Между прошлым и будущим
24 октября 2019 г., 22:18
Всех взбудоражила и напугала внезапная отключка Марии прямо во время ужина. Почему это произошло — не было времени разбираться.
— Мария? Мария! — Йесон опустился к ней пытаясь растормошить, а затем подхватывает на руки и несёт на диван в гостиной. Рёук достал полотенце, которое потом намочила холодной водой Альба. Предусмотрительный Рёук даже нашёл таз на случай, если сестру хозяйки квартиры начнёт тошнить.
День был испорчен, но винить девушку было нельзя. Однако причина этого была и может быть будет неизвестна. Кто знает? Может жара корейского лета, а может иные причины.
Мария медленно начала открывать глаза, перед которыми все было размыто и виднелись лишь цвета, после к ним добавлялись очертания. Смутно понимая что происходит, она пыталась спросить или даже крикнуть: «Что произошло?», но вместо этого послышался лишь шёпот, которые Альба едва-едва смогла разобрать, наклонившись к её губам ухом, дотрагиваясь до открытых участков кожи сестры струящейся разноцветной тканью рубашки с коротким рукавом, но с прикрытым декольте.
— Ты потеряла сознание, — также тихо на кечуа произнесла Альба. К тому моменту прошло минут пять. Йесон крепко держал маленькую ладонь своей девушки, поглаживая кисть и немного её разминая. — Как ты себя чувствуешь?
— Голова… болит, — как-то неловко переворачиваясь на бок.
— У тебя есть тонометр? — спросил молчавший всё это время Рёук.
— В нижнем ящике стола в моей спальни, — не смотря на него, ответила его девушка, поглаживая волосы младшей сестры. В свою очередь, младший из мужчин пошёл в другую комнату за измерителем давления. — <i>Ты завтракала сегодня? Нет, ты вчера хоть что-то ела? — в ответ было лишь слабое махание головой, означавшее отрицание. — Дурашка… — затем она перевела взгляд на взволнованного Чонуна, который также внимательно смотрел на будущую родственницу, — Болван. Ты хотя бы замечал, что она голодает ради того, чтобы тебе понравиться? — мужчина лишь опустил голову, — Если Мария тебе и правда дорога, не смей никогда говорить о диетах и идеальных формах для женщины, иначе она действительно будет считать себя хуже, чем есть на самом деле.
-…Я сделаю всё, чтобы Мария была счастлива, а я получил твоё доверие на руку твоей сестры…
Рёук вошёл с найденным тонометром в комнату и просто начал мерить давление потерявшей сознание. Всё это время он раздумывал, а услышанные слова своего хёна лишь ещё больше углубили его мысли. Если Йесон и Мария поженятся, а он продолжит встречаться с Альбой, то скорее всего они станут родственниками, а их дети будут кузенами. Не то, чтобы эта идея вызывала отвращение, нет, но сама ситуация была слишком сложной. Ким Рёук не знал, что ему делать, как поступить. Он не знал ещё как на это отреагирует Чонун и Мария.
***
Просторная и вместе с тем небольшая квартира, которую освещали тёплые лучи августовского солнца, была отделана в пастельных тонах. Самой яркой деталью в гостиной были подушки синего и пурпурного цвета, шедшие комплектом. На диване, раздвинув ноги, сидел молодой мужчина, выглядевший на свои двадцатые, хотя его возраст уже перешёл отметку в тридцать лет. Светлые джинсы, которые были без дырок или протёртостей на коленях, тёмная футболка свободного кроя — обычный стиль без лишних изысков или приверженности моде. Зачем? Он дома, ему не нужно держать образ суперзвезды в окружении близких, родных и стен своего дома. Рука мужчины игралась с чёрными локонами лежавшей на его коленях девушки, закручивая их на своих длинных тонких пальцах, созданных больше не для фортепиано, а для гитары. Молодая женщина была одета в белую полупрозрачную рубашку, которая была расстёгнута наполовину таким образом, что было открыто декольте, но нижнее бельё было всё же прикрыто, хоть и не плотно. Низом её образа были тёмные и свободные шорты, в которые была заправлена рубашка. Её светлая, никак не загоревшая кожа, была словно лунной на фоне чёрно-угольных волос. На её лице не было макияжа. Известная как ледяная принцесса, она не была холодным человеком, только интровертом, как и её парень, разница в возрасте с которым была пять лет. — Хён-а, — окликнул мужчина, входящий в «семейку динозавров» и очень похожий на Топа из BigBang, — может съездим на побережье, погуляем, помочим ноги в воде, пока не начались промоушены твоей группы? — Донхэ, но что если нас заметят? — она сама не знала почему не добавила к его имени «оппа», но по лицу Донхэ было ясно, что ему это нравится. — В прошлый раз уже начинали бродить слухи… — Меня мало, кто узнаёт на улице. К тому же шляпы солнечные очки и никаких менеджеров — идеальное прикрытие. Ну же, поехали? — он просил её согласится ради всего святого, чтобы побыть с ней подольше и не в замкнутом пространстве. — Ну ладно, ты уговорил. Но, — она поднялась и посмотрела в его глаза, Ты ведь не будешь против, если я позаимствую твою рубашку. В их машине стояла тишина и лишь звук перелистывающихся страниц и других автомобилей за окном прерывал её. Комфортное молчание было лучше слов и действий. Их близость была больше духовной, нежели чем физической — так хотела Джухён, и это поддержал Донхэ. Об их романе не знал практически никто, но в отличие от Итыка, другие участники обеих групп знают, что у каждого из них есть «пара», но кто — строго конфиденциально. Путь из Сеула до Инчхона не занимал много времени, однако наблюдать за Донхэ и Айрин бывало иногда скучно. Красивые чёрные волосы развевались на ветру, шедшего из приоткрытого окна, но при этом это не мешало девушке читать, сняв сандали в машине. В это время мужчина лишь изредка поглядывал на свой объект воздыханий. — Что будет через два года? — внезапно произнесла Джухён с сильным акцентом Тэгу. Ли посмотрел на неё мельком, немного удивившись, — Я имею в виду, когда закончится контракт, — уже с меньшим акцентом, который как ни странно был понятен и Донхэ как человеку, также говорящему с акцентом, правда провинции Чолла-Намдо. — Мне будет уже тридцать один*, контракты закончатся. Продлевать или не продлевать? Как к этому отнесуться фанаты и нетизены? Не назовут ли меня старой девой? — без паники в голосе, но констатация волнующих вопросов. — Когда мне было столько же, я особо не вдавался в такие размышления. Просто наслаждался тем, что делал, хоть и жутко уставал. Хён-а, — он мельком обернулся на неё, но продолжал следить за дорогой, — Не думай слишком много. Получай удовольствие от того, что делаешь. Если ты поймёшь, что больше не можешь выносить внимание общественности, бешеных графиков, то лучше уйти, чтобы не сгореть… — тоже на родном диалекте отвечал Донхэ. — А что… насчёт… нас? — Нас… — мужчина покраснел, стараясь скрыть смущение за сосредоточенность. Он немного замялся, но затем продолжил, — Тебя я буду ждать, пока мои чувства не будут брошены, а сердце разбито, ледяная принцесса. А мы почти доехали, осталось найти место для парковки рядом с пляжем. — Айдол снова посмотрел на свою хубэ, а затем добавил, — Давай целый день говорить с тобой на диалектах.***
Суббота настала очень быстро. Дождливый день, немного освежавший жаркое сеульское лето. Янйи нервно мерила шагами расстояние зала, специально снятого для её встречи Итыком. Как и что будет сегодня — она предположить не могла. Белые свободные штаны из струящейся ткани, немного походившие на юбку, подчёркивали талию девушки; салатовый топ без рукавов, слегка заправленный в штаны, а на ногах элегантные открытые сандали древесного цвета без каблука. Ожидание подвешивала её больше и больше. Не сумев сидеть в пустом небольшом зале, Янйи вышла и остановилась близ входа, чтобы встретить их лично и проводить. Ждать ей долго не пришлось. Вскоре в кафетерии СМ Тауна показалась молодая пара, едва поспевающая за бегущим впереди них мальчиком. Они были одеты по-летнему. У девушки были короткие чёрные волосы — боб-каре, белая рубашка из полупрозрачной ткани, юбка-миди горчичного цвета, а на ногах лодочки. Её, по всей видимости, муж был одет в деловой костюм, сделанный, правда, не из шерсти, а изо льна. Мужчина держал пиджак в руке, а за его спиной был рюкзак чёрного цвета, который обычно используют путешественники налегке. Он был довольно статным, а точнее под два метра ростом, особо не выделяющийся на фоне китайцев из Сингапура, но для Корее всё же он был немного экзотичен, как и его супруга. Сан помахала им рукой, жестом показывая следовать за ней. Они немного удивились, увидев её, представляя её немного иначе. Джейн взяла за руку своего сына, указав ему быть тише воды, ниже травы. В зале уже все могли выдохнуть с облегчением вдали от ненужных глаз и ушей и нормально поприветствовать друг друга. — Добрый день, Шань Янйи, — произнёс отец маленького пациента, протягивая родственнице донора руку для рукопожатия, — Меня зовут Ли Яо Мин, а это моя жена — Джейн Сон. — и по обыкновению для китайских сингапурцев они все переходили с китайского на английский и обратно. — Позвольте мне принести вам свою неизмеримую благодарность, — чита начала кланяться, однако Янйи вежливо, но быстро попросила их присесть за стол и просто выпить чашечку чая с десертами. Повисло неловкое молчание в воздухе, заставлявшее всех чувствовать дискомфорт и смущение. — Вы не могли бы нам рассказать о своём брате? Мы хотим однажды рассказать Марку о его ангеле-хранителе, подарившего ему вторую жизнь, — произнесла миссис Сон. — Даже не знаю с чего начать… Ему было двадцать, когда он попал в ту аварию. Саван никогда не переставал усердно работать и стараться помогать другим… На него повлияла смерть отца… — на глазах Янйи начали показываться слёзы, которые она быстро промокнула салфеткой, — Простите… Просто… тяжело вспоминать, что его нет… Саван-и мог прийти после школы и начать читать какую-нибудь книгу на лаосском, иногда не зная слова, дёргая меня постоянно. — Спасибо вам за всё, — женщина взяла её тонкую ладонь в свои руки и посмотрела в глаза, — Его смерть не была напрасной, как бы это не звучало эгоистично. Теперь часть него будет жить в нашем сыне, а мы попытаемся вырастить такого же достойного человека, каким был ваш брат, — Джейн залезла в свою сумку и достала оттуда коробочку, — Разрешите мне подарить это вам в знак нашего уважения к вашей семье, — Сан не стала открывать коробку, решив что лучше это будет сделать наедине, а сейчас просто принять его. Она поблагодарила, а затем они перешли к общим темам. Как оказалось у них было много общих тем, а с Яомином невеста Пак Чонсу училась в одной школе, но была старше на год. Жизнь — удивительная штука. Она сводит людей, которые, казалось, не должны были пересечься и подружиться, разводит старых друзей по разные стороны баррикад. Джейн была парикмахером-фрилансером, что позволяло ей совмещать работу и заботу о сыне, а её муж был связан с инженерией и поэтому часто был в командировках за границей. Как же так произошло, что сердце брата Янйи было пересажено — довольно банальная с точки зрения медицины история — смерть мозга. Однако то, что привело к ней было весьма необъяснимым стечением обстоятельств, которые полиция смогла распутать, но как тело молодого актёра смогло продолжать жить ещё три дня — загадка, увы, не разгаданная никем. Помимо сердца, его печень, почки, поджелудочная железа, лёгкие, толстый кишечник и костный мозг были также отданы на донорство согласно его завещанию — Разрешите мне пригласить вас, как людей для меня не чужих, на свою свадьбу в Сингапуре. Я буду признательна вам, — уважительно поклонившись, завершая встречу, произнесла Янйи, — Мне было бы интересно встретить людей, которых также спасли органы моего брата. Семейная пара покинула заведение после расплаты за счёт, а девушка так и осталась там, ожидая своего «принца», написавшего несколькими минутами ранее, что он за ней заедет.
