closer, closer enough

Ты же ведь не станешь злиться на него за то, что он придет сегодня поздно? Ты же сам прекрасно понимаешь всю серьезность его взаимоотношений с Венди. Ты же, в конце концов, сам поддержал их, когда они были еще робкими и неумелыми. Ты говорил ему, что все будет просто превосходно, что нечего бояться и что надо смело двигаться к своей мечте во что бы то ни стало. Ты и ей говорил, — знала бы она, как колыхалось твое сердце в тот момент — что со Стэном ей крупно повезло, что парня лучшего не найти и вовек. Ты так сказал не потому, что с чистой инициативой стремился поддержать, а потому, что сам в этом твердо убежден, ведь лучшего друга на земле не сыщешь. Такого проницательного и интуитивного, в меру обидчивого и бесконечно понимающего. Ты же не станешь на него злиться, если он придет позже запланированного? Ты знаешь, что нельзя винить его в том, что он сейчас счастлив, а ты едва ли способен натянуть улыбку себе на лицо. Так, для виду, чтобы мать ничего дурного не надумала и не стала ни в чем упрекать. Неправильно будет затаивать обиду на того, кто выглядит гораздо счастливее и живее, чем ты. Нельзя таить в себе один сплошной негатив, впусти в себя и толику радости, потому что если и помереть суждено будет, то только с широченной улыбочкой на лице. Так, для красоты. Так, чтобы искренне. У тебя сегодня пятнадцатый по счету день рождения. Ты теперь медленно, но верно стремишься ко взрослой жизни, осознаешь ошибки прошлого и учишься на ошибках настоящего. Твои родители гордятся тобой: духовным твоим ростом, взглядом на мир и твоим — из вас четверых ты выделился и преуспел в этом гораздо лучше остальных — умением всех и вся прощать, пускай и самому тебе теперь паршиво на душе. Так чего же ты дуешься, именинник? Ты родился сегодня, чтобы быть счастливым. Ты родился, чтобы прощать обиды, чтобы переживать невзгоды и преодолевать преграды, вставшие на твоем долгом и тернистом жизненном пути. Улыбнись в камеру, покажи, что не обиделся. Покажи, что ты совсем-совсем не злишься и остаешься все таким же всепрощающим его лучшим другом. Какой бы ни была его девушка, в его жизни ты играешь далеко не последнюю роль. Не дуйся, улыбнись скорее. Улыбнись, чтобы мать в очередной раз своим голоском пролепетала о том, какой у нее примерный и добрый сынок. Улыбнись, чтобы отец в очередной раз охнул, какой ты взрослый и как ты успел возмужать за последние годы. Улыбнись так широко, чтобы улыбкою своей ослепить этих наивных и намалеванных косметикой девчушек. Как только дверь с привычным, но до сих пор режущим скрипом легонько приоткроется, и в нее войдет счастливая влюбленная парочка, ты не ленись, ты не боись ничего — улыбнись, посмотри ему в глаза хотя бы на долю секунды и после убедись, что он — счастлив, а ты — еще больше. И в объятиях сожми так, как будто в последний раз. Улыбнись же, как никому никогда и не улыбался. Так хорошо, чтобы сияньем своим и солнце затмить. Пусть все знают Кайла Брофловски, пустившего в душу свою свет гораздо более яркий, чем у луны и солнца вместе взятых.