Вернуть твою улыбку

Вначале я даже подойти к лошади боюсь. Она же такая... высокая... как вообще можно считать верховую езду развлечением? Аларика почти разрывает от смеха при наблюдении за моими жалкими попытками взобраться в седло. Кто умеет обращаться с лошадьми - это Тайлер. Но когда он предложил дать мне урок верховой езды, я отказалась: стоило мне увидеть Фиону - кобылу, которую он подвел ко мне, я поняла, что позорно выпаду из седла, а мои юбки окажутся на голове. Показывать себя не в лучшем свете перед возлюбленным не захочет ни одна девушка. - Елена, я думал, это будет не так ужасно. Когда вслед за Алариком раздается ржание Рози - так зовут лошадь, - мое терпение лопается. - Я никогда не смогу... Аларик вздыхает: - Ты себя недооцениваешь. Неужели ты никогда не каталась на лошади? - Никогда. - Следовало мне сказать, - ворчит на меня Рик и подойдя ко мне, с легкостью подхватывает меня на руки и усаживает в седло. Он мне не поверил?! Но я уже на лошади, деваться некуда: не прыгать же. Я едва сдерживаю визг восторга и страха одновременно. А мой мучитель тем временем всучивает мне в руки поводья. Рози волнуется, она готова пуститься в галоп, но я волнуюсь еще больше и, осторожно наклонившись, глажу ее по густой гриве. "Не сбрось меня, милая". Зря я это сделала! В тот же момент лошадь сорвалась с места, а так как я выпустила поводья, чтобы погладить ее, то едва не вылетела из седла. Рик что-то кричит мне, но сейчас я занята одним: не упасть со спины Рози. Сжав ногами бока лошади, я нахожу поводья и выпрямляюсь, хотя это сложно. Хочется пригнуться, а лучше, оказаться на твердой земле. - Елена, ты лгала мне! Ты отлично справляешься! Врет и не краснеет. - А теперь за мной, - он пришпоривает Волка, и Рози устремляется за ним. Эта лошадь сама себе на уме. Но через несколько минут я решаюсь распрямиться, потому что спина болит и потому, что я до сих пор не упала. И вдруг ощущение свободы накатывает и обнимает меня. Солнечные лучи ласкают кожу, и я невольно любуюсь зеленым полем, раскинувшимся вокруг. Ни души, кроме нас с Риком, но он далеко впереди, и мне кажется, что пожелай я - могу ускакать прямо сейчас, навстречу закату. Навстречу настоящей свободе. Но это ощущение недолгое. Потому что Рози словно чувствует, когда следует сбросить меня с небес на землю, ну или попытаться выбросить из седла. Как только конь Аларика разворачивается и скачет ко мне, лошадь резко останавливается, становится на дыбы, и меня отбрасывает назад. Как еще я не повисла беспомощно вниз головой, сумев удержаться и в этот раз? И вдруг я чувствую, что Рози прекратила попытки показать мне, кто из нас главный. Чьи-то руки бережно снимают меня с седла, и не успеваю опомниться, как оказываюсь прижата к кому-то, пахнущему дорогими мужскими духами. И это явно не Аларик. - Вы в порядке? Завораживающий своей бархатностью мужской голос заставляет меня опомниться, но едва я делаю попытку высвободиться, как меня тут же отпускают. Передо мной стоит молодой светловолосый мужчина, вампир, обеспокоенно глядящий на подъехавшего Аларика. - Скажите что-то, - просит он. - Елена, вероятно, испугалась. Это я виноват, не поверил, что она боится лошадей, - оправдывается Рик, впрочем, не слишком мучимый совестью, судя по его широкой улыбке. Незнакомец смотрит на меня с интересом, но едва я замечаю его взгляд, он поворачивается к Аларику, словно не желая смущать меня. - Рик, мне кажется, тебе следует извиниться перед леди и представить меня, наконец, - требовательно говорит он. Леди? Забытое обращение. Аларик не применяет его по отношению ко мне, а я отучаю себя на него отзываться. - Мой друг Стефан Сальваторе, Елена. Тот самый, о котором я рассказывал тебе. Брат Деймона? Я представляла его иначе, несмотря на то, что по всему дому его портреты. Странно, что я не узнала его. Но вопреки увиденному, мне казалось, что брат Деймона Сальваторе обязан быть таким же жгучим брюнетом. - Надеюсь, ничего жуткого? - с притворным испугом осведомляется Стефан и предлагает мне руку. - Разве что вы хотите снова попробовать... Рози? Нет уж. Кобыла явно солидарна со мной. Она довольно фыркает, когда Аларик берет ее за поводья и вместе с Волком ведет в конюшню. Рада, что избавилась от Елены Гилберт, правда? Я чуть было не показала лошади язык, и думаю, не удержалась бы, если бы меня видел только Рик. - Только хорошее, поверьте, - уверяю я Стефана. "В отличие от Деймона Сальваторе". - Рад слышать. И не представляете, как рад видеть Вас. Аларик редко знакомит меня с такими очаровательными девушками. - Потому что Дженна мне голову оторвет, - вклинивается еще не ушедший далеко Аларик. Отчего мне кажется, что Стефан искренен? Он похож на глоток свежего воздуха среди всего темного ужаса, который я испытываю. Не приторная веселость Аларика, не холодная вежливость Деймона и его напускной интерес ко мне, а нормальная симпатия, которой я прониклась к Стефану Сальваторе сразу же, и надеюсь, какую внушила ему. И тем хуже для меня, потому что очень скоро Стефан узнает, что я уже никакая не леди. - Елена, дорогая, ты должна пойти со мной, - едва мы входим в дом, появляется Бонни. - Это важно! Я оглядываюсь на Стефана Сальваторе, который отпускает мою руку с явным сожалением, выражая надежду, что увидит меня за ужином. Но я сосредоточена на взволнованной подруге. - Что произошло? Ведьма опускает взгляд, что так непохоже на прямолинейную Бонни, которая редко смущается и нервничает. - Я просто хотела предупредить тебя. Никогда не влезаю в чужие дела, это мое правило. Конечно, полезный принцип для той, кто может видеть будущее. И уж точно знающей, на чем основывать свои советы. В комнате Бонни царит полнейший беспорядок, и давешняя коробка из-под конфет, уже пустая, валяется на полу. Машинально наклоняюсь и поднимаю ее. - Я боюсь тебя расстроить, - признается ведьма. - Пожалуйста, Бонни, ты меня пугаешь. - Я просто хотела помочь. Такая девушка, как ты, не должна достаться Деймону Сальваторе. Вообще, я против этих всех ужасных вещей, Рынка. Надеюсь, ты не сочтешь это... - Бонни! - Воспользовавшись своими связями, я попросила Карину, ведьму, принадлежащую к нашему Ковену, передать весточку о тебе... Карина живет в Мистик-Фоллз, уже давно, и она знает всех. Довольно пожилая и мудрая женщина... Глубоко во мне, там, где сердце, рождается и медленно распространяется по всему телу пронизывающий холод. Еще не произнесенные ведьмой слова уже эхом в моей голове - больно, я зажмуриваюсь от этой внезапной боли. - Что ты сделала, Бонни? - Карина говорила с Тайлером Локвудом о тебе, Елена. И тебе нужно знать, что он ответил.