Вернуть твою улыбку

Я себя приучаю быть с тобою не вместе, без ненужной печали и без приторной лести

И снова - снова, снова, снова - боль наползает вялым ненастным облаком. Дрожащими пальцами я перебираю знакомые страницы. Мои любимые книги. Я сбегаю в них, погружаясь в чужие переживания, чтобы скрыться от своих. Пустой дом наполнен неизъяснимым, немыслимым отчаянием. Стискиваю зубы. Мой выбор, мой выбор... Перелистнув с безучастным взглядом еще пару страниц - могла бы пересказать наизусть, - с нетерпением спешу потревожить еще не успевшую зажить рану. Забыть - невозможно, но боль - даже боль, причиняемая Никлаусом, сладка. "- И я мог сказать тебе раньше. - Я уже приняла решение." Стоит ли хотя бы один мужчина в мире доверия? Стоит ли хотя бы одно мгновение с Никлаусом того, что я переживаю... И все это ненавистное слово "после"... Как бы не терзало прошлое, я хочу найти силы для будущего - и будто бьюсь о запертую дверь, головой, до крови. Когда я успела подарить ему свое сердце? Когда совершила такую непростительную глупость? Неведомым прежде чувством были сметены все преграды, все запреты, которыми я обезопасила себя. Я не Елена; Елене было в новинку и в удовольствие переживать влюбленность. Я не Елена - Елена прислала мне приглашение на свадьбу. Я не Елена - я не прощаю предательства. "- Эта договоренность существовала между отцом Никлауса, - сочувствующая мне Летисиа навестила меня сразу же после того, как я сообщила ей о своем решении. Не могла же я уйти из ее дома без благодарности за помощь. - И отцом Эйприл. Нехорошо так говорить, но Майкл был движим чем угодно, но не отцовской любовью. Всегда Ник старался быть ему хорошим сыном. Майкл задался целью породниться с Янгами, и сперва решил, что Ребекка выйдет замуж за старика Янга. Тот богат, уважаем в обществе. Лучшей партии для дочери он не видел, хотя Эстер всеми силами пыталась отговорить его. Знаешь, дорогая, у Майклсонов - семья превыше всего. Но Никлаус смотрел на это иначе. Когда Ребекка бросилась за защитой к Элайдже, тот развел руками и посоветовал не перечить отцу. А Никлаус пришел к Майклу и предложил замену. Он согласился жениться на Эйприл Янг, чтобы его сестра не была связана с нелюбимым." Закончив рассказ, Летисиа замолчала. Я пассивно порадовалась за Ребекку - у нее заботливый брат. Какая-то часть меня была восхищена преданностью Никлауса сестре. Но все мое существо протестовало против новой разлуки с ним. Во время пребывания в доме Локвуда я не представляла себе, насколько стал мне нужен Никлаус. Тогда я пыталась приглушить все чувства, но когда мы встретились вновь, они обрушились на меня волной. И полученная свобода, которой я желала и о которой мечтала - не имела уже решающего значения. Потому что другая часть меня, та, что подвержена была самым темным помыслам, называла поступок Никлауса не иначе, как предательством. Хотя и не имела на это прав. Отложив книгу, я встала, раздумывая, стоит ли выйти прогуляться. Свежий воздух всегда благотворно влияет на мысли, к тому же, мне нужно было зайти к миссис Эверет, чтобы узнать, когда ее сыну Билли удобно заниматься. Отказавшись от обеспечения, которое мне предлагал Никлаус, я должна была найти работу. Прежде о средствах заботился мой опекун, назначенный городским советом. Но после истории с Локвудом совет предпочел забыть обо мне - на неопределенное время. Мстить мне семья Тайлера не осмелится, но и покровительство не предоставит. Поразмыслив над этим, я пришла к выводу, что могу заниматься с детьми, стать домашним учителем. Многие знакомые мне вампиры имели детей, которые не успевали в школе, и учитывая достаточно скромную плату, закрыли глаза на мое прошлое. Я подумала о том, сколько еще дней и вечеров будут заполнены вот такими размышлениями. Пусть мне удалось получить работу, былой дружбы не восстановить. Мои прежние знакомые, те, кого я считала друзьями, деликатно отворачиваются, увидев Кэролайн Форбс. Порой мне хочется, преодолев гордость и обиду, заговорить первой - но помогает воспоминание о том, что это те самые, кто ни слова не сказал в мою защиту. Те, кто позволил Хейли Локвуд лишить меня права на свободу выбора. Конечно, в Мистик-Фоллз вампирами и людьми правит страх перед вервольфами. Но неужели они будут настолько слепы все время? Ведь то же самое может случиться с каждым из них. Осуждать я тоже не вправе. Разве я сама не старалась забыть о том, что желание вервольфа в этом городе определяет не только закон и порядок, но и каждый поступок подчиняющегося им вампира? И этот дамоклов меч есть у каждого. Я была склонна простить былым друзьям их страх. Ведь я сама боюсь, боюсь до умопомрачения, до холодного пота, до слез в подушку... Но чего не могу простить, забыть не смогу - равнодушия. Сперва я задумывалась о том, чтобы покинуть город. Слишком живы были картины, живописавшие мое прошлое. Я оглядывалась на него на каждом шагу. И ужас, который испытан был в жадных лучах огней Арены, каждый раз грозил овладеть мною и на этот раз не выпустить из цепких объятий. Когда-то, читая о сумасшедших, я удивлялась: разве возможно перестать различать границу? Оказывается, иногда это может быть желанно. Но Мистик-Фоллз имел одно неоспоримое преимущество. Здесь мой дом, и как бы там ни было, вервольфы защитят меня. Против своей воли, сцепив острые волчьи зубы. Иначе не удержать власти. А вот в другом городе история могла повториться. И я решила остаться здесь, в старом отцовском доме. Решила стерпеть недоумевающие и откровенно ненавидящие взгляды. А Никлаус... я забуду его, не столь скоро, как бы мне того хотелось, но я уверена: это мне удастся. Стук в дверь отвлек меня от размышлений. Я машинально коснулась волос, стянутых в тугой пучок - как подобает учительнице, - и спустилась вниз. Скорее всего, это Летисиа решила справиться о моем самочувствии. Я чувствовала себя неловко перед ней. Летисиа не говорила со мной о Никлаусе - но ее пытливый взгляд был красноречивее слов. С ней мне не удавалось скрывать своих чувств, как бы я ни старалась. И поэтому я была несколько раздосадована, несмотря на искреннюю благодарность Летисии за ее заботу обо мне. Сейчас как никогда хотелось сбежать от любого напоминания о Никлаусе. Подавив вздох, я открыла дверь, и застыла на пороге: передо мной стоял Тайлер Локвуд. Страх порой оказывается сильнее нас самих. Я знала это, и все же уверенность в своей силе воли не оставляла меня. Раньше я боролась с Тайлером, отчего теперь не сделать того же? Но холодный, липкий пот выступил у меня на спине; я слышала, как билось волчье сердце в нескольких сантиметрах от моего и мои руки мелко задрожали. Инстинктивно я отступила за порог, от души жалея, что правило приглашения не действует на вервольфов. Я была зла на Локвуда, но еще сильнее боялась его. Это было необъяснимо, но совладать с собой я не могла. Страх наполнял меня, и Тайлер Локвуд олицетворял собой мой ночной кошмар. Кто знает, что сделает разъяренный волк? Тем не менее, я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно и ровно: - Что тебе нужно, Тайлер? Он взъерошил коротко стриженные волосы. - Впустишь? И тут же перехватил сильной рукой двери, которые я было собралась закрыть. - Ответ более чем красноречивый. Что ж, можно и здесь. - Уходи. - Кэр, Кэролайн, подожди, - он все еще держал двери, и я отпустила ручку. Тайлер взглянул мне прямо в глаза. - Выслушай меня. Мгновенно он перестал казаться мне угрозой. Я выпрямилась. - Оставь меня в покое, Тайлер. Возвращайся к супруге. Мне не нужны проблемы. - Хейли больше не посмеет... - Достаточно одного раза. - Кэролайн, забудь о Хейли. - И тут будто Локвуд решил использовать все слова, которые знал, немедленно: - Вернись ко мне. Я знаю, я подонок, знаю, можешь говорить что хочешь, Кэр. Но я люблю тебя. Я не говорил этого ни одной женщине до тебя, - он запнулся, - искренне. Подумай: что ждет тебя здесь? Учительница у Эверетов? Барнеттов? Став моей, ты получишь весь этот город. Никто не посмеет пренебрежительно взглянуть в твою сторону. Хочешь, сегодня же я отошлю Хейли к ее родителям, в Саннидейл? Мне опротивела она и ее самомнение. А ее сестре я уже нашел мужа, который обуздает ее нрав. - Как не сумел ты обуздать нрав собственной жены? - не удержалась я от язвительного замечания. Тайлер молча проглотил мою фразу. - Эдвард увезет Викторию из города. - Надо же, какие условия ты создал... Еще немного, и я соглашусь, пожалуй. - Чего ты хочешь, Кэр? - взгляд Тайлера выражал решенное согласие с любой моей просьбой. - Уезжай из города вслед за своими родственниками! - воспользовавшись его замешательством, я дернула дверь и заперла замок. Некоторое время Тайлер ждал молча. Затем не выдержал. - Кэролайн, ты должна подумать, понимаю, - примирительным тоном сказал он, - завтра я вернусь, чтобы узнать о твоем решении. В это же время. - Буду ждать с нетерпением, - прошептала я, зная, что Локвуд услышит. Когда вновь раздался стук в дверь, я медлила, прежде чем спуститься. Может, Локвуду не терпится услышать мой отказ? Мимоходом взглянув на часы, я обнаружила, что время за полночь. Моя решимость общаться с Тайлером ослабла, но стук не прекращался. Зная нрав Тайлера, я обеспокоилась насчет состояния двери. Наскоро застегнув платье - не появляться же перед ним в халате и ночной рубашке, - я призвала на помощь все свое самообладание. Каково же было мое удивление, когда на пороге я обнаружила служанку Летисии. Взъерошенная девица, видимо, вытащенная из постели, критически взглянула на меня, разглядывая полуразобранную прическу и скромное темное платье. Я проигнорировала ее взгляд. Добрая половина города задавалась вопросом, что же такое привлекает во мне красавца Локвуда. И вот теперь девушка получила возможность поучаствовать в спорах на равных со всеми моими знакомыми. - Что случилось? Неужели что-то с Летисией? Я забеспокоилась о подруге. - Что-то с твоей госпожой? - Госпожа велела сообщить вам, что пострадавший вампир хочет вас видеть, - опомнилась девица. - Его зовут Никлаус... Малсон... - произнесла она, коверкая фамилию Никлауса. Я почувствовала заструившийся между лопатками холодный пот. Непохоже на уловку. И вот теперь я поняла, что внушало мне такой страх в Локвуде. Кровь. Запах крови Никлауса на его коже. - И что же с ним? Что же? - потребовала я, повышая голос, забыв о том, что завтра мою реакцию станет обсуждать весь город. Служанка замешкалась, и я грубо встряхнула ее: - Отвечай сейчас же! - Его укусил вервольф, - последовал ее ответ.