Вернуть твою улыбку

А я уже давно потерял счёт дням - Сколько их прошло уже не знаю и сам. И почти не жду, что найду ответ - Ты была реальна или это мой бред? Я тебя создал по обрывкам снов, С чистого листа рисуя эту любовь. И в какой - то миг ощутив твой пульс, Думал - это сон, и так жалел, что проснусь.

Проснувшись утром в своей комнате, я встречаюсь глазами с встревоженной Эдной. - Ты всех перепугала, особенно хозяина! Отчего не сказала господину Аларику, что лошадей боишься? Но в голосе Эдны нет укора, только беспокойство обо мне. Странно, но я успела привязаться к этой женщине, не слишком общительной, но доброй. И ее тревога кажется искренней. - Я не знала, что так будет... В голове все еще теснятся обрывочные воспоминания о дяде Джоне, и с запоздалым сожалением я вспоминаю, что говорила вслух. Что я успела рассказать тому, кто подхватил меня на руки - Аларику, Стефану... или Деймону? Не сболтнула ли лишнего о Тайлере... Имя возлюбленного режет по сердцу как кинжал по свежей, не успевшей зажить ране. - Девочка, ты играешь с огнем. Я настораживаюсь, не понимая, о чем идет речь. - Лучше бы потрудилась понравиться хозяину, и он оставил бы тебя при себе. Зачем тебе его брат? Он слишком... весь из себя, - заканчивает недовольно Эдна. - Причем здесь Деймон Сальваторе? - Он тебя на руках принес, дом едва вверх дном не перевернул, пока Бонни не показала ему твою комнату. Меня как раз не было, а другие служанки так его боятся... - Боятся? - Напоследок заявил, что Стефан плохо о тебе заботится. Стефан-то! Хозяин хороший, добрый, он никогда... А вот его брат - отвратителен. О нем столько говорят! Что говорят о Деймоне Сальваторе, мне известно, и из уст самого приближенного к нему источника - его лучшего друга. Аларик Зальцман потрудился, чтобы я не питала иллюзий на счет его драгоценного приятеля. Чем больше узнаю, тем меньше удивляюсь, что Кэтрин Пирс выбрала Элайджу Майклсона, хотя тот для меня темная лошадка. - Эдна, ты же знаешь, что я не могу выбирать, - вяло отмахиваюсь от переживающей не на шутку женщины. - Девушка, да еще такая красивая, всегда может! - с лукавым выражением лица заявляет мне Эдна. - Уж не предлагаешь ли ты мне соблазнить твоего хозяина?! Опустив глаза, женщина тихо, но твердо говорит: - Лучше так, чем быть игрушкой Деймона Сальваторе. Ей ничего не известно о сделке, и поэтому не спешу ее разубеждать. Бесполезно спорить, ведь я решила, что буду делать. Мне есть ради чего стараться. А несвязные фразы Стефана, которые я слышала в саду - еще не повод считать, что он влюбился в меня по самые уши и предлагает билет на свободу. Лучшее, что я могу получить - положение содержанки. Никакой работы по дому, занятия у меня будут другие. И я прихожу к единственно правильному для меня выводу. Свобода стоит Деймона Сальваторе. Не расстаюсь с этой мыслью и тогда, когда оказываюсь в своем новом доме. Стремление хозяина дома выделиться сыграло свою роль - особняк Деймона просто роскошен. Если Стефан, скорее всего, делал ставку на уют и удобство, то у Деймона в доме обнаружился даже зал для приемов. Я оглядываюсь по сторонам, стараясь делать это как можно незаметнее, но любопытство берет свое. Раз я сделала выбор и возврата назад нет, нужно получать удовольствие от того, во что ввязалась. Кэролайн сейчас бы выругала меня. И была бы права. Я поступаю бесчестно по отношению к Деймону. Я буду маячить у него перед глазами, напоминая о потерянной возлюбленной. С другой стороны, он мог бы отказаться забрать меня у Аларика. В самом деле, ведь это у него был выбор, а меня никто не спрашивал. Та беседа с Алариком - лишь подтверждение. Так мышь просовывает голову в мышеловку за вожделенным кусочком сыра - запертая в пустой кладовке мышь. - Тебе нравится? - я не ожидала от Деймона такого вопроса. Мы проходим через длинный коридор, сплошь устланный красным узорчатым ковром. На стенах - портреты, множество лиц, каждое из которых имеет сходство с Деймоном и Стефаном Сальваторе. "Да, мне очень нравится". Ложь. - Ваши предки? - изобретаю нейтральный ответ, на самом деле ответом не являющийся. - Не позволить забыть - вот для чего они здесь. Прошлое - важная часть настоящего, Елена. При том, что настоящее каждую секунду становится прошлым, его значение трудно переоценить. У них есть чему поучиться, ведь когда-то они были мной. Я подумал, что ты сама захочешь выбрать свою комнату. Нельзя доверять такое мужчинам, правда? Я сдержанно улыбаюсь, когда Деймон открывает передо мной несколько дверей. Комнат в его доме предостаточно, и те, что он предложил мне, почти одинаковые - за исключением цветов, в которых выполнены и стены, и ковры, и мебель. Нужно ли говорить, что каждая из них - просто дворец по сравнению с моей комнаткой в доме Стефана? - Это слишком для меня, - наконец отвечаю я. - Ведь я просто... - Елена! - Деймон вдруг перехватывает мои руки, которыми я хотела закрыть лицо, и смотрит на меня так, будто хочет проникнуть своими голубыми глазами прямо в душу. - Я могу позволить себе это, а значит, ты тоже. Поверь, я хочу, чтобы у тебя было... все самое лучшее. С чего такая забота? Я ни на секунду не покупаюсь на эту уловку. Деймон Сальваторе известный донжуан, и хотя потерять голову мне не грозит - Тайлер все еще в моем сердце, - все же приходится напомнить себе об этом. Решаю больше не испытывать его терпение и не давать повода для еще какой-нибудь проникновенной фразы. - Тогда вот эта, - я вхожу в сине-голубую комнату. Здесь просто замечательно: на полу ковер с густым ворсом, в котором, кажется, можно утонуть. На потолке -звездное небо, подозреваю, что ночью оно будет сверкать и переливаться. Эдна рассказывала мне о таком. На стенах - картины с изображением леса, воды, неба... Безумно красивые, кстати. Синяя комната показалась мне самой уютной. - Она не Кэтрин, - доносится до моего слуха, я оборачиваюсь, но Деймон молчит. - Вы звали меня? - Нет, - спохватывается он, видимо, не догадываясь, что произнес это вслух. - Елена, я могу попросить тебя кое о чем? - Я вас слушаю. - Прекрати обращаться ко мне так официально. Я хочу быть для тебя Деймоном. Просто Деймоном. Как вчера... Теперь настал мой черед удивляться. Ведь я вовсе не была уверена, что говорила вслух. Что я еще рассказала? - Конечно... - Деймон. - Деймон, - послушно повторяю я. - Спасибо, комната чудесная. Мне здесь очень нравится. - Я думал, чем занять тебя, - произносит он задумчиво, словно ожидая, что я сама найду ответ на этот вопрос. Одна из сомнительных привилегий рабыни - не заботиться о будущем. Это делают господа. - Кажется, верховая езда исключается. - О да! - Не хватало мне еще одной Рози. Мне непонятно, с чего он вдруг так переменился? Помнится, в нашу первую встречу он согласился забрать меня лишь потому, что Аларик предложил отдать меня Стефану. Не предполагала, что Деймон будет заботиться о моем досуге. Он вовсе не обязан это делать. В доме Стефана я занималась большую часть времени, слушая Аларика и помогая Эдне, ну и конечно, общалась с Бонни, когда ведьма была не занята. Опасаясь, что Деймона интересует только мое тело, я тем не менее решила, что не позволю этому случиться как можно дольше. Мужчины не ценят быстрые победы, а мне нужно удерживать внимание целых два месяца, склонить его к выполнению моей просьбы. Я снова вспоминаю Кэролайн - моя подруга, услышав такое, заявила бы, что из меня плохая интриганка. Это и в самом деле так. - Поговорим откровенно? - предлагает Деймон. - Понимаю, что ты не мечтала о такой судьбе. Никто не мечтает. Но я обещаю не причинить тебе вреда. Взамен прошу только одного. - Чего же? - Никогда не лги мне. Позволь предположить, что ты слышала наш с Риком разговор. Так ведь? Я киваю. Он ведь просил не лгать. - Ты похожа на Кэтрин как две капли воды. Феномен двойников мне известен. Не могу представить, что вообразил себе Аларик... Лучше не представлять. - ... но я не мог отдать тебя Стефану. Ты особенная. Не только потому, что твоими глазами на меня смотрит Кэтрин. В этот момент хочется крикнуть, что я вовсе не Кэтрин. Мои глаза только мои. Там нет девушки, растоптавшей его чувства. Не нужно меня с ней сравнивать. Но точно так же, как невозможно противостояние между мной и Деймоном, невозможно добиться того, чтобы он не сравнивал нас. Деймон продолжает, и выглядит он странно - сконфуженным. - Но получив тебя, я не представляю, что делать. Ты живая девушка, Елена, у тебя есть свои чувства, желания, мысли. Возможно, ты меня ненавидишь. - Вовсе нет... - Нельзя было считать, что я верну Кэтрин, поселив тебя в своем доме. Поэтому, сейчас я спрошу в первый и последний раз - если ты хочешь вернуться к Стефану, пусть так и будет. - И уже прежний Деймон саркастически добавляет: - Я видел, что вы нашли общий язык. Он был искренен со мной, я поняла это. Единственное объяснение - моя схожесть с его возлюбленной, потому что никто не стал бы изливать душу незнакомой, по сути, девушке, да еще и рабыне. Да еще и спрашивать ее согласия на что либо. Я не могу вернуться, Деймон. Ты этого не знаешь, но любой ценой я должна остаться здесь. - Не скучаю по Аларику нисколечко, - я ловлю его взгляд, подражая манере Деймона "удерживать" собеседника глазами. "И ты хочешь, чтобы я сказала "нет", Деймон. Ты все еще веришь, что проснувшись однажды, увидишь Кэтрин. Но это буду только я." - Почему? - вампир прожигает меня глазами, обратив мое оружие против меня. И спрашивает он не об Аларике. - Елена... - Я не могу сказать, почему, - совершенно честно, ведь я действительно не могу этого рассказать. И замолкаю, не в силах придумать что-то еще. В голове разные глупые фразы, но мне нужна лишь одна. - В похожем доме жил мой дядя Джон, - едва возникнув, эта мысль обретается на губах, - и могу сказать только, что здесь я впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности. Абсолютно бредовая фраза, на мой взгляд. Наверное, я кажусь Деймону Сальваторе дурочкой, непонятно о чем думающей и то же говорящей. Но он вдруг улыбается мне, светло и искренне - словно я сделала ему подарок. Может, следовало сказать, что он похож на Джона? Да, интриганка из меня просто ужасная. Мадам де Монтеспан* со смеху умерла бы, будь она свидетельницей моих терзаний. Деймон Сальваторе ассоциируется у меня с родственником! Тем лучше, что первая глупость вырвалась у меня сразу. Теперь я не могу произнести вторую. Деймон все еще выглядит смущенным. Он не играет, определенно, и значит, у меня есть шанс. - А я не хочу тебя возвращать. И тоже не могу сказать почему. "Из-за Кэтрин. Я же знаю! Ты можешь произносить ее имя при мне, ведь я только ее блеклая копия." Но я благоразумно молчу. И жду, пока Сальваторе соберется с мыслями и закончит ответ, который решит мою дальнейшую судьбу. - Елена, ты не хочешь сопровождать меня завтра вечером на одном очень скучном мероприятии? Возможно, в твоем обществе оно окажется менее утомительным. - Конечно, - я согласно киваю, в душе празднуя победу. Я смогла остаться, и Деймон Сальваторе не намерен ссылать меня на кухню или еще куда, чтоб на глаза не попадалась. Оставшись одна, бросаюсь к окну. Из моей комнаты в доме Стефана Сальваторе был виден сад и улица. Я могла часами наблюдать за оживленной толпой, спешащей по своим делам - дамы в пышных платьях под руку с важными господами, служанки с покупками, кучер, открывающий дверцу кареты... Но открывшийся мне сейчас вид поражает. Никаких красок не хватит, чтобы описать синеву моря, которой я невольно залюбовалась. Пустынный пляж совсем недалеко от дома и возможно, мне удастся уговорить Деймона отпустить меня туда на прогулку... Никогда не видела море так близко. Прижимаюсь щекой к стеклу и не сразу замечаю, что оно становится мокрым. Я оплакиваю прошлую жизнь, окончательно и в последний раз, чтобы больше не оглядываться туда. Мое прошлое должно остаться прошлым, и если Тайлер отказался от меня, я не стану даже в мыслях его преследовать. Я полагала, что буду страдать долго и тяжело, но странно - с этими слезами уходит и боль, словно я выплакала ту часть себя, которая любила Тайлера Локвуда. Мне не безразлично, нет, но просто теперь я могу спокойно думать о том, чего не хотела замечать раньше. Он никогда не любил меня. Он использовал меня, потому что Хейли ревновала, а ему это льстило. И если быть честной до конца, еще и потому, что он ни одной юбки не пропускал. Ясность ситуации меня поражает, как и былая глупость. И я не смахиваю слезы, позволяя прошлому поглотить эту наивную, безнадежную любовь. Там ей и место, как и моим воспоминаниям, связанным с Тайлером Локвудом. *Мадам де Монтеспан - фаворитка короля Франции Людовика XIV, одна из влиятельнейших женщин своего времени.