрен, но только при наличии у обоих оружия. После этих слов Пол протянул Риджуэллу отнятый у Кевина пистолет, тот пару секунд тупо пялился на него, а после поспешно запихнул его во внутренний карман куртки. - Так будет меньше подозрений, ведь вряд ли живой человек, даже раненый, отдаст своё единственное средство защиты, - пояснил парню мужчина, присаживаясь на ступеньки. У него всё ещё оставался свой пистолет, а значит каждый из них имел оружие и это было как нельзя кстати, ведь даже если что-то пойдёт не так, они смогу защитить себя до прибытия подмоги. – И ещё, держи вот это. Он может взломать любые кодовые замки за считанные секунды, – он протянул подростку маленький прибор, внешне напоминающий маленький калькулятор, только без кнопок. Черноглазый принял его и спрятал в ближайший карман. Они сидели так около двух часов, и Том чувствовал, как затекают его конечности и принялся расхаживать взад-вперёд, дабы хоть как-то размяться. Торд вскоре тоже присоединился к нему, а Пол, увидев эту картину, предложил им ещё танго станцевать. Подростки тут же укоризненно посмотрели на хихикающего мужчину и уже через секунду сами смеялись. Обстановка вмиг стала дружелюбная и какая-то домашняя, никто не думал о предстоящей миссии и возможной смерти. Отсмеявшись, Ларссон неожиданно потянул Риджуэлла за руку, заставляя того неловко откинуться на себя. Черноглазый удивлённо посмотрел на улыбающегося друга, а тот, пользуясь замешательством первого, схватил и вторую руку, разворачивая парня к себе лицом и перемещая ладонь на талию. Том вмиг смутился и попытался вырваться, но Торд неожиданно стал двигаться в такт неслышимой музыке танго. Поначалу они двигались неловко, в основном из-за смущения одного из партнёров, но вскоре нашли общий ритм, закружившись в кривом подобии танца. Вурде закурил новую сигарету, глядя на этих счастливых придурков. Он сам невольно расслабился, наблюдая за танцами двух тюленей. «Всё-таки эти двое и вправду подходят друг другу, и дело даже не в связи родственных душ» - подумал мужчина, вспоминая первые дни их с Патриком отношений. Они были наполнены той же безграничной нежностью и любовью, теми же глупыми шуточками и неловкими ситуациями. Оба мужчины были счастливы и делились этим чувством друг с другом, упиваясь их любовью. - А ты неплохо танцуешь, - ухмыльнулся Торд, наклоняясь к уху парня напротив. Ему нравилось видеть Тома таким – смущённым, счастливым и по-настоящему искренним. Он был готов отдать всё, что имел, дабы каждый день видеть его. «Как же я раньше этого не понял?» - сердился на себя Ларссон, утягивая за собой партнёра. - Знаешь, для человека с грацией моржа, ты тоже не плох, - усмехнулся Риджуэлл, игриво глядя в глаза напротив. Во время танца он смог избавиться от всех тяготящих его мыслей и воспоминаний, это было подобно очищению, описанных в книгах про божественный источник, в который можно было окунуться и забыть все невзгоды, переродится душой. Именно это он и ощущал сейчас. - Ах так, ну держись, сейчас этот человек покажет, кто тут с «грацией моржа», - шутливо вспылил Торд, резко увеличивая темп танца, играясь телом Тома, как только хотел. Резко отпуская одну из рук, заставляя парня откинуться на вторую, что лежала на талии, а после снова притягивал к себе, кружа по всей маленькой площади подъездного этажа. Риджуэлл, удивлённый столь резкими изменениями еле поспевал за взбушевавшимся партнёром, то путаясь в ногах, то просто позорно вцепляясь в плечи подростка, дабы удержать равновесия. Вурде вскинул брови, с неким интересом наблюдая за тем, куда может привести этот порывистый вид танго. Теперь танец выглядел не просто красиво, но ещё и чертовски горячо, ведь оба его участника поставили себе цель довести другого до ручки. Между ними завязалась этакая игра на выдержку, и что-то подсказывало мужчине, что русоволосый паренёк сдастся первым, потому что от всех этих порывистых движений он немало раскраснелся. В один момент Том и вправду хотел прекратить затянувшийся спор, но ему помешал Торд, который, будто чувствуя, решил завершить танец, резко наклоняясь вперёд и заставляя партнёра отклониться на его руку, на талии того. Так они и замерли, тяжело дыша и смотря в глаза друг другу. Никто не решался нарушить подобный момент слияния душ. Вдруг, Ларссон, будто отмирая, пару раз моргнул и как-то по особенному взглянул в чёрные глаза напротив. Том невольно сглотнул ставшую вязкой слюну и почувствовал, как табун мурашек прошёлся по его спине, заставляя напрячься в ожидании. Торд легко улыбнулся, замечая смятение пары, а после неожиданно притянул того ближе, накрывая губы парня нежный поцелуем. В нём не было ни грамма пошлости, лишь чистая любовь и юношеский трепет. Риджуэлл замер, шокировано смотря в глаза цвета металла напротив, но, увидев в них все те чувства, мгновенно расслабился, опуская веки и наслаждаясь каждым мгновением недолгого единения. Это было намного больше простого прикосновения к губам, это было признание в вечной любви, клятва верности и искренности. Закончилось всё так же резко, как и началось. Они оторвались от губ друг друга и, тяжело дыша, смотрели друг другу в глаза, каждого переполняли чувства и осознание произошедшего. Первым очнулся от транса Том, выпрямляясь и, неловко отводя взгляд, отошёл в сторону. Торд, улыбаясь, смотрел ему в след. - Так, малышня, жаль вас прерывать, но мне написали, что наши люди уже прибыли и ожидают нас, - неожиданно сказал Пол, смотря на экран своего телефона. – Сейчас мы встретимся с командиром и Патриком, а ты, Том, возьмёшь Торда и поведёшь его в ангар, вам будет выдан специальный прибор, нажав на который, вы уведомите нас о том, что всё готово или наоборот, пошло не по плану. Запомните, главная ваша цель – остаться в живых. Ясно? Риджуэлл напрягся и еле заметно кивнул, сглатывая подступивший к горлу ком. Выйдя на улицу, они направились в том направлении, которое показывал подросток. Вскоре, они увидели нужное здание, и Торда пришлось «скрутить» для большей правдоподобности. Том несколько минут колебался, боясь причинить тому боль, но лавра лишь кивнул, оповещая, что с ним всё в порядке. По команде Пола они двинулись к ангару. Подойдя к двери, черноглазый неуверенно постучал, надеясь, что и этот обычный, способ сработает. Парень смог спокойно выдохнуть, когда дверь еле видно открылась, а из щели выглянул один из его сопровождающих в первое прибытие. - На меня и отца напал этот лавра, он успел убить Кевина, но я смог его обезвредить, - прижимая пистолет Кронштадтского к виску Ларссона, твёрдо сказал Риджуэлл, стараясь скрыть внутреннее волнение. – Так как он смог нас найти, то значит, у него могут быть сообщники, и только он знает, где они находятся. Мужчина недоверчиво посмотрел на подростка и его пленника, а после отодвинулся, пропуская их внутрь. Все сразу же обратили на них внимание и напряглись, было видно плескавшееся в их глазах недоумение и настороженность. Выйдя вперёд, Том старался тащить Торда за собой как можно аккуратней, не давя на скрученные руки. - Этот человек убил Кевина, мне удалось его захватить в плен, но не известно, сколько ещё сообщников этой лавры шныряют неподалёку, - решил взять ситуацию в свои руки Риджуэлл, делая голос как можно более твёрдым и наполненным ненавистью. Это было непросто, но именно от его актёрского мастерства зависела их с Тордом жизни. – Его надо допытать и разузнать о том, что ему известно. Так же, перед смертью, отец сказал мне найти что-то в его кабинете и передать вам. - Эй, вы, быстро хватайте пленника и в камеру пыток его, дело чрезвычайной важности, - сказал один из взрослых мужчин, который, по видимому, был не последним человеком в армии Кевина. – А ты, малец, поспеши найти нужный документ, раз главнокомандующий доверил тебе это. - Есть, сэр, - кивнул Том, с некой опаской отпуская Ларссона и передавая его двум подошедшим бугаям, которые быстро его повели в неизвестном направлении. «Боже, только дождись меня, Торд, я попытаюсь сделать всё быстро» - взмолился парень, чуть ли не бегом направляясь к кабинету отца. Подбежав к нужной двери, он поднёс прибор, который ему выдал Пол, к доске ввода и стал ожидать, пока на маленьком экранчике пробегали сотни цифр. Через секунду дверь щёлкнула и открылась. Парень поспешно вбежал в помещение, роясь в стопках бумаг и стараясь найти нужное. Глаза разбегались по многочисленным строчкам, а руки тряслись от напряжения, но он упорно продолжал перерывать все документы. Наконец, его поиски увенчались успехом, и он обнаружил три скреплённых листка с маленькой картой и кратким описанием каждой из баз никт. Быстро пробежавшись по ней взглядом и поняв, что это именно то, что нужно, он стремительно запихнул листы себе за пазуху, а также, особо не глядя взял случайную бумагу по стратегии из другой стопки. Буквально вылетев из кабинета, он направился в ту сторону, куда увели Ларссона. Проходя по узкому коридорчику, парень внимательно прислушивался к малейшему шороху и вот, за одной из металлических дверей он услышал голоса тех бугаев, которые увели его пару. Протяжно выдохнув, парень взломал и эту дверь, влетая внутрь и наставляя пистолет на одного из мужчин. Убивать было страшно, поэтому он не придумал ничего лучше, как выстрелить в колено одному и руку другому. На стуле, посередине комнаты, сидел привязанный Торд, который победно ухмылялся, глядя на запыхавшегося подростка. Он выглядел довольным, и даже в такой ситуации чувствовалось внутреннее превосходство лавры. Том поспешил развязать его, пока эти два мужика не очнулись от неожиданных выстрелов. Руки дрожали и поэтому узлы поддались не сразу, ещё больше повышая концентрацию адреналина в крови. Наконец, освободив Ларссона, Риджуэлл потянул того за собой и они на всех парах помчались по коридору, одновременно с этим нажимая на кнопку о завершении миссии. Как только они выбежали на открытое пространство, земля под ногами вздрогнула, а со всех сторон послышались громкие взрывы и звуки падения строительных материалов, из которых было построено это место. Вокруг вмиг всполошились люди, начиная экстренную эвакуацию. Вздрогнув, Том в нерешительности посмотрел в коридор, где была заточена Анна. Он понимал, что им следует побыстрее выбираться из этого места, ведь военные уже вовсю снаружи отстреливали пытающихся сбежать никт. Все его раздумья прервал Торд, который резко дёрнул его в этот коридор. - Надо действовать быстро и выходить через другие выходы - с главного нас пристрелят, - на бегу пояснил лавра, отпуская родственную душу вперёд. Том кивнул и поспешил к знакомой двери. Взломав замок, он немного замялся, тяжело вздыхая и протяжно выдыхая. Ларссон стоял рядом и не смел мешать ему, ведь понимал насколько сейчас не просто черноглазому. Нерешительно толкая дверь, Риджуэлл прошёл внутрь, оглядываясь в поисках фигуры женщины. Удивительно, но она всё также сидела на полу, смотря в окно. - Анна, нам нужно бежать, - подойдя к ней, сказал Том. Он положил руку на её плечо, ожидая согласия. - Зачем? – безразлично спросила женщина, наконец, повернув лицо к своим гостям. Она взглядом прошлась по лицу сына, а после посмотрела в сторону Торда, стоящего возле двери. Её зрачки вмиг расширились, и она неловко повернулась, стараясь встать. – Эмма? Это правда ты? Женщина, опираясь на стенку, нетвёрдой походкой подошла к парню. Том непонимающе смотрел то на него, то на мать. «Эмма? Это же мать Торда, так ведь?» - думал он, наблюдая за происходящими событиями, а сердце невольно сжималось от понимания, что она вспомнила свою подругу, но не его. Конечно, он за эти годы он изменился и при этом не мало, но хоть какие-то обрывки воспоминаний, наподобие тех об Эмме, должны были сохраниться. - Нет, стойте, - резко остановилась женщина, прямо напротив напрягшегося парня. – Что я только что сказала? Вдруг, послышался грохот обрушающихся стен и потолка, кажется, скоро всё здание будет разрушено. Ларссон среагировал первым и, схватив женщину за руку, толкнул подоспевшего Тома к выходу, следуя за ним. Они быстрым шагом направились к выходу. Вокруг клубилась пыль и извёстка от разрушенных частей ангара, а по стенам расползались кривые трещины, которые своим видом намекали на скорое обрушение потолка. Подростки преодолели половину пути, как Анна неожиданно осела, выдёргивая руку из захвата Торда. Парни непонимающе посмотрели на неё, всё ещё ощущая подёргивание конечностей из-за царящих вокруг разрушений. - Почему я назвала тебя Эммой? Почему я помню это имя? – закрывая руками лицо, прошептала женщина. Она явно находилась в неком подобии предисторического транса, поэтому Ларссон поспешил подойти к ней. Заметив приближающегося парня, она вскинула на него взгляд полный боли и непонимания. – Кто такая Эмма? Парень почувствовал табун мурашек, которые прошли по его телу. Эти глаза напротив были похожи на два пустых сосуда, в которых сейчас плескались кусочки раздробленной души. Она буквально молила помочь ей, избавить её от этой боли. Торд ощутил, что не может выдавить и слова, смотря в зелёные глаза. Он сам не знал своей матери, так что он может рассказать Анне? Вдруг, стены вокруг затряслись, а с потолка посыпалась извёстка. Трещины стали ещё больше, заполоняя всё пространство, подобно венам распространяясь по всему пространству коридора. Скоро эта часть ангара должна была рухнуть. - Анна, нам надо спешить! – прикрикнул Том, подбегая к женщине и снова пытаясь поднять её на ноги, но та так и осталась неподвижно. – Пожалуйста, после мы всё тебе расскажем. Риджуэлл чувствовал панику и страх, которые быстрыми потоками затапливали его сознания. Он понимал, что сейчас любая секунда промедления может стоить им всем жизней. Анна же так и сидела на полу, бесцельно глядя себе под руки и вдруг, подняла взгляд на сына, собираясь что-то сказать: - Я-я… помню… Роберт, ты… - её слова прервал потолок, который начал рушиться и заметивший это Торд быстро подбежал к парню и дёрнул его за собой, вытаскивая в более-менее безопасную зону. Послышался скрежет ломающихся прутьев крепления. Мгновение и хрупкая фигура женщины была погребена под массивными блоками бетонных плит. Том в шоке замер в руках пары, шокировано смотря на груду обломков, на месте которой недавно стояла его мать. Слова застряли в горле, и парень не мог даже шевельнуться. Он не мог поверить в происходящее, в мыслях царил настоящий хаос и, если бы Ларссон не отмер первым, буквально утягивая его за собой к выходу, то Риджуэлл так бы и остался на месте. Подросток совсем не помнил, как они выбрались наружу, как дошли до группы ожидающих их военных, единственное, что сейчас занимало его мысли – последние слова Анны. «Она вспомнила меня?» - бился этот вопрос о стенки черепной коробки, причиняя еле заметную на фоне шока боль. Торд всё это время молчаливо поддерживал его, ограничивая разговоры и контакты с любыми людьми. Единственное, чем ему пришлось побеспокоить родственную душу были документы о расположении вражеских баз никт, которые Том вытащил из-под куртки чисто на автомате. После рогатый быстрым движением передал их командиру отряда, который участвовал в облаве на ангар. Мужчина, понимая, что сейчас расспросить прямого свидетеля будет проблематично и очень не этично, просто кивнул в знак благодарности и покинул парней. Пол и Патрик вызвались везти двух подростков в выделенной машине, за что Ларссон был очень им благодарен, ведь если Риджуэлл очнётся в незнакомой компании, то у него может произойти срыв. Его состояние и так было слишком шатким и непонятным, поэтому Торд с замиранием сердца ждал, пока возлюбленный придёт в себя. Они достаточно быстро доехали до города лавр, и теперь стоял вопрос о размещении Тома для дальнейшего или временного проживания. Вурде предложил другу забрать свою родственную душу к себе, ведь у него достаточно место для комфортного проживания ещё пяти человек. Торд ненадолго задумался, признавая логичность данной идеи, но что-то внутри подсказывало, что разговора с отцом будет не избежать. - Нет, я хочу поехать в свой старый номер, - вдруг послышался хриплый голос Риджуэлла, который теперь смотрел в окно машины абсолютно беэмоциональным взглядом. - Но Том, там сейчас пусто, а твои вещи остались в квартире приёмной матери, и прибудут только завтра, - воскликнул Ларссон, не понимая сопротивления родственной души. Он попытался посмотреть ему в глаза, но тот упорно отворачивался, и внутри парня зашевелилось неприятное чувство беспокойства. – Том? - Я хочу попасть к себе в номер, - твёрдо выдавил из себя черноглазый, хмуря брови. Он абсолютно не хотел смотреть на Торда, а видеть его волнение тем более. - Хорошо, мы отвезём тебя туда и сразу же отправимся за вещами, - вклинился Патрик, ощущая напряжённую атмосферу между молодыми людьми. Он вопросительно посмотрел на сидящего рядом Вурде, но тот тоже лишь пожал плечами, даже приблизительно не представляя того, что могло произойти с ними в том ангаре. Конечно, некоторые догадки мелькали, но они являлись не более чем раздумьями. Доехав до нужного отеля, Пол и Патрик попрощались с подростком и пообещали привезти вещи Тома как можно скорее. Тот на это лишь коротко кивнул, разворачиваясь и уходя к входной двери и взгляда не кинув на опечаленного Ларссона. Зайдя в здание, парень попросил дополнительный ключ от своего номера, так как старый всё ещё оставался у друзей. Молоденькая девушка долго не могла найти нужный шкафчик, но подросток, кажется, и не замечал этого. Поднимаясь по лестнице, Риджуэлл находился далеко от этого места. Он раз за разом перематывал в голове события последнего дня. «Столько смертей, столько убийств и ради чего?» - думал он, заходя в свой номер. Здесь и вправду было пусто, ведь кроме предметов мебели парень забрал всё, что имел. Сняв с себя пыльную куртку, парень отправился на разведку обстановки. Пройдя в свою комнату, он с отвращением поморщился от вида окровавленных простыней, совсем забыв о проявлении метки. Тяжело вздохнув, он, наконец-то, завалился на диван, прикрывая уставшие веки. Стоило ему это сделать, как перед взглядом возник образ Анны и её предсмертный взор, полный отчаяния и скрытой надежды. Наверное, она не сразу поняла, что происходит и смерть настигла её неожиданно. Только сейчас до парня дошло, что он остался совсем один. Все объявившиеся сегодня родители были мертвы, даже Джейн и та скончалась от неизвестной болезни. От осознания своего одиночества, он обхватил себя руками в попытке закрыться от окружающего мира. Этого было недостаточно, мысли так и продолжали ядовитыми змеями виться возле его мозга, нанося всё новые и новые удары по памяти. Торд. Именно он убил его отца. «Неужели он не почувствовал того же, что и я, когда не смог выстрелить в тех бугаев?» - размышлял Том, ощущая зарождающуюся ненависть к этому человеку, - «Он без колебаний выстрелил в лежащего и уже раненого человека». Какая-то его часть не хотела признавать подобного, всеми силами оправдывая поступки рогатого, но в итоге сдавалась под гнётом большей части разума. «Почему он не выдернул из-под завала нас обоих?» - вдруг задумался Риджуэлл, вспоминая все события тех мгновений, - «Он же мог это сделать, Анна была близка. Неужели он сделал это специально?» Пролежав так до глубокой ночи, парень забылся беспокойным сном. Как и ожидалось, ему снились те самые моменты прошлого дня. Все эти люди, так или иначе умершие в осаде ангара теперь нависали над парнем, с молчаливым укором глядя на него. Вскоре каждый из них стал тихо что-то нашёптывать и через несколько минут хор этих голосов разрывал уставшую голову лавры. Он кричал, просил остановиться, но всё это сумасшествие продолжалось, пока он не проснулся на диване в холодном поту. Напугано оглядываясь по сторонам, парень медленно осознавал, что всё это был лишь плохой сон. Протяжно выдыхая, он откинулся на мягкую обивку дивана. Руки всё ещё немного подрагивали от пережитого стресса, а сердце неприятно билось о грудную клетку. «Да уж, такими темпами я умру от сердечного приступа» - печально усмехнулся парень, смотря на светящиеся вывески города за окном. Вдруг, послышался звук открывающейся двери, и Том мгновенно напрягся, подскакивая с дивана и смотря в сторону прихожей. Кто-то зазвенел ключами и, шурша пакетами, двинулся вглубь номера. Из-за угла показалась знакомая рогатая фигура, заставляя Риджуэлла облегчённо вздохнуть. - Ты ещё не спишь? – удивлённо спросил Торд, оставляя пакеты с вещами родственной души возле ближайшей стены. Видок у него был тот ещё: встрёпанные волосы, еле заметные круги под глазами и чуть съехавшая на бок куртка. - Недавно проснулся, - коротко ответил Том, снова отворачиваясь к окну. Внутренняя обида и непонимание бурлили в нём, хотелось высказать всё то, о чём он думал весь вечер. «Так почему я должен отказывать себе?» - возмутился сам себе парень, резко оборачиваясь и смотря прямо в металлические глаза. – Торд, почему ты не спас мою мать? - Что? – поначалу не понял сути вопроса Ларссон. Он слишком вымотался после разговора с отцом и длительной поездки до города никт, а после обратно. Только спустя несколько секунд до него дошёл смысл сказанного, от чего глаза непроизвольно расширились. – Но Том, я успел вытащить только тебя, а она находилась слишком далеко. - Не ври! – вмиг ощерился Риджуэлл, вскакивая с дивана и подходя к растерявшемуся парню. – Не ври хотя бы мне! Мы были достаточно близки к ней! - Я не вру! – воскликнул Торд, нахмуриваясь и глядя на взбешённого парня. Он понимал, что этот разговор всё равно бы когда-нибудь произошёл, но в его представлении всё было менее враждебно. – Я смог дотянуться только до тебя. Если бы я попытался достать и её, то все мы оказались под завалом! - Ты мог не отпускать её руку! Почему ты не повёл её дальше?! – не унимался Том, с каждым словом подходя всё ближе и ближе, опасно сверкая чёрными глазами, которые сейчас были наполнены чистым гневом. – Ты трус, который пытается прикрыться глупыми отговорками! - Я сделал всё возможное, но она сама отказалась идти дальше! Да, в то мгновение я был напуган, но действия мои не были трусливыми! – пытался открыть глаза возлюбленному Ларссон. Было почти физически больно слышать подобные слова в свой адрес. - Тогда почему ты выстрелил в голову моего отца? Это было так необходимо?! – подходя почти вплотную, кричал Риджуэлл, внутренне пылая от желания ударить по этой самодовольной роже. Сейчас ему казалось, что и не было между ними никакой любви, да, он просто решил заверить в это глупого Тома, который только и рад найти тёплые объятья. - Да, это было необходимо! Этот ужасный человек не должен жить! – тоже не на шутку разозлился Торд, которого стали доставать глупые придирки родственной души. Он понимал, что если не прекратить ссору, то они поубивают друг друга, но под властью вспыхнувшего раздражения ничего сделать не мог. – Этот ублюдок убивал множество невинных людей. Он не прельщал убивать даже детей и женщин. Он – моральный урод, достойный самой ужасной сме- Пламенную речь рогатого прервала резкая пощёчина, которая на несколько секунд оглушила его. Кажется, этот резкий звук был слышен всему отелю. - Пошёл вон, - выдавил из себя Том, удерживаясь, дабы не пустить в ход кулаки. Гнев почти выливалась через край и, казалось, что это чувство поглотило его полностью. – Ключи оставь в прихожей. Ларссон несколько секунд шокировано смотрел в пол, пытаясь осознать произошедшее, а после сорвался с места, с грохотом кидая ключи на названное место и резким движением захлопывая входную дверь. Том теперь и вправду остался один… Осознание больно било в виски, и в беспамятстве парень направился к дивану. «Почему так больно?» - спрашивал неизвестно кого лавра, падая на мягкую поверхность, - «Я-я, же сказал всё правильно, верно?». Он пытался разобраться во всём, что сейчас происходит, но мысли сворачивали всё время не в том направлении, будто назло игнорируя главную причину головной боли. Риджуэлл не помнил, сколько так лежал бездвижно, но под конец его одолела скопившаяся и неожиданно обрушившаяся усталость. Проснулся он вечером следующего дня. Некоторые люди верят, что сон может решить все их проблемы, убирая вместе с недосыпом все душевные страдания и муки. «Только если вечный» - думал Том, обессиленно лежа на диване и раз за разом обдумывая вчерашний разговор с Тордом. Только сегодня он смог понять, что перегнул палку, ведь в некоторых моментах Ларссон и вправду был прав. «Сказанного не воротишь» - вынес вердикт парень, нехотя поднимаясь с дивана и нетвёрдой походкой, направляясь к холодильнику. Открыв белую дверцу, он обнаружил, что тот был полностью пуст. Хотя, что ещё ожидать, если все эти дни своей болезни он провёл в постели и истратил почти все продукты. Идея сходить в магазин вызвала некоторые душевные распри, но победила голодная сторона и, с большим нежеланием, подросток направился к входной двери. Взгляд зацепил поблёскивающие ключи, лежащие на одной из полок. Теперь это порывистое решение отобрать у друзей ключи, казалось, как нельзя кстати, ведь желания видеть их не было. Конечно, они могут обидеться, но парню сейчас хватало и тех мучительных дум, что поселились у него в голове. Возможно, потом он позвонит им и извинится, но не сейчас… Накинув куртку, Том закрыл за собой дверь и поспешил в магазин. Особо желания находиться на улице не было, поэтому стоило сделать всё побыстрее. Зайдя в ближайший магазинчик, Риджуэлл без разбора кинул в корзину пару упаковок лапши и другой неизвестной еды быстрого приготовления. Он также купил парочку бутылок газированной воды, и направился было к кассе, как его взгляд уловил на прилавке алкогольных напитков с виду ничем не примечательную бутылку. Подойдя ближе, он взял её в руки и повертел, разглядывая. «Смирнофф. Водка?» - подумал парень, вспоминая, как приёмный отец иногда любил глушить все свои проблемы в бутылочке прозрачного напитка, - «Хах, а я похож на него. Ладно, ничего плохого не будет, если я использую это поистине народное средство от душевных страданий». На кассе у него хотели было спросить документы, но увидев карточку для никт, сразу же замолкли. Разрешение на алкоголь никтам давалось с пятнадцати лет, а сейчас парень выглядел явно старше даже своего настоящего возраста. Заплатив за покупки, Риджуэлл поспешил домой. Оказавшись в успевшем стать родным номере, он смог перевести дыхание. Скинув куртку на ближайшую вешалку, подросток прошёл в кухню, распихивая купленные продукты по шкафчикам, а газировку ставя в холодильник. На дне пакета привлекательно поблёскивала бутылка Смирноффа. Взяв её в руки, парень направился к своему излюбленному месту – дивану. Сев на мягкую поверхность, Том устало выдохнул. Да уж, не думал он, что в семнадцать лет будет по вечерам глушить водяру. Открыв бутылку и принюхавшись, Риджуэлл сразу же отпрянул от резкого запаха спиртного. Всё желание пить сразу же отпало, и парень хотел было отставить злосчастный предмет куда подальше, но в памяти вмиг всплыли воспоминания о детстве. Ему было около десяти лет, когда отец впервые пришёл домой пьяным. Джейн тогда долго ругалась с ним и в итоге, хлопнув дверью, ушла на улицу. Том тогда остался вместе с мужчиной. Он понимал, что сейчас лучше не попадаться тому на глаза, но любопытство подбило его подсмотреть из-за приоткрытой двери. Джордж сидел за кухонным столом и наливал в рюмку прозрачную жидкость. Стоило ему выпить её и лицо скривилось, а изо рта вырвалось протяжное кряхтение. Было видно, что ему неприятно пить подобное, но он снова и снова наливал рюмку за рюмкой, чем ещё больше озадачивал мальчика. - Папа, а почему ты пьёшь эту каку, если она не вкусная? – решился задать тихий вопрос Том. Он немного боялся мужчину в таком состоянии, но интерес переборол страх. – Тебе же плохо от неё. - Ха, зато эта кака своим отвратительным вкусом перебивает плохие мысли, которые делают ещё более плохо, - как-то, даже по-доброму ответил Джордж, снова заливая в себя рюмку водки. Тогда маленький мальчик так и не понял смысл сказанного и побыстрее скрылся в комнате, ожидая прихода матери. Том задумчиво оглядел стеклянную бутылку, раздумывая. На время своего похода в магазин он смог притупить ту боль от одиночества, что давила на него весь вечер и ночь, но теперь картины прошлого снова всплывают перед глазами. Помотав головой, он резко сделал пару глотков горькой жидкости, заходясь в продолжительном кашле. Внутренности жгло, будто кто-то развёл внутри костёр. Горло заходилось в болезненных спазмах, но, удивительно, мысли, подобно напуганным зверькам, разбежались в потайные уголки сознания. Далее парень не особо помнил, как снова и снова делал глотки, всё больше привыкая к отвратительному вкусу. Он даже смог нормально расслабиться, включив телевизор и просматривая скучные каналы. Более душевные боли его не беспокоили и, когда закончилась бутылка спиртного, он просто уснул крепким сном без снов. На следующий день, проснувшись и почувствовав жуткую головную боль, парень зарёкся пить. Решив заняться хоть какими-нибудь делами, он закинул стираться простыни и убрал вчерашний мусор. Да только в одиночестве, в тишине пустой квартиры воспоминания снова пробудились, терзая расслабившийся мозг. Поэтому, собрав волю в кулак, Том собрался и направился в уже знакомый магазинчик. Там он сразу же подошёл к нужной полке, выхватывая три бутылки Смирноффа, а после, чуть подумав, взял и четвёртую. Дабы не выглядеть как алкоголик, он взял парочку закусок в виде рыбы и орешков, которые успешно съел по пути домой. Снова оказавшись в родном номере, он сразу же открыл бутылку водки, делая два больших глотка. Опять этот огонь, который неприятно жёг все внутренности, но теперь его воздействие отдавалось приятными покалываниями. Том на автомате включил телевизор, приземляясь на диван и расслабленно выдыхая, припадая к горлышку бутылки. Так он и провёл весь остаток дня, посмотрев скучные каналы и прикончив два Смирноффа. Так и помчались его дни. Конечно, несколько раз он порывался бросить пагубную привычку, но ночные кошмары заставляли снова и снова тянуться к бутылке с прозрачной жидкостью. Несколько раз ему пытались позвонить друзья, но Том упорно сбрасывал, а стуки в дверь игнорировал, делая новые и новые глотки жгучего напитка. Как он понял, это были Эдд и Мэтт, а Торда с ними не слышалось. «Значит, и вправду нашим отношениям конец» - меланхолично подумал Риджуэлл, допивая третью бутылку за день. Неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы в одно «прекрасное» утро Тома не стошнило той самой водкой вперемешку с желудочным соком. «Поздравляю, Томас Риджуэлл, теперь ты официальный алкоголик и каждое своё утро будешь встречать с белым другом» - совсем не весело усмехнулся парень, смывая за собой. Удивительно, но после этого всё желание пить пропало. Весь день парень ходил по дому подобно призраку, глотая таблетки от отравления, которые зачем-то купил ему Эдд, когда тот лежал с простудой. Ну, сейчас они были как раз кстати. До самого вечера его мучила головная боль, и общее самочувствие можно было охарактеризовать как: состояние-нестояния. Сегодня он не сопротивлялся всем тем мыслям, пуская их в свою голову и, о чудо, они почти не приносили боли, лишь горькое разочарование в собственной глупости. Под вечер Том хотел было рвануть к Ларссону и просить прощение столько, сколько понадобиться, но, увидев свою «рожу» в зеркале, подумал, что с ней только подаяние на чекушку вымогать. Под глазами залегли серые мешки, волосы были похожи на непонятный кусок пастбища, а кожа была бледнее смерти. «Да уж, дожился…» - сокрушённо подумал парень, снова перемещаясь на диван. Он так и сидел в неком подобии транса, пока в замочной скважине не послышался шорох, а после скрип открывающейся двери. Парень напрягся, пытаясь вспомнить, у кого ещё могут быть ключи от его номера, но все мысли вылетели из головы, стоило ему увидеть гостя. Торд стоял возле стены, где в прошлый раз оставил вещи родственной души. Выглядел он не очень, но, во всяком случае, намного лучше Тома. Риджуэлл неверяще смотрел на него, не решаясь сказать и слово. Все мысли в панике метались по его голове, не давая ухватить хотя бы одну. Ларссон скучающе оглядел весь бардак, что творился в квартире возлюбленного: возле дивана валялись бутылки водки, на кухне стояли многочисленные упаковки из-под лапши. - Ну и засрался же ты тут, - фыркнул Торд, подходя к сидящему на диване парню и хватая его за руку, вздёргивая вверх. Том и так был не особо упитанным, а после недели питания через день стал ещё более лёгким, поэтому ему только и осталось, что послушно подняться на ноги. – Иди в душ, потом поговорим. Риджуэлл, подобно болванчику, кивнул и направился в свою комнату в поисках полотенца. Найдя таковое в шкафу, он направился в ванную комнату, краем взгляда замечая, как Ларссон брезгливо осматривается вокруг, подбирая разбросанные бутылки. Было жутко неловко от этого, и парень поспешил закрыться в комнатке. Разложив все нужные вещи, он вошёл в душевую кабину, настраивая воду. Он и вправду давно не мылся, лишь иногда умывался. Вода приятно стекала по уставшему телу, и Том с удовольствием подставлял лицо под тёплые струйки. Вместе с водой, казалось, утекали и его плохие думы, оставляя после себя успокаивающую пустоту. Мысли невольно вернулись к находящемуся за дверью Торду. «Зачем он пришёл сейчас?» - задумался Том, намыливая волосы, - «Может, Эдд и Мэтт попросили? Вряд ли, если он и вправду обиделся, то никакие уговоры не помогут. Тогда, почему?». Этот вопрос так и остался без ответа и, смыв с себя всю пену, он тщательно вытерся, всё ещё прибывая в раздумьях. Обернув полотенце вокруг бёдер, он осторожно вышел из ванной комнаты. Оглядевшись, парень заметил Ларссона, который как раз завязывал пакеты с мусором и перетаскивал их к выходу. Закончив с этим, он, наконец, обратил свой взгляд на неловко замершего парня, который, казалось, хотел слиться со стеной. Риджуэлл с неким волнением ожидал предстоящего разговора. - Итак, я пришёл сюда, чтобы просто предупредить тебя, - начал Торд, смотря прямо на парня. В его глазах цвета металла не было видно ни одной эмоции. Это немало напрягало Тома, но тот лишь кивнул, показывая, что готов слушать. – Так как ты теперь лавра, то тебе нужно зарегистрироваться в базе данных. Ничего особого не нужно, просто документы никты и твоё присутствие. Ты можешь сделать это самостоятельно, либо попросить Эдда или Мэтта, хотя они сейчас обижены на тебя. Собственно, это всё, я пойду. Ларссон, сказав последнюю фразу, неспешно направился в прихожую, и именно тогда Том понял, что, возможно, у него больше не будет шанса поговорить с ним. «Соберись тряпка!» - мысленно прикрикнул на себя парень, набирая воздух в лёгкие. - Торд, подожди, - неуверенно сказал он, боясь, что сделал это слишком тихо и лавра его не услышит, но тот, будто зная всё наперёд, резко остановился и в упор посмотрел на нервничающего друга. – Торд, я хотел извиниться за свои слова. - Это ничего не изменит, ты всегда будешь считать меня виновным, - пожал плечами парень и снова повернулся к выходу. - Нет! – воскликнул Риджуэлл, смотря, как Ларссон в нерешительности замирает, но оборачиваться не спешит. – Ты не виноват в смерти Анны и убийство Кевина было и вправду необходимо! Тогда я ощущал себя одиноким и брошенным всеми, именно поэтому сорвался, но когда ты ушёл… Когда ты ушёл я понял, что по-настоящему остался один! Торд, я больше не могу жить без тебя… прости меня… С каждым последующим словом Том оседал на пол, чувствуя, как по щекам ручьями текут солёные слёзы. Он ничего не мог с этим поделать, ощущая, как разрывается от боли его сердце. Сейчас он как никогда боялся остаться в номере один. Боялся, что Торд уйдёт, хлопнув дверью и более никогда не вернётся. Вдруг, Риджуэлл услышал приближающиеся шаги, а после почувствовал тёплые руки на своих плечах. Вскинув голову, он увидел легко улыбающегося Торда. Тот спустил руки ниже, заключая парня в тёплые объятья. Том мгновенно замер о нереальности данной ситуации. Ларссон чуть отстранился и черноглазый хотел было спросить причину этого, как ощутил горячие губы на своих. В этот раз поцелуй был более страстным, наполненный всеми переживаниями мучавшими обоих парней. «Рогатый» подхватил возлюбленного за талию, поднимая того на ноги, не отрываясь от пухлых губ. Риджуэлл невольно положил свои руки на плечи напротив, дабы восстановить пошатнувшееся равновесие. - Ты начал курить? – разорвав поцелуй и тяжело дыша, прошептал Том. Он и вправду почувствовал лёгкий привкус сигаретного дыма на языке. Не сказать, что это было жутко неприятно, но горечь оседала во всей ротовой полости, создавая ощущение, будто это он недавно выкурил сигарету. - Да, а ты, как я заметил, начал пить? – в ответ ухмыльнулся Торд, придавливая Риджуэлла к стене и ставя руки по обе стороны от его головы. От этих слов и действий Том невольно смутился, ведь своей новой привычкой он не гордится. Было неловко признавать подобное, особенно человеку, перед которым ты желаешь выглядеть более презентабельно. Не став дожидаться ответа Ларссон снова поддался вперёд, накрывая губы напротив. Оба ощущали небывалое наслаждение, которое табунами мурашек расходилось по телу. Том невольно сжал ладонями плечи возлюбленного. От переполняющих его эмоций он просто не знал куда деться. Все мысли и ощущения смешались в одну кашу. - Помоги мне забыть эти дни, - прошептал в поцелуй Риджуэлл, более смело прижимаясь к телу напротив. Он чувствовал, как возбуждение разгоняет кровь по венам, как пальцы ног подгибаются от всего происходящего. Это было по сумасшедшему прекрасно, они оба утопали в чувствах друг друга. Вся боль, всё скопившееся напряжение таяли подобно мороженому в жаркий летний день. Торд, услышав последнюю просьбу, ухмыльнулся и, подхватив пару на руки, не отрываясь от его сладких губ, направился в комнату. Благо, дверь была открыта и они без проблем дошли до кровати. «Рогатый» искуситель уверенно опрокинул родственную душу на нетронутое с прошлой смены постельное бельё. Резко выдохнув от смены положения, Том затуманенным наслаждением взглядом посмотрел на нависающего над ним парня. В свете ночных фонарей улицы, который проникал сквозь окно в комнате, его глаза сияли подобно золоту, что было невероятно красиво и завораживающе. Риджуэлл податливо открыл рот, стоило им снова слиться в поцелуе. Ларссон, принимая предложение, проник языком внутрь, обводя кромку зубов и нёбо, вызывая дрожь в теле под ним. Это было намного лучше, чем в снах и каждый сейчас это понял, стараясь прижаться как можно ближе. Не теряя время, Торд опустил руку вниз, задевая край повязанного на бёдрах полотенца. Он хитро сверкнул глазами, вновь поднимая кисть вверх по телу, касаясь вздымающейся груди и затвердевших сосков. От этого, казалось бы, незначительного прикосновения Том резко выдохнул, разрывая поцелуй и заливаясь стыдливым румянцем. Ларссон не дал тому долго думать, подключая к исследованию тела возлюбленного и вторую руку, поцелуями переходя на открывшийся участок шеи. Новые ощущения вызывали трепет в теле Риджуэлла, и тот еле сдерживал тихие постанывания от давления на чувствительную кожу. Торд же довольно ухмылялся, продолжая свою сладкую пытку, прикосновениями спускаясь всё ниже и ниже, но, будто дразня, обходил прикрытую полотенцем зону. Наконец, одна из рук скользнула под махровую ткань, проводя по разгорячённой после душа коже. В этот раз Том не смог сдержать протяжный стон. Прикосновение прохладной руки создавало приятный и дразнящий контраст, так и хотелось сомкнуть ноги, но лёгкое надавливание намекнуло, что делать этого не стоит. Продолжая лёгкие поглаживания чувствительной кожи бёдер, Торд, как бы случайно задел вставший орган возлюбленного, вызывая со стороны того несдержанный вскрик. У самого Ларссона тоже стояло, но своё возбуждение ощущалось не так остро, как то удовольствие от созерцания раскрасневшегося, тяжело дышащего парня под ним. Сейчас, с растрёпанными волосами и затуманенными пеленой возбуждения глазами он был прекрасней всех тех девушек из просмотренного и прочитанного хентая. Было что-то особенное в том, чтобы ходить по лезвию ножа, не переходя к более решительным действиям, продолжая дразнить партнёра. Торд чувствовал, насколько успел возбудиться лежащий под ним парень и, решившись, уверенно обхватил его член. Риджуэлл в этот момент, казалось, чуть не кончил, настолько необычно было ощущать чужую ладонь на собственном органе. Поначалу тихие движения увеличивали свою амплитуду, наполняя комнату всё новыми и новыми стонами. Перейдя поцелуями на плечи, Ларссон на пробу попробовал прикусить бледную кожу и, услышав резкий вскрик, быстро лизнул место укуса, как бы извиняясь, но после поднимаясь выше и повторяя движение. Подобная боль, на удивление, была приятна, добавляя некую изюминку в общие ощущения, поэтому Том просто терялся в круговороте этих чувств. Сжимающаяся на члене рука дарила разряды удовольствия, приходящихся, казалось, по самому позвоночнику, а укусы на шее оттеняли первое, усиливая. Эта пытка могла продолжаться ещё долго, но Торд ощутил, как ткань джинс неприятно давит на собственное возбуждение, поэтому, поцеловав Риджуэлла в нос, легко перевернул того на живот. Том замер в нерешительности из-за столь откровенной позы, ведь зад пришлось вызывающе оттопырить, дабы не тереться членом об неприятную поверхность постельного белья. Лёгкие прикосновения к рисунку метки помогли немного расслабиться и отвлечься от происходящего. Ларссон, будто завороженный разглядывал и оглаживал каждое белоснежное пёрышко, будто то было реальным и могло сломаться от лишнего давления. Он много раз видел эту метку на своей спине, но теперь, глядя на свою родственную душу, это было подобно сокровенному единению, о котором расписывались писательницы романтичных книжек. Хотя то, что написано на страницах подобного жанра и в половине не соответствовало реальности. Конечно, общие черты ощущений они описывали, но ни один писатель не может передать той глубины, той атмосферы, которая царила между влюблёнными. Медленно прикосновения стали более хаотичными, подобно кисточкам выводя на спине непонятные узоры, спускаясь всё ниже. Лёгким движением пальцев Торд освободил Тома от ставшего лишним полотенца и еле сдержал собственный стон, лицезря представившуюся ему картину. Одной рукой он снова спустился к жаждущему внимания члену пары, а другой продолжил водить во спине. В это время Риджуэлл буквально не знал, куда себя деть, все эти ощущения, все эти прикосновения и ласка наполняли его до краёв. Всё тело трепетало от переполняющего чувства любви и единения со своим любимым. Даже поза более не казалась такой уж развратной, а скорее открытой и доверительной в сторону партнёра. Он плавился под лёгкими поглаживаниями по спине. Он вспыхивал от уверенных движений по твёрдому органу. Он всхлипывал от горячего дыхания куда-то в макушку. Заметив, что Том скоро кончит, Торд решил перейти к самой интересной части. Убрав руку под недовольный стон, он аккуратно размазал успевшую скопиться на ней сперму по пальцам. Второй ладонью он всё так же водил по спине, но теперь она выполняла больше придерживающую функцию. - Будет немного неприятно, потерпи Томми, хорошо? – горячо прошептал Ларссон, касаясь ребром ладони белых ягодиц. Получив утвердительный кивок, он уже более уверенно раздвинул их, приходясь смазанными пальцами по розовому колечку мышц. Том сразу же невольно сжался, но вторая рука вовремя переместилась на его член, заставляя задушено простонать и чуточку расслабиться. Этого было достаточно, чтобы один палец, пусть и нелегко, но проник в горячее тело. Поначалу было непривычно и в некоторых моментах неприятно, особенно тогда, когда Торд решил добавить второй, дабы лучше растянуть любимого, но вскоре Риджуэлл смог привыкнуть к наполненности и даже отвлечься на более приятные ощущения руки на собственном органе, истекающем смазкой. Так продолжалось несколько минут, пока Ларссон в очередной раз не повернул пальцы, проталкивая их глубже и задевая комочек нервов внутри. От этого Тома буквально подкинуло на постели, и только резко сжавшаяся рука удержала подкатившийся оргазм. - Ещё… - в беспамятстве прохрипел он, подаваясь назад и насаживаясь на растягивающие его пальцы. Торд лишь ухмыльнулся, проделывая то же движение, вырывая из любимого новый порывистый вскрик и после тихие постанывая. Добавление ещё одного пальца прошло почти незаметно, и Том продолжал с удовольствием подаваться назад, дабы получить ещё больше приятных ощущений. Ларссон, понимая, что и сам находиться на грани, поспешно убрал пальцы, щёлкая пряжкой и быстро спуская джинсы до колен. Осторожно перевернув Риджуэлла обратно на спину, он размазал собственную смазку по члену, представляя дальнейшие действия с затаённым трепетом. Том почти полностью утонул в своих ощущениях, что почти не сразу услышал тихую просьбу расслабиться, хотя и так был не напряжён. Смысл слов он понял только тогда, когда к раскрасневшемуся колечку мышц представилось что-то побольше пальцев, а после толкнулось внутрь. От резких покалываний и тупой боли черноглазый недовольно зашипел. Торд, чувствуя, как нежные стеночки сдавливают его, потянулся к губам парня, дабы отвлечь того от неприятных ощущений. Пусть и ему сейчас было несладко, но это первый раз его родственной души и хотелось доставить ему максимальное удовольствие. Поэтому он дождался полного расслабления со стороны Тома и лишь потом медленно толкнулся вперёд, встречая уже меньше сопротивления привыкшего к его размерам тела. Через минуту Ларссон, небольшими движениями и толчками смог оказаться полностью внутри Риджуэлла, тяжело выдыхая тому в макушку. Он всё ещё ощущал давление сжимающихся стенок, но теперь это приносило некое удовольствие, и Торд попробовал двинуться назад, а после медленно вперёд. Поначалу движения были медленными и аккуратными, дабы доставить меньше дискомфорта обоим, а после, поняв, что Том привык к этому, парень немного ускорился. С каждым разом толчки становились всё быстрее и жёстче, пока, в одно из более глубоких проникновений не задели ту самую точку внутри. Риджуэлл буквально захлебнулся стоном, делая неосознанное движение навстречу члену. Ларссон, верно поняв знак, стал двигаться всё увереннее и увереннее, каждый раз стараясь задевать комок нервов внутри и проходиться по нему с наибольшим давлением. Со стороны Тома раздавались несдержанные стоны и всхлипы, доказывая то, что он получает не меньше удовольствия, нежели его партнёр. С ускорением темпа Риджуэлл терялся в своих ощущениях, а неожиданно обхватившая его член рука стала завершающим этапом этой пирамиды удовольствия. Всё внутри горело от приятных движений, а руки старались хоть как-нибудь зацепить покрывало, чтобы не елозить по нему лицом. Том никогда не мог подумать, что обычный секс может быть настолько приятным, настолько чувственным и откровенным. В его представлении это был процесс, направленный на продолжение рода и простой потребности в удовлетворении своих пошлых желаний, но теперь весь мир в его глазах будто перевернулся. И инициатором этого был никто иной, как Торд Ларссон. С каждым толчком Том всё отчётливей и отчётливей ощущал приближающуюся разрядку. Поэтому, когда рука партнёра прошлась по члену особенно ярко, парень не сдержался, со стоном кончая и содрогаясь в крепких руках родственной души. Торд, ощущая как сокращаются стеночки, обхватывающие его член, продержался немногим больше и после нескольких особо сильных толчков излился внутрь любимого. Выйдя из расслабившегося тела, парень завалился на бок, укладываясь рядом с Томом. Сейчас, после всего пережитого не хотелось абсолютно ничего делать, поэтому Ларссон лишь лениво накинул на них чистую часть одеяла и приобнял засопевшего Риджуэлла. Они оба устали за эти несколько дней и вот, их души и тела обрели покой. Вместе, им предстоит прожить счастливую жизнь, полную различных событий и эмоций, а сейчас, они лишь спят рядом, видя красочные сны об их будущем…