Что-то другое (2). Перекрестки.

*** "Бестия" продолжала медленно тащиться в сторону Персиля, полиция, или кто бы то ни был под нее маскирующийся, в видимом спектре сканеров не появлялась. Команда уже знала, что затевается нечто неординарное и на Персиль они, в итоге, не прилетят, но точно не знала что, и самозабвенно обсуждала это за спиной капитана, чей авторитет под этим флером таинственности вырос, несмотря на то, что их развернула полиция. Да и вообще, пираты впечатлились, что наглые джерсы всего через пару часов уже извинялись перед лордом. Правда, крипсы не во всей игре слов разобрались, но... короче хеш с ней, с экспедицией - чего они в экспедициях не видели?! - сейчас назревало что-то интересненькое. Кан их энтузиазм не разделял, но и разубеждать не собирался. Весточка от Вардангера пришла через два бортовых дня, там были просто координаты и координаты эти не соответствовали ни одной из обитаемых планет. Охотников до "колеса" нашлось пятеро, и, хотя "Глаз" Вард все же не поставил, но привел, видимо, чтобы подразнить Кана - так что кораблей в точке схода висело шесть, а с "Бестией" их стало семь. Играть собрались на нейтральной территории: "Глаз" выпустил из себя шаттл для внутрипланетных перелетов - хорошая такая машинка, люксового класса, там у круглого стола собрались шестеро любителей острых ощущений, хотя Кан уже затруднялся причислить себя к ним. Когда-то он мечтал о приключениях - таких, какие показывают в остросюжетных фильмах, но оказалось, что быть их участником не так приятно, как воображаешь себе, глядя на экран и искренне почитая свою жизнь скучной. К тому же, сценарист тут вовсе не обещал счастливого конца. Пока ждали еще одного участника, все знакомились с ассортиментом бара, Кан решил ничего не пить, трезвая голова ему пригодится, но Вард подошел и лично вручил стакан с ралифи. - Тебе надо расслабиться, - улыбнулся он. - Мне нужен хороший корабль, Вард. И это в твоих интересах, чем больше я заработаю, тем больше смогу тебе проиграть. Дашь мне отсрочку? Я на мели и собирался в экспедицию, когда... мне понадобилось сменить корабль. - Не беспокойся, я дам тебе возможность пополнить карманы. Я свои интересы никогда не упускаю. О, а вот и Нагсагер, - оживился Вард, завидев вновь вошедшего. - Теперь можно начинать. Вардангер лично установил рейтинг кораблей, и игра началась. Кан даже не смог поймать азарт, настолько загнанным он себя ощущал. Не остаться бы с "Бестией" и с долгом вместе с тем - уже хорошо. Но его судьба сегодня решила не быть излишне стервой - так, средненько отвесила, позволив Кану поменять корабль. Экипажи и вещи, которые бывшие хозяева желали забрать с собой на новый корабль, переходили сначала на баржу, прибуксированную сюда организаторами, а затем уже на нужный корабль. Сложный алгоритм этих перемещений позволял Кану не опасаться, что полиция, или кто бы они ни были, из приставленных парисом за ним следить, вычислят, на каком именно корабле он покинул сходку. А корабль ему достался с благозвучным названием "Упрямая Тварь". "Нда уж, - Кан криво усмехнулся, - парис повеселится, если поймает". Вард устроил небольшую вечеринку после игры, позволяя недовольным раскладом договориться и выкупить свои корабли. - Есть работенка, - вкрадчиво сказал он, подойдя к Кану, мрачно тянувшему свой двик в стороне от всех. - Мы же договорились об отсрочке, чтобы я не начинал с пустыми карманами, - нахмурился Кан. - Я сказал, что дам тебе ВОЗМОЖНОСТЬ пополнить карманы, - Вард по-змеиному улыбнулся. - Я предпочитаю сам сходить в экспедицию. - Первая твоя игра через шесть декад - не успеешь. А я предлагаю тебе верное дело... впрочем, займ я тоже готов предоставить... под твой новый корабль, это неплохая тварюшка, хоть и упрямая. - Что за дело? - Кан нутром чувствовал, что зря спросил, надо было сразу отказаться и все... Но кроме займа на игру, ему еще надо было хоть как-то расплатиться с командой штурмовиков, нанятых в экспедицию, да и остальной экипаж надо будет чем-то подкармливать, иначе от его репутации капитана и вовсе ничего не останется. Но можно было бы продать корабль... снова... от чего становилось еще паршивее, чем от перспективы кабалы у Вардангера - там ведь еще оставалась надежда на его фирменную удачу Блуждающего По Звездам. - Все очень просто. Надо будет с Барадеро привезти партию живого товара. Туда, куда я тебе скажу. О, и, если ты все удачно провернешь, мы даже сходим в это "туда"... И ты сможешь выбрать там, что угодно, бесплатно. Гостевая карточка на три посещения будет бонусом. Поверь мне, там есть такое, чего ты еще не пробовал. - И сколько ты заплатишь мне за это живыми деньгами? - Две дведесятых доли с продажи товара. Поверь мне, это кругленькая сумма. Тот паршивый товар, который ты собирался быстренько где-нибудь поближе нарыть, не стоит даже столько. Соглашайся, Кан. Надо верить в свою удачу, она тебе в ближайшее время ох, как понадобится. - Я подумаю. - Думай. Только не слишком долго, и... ты же понимаешь, что теперь, когда ты знаешь об этой перевозке, если ты откажешься, а с товаром что-то случится по дороге... - Вард многозначительно покачал головой. Кан скрипнул клыками, поняв, что увяз еще глубже. И кто тут хуже - парис или Вардангер - становилось все большим вопросом. Он не ответил сразу чисто из вредности - чести или там гордости тут уже было нечего ловить, все уже прекрасно понимали, что Кан согласится... и самое поганое, что он теперь будет знать координаты этого "туда". *** За границы Федерации на этот раз получилось выйти без проблем - видимо, парис все-таки потерял след. И Кан откровенно ликовал, когда его "Упрямая Тварь" стремительно удалялась от пограничной зоны. Нет уж, от Варда он как-нибудь выкрутится - если уж от париса удалось уйти, то уж от Лорда Игрока не должно быть сложнее... и капитан - да, снова капитан! - почти поверил в свою удачу. Вот и Барадеро, новая свободная планета пиратов, теперь за границами Федерации, в открытой конфронтации с полицией. Планета не светится мириадами огней, как Нагаяха. Она вообще темна и кажется необитаемой, жизни на ней нет, голый камень, обдуваемый ветрами, пылевые бури, ядовитая атмосфера. Чтобы попасть в местные пристанища и рынки, надо знать коды, тип и диапазон квантовых возмущений, через которые их можно передать. То, что здесь кипит жизнь, выдают орбитальные парковки, на которых висят сотни кораблей - возле самой рыночной планеты, ее спутников, на соседних планетах и астероидах - кто где посчитал удобней и безопаснее. Корабли окружают маскировочные коконы, но все прекрасно понимают, что все эти меры все равно не позволят долго держать в секрете новую базу пиратов, но внутрипланетарное расположение давало больше шансов, если придется обороняться. Кан знал и коды, и диапазон, и точные координаты. Корабль уверенно шел к планете, с первого, невооруженного, взгляда не подававшей признаков жизни. Команда была в восторге - Барадеро! И каждый думал, что не прогадал с капитаном. Вместо обычной экспедиции, уже столько приключений! Хотя они даже от Федерации еще недалеко отошли. Кан положил корабль в дрейф на орбиту основной планеты, обменялся сигналами и, получив согласие на вход пяти транспортов, стал готовить четыре наиза и одну модную блестящую новеньким покрытием барку, полученную им от Вардангера. Четыре темные хищные птицы, сопровождавшие серебристую капсулу, у которой, впрочем, тоже имелось глубоко замаскированное жало, смело нырнули в открывшийся зев приемного порта. Их встречали два молчаливых лорда при полном "пиратском" параде и в сопровождении свиты из крипсов - длинноволосых, увешанных кричащими украшениями, развязно глядящими марчестерам в глаза - в общем, все как всегда, без следа парисовских порядков. Кан даже вздохнул свободнее: вот она, новая вольная пиратская вотчина, и вовсе они не собираются вымирать, как пророчит треклятый парис. Только гнилостный червячок сомнений, что подселил шерцев Кирсагер, уже успел что-то подточить в душе, или это Вардангер... Не уходило неуютное чувство из души, все было не то и не так. Из глубины тоннелей вынырнул бронированный транспорт, припарковался боком к барке, крипсы быстро состыковали пересадочный рукав. "Ишь-ты, как у них тут все отработано!" - невольно восхитился Кан. Ему ничего не пришлось организовывать, товар перегнали на барку, сами же проследили за размещением. Такой товар в скотских ангарах, что были на борту обычных работорговых пиратских суднах, не возили - в барке каждому была оборудована капсульная каюта. И кормить их полагалось нормальной едой, с кухни. Так что в комплекте к ним шел еще и повар. Кану только оставалось обеспечить охрану, что представляло немалую сложность - пираты были любопытны и охочи потрогать чужие вещи, особенно такие - редкие. Так что инструктаж он на всякий случай повторил трижды и в весьма жесткой форме. Самому ему заглянуть в каюты пришлось, пересчитать, сверить с перечнем и отослать рапорт Вардангеру. Кан ждал, когда все деньги перетекут по нужным счетам, и их хозяева получат соответствующие сигналы, и мрачно смотрел прямо перед собой. Он, конечно, подозревал, что груз "гнилой", но что все настолько плохо и его так "замажут" с первой ходки, он не рассчитывал. Там были не просто рабы высокого класса развития... это были граждане Федерации... фарезанцы, персилиане, тенессурийцы... вернее фарезанки, персилианки и тенессурийки, простые змейки, не аристократки... все женщины. Тут, если попадешься с таким товаром, каторгой на десяток лет не отделаешься. Коды подтверждения пришли, и Кан получил разрешение на взлет, барка с грузом и наизы "Твари" вынырнули из недр Барадеро. Им дали дополнительное сопровождение, от которого не удалось отказаться, и капитана это несколько тревожило, но все прошло гладко и барка благополучно вошла в стыковочный модуль "Упрямой Твари", а барадеровское наизы развернулись и скрылись в дымке ядовитой атмосферы. Кан направил корабль на обратный путь, вернее в сторону координат, которые ему дали. И насколько он знал и мог свериться с навигационными картами ближнего космоса у границ Федерации, ничего там не значилось. К указанной точке доставки они прибыли на удивление без приключений, повисели там треть стандартных федеральных суток и получили новые координаты. Кан рассчитал новую траекторию, выглядящую безопасной, и уже ожидаемо, и в той точке прибытия ничего не нашел, а снова получил новые координаты. Когда и там ничего не оказалось, это уже начало раздражать, но к раздражению примешивалась неясная тревога, что что-то здесь не так и его водят мутными тропами ради какого-то подвоха. Они снова провисели несколько часов, но новых координат по дальней связи Кан так и не дождался, вместо этого словно из ниоткуда вынырнул корабль в полном боевом вооружении и очевидно с маскировкой более современной, чем сканеры его "Упрямой Твари". Кан отчаянно выругался, соображая, что удрать уже не удастся, и придется дать бой, чтобы хоть продать свои жизни подороже. Кан успел раздать первые команды на подготовку к бою, когда неизвестный корабль прислал позывные с условным кодом, и капитан осознал, что это и есть истинное место назначения. Стыковку "Упрямой Твари" не разрешили, велели привести к стыковочному модулю только барку. После того, как "товар" был "разгружен", ожил терминал видеосвязи и на экране появился улыбающийся Вардангер. - Отличная доставка, капитан! Заходи на борт, тебя ждет награда. Кан с радостью бы отказался, просто дождался, когда его доля появится на его счету и убрался бы отсюда к шерцевой бездне. Но когда ты в это все уже вляпался, то остается влипать все больше. И в голову ненароком закралась предательская мысль о визитке, что дал ему парис - это ведь всегда останется, как последний вариант, парис-то его откуда угодно достанет - стоит только позвонить... или по имени его позвать в темноте, ага. Кан дернул головой, отгоняя дурную мысль. За ним прислали шаттл, и вскоре он уже оказался на борту загадочного корабля. В первые минуты ничто не выдавало истинного назначения этого судна, обычные коридоры, без какого-либо особенно декора, молчаливый, довольно скромно для пиратов одетый, экипаж... но это все пока они не добрались до тайных недр этого засекреченного борделя, а именно это оно из себя и представляло. Вардангер, ожидавший его за створками шлюза, ведущего в секретный блок, ничего не сказал, только ухмыльнулся и поманил за собой. Тут все разительно отличалось, хотя и сказочного убранства Нагаяхи тут не было, зато была лаконичная роскошь дорогих ультрасовременных материалов, зеркальный блеск черных маритовых панелей, поляризующие зеркала, живые цветы в вазонах-многогранниках и модные нынче палоунские мхи в додекаэдрах. Вард привел его в комнату, все стены которой были покрыты сотовыми мониторами, в центре стояли белоснежные кресла, столик из темного, слегка прозрачного, пластика венчали два тонких бокала с ралифи. - Располагайся, меню вызывается вот так, - Вард чиркнул по подлокотнику и перед его креслом замерцала пленка голографического экрана. Кан не стал ничего уточнять, просто сел и повторил жест Вардангера. Перед ним выплыл план мониторов на стенах, он ткнул наугад в один из квадратиков и тот окрасился в зеленый цвет, соответствующий экран на стене ожил. В небольшой комнате за столом сидела персилианка и пила тэк из маленькой чашечки, на столе стоял кихий. И она была не крипсой. Леди, настоящая персилианская леди, и струящиеся по плечам светлые волосы, безупречные черты лица - породистый абрис скул и подбородка, изящные руки. - Это же... - Кан повернулся к Варду. - Тебе все-таки везет, Кан! - в его голосе и улыбке явно просквозило восхищение. - Хваленая интуиция Блуждающего все-таки работает. - И я теперь что... должен вот ее... - Должен? - Вард расхохотался. - Нет, дорогой, это она должна тебе все, что ты захочешь, ну в пределах разумного и безопасного для ее здоровья, иначе ты еще нескоро расплатишься. Если ты, конечно, выбираешь ее. Если у тебя есть какие-то предпочтения, то можно включить подсказки по расам, вот там внизу экрана вызов дополнительного меню. - И сколько у меня попыток? - Да сколько угодно, пока не выберешь. Развлекайся! Когда выберешь, нажми выбранный экран вот так, тебя проводят. Хочешь, я уйду? - Мне все равно, - равнодушно отозвался Кан, и добавил уже более язвительным тоном. - Развлекайся! Вард хмыкнул, но остался. Кан посмотрел вниз экрана на список рас... и глазам своим не поверил, и рука неудержимо потянулась и нажала на черную надпись "парис". На плане соответствующим цветом окрасился лишь один экран, Кан снова ткнул в него и медленно поднял взгляд к основной стене... зажегся монитор, словно окно стало прозрачным... и там... он был тонким, бледным, с серебристыми волосами и огненными провалами глаз, залитых оранжевым пламенем, и эти глаза немедленно обернулись к камере и уставились точно на Кана, чуть прищурились, изучая. Кан был уверен, что рабы не могли видеть выбирающих их гостей... но только не парис. Нервы сдали, и лорд схлопнул экран. - Вы совсем сумасшедшие?! - он оглянулся на Варда, - Держать тут такую тварь?! А вы в курсе вообще, что он у вас клиентами питается?! - Клиенты довольны, - пожал плечами Вард. - Небось и постоянные есть, уже не могут без этой твари, да? А вы не подумали, что он однажды нажрет себе столько, что выйдет отсюда и выпьет до донышка всех, до кого дотянется? - Да ну, Кан, ты видел какие на нем кандалы и ошейник? - Я видел, как они входят в корабли, минуя шлюз, а замки на дверях вообще не замечают! - Кан замолчал, только сейчас сообразив, что он говорит. Вард долго и пристально смотрел на него, а потом спросил каким-то очень тихим, не свойственным для него голосом: - А ты от кого бегаешь, Кан... от... - ему вдруг стало жутко произнести это слово. Одно дело, когда он в клетке, покорный и предсказуемый... а другое дело, когда кто-то говорит, что это не один случайно родившийся мутант, а их много и они на свободе. - Уверен, что на самом деле ты не хочешь это знать, - огрызнулся лорд и отвернулся к меню. - И мернли есть... и не один... ну надо же... - он ткнул в розовую надпись, затем выбрал один из розовых квадратов. Он не знал, чем еще его тут могут удивить... тут как раз ничего удивительного не было, но Кан все смотрел и смотрел и не мог отвести взгляд, он словно был прикован к этому изможденному существу, почти тени, а не живому мернлю. На нем тоже висел массивный ошейник и кандалы, странно смотревшиеся на чудовищно худых предплечьях. Он был закутан в какой-то бесформенный кусок ткани и его тусклые, неживые глаза безучастно смотрели в пространство перед собой. От былой, волшебной красоты, которой славились загадочные жители Мерниока, остались, пожалуй, только волосы - длинные, темными волнами укутавшие острые плечи, чуть сгладив болезненную худобу. Что-то в этом скорбном выражении лица... - Зачем на нем-то кандалы с ошейником? - он заставил себя снова обернуться к Варду. - Они же вроде безобидные совсем в плане драки. - Значит, ты никогда не пробовал ничего сделать с мернлем. Он драться с тобой не будет, но и ты с ним не сможешь. - Это как? - Блевать будешь от отвращения к себе или скулить от тоски, сжавшись на полу. В общем, приятного мало, а тут место, где должно быть приятно. Эти штуки блокируют эти его способности. Ну а кандалы, чтобы он с собой не покончил, там есть тоже своя хитрость. Кан снова молча посмотрел на мернля пару минут и вдруг спросил: - А вот ваших рабов, их вообще можно выкупить? Себе? Насовсем? - Не всех, но этого мернля можно, - после разговора о парисе, Вард как-то притих и перестал ёрничать. - Потому что он умирает? - Да, - нехотя, с кривой усмешечкой, признался Вард. - И сколько вы хотите за полудохлую бесполую куклу? - Я здесь не хозяин, Кан. Я почетный гость и не более того. Но я могу договориться, все же я почетный... гость. Позвать сюда управляющего? - Да не надо, я так, из любопытства, - отмахнулся Кан. - Я вот его попробую... а хотя... ну вообще мне интересно, сколько вы запросите за эти кости. Зови! - он усмехнулся. - Я еще про париса хочу спросить. - Парис не продается. - Ну это меня скорее радует. Уверен, к вам уже предложения от его постоянных клиентов поступали. И если вы согласитесь, то вы не раба хозяину продадите, а наоборот. Но я все равно хочу спросить. Управляющий пришел, и Кан засыпал его кучей вопросов про цены и возможности покупки - о парисе, о мернлях, о леди, а фарезаночку на заказ можно, а может и магабрийку достать могут, нет, он не любитель такого, но любопытно. Управляющий уже явно показывал, что ему не нравится такой бурный интерес, но скупо, односложно отвечал. Наконец, Кан сделал вид, что удовлетворил свое теоретическое любопытство и готов перейти к практическому. Он вошел в полутемную комнату, где на постели лежал мернль, глядя невидящим взглядом в потолок. Это было другое помещение, Кану и это предложили выбрать, уверили, что здесь нет никаких следящих устройств и даже предложили воспользоваться сканером. Наконец, он остался наедине со своим выбором, пользоваться которым по назначению у него не было никакого желания, наоборот, он испытывал легкое брезгливое отвращение даже к мысли о такой возможности. Он подошел ближе, медленно, словно подбирался к чему-то ужасному, на что не хотелось смотреть близко, но и преодолеть болезненное любопытство было невозможно. Наверное, когда-то это существо было невероятно красиво... а сейчас, если бы Кан был художником и хотел нарисовать Смерть, то вот так бы и нарисовал... только без кандалов... В этом тоже была доля красоты, но мысль о том, чтобы... осквернить... эту тень живого существа... казалась кощунственной. Кан осторожно присел на край постели, коснулся тонкой, словно прозрачной кисти. - Послушай, я не буду ничего делать, не буду больше тебя трогать, я хочу только поговорить. Мернль не отреагировал, лорд даже не был уверен, что тот его слышит и понимает, хотя говорил он на фарезанском - его-то все народы Федерации знали. - Ладно, я не знаю, слышишь ли ты, но я все равно все это скажу. Я не могу тебе ничего обещать, и я не уверен, что смогу быстро достать такие деньги, которые за тебя запросили. Но я знаю, как их достать. Если совсем ничего не выйдет с деньгами, продам корабль - хотя это все, что у меня осталось. То, что тебя мне продадут, я уже узнал. Хочу тебя выкупить и отвезти на Мерниок. И тут веки мернля дрогнули, глаза расширились и уставились на персилианина - и тому показалось, что на него взглянула Бездна. Мернль судорожно втянул воздух сквозь зубы и зашипел: - Нет! Мне нельзя на Мерниок! Хочешь освободить - убей. Что тебе надо от меня взамен? - Виза на Мерниок, - обреченно проговорил Кан, подозревая, что таким способом этот его план осуществить невозможно. - Зачем? - Меня преследует существо, которое хочет лишить меня воли и превратить в покорную куклу... не так, как с тобой поступили... я буду сам подчиняться и ничего не смогу с этим сделать, буду лишь частично осознавать себя. Знаешь, кто такие парисы? У вас тут есть один, только он, наверное, молодой и глупый, а та тварь очень древняя, проглотившая уже бессчетное количество душ. Ему кое-что надо от меня... целую планету, даже не знаю, зачем. И он не остановится, пока меня не поймает. А на Мерниоке он меня не найдет. Где угодно найдет, только не там. Мернль долго молчал, внимательно изучая персилианина своими бездонными глазами, полными какого-то потустороннего безумия, но, наконец, он, кривя губы, словно от боли, произнес: - Хорошо, отвезешь меня на Мерниок, я сделаю тебе визу, а ты притащишь мне ящик черного хено. Знаешь, что это такое? - Напиток такой, вроде с успокоительным эффектом. - Да, с успокоительным, если перебрать, можно успокоиться навсегда. Так вот привезешь мне его и дашь мне умереть. Я просто буду пить, а ты дашь мне свое шерцево слово лорда, что не станешь отнимать у меня бутылки, и принесешь мне еще, сколько скажу. - Я все это сделаю. Даю слово, что если у меня получится тебя выкупить, я... не стану тебе мешать пить твое хено. - И не станешь звонить спасателям, и не дашь им меня реанимировать. Подождешь, когда у меня остановится сердце и вызовешь кого-нибудь только через час, а лучше на следующий день. - Хорошо, обещаю, что, если ты не передумаешь, я сделаю так, как ты сейчас сказал мне. - Годится, - он облизал пересохшие губы. - Только не слишком тяни с выкупом, а то у меня может все получиться и без твоей помощи... только без хено. - Я постараюсь, но быстро это не получится. У меня еще один долг, который я должен выплатить. Но если бы не этот долг, то я бы сюда не попал. Так что все идет... ну, не правильно, но идет. - Это ты меня так утешаешь? Время для меня больше не имеет значения. И я не передумаю, нечего мне передумывать, я уже не мернль давно, и мне нет места нигде вообще, а на Мерниоке - тем более. Но умереть под хено было бы неплохо... - он сглотнул. - Не то, что подыхать здесь. Пожалуй, я подожду тебя немного. - Клянусь, я не хочу тебя обмануть. Но я влип со всех сторон в такое... в дурные истории, в общем, я не могу обещать даже себе, что завтра буду жив и свободен. Прости. - Я понял. - И прости, что дал надежду, - помолчав, добавил Кан, на душе становилось все паршивее. - Надежды у меня никакой нет, так что про это твои муки совести напрасны... А остальные я тебе оставлю, - и его губы скривились в жуткой усмешке. Кан невольно даже отшатнулся. - Ты... все-таки что-то можешь, несмотря, на это, - лорд кивнул на ошейник. - Ну, конечно, откуда же у персилианина собственная совесть?! - мернль продолжал улыбаться, глаза его давно лишились мертвенной пелены и сейчас недобро блестели. - Я пойду чего-нибудь выпью и просто посижу... где-нибудь там, а ты отдыхай, - Кан сделал движение, чтобы подняться, но костлявые пальцы с неожиданной силой вцепились в его запястье. - Постой, персилианин. Ты мне доставил сегодня удовольствие, теперь моя очередь, - а глаза стали не просто злыми, в них зажегся какой-то жестокий азарт. Кан понял, что держит биосенсоры плотно закрытыми, но чужие эмоции все равно просачиваются, слишком легко он читает в этих жутких глазах, которые, казалось, сейчас занимали половину лица, по-прежнему оставшегося изможденным. - Нет, не надо этого. Я не за этим сюда пришел, - вырываться от этой тени живого существа было глупо, хотя невыносимо хотелось, но Кан остался на месте. - Надо. Ты же собрался меня выкупать, разве нет? Они будут меня мыть после тебя, заметят, что ничего не было... так что надо, а то появятся вопросы, подозрительность, - мернль сел и неестественными рваными движениями забрался к лорду на колени, ткань, в которую он был завернут сползла, обнажив сероватую кожу, обтягивающую выпирающие кости, руки в широких браслетах кандалов обвили шею персилианина. - Ну? Мне самому все делать? Кан сидел, оцепенев: - Может, мы что-нибудь придумаем? Это как-то... - он покачал головой, не в силах выразить свои эмоции словами. - Я тебе отвратителен? - мернль чуть склонил голову с явным любопытством разглядывая оторопевшего персилианина. - Нет, - Кан медленно положил руки ему на талию. - Но я не могу причинить тебе... - он снова не нашел слов. - Так шокировало дело рук своих? - он зло усмехнулся и начал расстегивать персилианину брюки. - Или ты меня так жалеешь? - Я никогда не нападал на граждан Федерации... хотя сегодня привез сюда партию, но меня... - Кан замолчал, не понимая, какого шерца он тут исповедуется. И вспомнил сенатора, что приезжал к нему и увез Мика. Тот был совсем другим, но что-то такое в его взгляде и задевающих его эмоциях он тоже ловил. А этот в блокирующем ошейнике, однако его, Кана, все равно пришибает этими его способностями... а если этот ошейник снять, то что вообще будет? Возбуждения он не чувствовал никакого, он чувствовал себя жутко и мерзко, когда его член, даже не дернувшийся ни разу хотя бы в призраке вибрации, входил в тело абсолютно равнодушного к этой процедуре мернля... хотя нет, не такого уж равнодушного, в лицо персилианина он вглядывался зло и жадно. А говорили, что эта раса напрочь лишена агрессии, а самое крутое вооружение у них исключительно для обороны и как раз является следствием этой самой неагрессивности. - Все хватит, что у нас что-то было, уже будет заметно, - Кан осторожно снял с себя мернля и усадил его на постель, сам поспешно поднявшись. Персилианин быстро разделся и нырнул в традиционный для таких апартаментов бассейн в полу, хотя сейчас хотелось бы просто в душ, смыть-смыть с себя скорее это мерзостное ощущение. Запоздало в голову пришла здравая идея, и Кан, выругавшись себе под нос, выбрался из воды, подхватил задумчиво пялившегося в потолок мернля с постели и запихнул его в бассейн тоже. - Я хочу его купить, - заявил Кан, выйдя из комнаты для утех, - но таких денег он не стоит. Когда степень его дохлости и цена придут в соответствие, свяжитесь со мной. *** Риель со смешанными чувствами ожидал звонка от Кирсагера после возвращения на Мерниок. В том, что тот скоро позвонит, мернль не сомневался, но даже не мог представить, каким будет их разговор после его дикой выходки с, практически, похищением раба и конфиме от Кандагера. И его несколько раздражало, что представить он пытался и не мог отвлечься от этих мыслей. И с Миком из-за этого он почти не общался - отдал его на попечение Мариля и отстранился. Но прошло уже довольно много времени, а Кир не позвонил. Не узнал? Кандагер и сам решил скрыть этот позорный эпизод? От Кирсагера пришло только письмо с черновиком протокола инспекции и парой сухих, официальных фраз, ничего личного... словно это не Кир писал. Или что это? Жестокая обида за сорванные планы? Или все - планы не сошлись, мерниокский сенатор стал неуправляемым, творит неадекватные вещи и больше не стоит с ним общаться? Или точнее сказать, он больше не нужен? Эта мысль отдалась болью. Но ты же сам хотел прекратить эти непрофессиональные отношения! Однако одно дело подозревать, что твои чувства используют, другое дело в этом убедиться. И все же не должно быть так больно... он все-таки не смог устоять - влюбился? В персилианина? С его-то, Риеля, прошлым это совсем нездорово, не говоря уже о вопиющем непрофессионализме как сенатора. Свой вариант протокола Риель тоже отослал, сопроводив запиской в столь же официальном тоне. Чего он, собственно, переживает? Даже если он поддался парису эмоционально, то сделать что-то только на этих чувствах и лишь в угоду планам Кирсагера он не успел, да и не собирался. Наверное. Да нет же, он, наоборот, кажется, что-то разрушил своим поступком. Хотя что? Это была глупость без последствий и не более. На что это вообще могло повлиять?! И теперь все правильно и только по делу. Но отчего же так паршиво-то на душе?! Риель опять плохо спал, а потом, мрачный, пил тэк с тоником, пытаясь выбраться из душевной мути и адекватно принять решение по поводу участия Мерниока в дипломатической экспедиции к Терре. Первое заседание по этому вопросу через две недели и нужно продумать свое выступление и участие в дебатах. И это ведь опять касалось Кирсагера! И решение нужно принимать без эмоций и с ясной головой, а она никак не желала проясняться. Риель плеснул себе в тэк еще тоника и вздрогнул от заставшего его врасплох звонка межпланетной связи. - Доброе утро, сенатор Рихаиэле. - Доброе. А что, я уже не прекрасен и не дорог для вас, сенатор Кирсагер? – однако произнесено это было насмешливо-холодным тоном, как и задумывалось. - Вы прекрасны, как рассвет на Парадизе, мой дорогой сенатор, - улыбнулся парис, но улыбка была недоброй, а чуть усталые глаза (тоже не спал ночью?) горели нездоровым азартом, - и обходитесь мне так дорого, что я загонял весь свой... корпус космополиции, чтобы исправить то, что вы натворили. Едва успел протокол вам составить обещанный. Итак, видите, ночей не сплю, то бюрократия, то гонки. - Я не припомню, чтобы я чего-то такого натворил, чтобы космополицию гонять? - удивленно нахмурился Риель. - Лорд Кандагер сбежал. За пределы Федерации я его, конечно ,не выпустил, но, шерц возьми, недооценил его! Он просто растворился в пределах границ и я... Я! Не могу его найти. Риель не поверил своим ушам, он услышал в голосе париса неприкрытое восхищение этим беглым лордом, и мернля кольнуло незнакомое его расе чувство - но сам он уже знал, что это такое. Ревность. - Что он натворил такого, чтобы за ним всей космополицией гоняться? - холодно поинтересовался Риель, - И при чем здесь я? - Формально на нем был лишь административный арест, иначе он давно был бы уже в кандалах у меня. И он распродал рабов. Тех самых, седьмого класса развития, а то и восьмого. Распродал по черным каналам, куда попало. Я сейчас стараюсь их найти и выкупить. Но речь сейчас не о том. Я не буду вам объяснять при чем здесь вы, думаю, вы и так все прекрасно понимаете. А звоню я, чтобы вас предупредить, Кандагер может вам отомстить. На Мерниоке вы в относительной безопасности, сюда он попасть не сможет. Но я вас очень прошу, мой дорогой, мой прекрасный сенатор, не улетайте с Мерниока без серьезной охраны. А лучше свяжитесь со мной, и я вам выделю эскорт из элитной космополиции. - Я не думаю, что он будет мне мстить. Мик уехал со мной по доброй воле, - Риель сам не знал, почему он не собирается говорить Киру о том, что с лордом они уже поговорили, и тот его отпустил с миром. И он почему-то ему верит. - И все же послушайтесь меня, хотя бы один раз, Риель. Уж тут вы, надеюсь, не усматриваете моей выгоды в политических интригах? Если он с вами свяжется, или вы получите какие-то странные сообщения или угрозы, пожалуйста, сообщите мне. Или даже просто что-то странное произойдет, не разбирайтесь с этим в одиночку. - Я думаю, вы преувеличиваете опасность. Всего лишь административное нарушение. А продажа рабов - для него это всего лишь вещи. И опять же не более, чем нарушение финансовых предписаний. Или главное преступление Кандагера - это то, что он посмел сбежать от вас? Кир улыбнулся и, помолчав, просто ответил: - Да. - Мы оба ослушались вас, верно? Оба не стали играть по вашим правилам, исполнять заготовленные нам роли. И теперь вы злитесь... - Что вы, мой невыносимо прекрасный сенатор, я вами восхищаюсь! Опасный хищник, который самозабвенно играл со своими жертвами, но те внезапно увернулись от очередного спокойного, но бесконечно выверенного движения мягкой, пока еще без когтей, лапы, и хищник оживился, зажглись настоящим охотничьим азартом глаза, исчезла расслабленная грация, хищник выпустил когти... Риель едва удержался, чтобы не вздрогнуть от внезапно нахлынувших ассоциаций. - Спасибо за заботу, сенатор Кирсагер. Но я считаю, что Мерниок может самостоятельно позаботиться о безопасности своего сенатора. - Риель, - очень мягким тоном, словно уловив произошедшую в сенаторе перемену, проговорил Кир, - я просто тебя прошу, пожалуйста, будь осторожен. - Я принял к сведению ваши слова, - Риель не поддержал перехода на более личный тон. Кир вздохнул, его взгляд потускнел, окончательно уступив усталости. - Хорошего дня, сенатор Рихаиэле. И извините меня за излишнее беспокойство, - слова снова были официальными, но грустная, чуть усталая улыбка на прощание уже не вязалась с образом хищника. Окно связи схлопнулось, Риель еще постоял рядом, раздумывая. Кир, какой он настоящий? Хищник, безусловно, хищник. И то, что он иногда теряет контроль, и это выглядывает из него - настоящее. Вопрос только - как этот хищник относится к нему, к Риелю? Мернли привыкли, что могут заставить любого зверя на своей планете тихо лечь у ног. Этого не заставишь... только если сам захочет... Правда, этот предпочитает сам других укладывать. Риель прошел на кухню, налил себе еще тэка, щедро плеснув в него тоника, и открыл документы по проекту дипломатической миссии к Терре. Кир успел развернуть бурную деятельность, уже вовсю строилась база на одной из безжизненных планет, и Фарезан принимал активное участие, даже Дебиан включился в работу - денег у них свободных не было, зато было много рабочей силы. И они, вроде как, даже были добровольцами, но эта работа - бесценный опыт, к тому же Риель всерьез подозревал, что им еще что-то перепадало лично от Кирсагера. В новостях проскользнула новость, что Дебиан получил крупную партию строительной техники и еще обновил транспортный флот. На какие деньги? Планета нищенствует. Кир мог выдать им это все бесплатно? Он так фантастически богат? И взамен на что? В бескорыстную благотворительность персилианина Риель не верил. Просто за то, что Дебиан поддержал проект? И еще он знал, что переговоры с Тенессурой начались. Аристократия даже прислала своих делегатов просмотреть на строящуюся базу и проекты оснащения кораблей, участвующих в дипмиссии. И Мерниоку пора тоже решать - участвуют они или нет. Риелю, как основному сенатору, представляющему международную политику своей планеты, надо было написать экспертную резолюцию о проекте для Совета Мерниока. Риель подозревал, что это такое наказание от Таримаэле за то, что решение по этому, на наивный взгляд мернлей, простому вопросу обросло такими сложностями. Риель неизменно высказывался против участия в проекте. А высказываться он умел - Таримаэле решил исключить из влияния на совет ораторское искусство "несравненного Рихаиэле" - и пусть-ка оный несравненный беспристрастно изложит все аргументы письменно. Хотя, все равно потом будет заседание с дебатами уже по поводу резолюции, так что это все были какие-то ритуальные танцы, чтобы все-таки принять решение. И Риель честно читал все сводки и новости. И, на первый взгляд, от этого треклятого проекта были сплошная польза и развитие. И Кирсагер выглядел этаким благодетелем Федерации. А Риель все искал подвох и тайные мотивы. А, может, Мик прав? Может, все это только ради популярности? Ведь никто теперь, наверное, даже не удивится, если Кирсагер в следующем цикле станет Председателем. Хотя большинство в Сенате по-прежнему у Фарезана... но и это может измениться... Риель и прочие все выдумывают великий злодейский план и военный захват власти Кирсагером, а он пока это сделает без единого выстрела, просто вот такими действиями... И за это его Риель обвинять не станет. Это честный путь политика. К тому же это выборная должность, и она не дает какой-то особенной власти. Всего лишь дополнительное влияние на Сенат и те вопросы, которые там будут обсуждаться. Но Кир и этим сумеет воспользоваться - это он умеет виртуозно. И, тем не менее, резолюцию Риель написал отрицательную. Ему по-прежнему не нравилось участие Мерниока в планах Кирсагера. Пусть Риель ошибается, пусть это даже в какой-то мере продиктовано лишь интуицией... а она в свою очередь подвержена эмоциям. Пусть это даже не совсем профессионально. Он своего решения не изменит. Эта экспедиция - странное и нелогичное предприятие, и истинные мотивы его не озвучены. И, теоретически, персилиане и терране (потому что они тоже будут участвовать) получат доступ к мерниокским технологиям. Это конечно наполовину из области фантастики - Мерниок будет всего лишь участвовать в самом современном оснащении кораблей, раз уж мернли тоже полетят, но слухи об уникальных способностях терран к копированию технологий все равно тревожат. А мернли - малочисленная раса и в условиях того, что персилиане приобретают все большее влияние в Федерации, технологии, идущие на несколько шагов впереди них - единственная гарантия безопасности Мерниока. Поэтому - нет. Мерниок и без этой сомнительной дипмиссии обойдется. Ну или по крайней мере Риель в этом решении повинен не будет. *** Кан не скрывал своего мрачного настроения, молча пил ралифи и никак не реагировал на испытующий взгляд Вардангера. - Твой кредитный лимит стремится ко дну, - Вард сказал это спокойно, без обычного своего ёрничания. - Я бы бросил игру, да у нас договор, - отозвался Кан. - Что, если я хочу тебе немного помочь? - а вот и знакомая вардовская усмешка. - Увеличишь лимит в надежде, что хваленая удача Блуждающего все-таки не миф, а просто она тоже... блуждающая? - Нет, - он раскрыл ладонь, там лежал морикс, обычный такой, ничем не выделяющийся, но... - Это то, что я думаю? - холодно спросил Кан. - Он немного волшебный, поможет вернуть удачу, - Вард улыбнулся одной из своих самых неприятных улыбок, - но, конечно, использовать ты его будешь только когда я скажу. - Не буду. - Кан, я ценю твое благородство, честь там... и прочие устаревшие вещи, но советую немного подумать... сейчас я предлагаю тебе возможность отыграться. Когда ты достигнешь дна... я буду уже... не такой дружелюбный. - Мой ответ "нет". - Кан, ты осознаешь, что такое дно? - Осознаю. - Ты станешь моей вещью, если не сможешь расплатиться. - Я тебя понял, Вард. Нет. Вардангер осуждающе покачал головой и жестом показал, что разговор окончен. Кан развернулся и вышел. В каюте нашлось пойло покрепче, он залил в себя рюмку и уставился в пространство. Он некоторое время молчал и даже не шевелился, потом встал и как во сне подошел к сейфу, покопался в нем и извлек на свет маленький кусочек пластика с замысловатым вензелем. Он мог позвонить Кирсагеру прямо сейчас, иногда ему казалось, что достаточно мысленно призвать его и тот явится за ним, словно демон из Бездны. Но если позвонить, то точно явится, и уж Вард ему не помеха... Только если парис его вытащит от Варда, то у Кана больше не останется даже иллюзии сопротивления. Раз уж сам сдался в руки парису, придется подчиняться... Кан вздрогнул и с отвращением отбросил визитку. Да что с ним такое!? Он еще даже до конца не проигрался, а уже думает о том, чтобы самолично проситься к парису?! Неужели яд этой твари уже проник в него всего лишь от пары прикосновений? Кан решительно подошел к проклятому кусочку пластика, поднял его с пола, собираясь выбросить в утилизатор, он даже занес руку над зевом... и не смог разжать пальцы. Вещью Варда он становиться не собирался... всегда оставался достойный выход... из шлюза... без скафандра... Да и Вард будет рвать и метать, что потерял столько денег. Но Кану придется нарушить клятву, которую он дал богам - да и прежде всего самому себе - над прахом своего отца. - Я еще не проиграл, - сказал себе вслух Кан, но визитку все-таки убрал обратно в сейф.