Вернуть твою улыбку

Я подумала о том, что произошло бы, окажись я на месте другой девушки. Неприятным холодком эта мысль прошлась по коже, заставив меня вздрогнуть и открыть глаза, потому что я больше не могла выносить зрелища, которое любезно предоставляла моя память всякий раз, как опускались мои веки. Это было больно. Но той девушке было в тысячу раз больнее. Мой же комфорт был поколеблен лишь потому, что я осознала: ничем помочь ей не смогла бы. Сострадание изредка бывает лишним, а в этом случае я не могла сбежать от него, как не могла убежать от себя самой. Я просто сделала то же, что и другие. Я молчала и смотрела, а после, когда все закончилось, ушла, не оборачиваясь. Ведь я играла свою роль до конца. А знатной леди нет дела до гибели беглой рабыни, наказанной согласно букве закона. Я шла по улице, вцепившись в платье судорожно сжатыми пальцами. Солнечные лучи не согревали меня, больше того, мне было холодно. Я подумала о том, что должна успеть вернуться в дом до приезда Деймона и Аларика, и это придало мне сил - я ускорила шаг. Прохожие неодобрительно косились на меня, почти бегущую по улице, но это мало трогало меня. Крик казненной девушки эхом стоял в ушах. Неужели кто-то дал право людям, вампирам и вервольфам обращаться друг с другом жестоко и решать, кто достоин жизни, а кто нет? Это было способом добиться повиновения, но в чем вина несчастной рабыни, пожелавшей обрести свободу? Кто обладает властью решить, какой должна быть судьба того или иного существа? Я стояла там и смотрела, а после поймала ее взгляд. Обреченная, она смотрела прямо и независимо, будто теперь наконец получила право выбора. Но заплатила слишком дорого. Права ли была Кэролайн, когда сказала, что следует смириться? Что бы сказала она, если бы ей довелось оказаться в толпе, бесстрастно и даже с некоторым торжеством наблюдающей за казнью? Кэролайн, возможно, было известно немного больше, чем мне. Она предупреждала меня, что произойдет, вздумай я проявить неповиновение. Но в тот момент я не верила в реальность происходящего. Как в сказочном сне, мне виделся Тайлер, бросившийся на поиски и спасший меня и Кэролайн, и мое возвращение домой - и недели не пройдет! Я резко остановилась, чтобы перевести дух, и оглянулась по сторонам. Я почти пришла, и особняк Деймона уже был виден - несколько минут, и я окажусь за его надежными стенами. Сейчас дом моего хозяина казался мне самым лучшим убежищем. Там никто не причинит мне зла. Вот она, мораль: делай, что говорят, и тогда с тобой будет все в порядке. Повинуйся, и тебе не причинят боли. Смирись, Елена, оставь мечты о свободе и прими к сведению предостережения Кэтрин Пирс, иначе окажешься там, на площади, и... - Леди Кэтрин? Я обернулась, холодно взглянув на мужчину, обратившегося ко мне. - Одна, без экипажа, на краю города? Не ожидал увидеть... - Как и я вас, - лихорадочно соображая, как отделаться от Никлауса Майклсона поскорее, я решила поставить на надменный вид и сослаться на дела. - Позвольте, я спешу. Была рада увидеться. - Неужели? Уделите же мне несколько минут, леди Пирс, если действительно рады. Я хочу узнать, как мой брат... - Так спросите у него сами! - После моей небольшой шутки брат не желает меня видеть. Вы же сами обещали мне протекцию... - Никлаус виновато улыбнулся, но я не собиралась обращать внимание на его уловки. - Что вы имеете в виду? - Замолвить за меня словечко перед Элайджей. Он прислушается к вам. Я очень переживаю, - по его виду и блеснувшему в глазах веселью можно было предположить, что Никлаус не переживает вовсе, - знаете поговорку Майклсонов? "Семья превыше всего", - процитировал он. - Вы ничего не чувствуете, - по внезапному наитию произнесла я, но Никлаус и не думал смутиться. Я вздернула подбородок и пошла прочь, но он догнал меня и взял за руку. - Кэтрин, постойте. Я знаю, куда вы направляетесь, и обещаю, что это останется нашей тайной. У Кэтрин есть общие тайны с братом ее жениха? Если бы у меня было побольше времени, непременно разузнала бы, в чем дело. Владеть чужой тайной значит владеть собственностью, которая никогда не потеряет в цене. Откуда у меня такие мысли? Вероятно, сказывается общение с таким коварным дельцом, как Деймон Сальваторе. - Мне некогда вести беседы! - Тогда передайте мои лучшие пожелания Бонни Беннет, - холодно ответил он. - Я могу хотя бы сопровождать тебя до ее дома, Кэтрин? Я удивленно взглянула на вампира, отчаянно желая узнать, кто же такая Бонни Беннет. - Неуместная фамильярность, - отрезала я. - Отлично справлюсь сама. - Ты не должна сердиться на меня, Кэтрин. Я никогда не стремился встать между тобой и Элайджей, - заявил вампир. Мой внутренний детектив торжествовал. Значит, я догадалась правильно, и между Кэтрин Пирс и братом ее жениха что-то было. - Я хочу оставить прошлое в прошлом, - проговорила я. - Пожалуйста, Никлаус. Это возымело действие. Вампир тотчас отпустил меня. - Я поговорю с Элайджей, - пообещала я, и почти бегом бросилась по улице. Обернувшись перед поворотом, я обнаружила, что Никлаус Майклсон не преследует меня. К дому Сальваторе подъехал экипаж, и я стремглав бросилась к задней двери в саду, чтобы успеть умыть лицо и привести себя в порядок, будто я весь день провела, скажем, в библиотеке. Но стереть взгляд той девушки с лица я не смогла. Деймон словно мог угадать мои мысли. Он протянул мне обвитую лентами коробку. Аларик подмигнул мне, указывая глазами на большой красный шелковый бант. - Мы хотели предложить тебе пройтись после ужина. Наверное, ты скучаешь в одиночестве, - начал Рик, хитро поглядывая то на меня, то на Деймона. Рассказать мне ему было порядком нечего. Деймон Сальваторе вел себя, как настоящий джентльмен. Относился ко мне как к сестре и выполнял любые просьбы, а я старалась не просить. Приберегала возможность. Он предоставил мне полную свободу действий в доме, я могла заниматься чем хочу. И выходить не запрещал, но подчеркнул, что ему не хотелось бы этого. Впервые побывав на улицах Нового Орлеана одной, я поняла, почему - толпа, раскаленное солнце, несущиеся по дороге тяжелые груженые повозки. Я вынуждена была закрыть глаза и уши руками, так напугал рассредоточил меня шум города. Но вскоре я привыкла и уходила гулять в отсутствие Деймона когда хотелось. Следила за временем и возвращалась к его приезду. Единственное, на что я не могла решиться - найти Кэролайн. Я знала, где находится дом Майклсонов, но торчать под высокими стенами было бы, в меньшей степени, неразумно, а в большей, опасно. Никлаус мог узнать меня, да кто угодно, и тогда мой план провалился бы. Многие уже забыли, что Деймон Сальваторе привел на бал друга с собой спутницу, как две капли воды похожую на леди Пирс, а многие спутали меня с ней, как Никлаус Майклсон. Но людям ничего не стоит вспомнить. И сложить два плюс два. Что ждет меня в таком случае? Деймон не станет наказывать меня, но доверять тоже перестанет. И я старательно избегала прогулок у дома Майклсонов. К тому же, я никак не могла понять, кто я для Деймона Сальваторе. Я не его женщина, я не друг ему, потому что этот мужчина априори не может быть другом девушке. Он не пытается соблазнить меня и даже не думает мне приказывать. Он заботится обо мне, если невмешательство в мою жизнь можно назвать заботой. Но в отношении ко мне всегда чувствуется какая-то настороженность, словно вот-вот, и он ожидает увидеть Кэтрин. Я научилась скрывать свою неприязнь к этим моментам, и у меня права нет требовать быть единственной Еленой для него, а не воплощением потерянной возлюбленной. Но тогда что я делаю в его доме? Что движет этим мужчиной? - Что здесь? - наивно улыбнулась я. - Посмотри сама, - Деймон пытливо заглянул мне в глаза, будто пытаясь увидеть в них то, что хотел сам. Что ожидал увидеть. Я не отводила глаз, и он сдался первым, отвернувшись к Аларику. Все же, какие чувства я вызываю у Деймона Сальваторе? Я неторопливо развязала шелковую ленту, мыслями будучи далеко отсюда. Внутри, в коробке с отверстиями для воздуха, что-то пушистое и белоснежное упорно царапало картон. Как я сразу не услышала? - Котенок! - радостно взвизгнула я, доставая пушистое чудо, сразу же довольно заурчавшее, и прижимая его к груди. - Кого из вас благодарить? - я посмотрела на мужчин, и Рик подтолкнул Деймона в спину. - Это ему пришла в голову идея подарить тебе копилку блох, - усмехнулся черноволосый вампир, толкая друга в отместку. Выглядели они как мальчишки, а не как взрослые мужчины. - Рик необычайно изобретателен. Подожди, он еще имя придумает для нее. - Это она?! - я погладила белую шерстку котенка. - Елена может сама назвать Бесс, - хитро прищурился Аларик. - Нет, только не Бесс! Ей подойдет имя, такое же белоснежное, как она сама... такое же очаровательное и отражающее ее силу. Ведь кошки такие замечательные... - Тебе нравится, Елена? - спросил Деймон, и взял у меня котенка, чтобы погладить его. Странный контраст представлял он - высокий, черноволосый, могущественный - с крохотной белой кошечкой на руках. - Безумно. Спасибо, Деймон, спасибо, Рик! - я одарила улыбкой каждого из мужчин по очереди. - Она хорошенькая, - произнес Сальваторе, возвращая мне котенка. - И у нее не будет блох, - засмеялась я, - потому что Рик станет купать ее каждый день. - Фи, Елена. Перекладывать свои обязанности на других... - пожурил меня Аларик, погладив кошечку. - Я стараюсь делать все, что в моих силах, - ответила я на это. Оба мы понимали, что речь идет не о котенке. Позже, когда Деймон ушел после прогулки к себе, разбираться с делами (он вообще спит?), мы с Алариком сидели в гостиной внизу и болтали вполголоса обо всем, что придет в голову. Я старалась не вспоминать об увиденном на площади днем, и изо всех сил улыбалась. - А ведь это Деймон купил тебе кошку, - заметил Аларик. - И что с того? Можно подумать, Рика не удовлетворит итог сделки, когда я получу свободу и исчезну из жизни Деймона. Да, так и можно подумать. - Ты интересна ему, Елена. Ты привлекаешь Деймона. Он увлечен тобой, - Аларик говорил так, будто не мог подобрать словосочетания, которое убедит меня вернее. - Он увлечен Кэтрин, - безразлично заметила я. - Ты бы обращал внимание на копию Дженны? Скорее, любопытства ради. - Ты другая, - горячо возразил Зальцман, - у тебя даже голос другой. И это все ощутимые различия между нами? Проницательность Аларика подверглась тщательной проверке и не прошла ее. - Кэтрин никогда с тобой не сравнится. И Деймон поймет это. Как хорошо, что Рик даже не догадывается о моих актерских успехах в роли Кэтрин Пирс. - Аларик, я думаю, Деймон сам может решить, кто я для него. - Но он не смог отказаться от тебя, когда я предложил Стефану... - Возможно, Рик. Время покажет, что именно думает обо мне твой друг, - обнадежила я Зальцмана, прекрасно понимая, что никогда не соглашусь на роль любовницы Деймона Сальваторе. Пусть Рик строит планы. Ведь он не думает о моих чувствах. Он хочет порадовать друга. Ты потерял Кэтрин? Держи такую же, немного отличается, но в целом, даже похожа. Красивая кукла Елена Гилберт. А что до самой куклы, разве можно не любить Деймона Сальваторе? Можно не желать его любви? Можно. Я потянулась рукой к краю дивана, чтобы погладить Ригину. - Она достойна такого имени, правда? - Конечно. Настоящая королева, - произнесла я, глядя на белоснежную кошечку, спокойно спавшую после сытного ужина. *Ригина, Реджина - королева