Вернуть твою улыбку

Скрытность - не самая сильная твоя черта, Елена Гилберт... точнее, Елена Сальваторе. Никак не могу привыкнуть к новому имени подруги, не могу поверить, что это происходит по-настоящему: мы обе вместе, мы счастливы... мы принадлежим самим себе. Но тень отчаяния, тень страха всегда сохранится в душе Елены, в моей душе. Если бы я могла вернуть время обратно, сделала бы я это? Мир без Никлауса кажется теперь пустым и безликим; откуда только брались силы прогнать его, откуда брались силы дать обещание Тайлеру? Однако и произошедшего не забыть. Никогда не стереть мне из памяти ничего, что было - с момента начала путешествия в клетке и Арены до предложения, сделанного мне Никлаусом. Вот так кошмар и сказка сочетаются в жизнеописании Кэролайн Форбс. А что касается способности ко лжи, Елена никогда не была достойна приза. Я заметила сразу, как только она вошла: что-то произошло, что-то неприятное, и она скрывает это от меня всеми силами. Причиной тому, что я не задала вопросов, была не только тактичность. Я слишком хорошо знала подругу. Елена начала бы отпираться, наврала бы еще с три короба, лишь бы правды не сказать... и расстроилась бы еще сильнее. В доме Сальваторе часто бывал Аларик Зальцман. Елена, хотя и была с ним вежлива, все же с трудом выносила его присутствие. Я знала, что она просила его о помощи в Мистик-Фоллз, когда намеревалась увезти меня из особняка Тайлера Локвуда. Однако Аларик отказался. И Елена, винившая его еще за прошлые проступки, не смогла простить этого. Однако Аларик - лучший друг ее мужа, и потому Деймон так ничего и не узнал. О Деймоне Сальваторе я составила отдельное мнение. Раньше, когда Елена взахлеб болтала о Тайлере, его красоте, мужественности, его обаятельности и прочих невероятно важных для юной девушки качеств потенциального избранника, я половину пропускала мимо ушей. Но теперь Елена восхищалась уже собственным мужем, и я надеялась, что господин Сальваторе - достойный мужчина, который сделает счастливой мою подругу. Все банально, однако именно это было для меня важно. Я ожидала увидеть красавчика, прожигателя жизни... ведь вкусы Елены не менялись, судя по ее словам. Деймон Сальваторе удивил меня сверх меры. Он не только позволил Елене поездку в Мистик-Фоллз, а сам отправился с ней, презрев опасности, которые таит город вервольфов. Чтобы защитить ее, он готов был похитить меня, потому что иначе Елена отказывалась покинуть Мистик-Фоллз. Да, он обладал мужественной красотой, которая, несомненно, пленила много сердец в Новом Орлеане. Да, он обаятелен и галантен. Типичный сердцеед. Но при всем этом, где бы мы ни были, с кем бы ни встретились, взгляд Деймона Сальваторе всегда был направлен лишь на Елену. Первое время я слишком уж дотошно следила за этим, а после перестала. Они представляли собой ту самую идеальную пару, которую мечтала составить с Никлаусом я. И крохотный придирчивый человечек внутри меня затих. Я была рада за Елену. И подруга словно на крыльях летала после свадьбы, как и положено новоиспеченной супруге. Так что же омрачило ее радость? Вздохнув, я разгладила складки оливкового платья и взглянула вдаль, на берег, на который неспешно катились невысокие волны. Вот бы пройтись по песку, сбросив туфли... искупаться в теплой, как парное молоко, воде после заката... Я задумчиво взглянула вниз, на носки элегантных туфелек на высоком каблуке. Елена строго следила за тем, чтобы мы с Никлаусом соблюдали положенные приличия... и я втайне ликовала, что не рассказала ей про эксперимент по трудам Кэфора. Может быть, сбежать из-под бдительного ока госпожи Сальваторе вместе с Никлаусом, когда он придет? Кстати, запаздывает. Раньше за ним такого не наблюдалось. Мы встречались два-три раза в неделю, и каждый раз он заранее предупреждал о визите и появлялся минута в минуту. - Кэролайн. Меня окликает голос, который принадлежит вовсе не Никлаусу. Но он определенно мне знаком. Нежный, высокий, переливчатый, как колокольчик. В лучших традициях воспитанной леди. Сейчас в этих тщательно тренированных колокольчиках звенит неприкрытая сталь. Прикусив от досады губу, я медлю, прежде чем повернуться. Вот почему была расстроена Елена. Вот почему запоздал Никлаус. Ребекка Майклсон собственной персоной явилась, чтобы высказать мне свое возражение против брака ее обожаемого брата с бывшей невольницей. - Тебе пора бы взглянуть мне в лицо, - насмешливо бросает она. Все еще стоит за спиной. Все еще ждет. И я медленно, медленно поднимаюсь. Не боюсь ее, нет, и не презираю, и не злюсь. В конце концов, именно Ребекка подбодрила меня - в своей манере, конечно, - после прибытия в дом Майклсонов в качестве подарка от Кола. "Экспериментатор долбанный." Я так отчетливо слышу эти слова в адрес Кола Майклсона, будто они были сказаны только что воспитанной и учтивой леди Ребеккой. Тогда она по-своему позаботилась обо мне, ведь считала, что стану очередной игрушкой Никлауса, бесчувственного вампира. Служанкой. Не предполагала, что стану так опасна, как сейчас, для доброго имени семьи Майклсон. - Здравствуй, Ребекка. - Прогуляемся? У Сальваторе очаровательный сад, и отсюда видно море. Совсем как со скалы в убежище Никлауса, правда? - Там слишком высоко. Голова кружится, когда смотришь вниз. Ребекка вдруг касается моей руки, ощутимо сжимает запястье. - Разумно мыслишь. А ведь ты мне нравишься, Кэролайн. Но подумай, высота, на которую ты намерена взобраться... не будет ли у тебя слишком сильного головокружения? Не упадешь ли вниз? Затаив дыхание, я чувствую только эту хватку. Острые, отточенные как стилеты Никлауса, ногти Ребекки впились мне в кожу. Это причиняет незначительную боль, и следов почти не останется. Но держит крепко. Я останавливаюсь. Не стоит вести себя так, будто Ребекка и дальше станет рассуждать метафорами. Я отлично понимаю, что она хочет мне сказать. И уже готовлюсь ответить, как вдруг раздается негромкий голос: - Я ее поймаю. *** Никлаус, в черном сюртуке, черных брюках и сверкающе белой рубашке. К нему будто бы и грязь не пристает. Начищенные туфли легко отодвигают ветку, упавшую на садовую дорожку, под каблуками хрустит мелкий гравий. Ребекка от неожиданности отпускает мою руку. Машинально взглянув на обнаженную кожу, все же отмечаю ярко-красные полулунные следы. Дыхание перехватывает. Сердце бьется сильно-сильно, будто торопит меня. Вопреки всему, я остаюсь на месте. Это Ребекка, вмиг позабыв обо всем, бросается навстречу брату. - Ник! - Строишь козни без меня, сестричка? - Насмешливо улыбается, взъерошив ее кудри, Никлаус. - Испортишь мне прическу, - игриво возмущается Ребекка. Ну почему в присутствии своего брата она может быть такой, а ко мне относится с холодным презрением? Ведь в сущности, я бежала от Никлауса, как могла. Тем временем Ребекка приходит в себя и вспоминает, зачем она здесь. - Я всего лишь хотела поговорить с Кэролайн. - Это я уже понял. Но кажется, ты вовсе не приготовления к свадьбе приехала обсудить. Никлаус, лучше не делай этого! Ребекка готова взорваться от гнева. Как же быстро меняется ее настроение. Взглянув на меня, Никлаус спрашивает: - Она докучает тебе, Кэролайн? Он, кажется, вовсе не расстроен. Наоборот, в глазах - смешинки. Те самые, что так пыталась увидеть раньше, и которые так часто теперь появляются... и глядя на такого Никлауса, становится больно от мысли, что чувства могли к нему не вернуться. Однако разъяренная сестра моего жениха все еще на сцене. Сейчас здесь будет ураган. Либо Ребекка вцепится в Никлауса, либо в меня. Уже представляю располосованное ногтями лицо. В светской хронике выйдет скандальная статья. "Несостоявшаяся невеста Н. Майклсона потерпела поражение в схватке с сестрой несостоявшегося жениха. Подробности этого возмутительного происшествия представлены на обороте страницы." - Докучаю? Со скоростью вихря Ребекка разворачивается ко мне снова. - Кэролайн, неужели ты не понимаешь... - Чего не понимает, Ребекка? - Мягко спрашивает Никлаус, подойдя к сестре. Он кладет руку ей на плечо, ободряюще смотрит на меня. - Послушай, не знаю, что ты себе напридумывала. И что намерена сделать. И что претворишь в жизнь. Но хочу напомнить, что Кэролайн - мой выбор, а я - ее выбор. Слишком долго я стремился заполучить эту девушку, чтобы так просто от нее отказаться - только лишь потому, что мнения окружающих... А есть ли они, эти мнения? - Так или иначе, Ник, - холодно заявляет Ребекка, сбросив руку брата, - и прости, Кэролайн, но в прошлом твоей избранницы полно темных пятен. Как ты это объяснишь? - Ребекка. - Но как? Как ты представишь ее? Можешь ли поручиться за то, что эта девушка... Неужели сейчас мне хочется рассмеяться? Лицо Никлауса - темная туча, и неизвестно, кто теперь более опасен. Если остальные представители рода Майклсон столь же вспыльчивы, то именно мне, Кэролайн Форбс, нужно опасаться этой семьи. А не им - меня. Легко проведя пальцем по верхней губе - как бывало, когда Никлаус задумывался над волнующей его проблемой, - мой жених (вот уже второй раз я осмеливаюсь называть Никлауса именно так) зловеще предлагает сестре: - Продолжай. - Я не имела в виду ничего такого, - начинает отступление Ребекка. - Но знаешь ли, она провела некоторое время с Тайлером Локвудом, а еще эти ваши занятия по Кэфору... Никогда еще не испытывала такого стыда. Мне так кажется. В самый настоящий момент я готова сквозь землю провалиться, а щеки стали, наверное, пунцовыми и вид донельзя виноватый. - Я нашла этот учебник совершенно случайно. Пыли на нем не было совсем, а на остальных книгах полно. А еще закладка... Нет, нет, нет! Я точно не оставляла там закладок. Неужели это сделал... Никлаус, ты что, читал ее? Перечитывал? Или... ознакомился, чтобы быть в курсе событий, так сказать? Готовым к моим экспериментам? - Ты случайно в библиотеке не оказываешься, - отзывается Никлаус. Он явно нисколько не смущен, вновь пришел в себя и его даже забавляет то, как тщательно я стараюсь сделать вид, что вообще здесь не присутствую. - Кэролайн... Не беспокойся, думаю, исследовательские инстинкты завели Бекку не дальше книжного архива, и свидетелей наших, кхм, занятий точно нет. Кроме нас самих. Ребекка ядовито улыбается мне. - Еще чего! Поверь, я даже представлять не хочу. - Но ведь результат того стоил, правда, сестричка? Кэролайн - большая умница, и если бы не ее старания, вряд ли я вышел бы из своей крепости на скале. И Элайджа снова требовал бы запретить тебе брак с Метью Донованом. А каждый раз отказывать, не будучи особенно взволнованным за твою судьбу, становилось все сложнее. Ведь помнишь же, что именно я согласился на женитьбу на Эйприл Янг, чтобы ты могла выбрать спутника жизни сама? Вот и аргументируй теперь свое неприятие меня, Ребекка Майклсон. Только получится ли? - Брак с человеком. Большой риск. Сама ведь знаешь, почему. На которое число назначена свадьба? - Я ведь о тебе забочусь! - Всплеснув руками, заявляет Ребекка. - И о Кэролайн. Чтобы ты знала, девочка, Ник - тоже не подарок. И вы мне все надоели! Если бы ты не вернула моему брату чувства, я никогда бы не приняла тебя в семью. Но раз уж на то пошло, ты была полезна. - Но ведь ты представишь Кэролайн в обществе? Как мою невесту? Да, сестричка? Заметно успокоившись (а может, подействовало напоминание про настойчивость Элайджи), Ребекка упрямо складывает руки на груди. - Запомни, Кэролайн, я тебе предупреждала. Когда станешь моей невесткой, не вздумай ныть. Никлаус - самоуверенный, коварный наглец, неравнодушный к женскому полу. А ты слишком нежная, доверчивая и идешь у него на поводу. Думаешь, не он подсунул тебе этот учебник... - Хватит, Ребекка, ты ее смущаешь, к тому же, возводишь напраслину на своего любимого брата. - Мой любимый брат, чтобы ты знал, Кол. Он пока не надумал жениться на девушке неизвестно откуда. - Весь гарем в жены не возьмешь, - Никлаус удрученно пожимает плечами. - Когда Кол вздумает остепениться, по-братски прошу, устрой ему такую же выволочку. Иначе он решит, что ты обделяешь его вниманием. *** Когда мы остается, наконец, одни, Никлаус сначала порывисто обнимает меня, крепко прижав к себе. Ему требуется несколько минут на то, чтобы окончательно успокоиться. - Несмотря на выходки Бекки, она все же по-своему привязана к тебе, - говорит он. - Но ей сложно принять тот факт, что мое сердце теперь занято, она считает, что там больше нет места для сестры. - Она ревнует? - Тихо спрашиваю я. - Можно и так сказать. Избалована до неприличия, единственная сестра четверых братьев. У нее собственнический инстинкт так проявляется. Надеюсь, ты не обиделась на нее? Высвободившись из его объятий, я отхожу дальше, вглубь сада. Издали слышен шум моря, и поднимается ветер - будет шторм. - Мне показалось, ее намерения были серьезны. Что будет, если она или кто-то другой распустит сплетни? Я вовсе не думала об этом в Мистик-Фоллз, но здесь угроза приобрела реальные очертания. Связь со мной опорочит имя твоей семьи... Никлаус, кажется, за голову хватается. Спиной чувствую его настороженный, прожигающий насквозь взгляд. - Кэролайн! Тут же его тон меняется: - Твоего отца ведь зовут Уильям Форбс? - Да. - Ты родом из Мистик-Фоллз, городка вервольфов к югу от Нового Орлеана? - Да, но почему ты... - Ты дружна с Летисиа, с Еленой Сальваторе, принята в доме Зальцманов? - Все это так, Никлаус, но зачем ты перечисляешь это? Ребекка права. И этого не изменить. Не скрыть. - Кто сказал, что мы будем скрывать? Кэролайн, тебе не хуже меня известно, как это мучительно, как утомительно - дрожать от ужаса, представив, что тайна раскрыта, и предполагать, чем это грозит. Нет, мы пойдем по прямому пути, избегая окольных. Я намерен признать все, что скажут о прошлом моей невесты. Потому что я - Никлаус Майклсон. Мое имя будет твоей защитой. А моя семья примет тебя потому, что я - ее часть и ты скоро тоже ею станешь. Подойдя ближе, Никлаус обнимает меня за плечи. - Запомни, Кэролайн Форбс. Где бы ты не оказалась, рядом всегда буду я. Что бы о тебе не сказали, я услышу это и отвечу вместе с тобой. Потому что я люблю тебя. Потому что ты принадлежишь мне точно также, как я - тебе.