The Non-coolest Love Story Ever

Tu m'appelles ville de lumière, Tu comptes sur mes réverbères. Mais c’est ton cœur qui est désert, Toutes mes rues te sont offertes, Car c’est la ou l’amour est.

“Lumière”, Idan Raichel

Хотелось бы начать с сердечной благодарности нашим дорогим читателям, без терпеливой поддержки которых текст, скорее всего, остался бы запланированным изначально юмористическим очерком на пару страниц и не разросся бы в масштабную эпопею в почти три сотни тысяч слов. С одиннадцатого января по двадцать второе декабря сего года мы планомерно работали над ним, недосыпая, ухохатываясь, умиляясь и изрядно психуя, и в качестве этой благодарности хотели бы поделиться некоторыми забавностями закулисной кухни творческого процесса. Как уже было сказано ранее, Нонкулест Лавстори — не документалистика и не биография, а художественный вымысел, отчасти основанный на реальных событиях, реальных личностях и реальных эмоциях, связанных и не связанных между собой. Иными словами, у рассказа имеется несколько слоев. Первый — история одной трогательной пары из Парижа, благодаря которой идея обрела жизнь, они же парижские Уебышек и Профитроль, переродившиеся в Питерских Оребушка и Булку. Другие — декорация и оформление, все проработанные и недоработанные детали... Скорее всего, при желании вы сможете отыскать в тексте огромное количество нестыковок и противоречий, но мы изо всех сил старались их минимизировать. А также полнейшая отсебятина, охватывающая большую часть эмоциональной сферы текста, так как если у прототипа Натана ввиду регулярности встреч можно было лично интересоваться нюансами, то «Даня» коряво изъясняется даже на родном «франсэ», не говоря уже об английском. Мы решили перенести действо из романтично-декадентского Парижа в знакомый нам не менее атмосферный Петербург по причине достаточно незамысловатой: ни я, ни соавтор не владеем французским в достаточной мере, чтобы передать мироощущение парижан и носителей языка. Питер же нам знаком и близок, несмотря на то, что один из нас там никогда не жил. Задача стояла непростая: интегрировать историю в отечественные реалии и гармонично вписать в нее ключевых персонажей, не изменив их сути. Но гораздо сложнее оказалось сохранить атмосферу характерного... можно сказать, французско-еврейско-русского смеха сквозь слезы и светлой надежды, прорастающей сквозь ежедневные, незаметные извне маленькие трагедии. А еще сложнее — передать особенности Данечкиной прямой речи, от которой даже у новых арабских мигрантов сворачиваются в трубочку уши. Итак, оригинальные оребушки в лице очаровательного и весьма прибабахнутого на голову арабчика и его абсолютного двинутой, быдловатой франко-еврейской пташки, которую мой соавтор нежно окрестил «анфан терриБЛЯ», в начале своего идиллического союза обитали в тесной комнатушке первого на Rue de Sèvres (километр пешком до Эйфелевой башни, которую нам заменил Невский), затем сняли студию поприличнее в стремном районе Сен-Дени (привет, Купчино), откуда Данин прототип и происходил изначально. Положа руку на сердце, рискну утверждать, что наши, отечественные оребушки получились еще трогательней и куда драматичнее. Самым чудесном в этой паре, вернее, как раз в «Дане», была способность мгновенно переключаться от агрессивной ругани на умилительное сюсюканье со своим «заинькой» («лепан'») и «булонькой» («шукет», пирожное с заварным кремом, то есть профитрольчик), будучи для своей пассии уже более традиционными и многократно приведенными в тексте «мон шер» («мой дорогой»), «мон кер» («мое сердце»), «мон трезор» («драгоценность») и даже «мон сюкрет» (видимо, «сладкий»). Несмотря на корявость речи, манера изложения у Даниного прототипа была структурированная и последовательная, в отличие от его же «шукет», периодически начинающего мечтательно хлопать подкрашенными ресничками и нести какую-то поэтическую ахинею, достойную юных модернистов. Но к сути: откуда же взялся окказионализм «оребушек»? «Данечка» у своего арабчика в телефоне был записан как «мойнегль», составленный из «мойно» («воробей») и «эгль» («орел»). Если вы когда-нибудь встречали охреневших парижских воробушков, пытавшихся отобрать у вас еду, вы его поймете! По моему поверхностному анализу, их скромная история любви от финального сюжета Нонкулест Лавстори занимает процентов, наверное, тридцать. Линия Даниного друга Натана является вольным, хотя достаточно точным переложением истории моего друга и коллеги, разве что его Додик — особа женского пола, а вместо котов и Пипидастров он разводит тарантулов и может рассказывать о них часами. С прототипом Зои Вениаминовны соавтор работает в одном кабинете, а конфликт ее отпрыска с ней — это личный, успешно разрешенный конфликт, потому писать его было несложно. Игоречек — это собирательный образ из нескольких харизматичных персон в нашем окружении. Вася с Натой — реальная пара, живущая в Питере, как и их странноватые друзья Стасик и Беня. Риша — наша новая любовь, простите за нее, не получилось удержаться. XD Рафик совершенно реален, но азербайджанец, а не араб... В общем, каждый из персонажей имеет свой прототип с каким-нибудь примечательным подсюжетом, или даже несколько. В какой-то момент этот текст вдруг сделался эффективным в качестве незапланированной арт-терапии. У него была миротворческая цель еще в самом начале, так как с переносом действия в Питер у меня имелось намерение примириться с этим городом, однако последняя глава раскрыла нам один интересный нюанс Данечкиного внутреннего устройства, которое Имран классифицировал как пограничное расстройство личности. Смешно, что мы оба с соавтором — люди довольно далекие от психологии и психотерапии и о существовании такого диагноза узнали ровно три недели назад, когда Даня как персонаж был уже полностью прописан. Ирония заключается в том, что Даня получился образцовым примером «пограничника», будто взятый из учебника, со всеми предпосылками и вытекающими, но удивительнее всего не это. Не так давно одна исследовательница вывела и клинически успешно протестировала метод лечения конкретно данного расстройства, называющийся, если мне не изменяет память, диалектико-поведенческая терапия. И именно этим занимается в тексте Имран. Лечит Данькину кукуху. Одна из наших драгоценных читательниц поделилась трогательным и радостным наблюдением, что текст помог ей преодолеть тяжелое эмоциональное состояние. И сейчас, оборачиваясь назад на этот перелопаченный массив, я также могу сказать за себя лично — это и была терапия, может быть, неосознанная, интуитивная, ведь наша психика всегда стремится к восстановлению, даже таким косвенным путем. Подводя итог этому непростому, наполненному событиями году, могу сказать, что прожит он был не зря. PS: как и обещали, делимся ближайшими планами: — массив-приквел к Лавстори «Of All The Love Stories» (ссылка в шапке этого фика), так как нами с соавтором было принято волевое решение осилить хаотично-поэтично-ахронологичный POV Имрана, потому как попытка вместить шесть лет в Данину манеру изложения превратилась бы в... Даже не знаю, с чем сравнить. С намерением турецкого телевидения экранизировать «Войну и мир». Хотя там и так на данный момент уже семьдесят тысяч слов одного только конспекта. Текст существенно отличается по структуре, манере и наполнению, у него экспериментальная, хитро закрученная спиральная композиция и в нем... Скажем так... Булка раскрывается с некоторых не самых социально одобряемых сторон. Зато там взгляд со стороны на Даню... А также Додика... Юсупа... Исмаила... Артушку... Кого-то там только эта булка не покусала; — работа (почти завершена) над какориджем под названием «Пастух», который по мере вычитки публикуется на странице соавтора и куда перекочевали Даня в неизменном виде и Имран аж трижды в лице грустного мальчика Джабки, трепетной Рахили и бессовестного Джеффри... а еще там Игорек, Додик, Братан, Кира, Карина, Гиля... Грубо говоря, получилось АУ по Нонкулест Лавстори; — продолжение работы над викторианским фэнтези «Сосед-некромант», где наша горяченькая булочка играет сразу двух джиннов-братьев и птицу-гамаюна, Игорек упыря-владельца похоронного бюро, Даня вурдалака с ПТСР, который покусал Уасю, Натан зубастую русалку... горячо рекомендую всем любителям мистики, детективных историй и гармоничных любовных треугольников. С наступающим, драгоценные наши! Спасибо, что были с нами! <3